Тема: Мифы
Показать сообщение отдельно

Старый 15.01.2011, 11:29   #44
galant
Мастер
 
Аватар для galant
 
galant вне форума
Регистрация: 02.12.2009
Адрес: г. Санкт-Петербург
Сообщений: 748
Поблагодарил: 4,259
Благодарностей: 12,281 : 1,473
По умолчанию

Знак Афродиты

Почти у самого Фасиса героев догнал Китисор, и на корабль они поднялись вчетвером. Выслушали герои Ясона и долго молчали, не зная, как быть. Всем было ясно, что отказываться от предложения Ээта нельзя. Но как избежать ловушки? Каким богам приносить жертвы? У кого из них спрашивать совета?
- Нет ли здесь какого - нибудь оракула? - спросил Орфей. - Лучше всего - владычицы Геры. Ведь она покровительствует Ясону?
- Геру здесь не почитают, - ответил Китисор. - В нашем положении помочь может среброногая Афродита.
- Афродита! - в один голос воскликнули герои.
- Что ты имеешь в виду? - спросил Ясон. - Fie думаешь ли ты, что она вооружит нас стрелами своего сына Эрота?
- Нет! - сказал Китисор. - Насколько я понимаю, стрела Эрота уже не дала промаха. Пока ты, Ясон, вел словесный поединок с Ээтом, я наблюдал за его дочерью, моей двоюродной сестрой Медеей, не спускавшей с тебя глаз. Уверен, что она попала в сети Афродиты. Это сулит тебе и всем нам великую пользу. Ведь Медею научила Геката варить зелья изо всего, что производит земля и Понт. Она знает пути небесных светил и умеет возвращать к жизни мертвых.
- Что же ты предлагаешь? - перебил Ясон.
- Принести жертву Афродите и, если богиня ее примет, вам оставаться на месте, а мне идти во дворец и поговорить с Медеей.
Едва юноша произнес эти слова, как в небе показался голубь. За ним несся коршун. Подлетев к Ясону, птица Афродиты спряталась в одеждах героя.
И поняли все, что сама Афродита вещала устами юноши и что надо надеяться на помощь царской дочери.


Цветок солнца


В тот же вечер Китисор в тайне от всех встретился с Медеей. Девушка была счастлива, узнав, что Ясон нуждается в помощи и готов ее принять. Договорились о времени и месте встречи.

Оставшись одна, Медея достала резной ларец и вынула ракушку, наполненную коричневатой мазью. Не отводя от нее взгляда, девушка вспоминала тот солнечный день, когда она, карабкаясь по отвесным скалам, вдруг увидела то, за чем шла, что искала: растение на высоком стебле, напоминавшее узкими листьями и цветами шафран, но имевшее не синевато - фиолетовый, а огненно - красный цветок. Такого растения не было нигде в мире, кроме той части Кавказа, над которой пролетал орел, терзавший печень Прометея. Капли крови стекали с кривых когтей на землю, и в месте их падения вырастали такие цветы. Их сторонились птицы и звери. И девушке также было страшно прикоснуться к нему. Закрыв глаза, она провела по стеблю ножом. И в это же мгновение что - то над ней задвигалось, послышался стон, многократно повторенный эхом.
С величайшим трудом, боясь оступиться и повредить драгоценную добычу, Медея с трудом спустилась в долину и дождалась ночи, опасаясь, что кто - нибудь в городе или во дворце может увидеть ее с цветком. Месяц спустя, когда цветок высох, она растолкла его лепестки в ступе, а порошок смешала с целебным змеиным ядом. Потом она опробовала действие мази на себе. Намазала ею руку по локоть и сунула в пылающий очаг. Она не почувствовала жара. Мазь обладала удивительным свойством защищать от ожога. Но хватит ли этой ракушки на могучее тело Ясона? Медея отложила ракушку в сторону и вдруг почувствовала, что на лбу проступает испарина. «Я проверяла действие мази в чистом пламени очага, - подумала она с ужасом. - Но Ясона обожжет пламя волшебных быков. Не погибнет ли он жалкой смертью на пашне Ареса? И я его потеряю навсегда!»
Медея бросилась на постель и призвала к себе послушный ей сон. Но сон противился ее воле. Она, умевшая одним взглядом усыплять других, не могла забыться сама. Тело сжигало огнем. Отчаяние сменялось ослепительной радостью, а радость - жгучим стыдом. Неудержимо хлынули слезы. «Что со мной? - думала девушка, не находя себе места. - Кто мне этот чужеземец, явившийся за сокровищем отца? Пусть он погибнет на ниве Ареса, если так распорядилась судьба. Нет! Нет! Пусть уезжает подальше от моих глаз. Но Ясон не стал скрывать ни цели своего плавания, ни происхождения, подчеркнув, что золотое руно необходимо ему для возвращения законной власти в Иолке.
Царь не поверил ни одному слову Ясона, решив, что внуки специально привели пришельцев, чтобы завладеть с их помощью его троном. Прочитав во взгляде Ээта недоброжелательность, Ясон стал убеждать царя, что ему и его друзьям ничего не нужно, кроме золотого руна, и что он готов выполнить любое поручение, чтобы воздать славу царю Колхиды.
Слушал Ээт героя и не мог решить: сразу убить пришельца или испытать его силу.
..Что ж! - сказал он, склонившись ко второму решению. - Есть у меня два быка медноногих, изо рта выдыхающих пламя. Подведя под ярмо, я гоню их по ниве Ареса и вспахиваю всю ее плугом, а затем засеваю зубами дракона. Из зубов вырастают воины в медных доспехах, я их поражаю. Если действительно род твой идет от богов, ты не уступишь мне в мощи и сумеешь повторить мой подвиг. Лишь тогда заслужишь награду, которую ищешь.
Не спешил Ясон с ответом, понимая, что невыполнимо условие Ээта, что сулит оно гибель.
- Много помех создаешь ты, царь! - ответил он, наконец, - Но я принимаю твой вызов. С судьбой не борются и боги, мне ли, смертному, с ней бороться. Суровый рок привел меня к тебе, и если мне суждена здесь гибель, я встречу ее достойно.
- Иди! - усмехнулся царь. - И знай - если дрогнешь, если отступишь перед жарким дыханием быков или побежишь в страхе от меднодоспешного воинства, уж я позабочусь, чтобы впредь никто не дерзнул покушаться на мое достояние,
С тяжелым сердцем покинул Ясон царский дворец и поспешил со своими спутниками к кораблю. А в ушах Медеи все звучал его голос, и она устремилась мыслью вслед за героем.
Почти у самого Фасиса героев догнал Китисор, и на корабль они поднялись вчетвером. Выслушали герои Ясона и долго молчали, не зная, как быть. Всем было ясно, что отказываться от предложения Ээта нельзя. Но как избежать ловушки? Каким богам приносить жертвы? У кого из них спрашивать совета?
- Нет ли здесь какого - нибудь оракула? - спросил Орфей. - Лучше всего - владычицы Геры. Ведь она покровительствует Ясону? - Геру здесь не почитают, - ответил Китисор. - В нашем положении помочь может среброногая Афродита. - Афродита! - в один голос воскликнули герои. - Что ты имеешь в виду? - спросил Ясон. - Не думаешь ли ты, что она вооружит нас стрелами своего сына Эрота?
- Нет! - сказал Китисор. - Насколько я понимаю, стрела Эрота уже не дала промаха. Пока ты, Ясон, вел словесный поединок с Ээтом, я наблюдал за его дочерью, моей двоюродной сестрой Медеей, не спускавшей с тебя глаз. Уверен, что она попала в сети Афродиты. Это сулит тебе и всем нам великую пользу. Ведь Медею научила Геката варить зелья изо всего, что производит земля и Понт. Она знает пути небесных светил и умеет возвра - лать к жизни мертвых.
- Что же ты предлагаешь? - перебил Ясон.
- Принести жертву Афродите и, если богиня ее примет, вам оставаться - а месте, а мне идти во дворец и поговорить с Медеей.
Едва юноша произнес эти слова, как в небе показался голубь. За ним - несся коршун. Подлетев к Ясону, птица Афродиты спряталась в одеждах - героя. И поняли все, что сама Афродита вещала устами юноши и что надо наняться на помощь царской дочери.
В тот же вечер Китисор в тайне от всех встретился с Медеей. Девушка была счастлива, узнав, что Ясон нуждается в помощи и готов ее принять. Договорились о времени и месте встречи.
Оставшись одна, Медея достала резной ларец и вынула ракушку, наполненную коричневатой мазью. Не отводя от нее взгляда, девушка вспоминала - от солнечный день, когда она, карабкаясь по отвесным скалам, вдруг увидела то, за чем шла, что искала: растение на высоком стебле, напоминавшее узкими листьями и цветами шафран, но имевшее не синевато - фиолетовый, а огненно-красный цветок. Такого растения не было нигде в мире, кроме той части Кавказа, над которой пролетал орел, терзавший печень Прометея. Капли крови стекали с кривых когтей на землю, и в месте их падения вырастали такие цветы. Их сторонились птицы и звери. И девушке также было страшно прикоснуться к нему. Закрыв глаза, она провела по стеблю ножом. И в это же мгновение что - то над ней задвигалось, послышался стон, многократно повторенный эхом. С величайшим трудом, боясь оступиться и повредить драгоценную добычу, Медея с трудом спустилась в долину и дождалась ночи, опасаясь, что кто - нибудь в городе или во дворце может увидеть ее с цветком. Месяц спустя, когда цветок высох, она растолкла его лепестки в ступе, а порошок смешала с целебным змеиным ядом. Потом она опробовала действие мази на себе. Намазала ею руку по локоть и сунула в пылающий очаг. Она не почувствовала жара. Мазь обладала удивительным свойством защищать от ожога. Но хватит ли этой ракушки на могучее тело Ясона? Медея отложила ракушку в сторону и вдруг почувствовала, что на лбу проступает испарина. «Я проверяла действие мази в чистом пламени очага, - подумала она с ужасом. - Но Ясона обожжет пламя волшебных быков. Не погибнет ли он жалкой смертью на пашне Ареса? И я его потеряю навсегда!» Медея бросилась на постель и призвала к себе послушный ей сон. Но сон противился ее воле. Она, умевшая одним взглядом усыплять других, не могла забыться сама. Тело сжигало огнем. Отчаяние сменялось ослепительной радостью, а радость - жгучим стыдом. Неудержимо хлынули слезы. «Что со мной? - думала девушка, не находя себе места. - Кто мне этот чужеземец, явившийся за сокровищем отца? Пусть он погибнет на ниве Ареса, если так распорядилась судьба.

Нет! Нет! Пусть уезжает подальше от моих глаз. Но как мне без него жить! Не лучше ли принять яд и положить конец мучениям?»
Она вскочила и, подбежав к ларцу с зельями, стала искать яд, дарующий мгновенную смерть. Но вдруг ее охватил страх. Затряслись руки. Стеснило дыхание. В памяти всплыли лица милых подруг, луг в весенних цветах, силуэт далеких гор. Она явственно увидела себя в погребальном саване, услышала притворные вопли плакальщиц у открытой могилы.
Нет! Нет! Она рванулась к двери, приняв бледный свет Селены за рассвет. Служанки, не ведая ее тревог, мирно похрапывали в прихожей. Было еще темно, но стало светло в душе при одной мысли, что вскоре она будет ощущать дыхание чужеземца, впивать блеск его красоты.
- Дед мой Гелиос! - воскликнула она, вздымая вверх руки. - Что ты не гонишь своих коней? По тебе соскучились деревья и травы, птицы, мотыльки, чей век так короток. Но более всех истосковалась я. Помнишь, как я на круче срывала волшебный цветок и ты один поддерживал меня взглядом? Теперь в этом цветке, превращенном в мазь, спасение для того, кому имя Ясон. Ослепи его врагов, Гелиос! Повергни их к его ногам, как красота чужеземца повергла меня, заставив забыть девичий стыд, мать и отца, брата.


  Ответить с цитированием
Сказали спасибо:
ivettalen (11.08.2013), Аня (16.06.2016)