PDA

Просмотр полной версии : Чудесные истории.


Маруся
24.11.2009, 23:31
.... ВСЕ ВПЕРЕДИ

- Кем ты хочешь быть? - спрашивали Мышонка тети и дяди.
- Слоном, - отвечал Мышонок.
- Молодец! - говорили ему тети и дяди. - Мы остались мышами, а тебе все дороги открыты, только учись.
И Мышонок учился. Учился на отлично.
- Всегда надо стремиться к чему-нибудь большому и светлому, - говорил Мышонку учитель Крот. - Будешь еще слоном, у тебя все впереди.
Мышонок окончил школу, пошел на слоновые курсы. Окончил их и получил диплом Большого слона.
Но слоном он нигде устроиться не мог, а мышью работать не хотел.
- Не горюй, - говорили Мышонку тети и дяди, - ты еще молод, у тебя все впереди. Будешь еще слоном. А не будешь - не беда. Мы же не слоны, однако живем не тужим.
Шло время. Мышонок с завистью поглядывал на счастливых мышей, которые были просто мышами. И ждал, когда же наконец станет слоном

- У меня все впереди, - успокаивал себя Мышонок, поглядывая на диплом. - У меня все впереди.
Однажды он повстречал Слона и спросил его:
- Как ты стал Большим слоном?
- Я слоном родился, - ответил Слон.
- А о чем ты мечтал с детства?
- Мечтал стать человеком, - ответил Слон.
- Почему же не стал?
- Стал, - ответил Слон. - Однажды я спас утопающих детей, и мне сказали, что я человек.
- Но ты же Слон - удивился Мышонок. - Большой, с хоботом...
- Внешний вид не главное, - ответил Слон, - главное, что в душе и в делах.
- Тогда и я стану человеком, - решил Мышонок.
- Постарайся, - сказал Слон, - человек - это самое большое звание на свете.


СКАЗКА О ГОРИЗОНТЕ
Один человек отправился догонять горизонт. Он шел, а горизонт уходил. Он делал шаг, и горизонт делал шаг от него. Он бежал, и горизонт убегал вперед. Человек скакал на коне, мчался на машине, летел в самолете, а горизонт оставался все таким же далеким, как и в начале пути. Человек был уверен, что в горизонте заключена какая-то загадочная тайна, которую природа еще никому не открыла. Человек встретил на своем пути много мудрых людей. Многое узнал и понял. Много тайн постиг, но горизонт не приблизился к нему ни на шаг.
- Зря только тратишь время и силы, - говорили человеку самые мудрые люди. - Горизонт не покорился даже самым могучим волшебникам.
Но человек не сдавался. Прошли годы. Человек обошел всю землю и вернулся туда, откуда начал свой путь. Он остановился на холме, где часто играл в детстве, где впервые увидел горизонт. И вдруг все понял. Горизонт всюду! На каждом шагу.
И сразу услышал у самого уха его тревожный, манящий в неведомые дали голос.
Человек счастливо улыбнулся, закрыл глаза, вытянул руки вперед и почувствовал, как на ладони ему легла легкая, прохладная, трепещущая на ветру нить.
Теперь он ясно понимал: все прекрасное, необыкновенное и сказочное было всегда рядом.
- Но как бы я все это понял, если бы сидел на месте? - сказал человек.

Маруся
24.11.2009, 23:38
БЕЛЫЙ ВОРОБЕЙ

У Воробья с Воробьихой появились птенчики: трое нормальных, а четвертый - белый.
- Как все это понимать? - спросил строго папа Воробей.
- Я и сама ничего не понимаю, - ответила Воробьиха. - Как говорится, в семье не без урода.
- Что урод, я и сам вижу, но что все скажут о подобном случае?
- Может, он еще со временем посереет, - сказала Воробьиха.
- Буду надеяться, - сказал папа Воробей.
Прошло время. Птенцы подросли. Пора было вылетать из гнезда, а Белый не посерел.
- Позор! - говорил папа Воробей. - Как я с ним на люди покажусь?
- Может, все и обойдется, - сказала мама, - рискнем!
И папа вытолкнул птенцов из гнезда. Трое братьев Белого опустились в стаю, и на них никто даже внимания не обратил. А когда опустился Белый, воробьи даже чирикать перестали.
Первым опомнился Бесхвостый воробей.
- Белый воробей!!! Позор! Проучить! Проучить! - закричал он что есть силы.
И, налетев на Белого, стал вырывать ему перышки из хвоста. Его примеру последовала вся стая.
Спас Белого воробья папа. Он как орел налетел на стаю, и воробьи разлетелись.
- И за что его так? - вздыхала мама Воробьиха.
- Не будет белым! - отвечал папа Воробей. - Сама подумай: кто будет в стае терпеть "белую ворону. Не будь он мне сыном, я бы и сам задал ему хорошую головомойку.
С тех пор Белому воробью частенько попадало, особенно от Бесхвостого. Когда воробьи начинали скучать и часто поглядывать на оставшиеся перышки Бесхвостого воробья, Бесхвостый кричал:
- Айда, проучим Белого воробья!
И всегда находились желающие. - За что меня все клюют? - спрашивал Белый воробей у папы.
- Вот будешь серым, как все, - никто клевать не будет, - отвечал папа.
Однажды Белый воробей перевалялся в грязи, и произошло чудо: никто его не клевал. От этого Белому воробью стало так хорошо и весело, что он стал прыгать и громко чирикать. Это очень понравилось Молоденькой воробьихе - самой красивой в стае.
- Люблю таких отчаянных и веселых, - сказала она Белому воробью, - а гнездышко у меня выстлано голубиными перышками.
Другие воробьи завидовали Белому и тоже прыгали и чирикали, но Воробьиха на них даже внимания не обращала.
- И почему я тебя раньше не встречала? Ты чей? - спрашивала Молоденькая воробьиха.
Белый воробей уже хотел признаться, что он Белый, как Воробьиха заметила его белые перышки.
- Какая наглость! И он еще посмел мне понравиться! - закричала она.
- Проучить! Проучить! - зачирикал Бесхвостый воробей. И воробьи бросились на Белого.
Спасся Белый воробей только в луже. В одно мгновенье все воробьи так перевалялись, что перестали узнавать своих. Зато Бесхвостому досталось на орехи. Ведь он даже в грязи оставался бесхвостым.
После этого случая Белый воробей никогда не появлялся в воробьиной стае чистым и жил относительно спокойно.
Скоро он стал стреляным воробьем, которого на мякине не проведешь, но никак не мог понять: почему грязным воробьем быть лучше, чем чистым, и почему обязательно надо кого-то клевать?

ПЕРВЫЕ ИСПЫТАНИЯ
Утенок вылупился из яйца и долго стоял, пораженный величиной другого яйца, в которое он попал. Большой и красный желток висел над лесом. Утенок втянул голову в плечи, ему стало страшно.
- Кря! - сказало что-то рядом, тоже очень большое, но не страшное, а теплое и мягкое. Утенку захотелось спрятаться, и он нырнул под крыло маме Утке. Подождав немного и видя, что ничего не происходит, он высунулся наружу. И снова громадный мир поразил его. - Что это?
- Кря! Это мир.
Утенок опять непонимающе пискнул, но мама Утка легонько его клюнула и сказала:
- Кря! Поживешь - узнаешь.
Утенок постоял немного, и вдруг ему захотелось клюнуть большой красный желток, висевший над лесом.
Он вылез из-под крыла и заковылял. Но, сделав несколько шагов, скатился с кочки и плюхнулся в воду.
Он стал сильно работать лапками и поплыл. А рядом плыла мама Утка.
Утенок выбился из сил, а желток был все так же далеко.
Обратно он плыть не мог.
Мама Утка подталкивала его клювом, а Утенок крутился на воде серым комочком.
Потом он с трудом забрался в гнездо.
Мама Утка накрыла Утенка своим крылом и сказала:
- Кря! Еще ни одна утка не долетала до солнца. Утенок удивленно пискнул, глаза у него сами закрылись, и он заснул первый раз в жизни.
Во сне ему снился вкусный красный желток.

КАК ХОМЯЧОК В ГОСТИ СОБИРАЛСЯ

Пошел раз Хомячок в гости к Ежу. Шел, шел и вспомнил, что забыл убить муху, которая сидит дома на стене.
Вернулся он домой, смотрит: а муха сидит на прежнем месте и даже не думает улетать.
- Если она не думает улетать, я могу убить ее, когда вернусь от Ежа, - решил Хомячок и снова пошел в гости.
Шел, шел и стал жалеть, что не убил муху.
Муха может сесть на пирог с вареньем, попасть в молоко, и вообще неизвестно, что ей придет в голову.
- Убью муху, а потом со спокойной совестью пойду в гости, - решил Хомячок и побежал домой.
Муха сидела на прежнем месте.
Хомячок зажег свет и увидел, что муха - сухая, давно убитая.
- Вот так, из-за дохлой мухи весь день потерял и к Ежу не сходил, - возмущался Хомячок. - Когда еще теперь в гости выберусь?

КАК ТОНУЛ ХОМЯЧОК

Шел Хомячок по берегу, задумался и не заметил, как свернул и дошел до середины речки.
Увидел его Барсук и стал кричать:
- Опомнись, Хомячок, по воде идешь! Опомнился Хомячок и стал тонуть.
- Спасите, караул! - закричал он. Барсук побежал звать на помощь. Из воды высунулась Лягушка.
- Что кричишь? - сказала она. - Здесь и мне-то по колено.
Посмотрел Хомячок: правда, Лягушке по колено. И перестал тонуть.


ИЗВЕСТНОСТЬ

"Что бы такое сделать, чтобы обо мне все узнали?" - думал Хомячок.
Пошел он в поле, ровное-ровное, без единого кустика, и вбил посреди поля кол.
Кол отовсюду виден, звери к нему бегут, узнать хотят: что это такое? А на колу написано: "Этот кол вбил Хомячок".
И пошло по лесу:
- Вы видели? Вы слышали? А ведь Хомячок кол вбил.
Узнал об этом Медведь. Такого в лесу еще не бывало. Обидно ему стало, что не он первый догадался вбить кол.
Взял он тогда и врыл бревно, а кол Хомячка забросил в лес.
- Зачем Медведю это бревно? - удивились звери и больше о бревне ни слова, а на Хомячка все показывали пальцем и говорили: "Это Хомячок, который вбил кол!

НЕ ЗОЛОТОЕ, А ПРОСТОЕ

Снесла курица яичко - самое обыкновенное. Раскудахталась, будто не яйцо снесла - целую Землю с морями и лесами.
Кричит утро, кричит день, успокоиться не может. А яйцо как яйцо: белое, круглое...
- Вот высижу его, тогда узнаете, что это яйцо необыкновенное! - отвечает курица.
Прошло три недели.
Вылупился из яйца цыпленок. Желтенький комочек на тонких ножках.
- Теперь-то видите, какое чудесное было яйцо? - спрашивала курица, показывая на цыпленка.

Маруся
25.11.2009, 02:07
СВЕТЛЯЧОК

По ночам Светлячок не спал, а светился и смотрел на небо.
Небо он считал большим зеркалом, в котором отражаются светлячки, сидящие на соседних былинках.
Одни горели тускло, другие ярко. Вот только не знал Светлячок, где его отражение. И втайне считал, яркая Полярная звезда как раз и есть его отражение.
Иногда, Светлячку казалось, что Полярная звезда начинает тускнеть, тогда он напрягал все свои силы и даже гудел от напряжения. Ему хотелось быть ярким, а не тусклым, как другие звезды.
- Не надрывайся, - говорили ему соседи. - Тебе что, больше всех надо? Свети потихоньку.
Но Светлячок никого не слушал.
- Так можно и совсем погаснуть!
Только утром, совершенно обессилев, но со спокойной совестью Светлячок засыпал. Он боялся только одного - проспать. Ведь если он проспит, на небе не появится Полярная звезда.

САМОЕ ГЛАВНОЕ ВОЛШЕБСТВО
Жил на свете волшебник. Все он мог, но ничего его не радовало. Махнет рукой - дворец появится, махнет еще - пустыня возникнет или море разольется. Посмотрит волшебник на все это и скажет: "Ну и что?
И решил он узнать, что люди о счастье говорят. Почему они ничего не могут, а счастливы бывают?
Вот раз встретил волшебник человека, который нес мешок.
- Тяжело? - спрашивает волшебник.
- Куда уж тяжелей, - отвечает человек.
- Хочешь, тебе всегда легко будет? Хочешь, все будет делаться само собой?
- Нет, - отвечает человек, - от такого счастья уволь.
Удивился волшебник:
- Тебе же тяжело?
- Так и должно быть, - отвечает человек, - будет все легко, чему же тогда радоваться?
- Наверно, ты прав, - сказал волшебник, - я вот все могу, а радости нет.
- И дом можешь с крыши построить? - спросил человек.
Волшебник махнул рукой, и в воздухе появилась крыша с трубой и дымом. Потом появились стены, фундамент, забор и сад за ним.
- Здорово, - сказал человек, - только лучше, когда все это своими руками построишь.
- Ты и на самом деле счастлив? - спросил волшебник.
- Донесу мешок до места, сделаю дело - вот и радость у меня.
- Дай мне свой мешок, - попросил волшебник, - я понесу.
Путь был долгим. Несет волшебник мешок и спрашивает:
- Далеко еще?
- Далеко, - отвечает человек.
- Отдохнуть можно?
- Лучше не надо, а то радость будет не полной.
Тяжело было волшебнику, махнуть бы на все рукой и сразу с мешком очутиться на месте, но он терпел. Хотелось хоть раз в жизни испытать недоступную ему радость.
Наконец человек сказал:
- Пришли.
Сбросил волшебник мешок, упал на землю, и по лицу у него расплылась счастливая улыбка.
- Теперь понимаешь, что такое счастье? - спросил человек.
- Понимаю, - ответил волшебник. - Спасибо тебе, человек, за науку.
- И тебе, волшебник, спасибо, - ответил человек, - помог мешок донести.
С тех пор волшебник забросил свое мастерство. Своими руками построил дом, вырастил сад и каждое утро еще до солнышка вставал и шел работать в поле. А работая, он пел. Со всеми был добр и приветлив. Дня для него не проходило без радости.
Встречая человека, который работает с удовольствием и песней, улыбнись ему. Может быть, это и есть тот Волшебник, который умеет все на свете

Аня
28.11.2009, 11:53
Чудесные "чудесные истории". Особенно, про то, как хомячок собирался в гости. Запомню, потом себе же и припомню :vo:

Маруся
11.12.2009, 15:08
УЧЕНЫЙ КОЗЕЛ

Жил в лесу Ученый козел. Знал все, что только можно знать. Лесные обитатели без него шагу сделать не могли. Уж если на дворе дождь, никогда Козел не скажет, что погода солнечная. Вечер он с утром не путал, как некоторые. Лось с Кабаном подрались. Дело до крови дошло. Лось говорит: солнце на небе! Кабан - луна. Дело было на закате.
Козел же посмотрел ученым взглядом и сразу сказал, что это не луна, а заходящее солнце. Вот какой ученый был Козел.
Раньше, говорят, каждый сам во всем разбирался. Пришел как-то к Козлу Ослик и говорит:
- И как это ты, Козел, во всем разбираешься?
- Поучись с мое, и ты будешь разбираться. Если, конечно, голову на плечах имеешь.
- А ты знаешь, какая погода будет через сто лет?
- Вёдро! - не моргнув глазом, ответил Козел.
- И через тыщу знаешь?
- Знаю! Я все знаю...
- Это каким же надо быть ученым, чтобы все знать? - удивился Ослик.
Наступила осень, и Козел всех предупредил: - Скоро зима! Если кто запасов не сделал - туго придется.
И все убедились, что Козел прав.
Потом Козел объявил, что уже морозы ударили. Что пора одеваться потеплей, иначе простудиться можно.
- Надо же! - удивился Кабан. - Значит, уже пора мерзнуть, а я все потею. До чего наука дошла. Все знает.
- Я уже давно замечаю, что все как-то стало не так, только понять не могу что, - сказал Ослик.
Один Хомячок обходился без Козла, зато однажды чуть летом в зимнюю спячку не залег.
- Золото у нас, а не Козел, - говорили лесные обитатели, - что бы мы без него делали?
Но однажды Козел пропал. Как в воду канул. Говорили, что переехал в город. Но толком никто не знал.
И пропали звери без Козла. Опустел постепенно лес. Остались одни елки-палки, Хомячок да еще кое-какая мелочь. И наверно, потому, что хотя и были они самыми глупыми, зато жили своим умом. Ведь недаром говорят, что даже ослу достаточно ума, чтобы оставаться самим собой.

ГЛУПЫЙ ХОМЯЧОК

Получил Хомячок письмо из города: "Приезжай, дорогой, в гости, - писал незнакомый Волк, - не бойся, не съем. Для меня сейчас дороже всякого мяса - душевное тепло и внимание. Мы не знакомы, но это не беда. Слышал я, что только ты один в лесу сохранил еще свою простоту и отзывчивость. Пожалей серого, приезжай. Я бы и сам в лес убежал, да боюсь темноты. Фонарей-то в лесу нет. Да и каждая мышь теперь по лесу с ружьем ходит. А тут меня никто за волка не считает. Работаю на складе дворняжкой. Приезжай, чайком побалуемся, поговорим по душам".

- И не думай ехать, - сказал Ослик, - разве можно Волку верить.
- Жалко мне его, - ответил Хомячок, - я его приласкаю, пожалею - ему и легче станет.

Бросил Хомячок все дела и отправился в дорогу. Но не успел от норки отойти, как повстречал Волка.
- Куда это ты, Хомячок, спешишь? Не в город ли к Волку?
- К Волку в гости. Он мне приглашение прислал, - отвечает Хомячок.
- И ты не боишься его? - удивился Волк.
- Не боюсь! Волку сейчас очень одиноко. Ему в городе теплоты и внимания не хватает. Его там зайцы совсем заели.
- Ну и глупый же ты, Хомячок! Много я слышал о твоей глупости, но никогда бы не поверил, если бы сам не убедился. Знаешь, а ведь письмо-то я тебе написал.
- Зачем? - спросил Хомячок.
- А как тебя еще из норки выманишь? Дичи совсем не стало. Решил на всякую мелочь переходить.
- А я-то думал, что хоть один волк хорошим стал!
- Ну, ты полегче выражайся! - рыкнул Волк. - А то съем.
- Если будешь есть - ешь скорее, а то мне некогда, - сказал Хомячок, - я из-за тебя все дела бросил.
- Нет уж, уволь! Есть я тебя не буду, даже если умолять будешь. Съешь, а потом сам таким же глупым станешь. Начнешь еще зайцев жалеть и овец. А за отзывчивость спасибо. Впервые меня кто-то пожалел.
И Волк убежал. Хомячок вернулся к норке.
- Ты почему возвращаешься? Передумал?- спросил Ослик.
- Я уже встретил Волка, - ответил Хомячок.
- И он тебя не съел?
- Он сказал, что таких глупых, как я, он не ест.
- Теперь понятно, почему Волк все время за мной охотится, - сказал Ослик. Хомячок еще раз перечитал письмо Волка, вздохнул и сказал:
- Лучше бы Волк меня съел. После встречи с ним мне так стало холодно и одиноко, хоть волком вой.

Аня
11.12.2009, 15:22
УЧЕНЫЙ КОЗЕЛ
Наступила осень, и Козел всех предупредил: - Скоро зима! Если кто запасов не сделал - туго придется.
И все убедились, что Козел прав.
Потом Козел объявил, что уже морозы ударили. Что пора одеваться потеплей, иначе простудиться можно.
Когда говорю банальности с умным видом, чувствую себя козлом. Этим самым. Пора, аня, замолчать!:tishe:
Как тут не вспомнить: Знающий молчит, говорящий не знает. У меня иногда противоречие внутри, писать на форуме или нет. Я понимаю что-то и понимаю, что можно с умным видом написать, и будет умно, полезно (может быть), а можно промолчать, и это будет лучше. А можно написать и отстраниться от этого. Не вписывать это в реестр своих личных достижений. И тогда, зеленый свет.
А это про хомячка "После встречи с ним мне так стало холодно и одиноко, хоть волком вой". Точнее про меня после сеанса сонастройки. Как повстречаешь себя родимую, хоть волком вой.

Маруся
20.12.2009, 21:16
Лампочка и выключатель.

Жил на стене маленький Выключатель. Как все говорили - плоский и неказистый.
А Лампочка была большой и красивой. Она висела в самом центре комнаты в окружении своих таких же прекрасных подруг. Она была такая яркая, одетая в самую модную шикарную люстру, что Выключатель не мог устоять.
Он влюбился в неё без памяти. К тому же у неё были такие прекрасные формы и эта пышная люстра, из которой она так кокетливо выглядывала, и, улыбаясь, подмигивала Выключателю. А он торчал в углу комнаты и то и дело печально вздыхал. Он очень страдал, ведь они не могли быть вместе.

Огромное оконное Стекло втайне завидовало выключателю, ведь оно никого не любило. По-правде сказать, его тоже никто не любил. На него просто никто не обращал внимания. Все смотрели сквозь него и говорили: "Какая хорошая погода!" или "Сегодня идёт дождь". И никто не замечал оконное Стекло. Его лишь изредка ругали: "Стекло опять грязное!", вздыхали и поскорее отходили от него. К тому же оконное Стекло считало себя дальним родственником лампочки и во всём завидовало ей. Поэтому Стекло было ворчливым и вредным.

Однажды Стекло говорит выключателю: Послушай, дорогой друг! (На самом деле они не были друзьями, но ведь когда говорят что-то неприятное часто лгут) Послушай, дорогой друг! - повторило стекло для пущей важности! Что ты всё время вздыхаешь! На самом деле Лампочка без тебя жить не может!
- Правда? - скромно спросил Выключатель. Он одновременно обрадовался и испугался. Так часто бывает, когда любишь.
- Конечно правда! - продолжало Стекло. - Ты её повелитель, её начальник, её король! - Оконное Стекло даже задрожало от волнения (когда хочешь сделать гадость тоже волнуешься). - Если ты захочешь, она будет светить, захочешь - погаснет! А ты всё время вздыхаешь. Да Лампочка без тебя жить не может, наивный! - и стекло противно задребезжало от смеха.
Выключатель от удивления ушёл в себя и выключился. Лампочка тут же погасла. Он погрузился в свои мысли. "Да как он смеет обижать её? Она же само совершенство!"- завёлся выключатель и включился. Лампочка тут же вспыхнула.
Выключатель посмотрел на неё:
- Это правда? - спросил он тихо у любимой, ведь влюблённые верят только друг другу.
- Да, - так же тихо ответила она. А потом вздохнула. - Теперь ты знаешь мой секрет, знаешь как я завишу от тебя и любовь превратится в рабство.
- Вот так-то! - обрадовалось стекло. - А то вздыхают тут по ночам, спать не дают.
- Что ты! - радостно завопил Выключатель. - Значит мы не так далеки друг от друга! Значит нам самой судьбой уготовано быть вместе! Я люблю тебя, Лампочка! И готов быть твоим защитником. Если ты захочешь ярко вспыхнуть, я помогу тебе включиться. А если ты устанешь, только скажи, и будешь отдыхать. Теперь я буду твоим хранителем.
- Вот дурак! - выругалось стекло. Так всегда говорят, когда больше нечего сказать.

А Лампочка и Выключатель влюблённо смотрели друг на друга, и их глаза светились от счастья.

Вот так началась их история любви. Но нельзя не сказать, что все вокруг были в недоумении: как эта маленькая Лампочка может так ярко светить и так неправдоподобно долго не перегорать!
Просто все вокруг не догадывались, что эту лампочку любят...

Маруся
08.01.2010, 00:39
Легенда о маленьком фонарщике

В те времена, когда фонари зажигали огнем, по улицам каждый вечер ходили фонарщики и приносили свет в каждый переулочек.

В то время жил маленький фонарщик, он был низенького роста, невзрачный старичок. Каждый вечер он ходил по переулкам и чиркал спичкой по своей подошве, зажигая фонари, каждая темная улочка становилась светлей обычного. Семьи у него не было, он был тихий, незаметный, люди, живущие рядом, не знали о нем ничего; дети насмехались, обзывая карликом, а взрослые называли лодырем, поэтому он предпочитал выходить на улицу только по вечерам, зажигать фонари, а после любоваться ночным небом.

Каждый раз, чиркая спичкой по подошве, маленький фонарщик уменьшался в росте, однажды к нему подошел незнакомец и спросил: "Как ты можешь так жить? Ведь ты совсем исчезнешь, ты для людей не жалеешь жизни, а они ничего взамен, лишь оскорбления. Не справедливо, не правильно".
На что он ответил: "Если я не буду зажигать фонари, то люди останутся без света. А как же они без света? Если кто ночью пойдет по темной улице, разве он дойдет до дома? Так до утра и будет блуждать. Справедливо разве? А свет на улице будет, тот человек до дома дойдет, а в глубине души спасибо скажет, и мне спокойней будет".

Так и продолжал маленький старичок чиркать спичкой по подошве и уменьшаться, пока вовсе не исчез. Никто и не заметил, что не стало маленького пожилого человечка, только все сразу заметили, что вечерами стало очень темно.

P.S. Каждый человек в этой жизни очень много значит, каждый, даже если того сам не замечает, вносит в жизнь других свет, и если не станет одного - то другим, возможно, в жизни станет темнее.

Маруся
04.02.2010, 23:46
Седов Сергей "Черный автобус"

В одном маленьком городке время от времени появлялся чёрный автобус без водителя. Все матери в этом городке предупреждали своих детей, чтобы они не садились в этот чёрный автобус.
Но некоторые дети всё-таки садились. Им хотелось покататься. Больше их никто никогда не видел! Ещё в автобус заходили приезжие, потому что ничего не знали. И они тоже бесследно исчезали…
Милиционеры много раз преследовали чёрный автобус, но он каждый раз ускользал в неизвестном направлении, развивая фантастическую скорость. И тогда начальник отделения, майор Сидоров, понял, что есть только один способ разобраться в этом деле. Когда автобус в следующий раз появился в городе, майор уже ждал его на остановке.

Он вошёл и сел на первое сидение. Двери закрылись, и автобус тронулся с места. Шофёра, как обычно, не было. Но автобус ехал всё быстрее и быстрее… Майор взглянул на часы и чуть не умер от ужаса. Стрелки часов крутились с огромной скоростью – и не вперёд, а назад!!!

Майор снял фуражку и потрогал лысину. Лысины не было. На макушке выросли волосы. За несколько минут майор помолодел лет на десять… Вскоре у него перестала болеть поясница, потом пропали усы, и он почувствовал себя юношей, потом подростком, потом он стал дошкольником и выскользнул из кителя и штанов. Тут он понял, что пора действовать. Майор оторвал своей маленькой ручонкой кусочек газеты и написал записку.
Тут же карандаш выпал у него из рук, потому что он уже стал младенцем. Майор успел сунуть записку в рот и в следующее мгновение провалился в полную темноту…

Через некоторое время в роддоме американского города Денвера (штат Колорадо) родился мальчик. Когда акушерка перевернула его вниз головой и похлопала по попе, он закричал, и изо рта у него выпала записка. В ней было написано:
«Я майор Сидоров».

Анаэль
06.02.2010, 23:44
:hi:Марина спасибо огромное!!!! за такие поучительные сказки!!!!!:vo:

Маруся
07.02.2010, 11:59
Из рассказов дяди Пётры, жителя северной деревни Юрома.


Дядя Пётра не робкого десятка. Про него даже можно сказать – отчаянный человек. Ему ничего не стоит в одиночку на Сланцевый карьер завернуть. А ведь все знают, что прошлым летом там рысь видели. Вернее не саму рысь, а её следы. Нет, конечно, не отпечатки ее кошачьих лап. Рысь зверь осторожный. Следов не оставляет. А нашли в карьере дохлого зайца. Как видно, рысь его прихлопнула, а съесть не успела – спугнул кто-то.
Но дядя Пётра, всем известно, и сам не промах. Его с наскоку не возьмёшь. Первым делом он тропинку проверил. Нет ли где дохлого зайца или ещё каких следов рыси. Потом под сланцевый выступ стал и ногой топнул. Это на случай, если рысь вверху, на гребне затаилась. Она прыгнет на звук, да мимо. Дядя-то Пётра под каменным навесом надежно укрыт. Но и тут хитрый зверь не объявился.


Стал тогда дядя Пётра спокойно заниматься тем делом, за которым в карьер пришёл. Отбирал сланцевые плитки поровней и горкой складывал. Из сланца хорошо печь строить. А дядя Пётра как раз задумал во дворе сложить летнюю печь. Чтобы в доме не чадило.
Весь углубился дядя Пётра в работу. Про рысь и думать забыл. И вдруг почувствовал, как ему в спину глаз нацелился. Так и сверлит под правой лопаткой. Дядя Пётра осторожно лопаткой подвигал. Глаз тут же переместился на серёдку спины. Прямо в позвоночник упёрся. И глаз какой-то колдовской. Сразу спина занемела. Дядя Пётра медленно нагнулся будто бы за куском сланца. А сам из-под руки назад зыркнул. Понимал он, что резко двигаться нельзя. Рысь тут же и прыгнет. Согнул он руку крендельком, сам дугой изогнулся и замер. Рассматривает, что у него за спиной творится.
Только ничего не творится. Рысь под сланец замаскировалась. Её и не заметишь. Но глаз-то её звериный глядит! Непонятно откуда, но точно глядит. Дядя Пётра даже представил этот её глаз. Зелёный и в крапинку. А крапинка жёлтая. Частая. Что делать? Спиной-то дядя Пётра видеть не умеет. А в таком скрюченном виде двигаться неудобно. Но ничего не поделаешь. Стал дядя Пётра потихоньку, боком, будто горбун, отодвигаться подальше от глаза. Ногу передвинет и замрёт. Передвинет и замрёт. Так за горелый дуб, молнией расщеплённый, задвинулся. Хотел уже разогнуться и обдумать, что дальше делать. Да так и замер. Глаз теперь переместился в широкую расщелину на верхушке дуба. Да не теперь! Он же всё время там был! А дядя Пётра так глупо попался – сам в лапы к зверю пришёл.
Невидимый глаз шарил по всему телу дяди Пётры, словно примериваясь, куда направить стремительное тело кровожадного зверя. Сразу ли в шею врезаться? Дядя Пётра даже ощутил, как глаз скользнул по затылку, будто перерезал его. А, может, грудь ему разорвать когтями? Но тут уж нет, шалишь! Дядя Пётра лицом к рыси не повернётся! Нельзя зверю глядеть глаз в глаз. Нервировать. Он с испугу уж точно бросится.
Дядя Пётра взмок от напряжения. И согнутую спину заломило. Тогда он медленно поднял руку, стянул с головы кепку и отвёл эту руку с кепкой в сторону. И тут же почувствовал, как спина освободилась от тяжёлого беспощадного взгляда. Глаз переместился на бесчувственную кепку. Так. Теперь осторожно повесить кепку на сук, а самому резко отскочить.

Р-раз! И дядя Пётра ловко откатился от дерева! Спину и грудь больно накололо сланцевым щебнем. Но это пустяки. Главное – не дать опомниться коварному хищнику. Дядя Пётра вскочил на ноги и побежал. И вдруг рысь бросилась за ним. Он явственно слышал её легкую побежку.
– Дядя Пётра! Дядя Пётра! – кричала рысь. – Кепку-то забыл!
Дядя Пётра остановился, как вкопанный. Оглянулся. Его настигал соседский мальчишка Вася Дерягин.
– Вот твоя кепка, дядя Пётра, – сказал Вася. – Только отцу не говори, что я на Сланцевый карьер хожу. И как ты меня заметил? Я ж в расщелину дуба затиснулся. Ух, дядя Пётра, и хитрый же ты!

Маруся
28.02.2010, 20:10
Сказка про Ноту...

Нота родилась из удара молоточка по струне, струна вздрогнула и нота освободилась. Она взлетела над комнатой, покружила вокруг лампочки и присела на плечо пианиста.
Его руки - то послушные два крыла, то две бьющиеся птицы, продолжали бег по клавишам, и из инструмента освобождались новые и новые ноты. Одни только выпрыгнув, падали на ковер и стихали в его ворсинках, другие взмывали и уносились в открытую форточку, и только эта маленькая нота сидела на плече музыканта.
Отныне эта нота вплелась в его судьбу и хранила его. Она то легко вплеталась в мелодию, то звонко выбивалась из общего хора.
Часто кружилась в хороводе других нот, коротеньких и длинных, отрывистых и плавных. Иногда под вечер нотки собирались в кружочек и шептались приглушенным пианиссимо.
Иногда они толкались, весело подпрыгивая одна за другой, будто лукавое стаккато щекотало каждую из них.
Или в длинных одежках все как одна похожие на Аленушку из сказки, они шли друг за дружкой в степенном и грустном миноре.
Или вдруг слаженный хоровод распадался: одних увлекал за собой немой вопрос скрипичного ключа, вечно желающего понять, в чем соль; другие семенили за лукавой запятой басового, будто вспыхивающего от удивления гневным нижним фа.
И когда музыкант уставал и опускал крышку инструмента, ноты растворялись, и лишь эта маленькая нота оставалась на его плече.

Все в городе знают, где живет музыкант. Но к нему давно никто не заходит. Да и не известно наверняка, тот ли это музыкант, а может это его ученик? Или ученик его ученика?..
Никто не скажет этого наверняка. Только остановится у открытого окна, устремляя ввысь взгляд и душу; послушает музыку, а когда музыка стихнет, прохожий еще некоторое время глядит ей вслед. И вдруг замечает, как в воздухе немного покружит последняя одинокая нота, и снова возвращается в открытую форточку.
"Та самая", - с улыбкой подумает про себя прохожий, но никому не скажет. Ведь жители города не рассказывают своих тайн просто так...
"Та самая, значит и музыкант тот", - с улыбкой подумает прохожий, и вновь поспешит по своим делам....

...жизнь начинается и заканчивается музыкой. Одинокой и самой верной нотой.

...и печаль, покружив ноту, так и оставит ее в воздухе.... ту самую....

Маруся
15.03.2010, 13:54
Балл Георгий - Хитрый паучок и хитрый медведь

У самой речки в кустах на тоненькой паутинке висел паучок. Он глядел далеко-далеко вперёд. А издали всё кажется маленьким. Большое дерево – маленьким деревцем. Вот таким. Большая гора – маленькой горкой. Вот такой.

Вдруг увидел паучок, как на маленькую горку взобрался маленький-маленький медведь. Вот такой.

Постоял медведь на горке, повертел своей маленькой головкой и пошёл мимо деревца.

«Куда это он собрался?» – подумал паучок, а сам раскачивается на своей паутинке: кач-кач, кач-кач... Качается паучок и дальше думает: «Вот-вот взойдёт солнце. А какое оно на вкус, солнце, – горькое или кислое? А может быть, сладкое? Хорошо бы поймать солнце».

Так подумал паучок и сейчас же принялся плести паутину: нитка к нитке, нитка к нитке.

Вдруг – плюх... плюх... плюх... Что такое?

А это пришёл медведь. И был он большой-большой. Вот такой.

Медведь залез в воду. Поплавал. А потом вылез из воды. И стал перекатываться с боку на бок по песку.

– Осторожнее! – пропищал паучок.

Медведь открыл глаза. Увидел маленького паучка,

– Ты зачем, малыш, сюда залез? – прорычал» медведь.

– Я хочу поймать солнце.

– Что? – удивился медведь.

– Солнце, – повторил паучок. – Видишь, какую прочную паутину я плету? А ты зачем, медведь, катаешься по песку?

– Я хочу сделаться жёлтым, – сказал медведь.

– Зачем жёлтым?

– Чтобы пчёлы меня не узнали, малыш. Пусть думают, что я не медведь, а жёлтая гора. Ведь ты знаешь, что бывают жёлтые горы.

– Знаю, знаю, – сказал паучок и тихонечко засмеялся: нос-то у медведя был не жёлтый, а чёрный. И он ещё фыркал этим чёрным носом. А горы так не делают.

«Глупый медведь. Большой, да глупый!» – думал паучок.

А медведь поднялся и пошёл. «Глупый паучок, – думал он, – маленький ещё, глупый. Разве солнце удержать такими паутинками?» И медведь громко засмеялся.

Он смеялся, пока не залез на ту гору, откуда пришёл, и не стал опять маленьким-маленьким – вот таким.

Маруся
18.03.2010, 19:36
Страна, где живёт Любовь.


Далеко-далеко, там, куда не долетают самолеты, не доезжают поезда и не доплывают корабли, есть Забытая Страна. Там живет Шум Ушедшей Электрички, Отзвук Сыгранной Мелодии, Аромат Отцветшей Сирени, Вкус Съеденного Мороженного, Ощущение Прошедшей Радости и Когда-то Одержанная Победа.
Жители этой страны очень степенны, их дни похожи один на другой и проходят примерно так: утром они собираются на террасе, и говорят о том, какая хорошая сегодня погода. А погода в Забытой стране и правда хорошая. Ни ветра, ни дождя, ни снега там никогда не бывает. Не бывает там даже туманных и пасмурных дней. Там всегда светит ровное солнце не палящее и не жгучее, а ленивое и теплое солнце Забытой страны. И погода там, если честно, всегда одинаковая. Так что каждое утро можно смело говорить о том, что она хорошая, что и делают жители Забытой страны.
Потом жители страны плотно и обильно обедают Воспоминаниями, иногда запивая их и Легкими Сожалениями, от чего уже после полудня они не только ленивы, но и немного печальны... (в рамках приличия, разумеется)
И тогда они вновь собираются на террасе, и Шум Ушедшей Электрички в сотый раз рассказывает, что это была за электричка: новенькая, яркая, с вымытыми окнами, развивавшая огромную скорость. И все слушатели благосклонно кивают, будто впервые узнали об этой чудесной электричке. Потом Отзвук Сыгранной Мелодии, важно прохаживаясь взад-вперед, сообщает, каким маститым и прославленным музыкантом был человек, сыгравший эту замечательную мелодию. И все снова кивают и улыбаются.
Такая история есть про запас у каждого жителя Забытой страны.
И когда в глубоких и мягких летних сумерках, - а в Забытой стране сумерки всегда глубокие, мягкие и летние, - заканчивает свой рассказ о чудесной порции земляничного мороженного Вкус Съеденного Мороженного, все жители Забытой страны желают друг другу спокойной ночи, - впрочем, ночи в Забытой стране всегда спокойные, - и сладких снов. Ну, да ведь и сны в Забытой стране всегда сладкие. В предвкушении их, почтенные жители расходятся, довольные собой и друг другом, чтобы завтра утром снова встретиться на террасе, и порадоваться, какая в Забытой стране сегодня хорошая погода...

Вот только Любовь в Забытой стране не живет... Наверное, если бы ее спросили, она бы призналась, что с удовольствием взяла билет на поезд, самолет или корабль и отправилась бы в эту чудесную страну, где всегда хорошая погода, а сумерки всегда глубокие мягкие и летние...
Но таких билетов нет, потому что нет даже самих поездов, самолетов или кораблей, отправляющихся туда. И потому Любовь живет здесь. Здесь, где бывают дожди и туманы, ветра, вьюги и грозы. Где ночи не всегда спокойные, а сны не всегда сладкие. И где сумерки бывают сырыми, холодными и неуютно одинокими.
Но она живет здесь. А значит, всякий кто идет по улице на работу, в магазин, спешит, опаздывает или просто бродит или гуляет... может встретить ЕЕ. И однажды обязательно встретит! Ведь Любовь живет здесь.

Маруся
02.04.2010, 14:54
Мы - водители маршруток


Все мы – водители маршруток. Каждый из нас, начиная сознательную жизнь, получает водительские права и садится за руль. Выбирает свой маршрут и едет по нему, часто отклоняясь от намеченного курса.
Порой едем на красный свет и медлим, когда загорается зеленый.
Мы нарушаем правила сами и сердимся на тех, кто тоже нарушает их. Нас останавливают и штрафуют. Мы лавируем и стоим в пробках. Пытаемся кого-то обогнать на жизненных поворотах и попадаем в аварии.
Хорошо, когда отделываемся вмятинами и царапинами, хуже, когда в нас врезаются настолько, что мы – просто всмятку.

В наши маршрутки садятся наши пассажиры – те, с кем сводит нас жизнь. Кто-то едет по нашему маршруту до ближайшего поворота, кто-то хочет ехать долго, но вдруг просит нас резко притормозить, и неожиданно для нас выходит, кого-то мы сами просим сойти, чтобы уступить место новым, более интересным для нас пассажирам, а кто-то, как мы надеемся, едет с нами до конечной. Причем за проезд все платят по-разному, и эта плата не зависит от длины маршрута. Впрочем, большинству своих пассажиров мы платим тоже – мы ведь зачастую пересаживаемся в их маршрутки и подчиняемся маршрутам, выбранным ими.

Всех нас часто не устраивают ни вид за окном, ни скорость передвижения, ни быстро приходящий в негодность внешний вид наших машин. Порой мы не справляемся с управлением, и нам хочется сойти с дистанции, но большинство мужественно движется вперед, несмотря на усталость и от вождения, и от некоторых пассажиров.

Каждый из нас едет до конечной остановки, не зная, когда она появится на нашем горизонте и сколько пассажиров будет к тому времени с нами. Но все мы надеемся, что до конечной ещё далеко. Ведь как бы мы ни ворчали, но нам нравится ехать. Особенно, когда светит солнце, дорога свободна, топлива достаточно, а наши пассажиры улыбаются вместе с нами…

Аня
02.04.2010, 16:20
Серьезные истории. Спасибо!.:) Удивительно думает человек, написавший их.

Маруся
19.04.2010, 19:56
Люди с розами


Джон Блэнчард встал со скамейки, поправил свою армейскую форму и стал пристально всматриваться в толпу людей, проходивших через центральную вокзальную площадь. Он ждал девушку, сердце которой он знал, а лица никогда не видел, он ждал девушку с розой.

Всё началось тринадцать месяцев назад в одной из библиотек Флориды. Его сильно заинтересовала одна книга, но не столько тем, что в ней было написано, а больше пометками, сделанными на полях. Неяркий почерк выдавал глубокомыслящую душу и проницательный ум.
Приложив все усилия, он нашёл адрес бывшей владелицы книги. Мисс Холис Мэйнел жила в Нью-Йорке. Он написал ей о себе и предложил переписываться.

На следующий день его призвали на фронт. Началась Вторая Мировая война. В течение следующего года они хорошо узнали друг друга по письмам. Каждое письмо было семечком, падающим в сердце, как на плодоносную почву. Роман был многообещающим.
Он просил её фотографию, но она отказала. Она считала, что если его намерения серьёзны, то, как она выглядит, не имеет большого значения. .

Когда настал день ему вернуться в Европу, они назначили их первую встречу - в семь часов. В центральном вокзале Нью-Йорка.

"Ты узнаешь меня", - писала она - "на моём пиджаке будет приколота красная роза".

Ровно в семь часов он был на вокзале и ждал девушку, сердце которой он любил, а лица никогда не видел.

Вот что он сам пишет о том, что произошло дальше.

"Ко мне навстречу шла молодая девушка - я никогда не видел никого красивее: стройная, изящная фигура, длинные и светлые волосы спускались кудрями на её плечи, большие голубые глаза... В своём бледно-зелёном пиджаке она напоминала только что вернувшуюся весну. Я был так поражён, увидев её, что направился к ней, совершенно забыв посмотреть, есть ли у неё роза. Когда между нами осталось пару шагов, странная усмешка появилась на её лице.

"Вы мешаете мне пройти", - услышал я.

И тут прямо за её спиной я увидел мисс Холис Мейнэл. На пиджаке её пылала ярко-красная роза. Тем временем та девушка в зелёном пиджаке удалялась всё дальше и дальше.

Я смотрел на женщину, которая стояла предо мной. Женщина, которой было уже далеко за сорок. Она была не просто полная, а очень полная. Старая, выцветшая шляпа скрывала тонкие серые волосы. Горькое разочарование наполнило моё сердце. Казалось, я разрывался надвое, так сильно было моё желание повернуться и пойти за той девушкой в зелёном пиджаке, и в то же время настолько глубокой была моя привязанность и благодарность этой женщине, чьи письма давали мне силу и поддержку в самое трудное время моей жизни.

Она стояла там. Её бледное полное лицо выглядело добрым и искренним, её серые глаза светились тёплым огоньком.

Я не колебался. В руках я сжимал маленькую синюю книгу, по которой она должна была узнать меня.

"Я лейтенант Джон Блэнчерд, а вы должно быть мисс Мэйнел? Я так рад, что мы смогли наконец-то встретится. Могу я пригласить вас на ужин?"

На лице женщины появилась улыбка.

"Я не знаю о чём ты, сынок", - ответила она - "но та молодая девушка в зелёном пиджаке, которая только что ушла, попросила меня надеть эту розу. Она сказала, что если вы подойдёте и пригласите меня на ужин, то я должна сказать вам, что она ждёт вас в соседнем ресторанчике. Она сказала, что это было своего рода проверкой".

Джон и Холис поженились, но на этом история не заканчивается.
Потому что в какой-то мере это история каждого из нас. Все мы в своей жизни встречали таких людей, людей с розами. Непривлекательных и забытых, неприметных и отверженных. Тех, к кому совсем не хочется подходить, кого хочется обойти поскорее. Им нет места в наших сердцах, они где-то далеко на задворках нашей души.

Холис устроила Джону проверку. Тест на измерение глубины его характера. Если бы он отвернулся от непривлекательного, он потерял бы любовь всей своей жизни. Но это именно то, что часто делаем мы - отвергаем и отворачиваемся, тем самым отказываемся от благословений Божиих, скрытых в людских сердцах.

Остановитесь. Задумайтесь о тех людях, до которых вам нет дела. Выйдите из своей тёплой и благоустроенной квартиры, езжайте в центр города и дайте бутерброд нищему. Идите в дом престарелых, сядьте рядом со старой женщиной и помогите ей донести ложку до рта во время еды. Сходите в больницу и попросите медсестру проводить вас к тому, кого уже давно не посещали. Всмотритесь в непривлекательное и забытое. Пусть это будет вашей проверкой. Помните, что отверженные миром носят розы.

Макс Лукадо

Маруся
17.05.2010, 23:57
Сказка о Бабочке...

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки]
Жила была в Чёрно-белом Мире чёрно-белая Бабочка. Всё, что её окружало, было либо чёрным, либо белым. А значит либо хорошим, либо плохим.
Из древних мифов бабочка знала, что когда-то всё вокруг было цветным, но что это значит - быть цветным, не помнили уже даже самые старые жители Мира. Ещё в этом Мире был Край – непроницаемая плотная пелена, которая отделяла Мир от чего-то, что было неведомым и потому очень пугающим. Считалось, что тот, кто ушёл за Край Мира, уже никогда не сможет вернуться назад…

Когда Бабочка появилась на свет, она была чисто-белой, без единого чёрного пятнышка, а значит – очень-очень-очень хорошей. Но со временем, на её крылышках стали появляться чёрные полосочки. И Бабочка знала, что они появляются, когда она что-то делала плохо. Были в её Мире совсем белые бабочки, но их было мало, особенно взрослых. Были и совсем чёрные – от таких Бабочка старалась держаться подальше – они были очень-очень-очень плохие. А, в основном, все вокруг были чёрно-белые.
Но, как каждая уважающая себя бабочка, наша героиня хотела быть совсем белой. Она очень огорчалась, замечая на себе новые чёрные полосочки, осуждала чёрных бабочек и стремилась дружить только с теми, у которых белого цвета было больше.

И вот, когда она уже стала почти взрослой, заметив появление ещё одной чёрной полоски, наша Бабочка решила поискать новый путь к полному обелению. В своём Мире она попробовала все пути, и потому направилась она за Край Мира. Конечно, ей было очень страшно, но неизведанное так манило её, и таинственная пелена сулила ей нечто новое… и, главное, Бабочке казалось, что именно там скрывается ответ на мучивший её вопрос - «Как быть всегда только хорошей?»

С опаской подлетала она к пелене, не зная, что ждёт её там… Набравшись смелости, решительно пролетела она барьер, разделяющий эти Миры…И…

Как громом поражённая, замерла Бабочка, очутившись на другой стороне Мира. Что это был за Мир!
Первое, что увидела Бабочка, было огромное, яркое сияющее Солнце. Оно было таким тёплым , ласковым и добрым!

«Кому предназначается это тепло и свет?» - подумала Бабочка. И ответ пришёл сам по себе: «Всем!».

Потом Бабочка увидела необъятное голубое небо, и такой же необъятный синий океан. «Кому же это великолепие?»- вновь возник вопрос.

И вновь из ниоткуда – ответ: «Всем!».

Зелёная шелковистая травка и ярко-красные розы, благоухающие вокруг, поразили воображение Бабочки.

«Такая красота может быть подарена только самым хорошим» - по привычке решило юное создание. «Она для всех!»- донеслись слова.

«Как же так? За что? Ведь это надо заслужить!»- не унималась наша спорщица.

«В каждом есть Свет, потому каждый достоин лучшего!»- возникло уже в голове самой Бабочки.

И тут она всё поняла…
Рухнул барьер, разделяющий её сознание на хорошее и плохое, чёрное и белое.
«В каждом есть Свет!»- повторяла она, как заклинание – «Только надо увидеть его!»

И как только эта мысль проникла ей в самое сердце, на её крылышках вспыхнули маленькие желтые кружочки, совсем как солнышки. Сами крылышки окрасились голубым и синим цветом, точно, как небо и океан. А по краям пролегли ярко-красные узоры, повторяя изгибы лепестков роз!

И вся душа Бабочки наполнилась такой любовью к этой красоте, окружающей её, что вся она засияла и засверкала всеми цветами радуги, которой она никогда прежде и не видела.

«Я должна принести эту красоту в свой мир» - тут же решила она.

«Все должны знать, что нет ничего только белого или только чёрного, только хорошего или только плохого. Во всём есть Свет! И тогда весь наш Чёрно-белый Мир, вновь станет цветным».

И, захватив с собой сияние радуги, полетела она в обратный путь, домой.
Что её ждало дома, она не знала.
Но одно она усвоила твёрдо – «Каждое живое существо в любом Мире достойно Любви, Света и Тепла, Красоты, Радости и Счастья!»

Маруся
05.06.2010, 00:19
Если бы…

Мужик приходит устраиваться дворником в компанию Microsoft. Менеджер отдела кадров сначала, задает ему несколько вопросов, потом проводит небольшой тест (предлагает подмести часть территории) и наконец объявляет решение:
— Вы приняты, оставьте ваш электронный адрес, чтобы мы могли вам сообщить в какое место и в какой день вам нужно будет в первый раз прийти на работу.
— Но у меня и компьютера-то нет, — растерянно отвечает мужик, — не то что электронного адреса.
— В таком случае мы не можем взять вас на работу, поскольку виртуально вы не существуете.

Мужик выходит грустный, не зная что делать, когда в кармане осталось всего 10 долларов. Однако тут ему в голову пришла мысль: он заходит на рынок и покупает 10 кг помидоров. Затем он начинает ходить по домам и предлагать товар, и меньше чем за 2 часа ему удается удвоить капитал. После того как он повторил то же самое 3 раза, у него в кармане было уже 160 баксов. И тут он понимает, что с такими доходами вполне можно жить и без работы. Каждое утро он выходит из дома все раньше и возвращается все позднее, каждый день удваивая, а то и утраивая капитал. Через какое-то время он покупает машину, затем грузовик, а еще через некоторое время открывает фирму по доставке товаров населению. Спустя 5 лет он уже является владельцем крупной сети супермаркетов. И тут, задумавшись о будущем, он вдруг решил застраховать свою жизнь и жизнь всей своей семьи.

После переговоров со страховым агентом тот просит его оставить электронный адрес, на который можно было бы отправить наиболее выгодное предложение, на что коммерсант, как и несколько лет назад, отвечает, что у него нет ни электронного адреса, ни даже компьютера.

— Это удивительно, — недоумевает страховой агент, — у вас такой крупный бизнес и нет электронного адреса! Вы только представьте себе, кем бы вы стали, если бы у вас был компьютер!

Поразмыслив, коммерсант отвечает:
— Я бы стал дворником компании Microsoft.

ivettalen
06.06.2010, 09:14
:vo::vo::vo:

Маруся
21.06.2010, 19:28
Белякова Надежда - Ангел.


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки]
Жил на свете человек, веселый и добрый. Напевал песенки, гулял и много шутил. Так текли дни его бесшабашной молодости.
Однажды увидев груду камней около реки, он живо представил себе, какой величественный собор можно из них построить. Как любовались бы им люди, гуляя вдоль реки, приводили сюда детей, влюбленные пели бы песни… С этими приятными мыслями он заснул. Легко и сладко.

Проснулся от того, что щебетали птицы. Наблюдая за их полетом, он размечтался о том, как было бы чудесно придумать и сделать крылья, чтобы летать, приветливо помахивая смешливым и румяным соседкам.
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки]
Совсем было придумал, но отвлекся.
Красивый полевой цветок в предчувствии наступающей прохлады складывал лепестки, защищая хрупкие тычинки. Задумался человек: как мудро устроен этот цветок. Хорошо бы наши жилища, как этот цветок, могли сохранять тепло ушедшего дня в ночи.
Впрочем, и от этих размышлений он легко отвлекся, наблюдая за повадками птиц и зверей. Движение туч и непрестанное течение рек, – все восхищало его красотой заложенного смысла.
Поэтому, как вы уже догадались, не нажил он ни богатств, ни добротного дома, ни семьи, ни детей. Так и пролетели годы, как дни.

Однажды, разглядывая в зеркале свое отражение, он увидел, что уже мало напоминает того добродушного, румяного весельчака. Лицо избороздили глубокие морщины, седые волосы опускались до плеч. И подумал человек: «Ах! Как славно было бы изобрести эликсир молодости, чтобы люди жили вечно!» И улетел бы высоко в своих мечтах, да вдруг заметил, что не один он отражается в потускневшем зеркале. За его спиной стоит светлокрылый ангел.
Улыбка на лице ангела, печальная и светлая, была очень похожа на улыбку покойной матушки. Глаза такие же нежные, голубые. Они встретились взглядами. Ангел потупил взор, покачал головой так, что горечь и отчаяние охватили душу старика. Он понял, что хотел сказать ангел: «Пора!»
Человека захлестнуло раскаяние за бесцельно прожитые годы. Теперь он уже ничего не создаст в благодарность за счастье рождения, ничем не осчастливит людей.
– Не горюй! – прошептал ангел. – Создатель ждет тебя. Он печалится в сердце своем оттого что люди, занятые наживанием богатств и славы, в жалкой попытке запастись счастьем на всю жизнь, которую частенько путают с вечностью, не находят времени заметить Его старания, Его заботу. Им кажется, что они сами всего добились. Сами. Сами. Они не замечают дарованной красоты.
И только в твоей душе находил Он живой отклик, восторг и благодарность.

– Но я мог бы столько создать в этом прекрасном мире. Мог помочь людям увидеть красоту вечного праздника божьей благодати, восхититься творением и милостью Создателя! – рыдал человек.

– Ах, это! – рассмеялся ангел. – Об этом не печалься. Только Создатель решает, стать ли камням собором, или лежать бесформенной грудой. Помнишь – ты хотел быть крылатым и летать?
И человек почувствовал, что за спиной выросли крылья. И увидел в зеркале, что это действительно прекрасные крылья, такие же, как у ангела. И взглянул с нежностью и печалью на лежащего на полу старика. Но тот не ответил ему улыбкой, потому что уже не мог ответить.
Две неярко светящиеся точки, одна впереди, другая чуть позади, полетели, теряясь среди звезд. Они летели туда, где высится собор, сложенный из множества прожитых жизней.
Но, впрочем, это мог быть всего лишь сон одинокого старика в рождественскую ночь.

Маруся
24.06.2010, 11:15
Про ворону


Одна ворона глядя на то как на юг собирается стая гусей. Решила лететь с ними.
Вожак стаи, узнав про это, строго смотря на Ворону сказал:
- Ворона, ты же птица неперелётная! Как ты собираешься лететь?
На что получил ответ:
- Отстань! Я большая! Я сильная! Я всё смогу! Я всё сумею!
- Ну будь по-твоему, полетим-посмотрим!

Утром стая полетела на юг, а вместе с гусями полетела и наша героиня. Когда пришло время останавливаться на ночлег, угадайте, кого не было дольше всех?!…. Да, вы абсолютно правы! Её не было час, другой, третий… Наконец, когда солнце уже почти село, возле стаи приземлилась уставшая, голодная, взъерошенная Ворона.

Вожак снова подошёл к ней и сказал:
- Ворона, подумай! Ты птица не перелётная, а нам через море лететь 3 дня без остановки. Не долетишь ведь!
- Отстань! Я большая! Я сильная! Я всё смогу! Я всё сумею!

Утром стая вновь встала на крыло и продолжила путь.
Через 3 дня после того как стая окончила свой перелёт за морем, на горизонте появилась маленькая точка. Да! Это была та самая Ворона!
У неё был жуткий вид! Мокрая, язык на плече, половины перьев нет, от хвоста осталось лишь перо! Ворона шлёпнулась возле стаи не в силах перевести дыхание и вымолвить хоть слово.

Гуси собрались возле неё и вожак сказал:
-Да, ворона! Ты действительно, Большая! Ты Сильная!!!
- Отстань! Я большая! Я сильная! Но какая же я всё-таки д-у-у-р-а!!!

Маруся
24.06.2010, 18:52
Жена вернулась домой раньше обычного и обнаружила мужа в постели
с весьма привлекательной молодой особой.
И была столь потрясена увиденным, что вначале расплакалась,
а потом заорала на мужа:
-Ах ты, неблагодарная свинья! Как ты посмел поступить так со мной,
верной супругой и матерью твоих детей! Все, я ухожу!
И немедленно требую развод.

Муж выслушал ее и ответил:
-Подожди минутку, любимая, и я объясню тебе, что произошло.
-Ладно, давай, выкручивайся, только имей в виду, это последнее,
что я готова услышать от тебя.

Ободренный предоставленной ему возможностью,
муж начал оправдательную речь:
-Дорогая, ну, я собирался садиться в машину, чтобы ехать домой,
и вот эта молодая женщина попросила меня подвезти ее.
Она выглядела такой беззащитной и несчастной,
что я пожалел ее и усадил в машину. По дороге я обратил
внимание, какая она худая, грязная и плохо одетая.
К тому же, как она сказала, уже три дня ничего не ела.
Из сострадания я привез ее к нам и напоил горячим шоколадом,
от которого ты отказалась по той причине, что от сладкого толстеешь.
А эта бедняжка выпила все залпом.

Она была грязной, и неудивительно, что я предложил ей принять ванну.
Пока она мылась, я увидел, что ее одежда в дырах и выкинул
ее на помойку. Далее я подумал, во что бы ее одеть,
и дал ей модные джинсы, которые ты не надевала четыре года,
ссылаясь на то, что они тебе тесны. Также отдал ей нижнее белье,
которое подарил тебе на годовщину нашей свадьбы, и которое
ты отказалась носить, сославшись на мой дурной вкус.

Еще я нашел для нее сексуальную блузку, рождественский подарок
моей сестры тебе, и ты нарочно ее не носила, лишь бы насолить ей.

Наконец, я отдал этой женщине пару твоих туфель, которые ты приобрела
в дорогом бутике и ни разу не надела, потому что на службе у кого-то
были точно такие.

Супруг перевел дыхание и продолжал:
-Женщина была так благодарна мне за понимание и заботу, что,
когда я проводил ее до дверей, она обернулась ко мне со слезами
на глазах и попросила:
-Скажите, пожалуйста, а у Вас есть что-нибудь еще, чем не пользуется
ваша жена?

Маруся
08.08.2010, 14:29
Счастливая курица

Однажды вор залез в чужой курятник и украл курицу, когда он убегал, то опрокинул лампу, и курятник загорелся.
Курица смотрела назад и, видя огонь пожара, понимала: он спас ей жизнь.

Когда вор откармливал курицу пшеном и хлебом, курица понимала: он о ней заботится.

Когда вор скитался из города в город, пряча курицу за пазуху, курица понимала: он ее любит.

Когда курица увидела, что вор замахнулся ножом, она поняла: он хочет покончить жизнь самоубийством.
Она прыгнула на нож и прикрыла вора своим телом. И умерла счастливой.


Петр Мордкович

Маруся
25.08.2010, 11:50
Божья коровка

Среди прекрасного, полного ярких красок Божьего мира жила маленькая серенькая букашка. Никто не замечал её, и она очень страдала от одиночества. Букашка очень много трудилась. Она боролась с полчищами злой, вредной тли. Она помогала всему живому, но никто не ценил её усилия. Все другие насекомые очень гордились своими яркими цветами и не обращали на неё никакого внимания, а колорадский жук всё время насмехался над ней.

Так жила маленькая букашечка и горевала: "Как же так! Бог такой мудрый, такой щедрый неужели он не даст немного красок и мне?"

Утром она проснулась от ласкового прикосновения. Это доброе солнышко гладило её своим лучиком и приговаривало:"Милое дитя, не печалься! Ты необыкновенная букашка, всё у тебя будет хорошо!"

Маленькая букашечка так обрадовалась, что её кто-то любит, что кто-то верит в неё, что с большим рвением приступила к работе. Она подумала: "Не время думать о своей внешности. Листочки покрыты тлей, надо поскорее их очистить, чтобы они яркой зеленью засияли на солнышке!" И букашка приступила к работе. Она очень старалась! Листик за листиком, веточка за веточкой букашка очистила все деревья. Потом она огляделась, чтобы полюбоваться проделанной работой. Перед ней был красивый, чистый сад. И каждый листочек на дереве шелестел ей: "Спасибо, ты спасла нас! Ты подарила нам новую жизнь! Ты такая добрая!" Маленькой серенькой букашечке ещё никто и никогда не говорил таких слов. Она была так поражена, что ... покраснела.

Она была так счастлива! Она просто сияла и излучала такое счастье, добро, радость, что все полюбили ее и стали называть "Божьей коровкой". Особенно она подружилась с детьми. И теперь всегда, когда люди берут её на руки и просят полететь на небо и исполнить их желание, она с радостью это делает, ведь она - "Божья", и она точно знает, что каждый может стать счастливым, нужно просто делать добро другим

Маруся
05.09.2010, 10:52
Шарик и мальчик...


Однажды мальчик и шарик пошли на прогулку. Гуляют они, гуляют , и вдруг ветер из-за угла выскочил, выхватил у мальчика шарик и понес его куда-то с собой... «Спасите! Помогите!» - кричит шарик, а сам всё дальше улетает. . Мальчик побежал за ним, еле догнал, за ниточку держит, а сам спрашивает строгим голосом:

- Ты почему от меня убегаешь? И не стыдно тебе друга бросать?
- Стыдно, - отвечает шарик, - но ты пойми и прости меня. Внутри у меня воздух. Такой же, как в небе. А ветер – это ведь тоже воздух, только он свободный, небесный, а мой – в неволе. Вот он и пытается кусочку себя, который во мне, свободу дать, из неволи вызволить.
- ….Ого! Так я, оказывается с кусочком неба дружу и даже в руках его держу!
- Да, я такой! А ты что думал!? – приосанился шарик, помолчал и добавил, - Ладно, не буду задаваться, ты ведь тоже воздухом дышишь, значит и внутри тебя тоже есть небо.
- Ага! – согласился мальчик. – Знаешь, я это даже чувствую. Вот мы с тобой по земле ходим, а ведь вокруг неё со всех сторон - тоже небо. Представляешь?
-Ну, да, - согласился шарик, - ты на что намекаешь?
- На то, что раз мы с тобой на земле находимся, а земля – в небе, то и мы с тобой вместе с землёй тоже в небе сейчас!
- Точно! – удивился шарик, - как это я раньше не догадался!
- Значит, мы с тобой гулять собрались по земле, а сами-то… по небу гуляем вместе со всей землёй! Вот, как здорово!
- Точно! И не забудь, что ты в руках держишь не просто меня, а маленький кусочек неба, да ещё небом же и дышишь!
- Ой, шарик! Как же это интересно! Надо будет маме рассказать, как мы сегодня с тобой по небу гуляли! Мы с тобой сейчас нагуляемся хорошенько, а после не забудь, напомни мне, чтобы я маме вечером обо всём рассказал, ладно?
Они долго носились по парку, где мальчик отпускал своего друга на свободу поиграть с ветром, а потом старательно догонял их и забирал свой шарик обратно.
Вечером за ужином мальчик рассказал маме об их удивительной прогулке по небу вместе с землёй, И про кусочек неба, который есть и в шарике и у него тоже.
Мама внимательно слушала, улыбалась и… верила своему мальчику.
- Ах, ты моё небесное создание, - сказала она и ласково обняла ребёнка. Глаза её влажно заблестели. Правда, мальчик не видел этого.
- Мам, а ты ведь тоже такая, как я. Ты ведь тоже воздухом дышишь, - прошептал мальчик.
И они рассмеялись. Все трое.

Маруся
08.09.2010, 14:02
Дружба


"Ежик сказал Медвежонку:
- Как все-таки хорошо, что мы друг у друга есть! -
Медвежонок кивнул.
- Ты только представь себе: меня нет, ты сидишь
один и поговорить не с кем.
- А ты где?
- А меня нет.
- Так не бывает, - сказал Медвежонок.
- Я тоже так думаю, - сказал Ежик. - Но вдруг вот - меня
совсем нет. Ты один.Ну что ты будешь делать?
- Пойду к тебе.
- Вот глупый!Меня же нет?
- Тогда ты сидишь на реке и смотришь на месяц.
- И на реке нет.
- Тогда ты пошел куда-нибудь и еще не вернулся.
Я побегу, обшарю весь лес и тебя найду!
- Нет, - сказал Ежик. - Меня ни капельки нет. Понимаешь?
- Что ты ко мне пристал? - рассердился Медвежонок. - Если
тебя нет, то и меня нет. Понял?"

Сергей Козлов - "Ежик в тумане"

nadine
09.09.2010, 14:16
Делай добро и бросай его в воду!"- восточная пословица.
< Брайан Андерсон ехал по пустынной дороге, когда он
>> увидел на обочине заглохший Мерседес. В нём он увидел пожилую женщину, >> которая выглядела совершенно растерянной. Он остановился перед ее >> машиной, вышел> из>> своего старого Понтиака и направился к отчаявшейся женщине. Дама была> очень>> испугана. Все время, пока она сидела в машине, никто не остановился. > А> этот>> молодой человек, не причинит ли он зла. "Я вам помогу, Мадам, сказал он.>> Пересядьте в мою машину, где вам будет немного теплее, мое имя Брайан >> Андерсон".Он обнаружил, что у машины лопнуло колесо. Но в силу >> возраста женщина не могла справиться с этим сама. Брайан присел на >> корточки, посмотрел под машиной, чтобы определить, куда поместить >> домкрат,потер> руки,>> чтобы согреть пальцы, и принялся за работу. Поменяв колесо, Брайан >> улыбнулся. Дама спросила, сколько она должна за работу и сказала, что >> цена>>> не имеет значения. Брайан ответил, что она ему ничего недолжна. Он >> просто помог кому-то в трудную минуту. И только Бог знал, сколько раз >> люди> помогли>> ему в прошлом. Он сказал, что если ей действительно хочется >> заплатить, то> в>> следующий раз, когда она увидит кого-то в нужде, пусть окажет помощь >> этому>>> человеку и тогда вспомнит о нем. Через несколько километров женщина> увидела>> ресторан. Она вошла в него, чтобы обогреться и перекусить перед дорогой.>> Девушка, которая обслуживала ее, приветливо улыбнулась, несмотря на >> то,> что>> она целый день была на ногах. Дама видела, что ни работа, ни её >> беременность, ни усилия не лишили эту девушку приветливости! Когда >> она закончила свой ужин, она заплатила за него банкнотой в 100 долларов.> Девушка>> пошла за сдачей. Но дама быстро вышла из ресторана. Вернувшись,>> девушка обнаружила, что женщина исчезла. Тогда она заметила на столе записку.> Слезы>> брызнули из ее глаз, когда она прочитала то, что написала ей дама: >> "Вы мне>>> ничего не должны. Я просто прошла мимо. Кто-то помог мне сегодня, как >> я> это>> делаю для вас. Если вы хотите действительно заплатить мне в ответ,>> вот что>>> нужно сделать: не позволяйте этой цепочке любви закончиться на вас". >> Под салфеткой на столе лежали еще четыре банкноты по 100 долларов. >> Как могла дама знать о том, как нуждались она и ее муж? Дома девушка,>> прижавшись к мужу, нежно поцеловала его и тихо сказала:"Все будет >> хорошо. Я люблю тебя,>> Брайан Андерсон".Есть старая поговорка: "Добро никогда не потеряно", >> открытые руки всегда получают что-то. Услышав эту историю, >> пересказываю ее> и>> прошу вас дать ей путь к страждущим сердцам! Позвольте этому свету>> излучать... Прошу Тебя,Господи, дай тому самому человеку, который >> читает сейчас эти строки, все, о чем он Тебя просит!Дай ему это в >> полной мере,> как>> умеешь давать только Ты один! И пусть будет счастлив во все дни его,>> а> если>> невозможно такое, то хотя бы сколько-нибудь. Даруй ему крепкое>> здоровье и любовь ближних, понимание и сочувствие. Сделай так, чтобы >> душа его всегда светилась одной лишь любовью ко всему сущему, огради >> его от дурнословия,> от>> обид и зависти, от войн и смертей, от боли физической и душевной, >> если же все это неизбежно, не покинь его и тогда дай утешение. Спаси >> для него все,>>> что дорого ему на земле. Если же поздно просить об этом - не лишай >> его памяти. Не знаю - верит ли в Тебя, читающий сейчас это, >> Милостивый и> добрый>> мой Бог! Исполни это мое желание. Пусть Ангел Хранитель помогает >> тебе, когда твои Крылья опускаются вниз.
Р.S. получила по почте.

Маруся
14.09.2010, 23:48
Весы жизни.


В далёком забытом Богом селе, где всего-то 40 домов, на самой окраине, в жалкой покосившейся избушке, жил дед Михей. И было ему 100 лет.

Первые 50 лет он отчаянно прожигал свою жизнь. Был весельчак и балагур, девок любил, хмельными напитками не брезговал, на гармошке играл, народ веселил, но и до работы был охоч. А был Михей знатный кузнец. Его любимыми друзьями были молот и наковальня. Этот каждодневный хрустальный звон бодрил Дух, вливал силушку немереную, а пламя печи озаряло и грело озябшую Душу. И так они сдружились, что не заметил Михей, как пролетело времечко, и подкралась вторая половина жизни. Протёрлись от плясок башмаки, порвалась гармонь, стало пошаливать здоровье, да и кузницу закрыли за ненадобностью.

И вот тут-то случился с ним переворот. Замкнулся Михей, дал себе обед молчания и начал новую жизнь.
Дальше своей избы и огорода носа не казал, а всё больше размышлял о жизни. А годы-то шли неумолимо. Люди разное поговаривали: одни говорили, что Михей умом тронулся, другие считали его глупцом, потому что не было у него ни семьи, ни детей, да и богатства не нажил. А третьи считали его мудрецом по той же причине. И стали люди к нему захаживать ради любопытства, всякий со своим интересом. Потихоньку разбрелась по селу молва, что Михей умеет здорово помогать людям. Кто-то приходил и жаловался о своей горькой судьбе, другие – совета просили. Никому не отказывал дедушка, был гостеприимный и хлебосольный, хоть и молчал, но все его понимали без слов.

Бывало, что приходила к нему разъярённая соседка, да начинала жаловаться на своего нерадивого мужа. Тогда дед Михей усаживал её на лавочку, заводил свой старенький патефон, и начинала плескаться по избе душещипательная музыка. Она разливалась по Душе, да и утихомиривала соседку, усмиряла, умиротворяла, и та уходила довольная.
Была у деда Михея одна необычная вещица, - весы.

С виду весы, как весы, но на одной чаше было выбито слово ЗЛО, а на другой – ДОБРО. А ещё была у него забава: любил дедушка камушки раскладывать. Приходил к нему кто-нибудь с обидой да заботой и начинал просить наставления. А дед-то Михей молчал, но, знай себе, камушки на весы подкладывал. Радостью, добром да любовью приходили к нему соседи поделиться: женихи с невестами, матери с детишками. Дедушка внимательно выслушивал каждого, а потом кому-то пластинку заводил, а для кого-то камушки на весы раскладывал. А люди-то глядели и понимали: добро или зло они делают, и благодарили деда за разъяснения. Долгими летними вечерами, бывало, садился он на крылечко и начинал подсчитывать камушки.

И если Зло или Добро перевешивало, то плохо спалось Михею, неспокойно. Тогда ложился он на тёплую печку, под голову подкладывал пару пимов, глаза закрывал и слушал музыку, которая частенько звучала у него в голове. Музыка журчала, как реченька по камушкам, переливалась разноцветьем. А дедок лежал, улыбался, наслаждался прекрасными звуками, радовался и вспоминал звон своей любимой наковальни. И так хорошо у него было на Душе, ясно, солнечно и приходил сладкий сон.

Однажды уснул он, эдак, и увидал во сне Смерть. Он и вопрошал у неё: « Скажи мне, Смертушка, когда же ты меня заберёшь к себе в твоё царство? Почитай ужо 100 годов прожил на этом свете, пора и на покой моему телу». А Смерть ему так ответила: « Заберу тебя, дедушка, когда ты отдашь самое дорогое, что у тебя есть».

Проснулся дед Михей и подумал: « Что же у меня можно забрать? Изба развалилась, скарб нехитрый, пимы – и те дырявые»… И забыл про сон.
Шло время быстро-быстро. Люди к деду приходили и уходили, а он жил своей тихой размеренной жизнью. Мало-помалу работал в огороде, а вечерами, сидя на крылечке, да любуясь на закатное небо и россыпи звёзд, пересчитывал камушки. Редко когда камушков было поровну. Но зато сладко тогда спалось дедушке, и виделись сказочные сны.

Однажды, когда за окошком была хмурая осень, накрапывал серый дождик, в дверь осторожно постучали, но дверь у Михея не запиралась на запор и всегда для любого была открыта.
И вошла в избу Любовь. На ней было невзрачненькое пальтишко, на голове ажурная вязаная шапочка, из- под которой, свисала до самых колен русая коса. Глаза голубые так и пронзили дедушку. Поклонилась она в пол, села на лавочку.
- Принесла я тебе, дедуля, медку да яблочек румяных. Кушай на здоровье.
Молчал дед Михей, но оторвать взгляда не мог от этакой красавицы. А она посидела так, посидела, да и молвила ласковым голосом: « Дедуля, подари мне весы, да и камушки отдай».

Не ожидал дед Михей такого поворота. Удивлённо нахмурил брови, задумался. Как же он сможет расстаться со своей любимой забавой? Для чего Любовь просит весы, да камушки в придачу?
И, вдруг, вспомнился ему сон, тот самый, заветный. Тогда нарушил он свой обед молчания и воскликнул в сердцах: « Слава тебе, Любовь, что ты посетила мой дом, ты моя спасительница. Я дарю тебе от всей своей Души эти весы. И камушки тоже забирай, мне больше это не понадобится».
- Дедушка, для чего же ты 50 лет молчал? – воскликнула взволнованно Любовь.
- Деточка, я учился Мудрости, а она в том, чтобы приносить радость людям и помогать им молча. А ещё я искал равновесия и обрёл Гармонию. И теперь со мной моя МУДРОСТЬ, ГАРМОНИЯ и ЛЮБОВЬ!

Девушка крепко-крепко обняла деда Михея, поцеловала его в лоб, низко-низко ему поклонилась, забрала подарки и медленно растаяла в воздухе, яко её и не было вовсе. В тот же миг изба озарилась ярким Светом. А дед Михей, кряхтя, залез на тёплую печь, лёг, закрыл глаза и стал слушать музыку сфер. Нежная улыбка озаряла его морщинистое лицо. Он был СЧАСТЛИВ!
И в это время тихонько, на цыпочках, чтобы не беспокоить деда Михея вышла из дома его благородная ДУША.

Маруся
16.10.2010, 18:24
Сбывшаяся мечта. Сказка...

Она ему снилась.
Черты лица размытые, а иногда вообще разные, но он точно знал, что это – она.
Ангелы не видят снов, они и не спят. Но он научился. Специально, чтобы видеть ее. Он чувствовал во сне ее запах. Чем она пахла? Уютом, надеждой. Наверное, он знал, что это такое, в прошлой жизни, но сейчас казалось, что этого никогда не было. Лишь она – и все. И прошлая, и будущая… жизнь.
У Ангелов бывает жизнь? Бывает, если где-то есть глаза, притягивающие через нереальное расстояние.
Если где-то есть губы, вкус которых он просто знает, потому что это вкус счастья.
Он научился не только спать, но и мечтать – выдающаяся способность, знаете ли, у Ангелов. Она помогала не раз, и не два, когда, вместо того, чтобы выслушивать очередные наставления Архангела, более похожие на нотации, он представлял ее… И не в облаках, не летящую навстречу, а сидящую в кресле, с мокрыми волосами, и голыми ступнями, выглядывающими из-под домашнего халата. Он не знал, что такое красота, но ясно чувствовал, что это она, теплая земная женщина, только вышедшая из ванной.

Шли годы. Многие Ангелы, которые совсем недавно начинали вместе с ним, уже стремительно продвинулись по служебной лестнице, а он жил мечтой о ней – Женщине, которая сможет подарить ему прикосновение к чуду.
Смешно, ведь он сам владел способностью спасать, осуществлять, вдохновлять. А ему хотелось, чтобы спасли его. От тоски, которая ложилась грузом на плечи. Иногда ему даже лень было почистить перья от пыли, забивающейся в крылья при полете… И тогда он представлял, что, может быть, сегодня случайно встретит ее. Вот с такими грязными крыльями? Брррр! Он становился под струи легкого дождя и замирал от их тепла, такого похожего на тепло из сна, тепло, исходящее от той женщины.

Раньше все было просто и понятно. Сколько времени? Десятилетия? Века? Эпохи? А теперь сложно и муторно. Каждое задание – как повинность.
Он полетел на встречу с новым объектом. Новая человеческая жизнь, достойная Хранителя. Новые десятилетия бок о бок с кем-то, необходимость подстроиться под него, принять его образ мыслей и жизни.
Объектом оказалась женщина. Не такая молодая, как он ожидал, и не такая красивая. Но чем-то она понравилась, наверное, быть ее Хранителем не будет нудно.

Через пару дней он понял, что она незаурядная личность. Еще через неделю – что она бесподобна. Через месяц – что она уникальна.
Рядом с ней было легко и просто. И в тоже время сложно. Она не подпускала к себе близко никого, даже Ангела-Хранителя. Обычно Ангелы не любили никаких нежных чувств по отношению к своей особе. Они оставались друзьями на долгие годы. Так было удобнее. Ведь это лишь в сказках Ангелы прилетают во всей красе, выставляя напоказ свои ослепительные крылья. На самом деле, ничего подобного нет и в помине.

Обычный внешний вид обычного человека. Вряд ли кому-то суждено увидеть, кто именно тот самый Хранитель в его окружении, поэтому людская фантазия придумывает нечто бесплотное, шуршащее перьями и дышащее в ухо. Не умеют люди смотреть в корень… А она умела.
Нет, она не догадалась о его божественном предназначении, но удивляла своей проницательностью по всем остальным вопросам.
Она была умна. Эквивалент красоте? Нет, скорее дополнение. Умный объект интереснее. Он требует не просто действий, доведенных до автоматизма временем, а новых идей.
Он прочно вошел в ее жизнь. Тем самым другом, отношения с которым балансируют на грани. Она говорила:
- Даже мысль о чем-то более близком с тобой кощунственна.
И как же она была права!
Приятно, когда объект вызывает симпатию. Еще приятнее, когда он предлагает нужные правила игры.
Странное дело, как только он взялся за это задание, ему ни разу не снился сон… Его сказочный сон, обещающий неведомое счастье. Более того, он снова разучился спать, подспудно объясняя это тем, что денно и нощно надо следить за подопечной.

Она доверяла ему свои радости и беды. А он, прекрасно зная каждый шаг, который она делает по дороге жизни, испытывал странное волнение каждый раз, выслушивая это из ее уст. Она спрашивала советов, но делала по-своему. Он прилетал ночью и внушал ей, как надо поступить, а она, смеясь, твердила, что его нотации ей снятся. И отказывалась слушаться.
Он удивлялся. В жизни есть что-то, гораздо более сильное, чем Ангел-Хранитель. Она делала все не так, но оказывалась права. Кто оберегал ее лучше и тщательнее, чем он?

Однажды он подумал, что когда-то она выйдет замуж. Она женщина, ей нужна семья, ребенок… В груди защемило так сильно, что перехватило дыхание. Вот так бывает у людей, когда они говорят, что болит сердце?
Боль была нестерпимой. Она шла рядом, улыбалась, о чем-то говорила, а он не слышал слов. Боль в груди стала горячей, как огонь, она взрывала его изнутри миллионом иголок. Интересно, Ангелы, притворяющиеся людьми, могут умереть?
И тут же другая мысль, что есть люди, притворяющиеся Ангелами. Она… Не может быть женщина такой… Такой идеальной, такой правильной, такой, воздушной! Она притворяется Ангелом!
В глазах потемнело. Он сам не понял того, что случилось дальше. Они переходили дорогу, когда он стал медленно оседать на землю. Она по инерции сделала несколько шагов, прежде, чем обнаружила, что он мешковато опустился на асфальт.

Это так ярко светит солнце, или фары автомобиля совсем близко?
Доля секунды - это сколько? Это столько времени, чтобы можно было почувствовать толчок. Вперед ли? Назад? И увидеть, воочию увидеть две души, взлетевшие в поднебесье. Он видел сам себя, только привычным, с крыльями, заслоняющими солнце, и ее, странную крылатую женщину, потерявшую из-за этих крыльев какую-то часть себя…
Всего доля секунды, но он увидел, как те двое там, в небе, сплелись в единую плоть, крылья - в крылья, тело – в тело… И вдруг он отделился, и стал стремительно падать, потому что крыльев уже не было… А она осталась там, прекрасная в своем полете, и невозможная в новом обличие.

Он открыл глаза… Ее квартира. Мягкий свет. И она, сидящая в кресле… с мокрыми волосами и голыми ступнями, выглядывающими из-под домашнего халата. Никаких крыльев. А вдруг, они поменялись местами? И теперь она - его Хранитель? Ведь кто-то же вытащил его из-под колес, раз он жив?
И вдруг новый толчок, теперь уже не вперед и не назад. Толчок из глубины сознания… Это же его сон! Сбывшийся сон! Так вот почему так тепло!!! Это – она? А почему он не понял этого раньше?
Столько лет пропало зря? А он ничего не заметил??? А сейчас так уютно, так просто… Она подошла к дивану, присела рядом, чмокнула его в нос.
- Любимый, тебе сварить кофе?
- Нет, лучше полежи со мной…
Ангел-Хранитель может быть совсем рядом… Посланный Богом – а ты не заметишь, а еще чаще – посланный Жизнью… для Ангела… Так просто стать Хранителем для Любимого, тем более, когда ваши души однажды сплелись в объятиях высоко в поднебесье, и ты это знаешь… Ангел-Хранитель может уберечь от роковых шагов, а Любовь - от всего остального… Особенно от слепоты, не позволяющей разглядеть того, кто рядом… А крылья? Да Бог с ними, может быть, они у нее? А может, остались с ним… Ведь любящие могут летать совсем без них, просто на ковре-самолете настоящих чувств… Да так, что сами Ангелы позавидуют…


автор - Злата Литвинова

Маруся
07.11.2010, 16:33
Летело по небу Белое Облачко и напоминало барашка, то есть, сразу два дела делало: летело и напоминало. Это довольно трудно - делать два дела сразу.

Но Белое Облачко старалось изо всех сил - так что оба дела у него прекрасно получались: и летело оно очень хорошо, и напоминало совсем неплохо.

Поэтому, когда какое-нибудь встречное Облачко останавливалось и начинало внимательно разглядывать Белое Облачко, а потом спрашивало: “Кого же это Вы мне напоминаете?”, - Белое Облачко охотно отвечало: “Барашка!” - и летело дальше.

И вдруг Белое Облачко остановилось как вкопанное: оно и само удивилось, что может так остановиться! Оно ведь не видело никогда, как останавливаются вкопанные, и кто такие вкопанные - не знало.

А дело в том, что навстречу Белому Облачку летело Голубое Облачко и напоминало цветок.

- Ой! - сказало Белое Облачко.

И тут произошла странная вещь: Голубое Облачко тоже остановилось как вкопанное. И тоже сказало:

- Ой!

Получилось, что они друг про друга сказали “ой”, а это означало, что Белое Облачко и Голубое Облачко полюбили друг друга, потому что, когда друг про друга говорят “ой”, сомнений нет: это любовь.

Так они стояли каждое на своем месте, молчали и любили друг друга. И тогда Белое Облачко не выдержало.

- Я полюбило Вас ужасно, - сказало оно.

А Голубое Облачко очень смутилось, но тоже призналось:

- И я полюбило Вас ужасно.

И от этого обоим сразу стало так хорошо!

Через некоторое время Голубое Облачко спросило:

- Что же нам теперь делать?

Белое Облачко не знало, как отвечать, и только вздохнуло из глубины души. Оно даже удивилось, что смогло так вздохнуть: Белое Облачко, конечно, не знало, как это - из глубины души, и где находится глубина души - не знало.

Тогда и Голубое Облачко вздохнуло из глубины души. Вот как...

Но что-то было надо делать - и Белое Облачко предложило:

- Давайте теперь любить друг друга вечно!

- Давайте! - обрадовалось Голубое Облачко и добавило: - Это, наверное, так приятно - любить друг друга вечно!.. Я всегда мечтало любить кого-нибудь вечно.

- Потом оно немножко подумало и спросило: - А нам это можно ?

- Почему же нет? - удивилось Белое Облачко.

- Ну... - нерешительно проговорило Голубое Облачко, потому что Вы, например, напоминаете барашка, а я, например, напоминаю цветок. А барашки едят цветки...

- Так ведь это живые барашки едят живые цветки, а напоминающие барашки не едят напоминающих цветков! - со всей уверенностью возразило Белое Облачко.

- Тогда все в порядке! - улыбнулось Голубое Облачко и принялось любить Белое Облачко вечно...

И так они вечно любили друг друга, но вдруг Белое Облачко сказало с тревогой:

- Кажется, я во что-то превращаюсь из барашка. Я пока еще не понимаю, во что именно, но во что-то точно превращаюсь.

- Это очень грустно, - откликнулось Голубое Облачко. - Я уже так привыкло любить барашка вечно... Не превращайтесь, пожалуйста, ни во что!

- Не могу, - прошептало Белое Облачко и превратилось в слоника. Голубое Облачко даже глаза зажмурило от огорчения. А когда отжмурило, то увидело слоника и сказало честно:

- Теперь Вы напоминаете уже слоника.

- Вы не станете больше любить меня вечно, раз я слоник? - спросило Белое Облачко, печально качнув хоботком.

- Не знаю, - ответило Голубое Облачко, - будет ли это хорошо. Я ведь уже обещало барашку, что буду вечно любить барашка. Если я теперь скажу слонику, что буду любить слоника вечно, то получится, что барашка я люблю не очень вечно... Просто не представляю, что мне делать!

- И я не представляю, - призналось Белое Облачко, причем хоботок его уныло повис.

Они помолчали, но вдруг Голубое Облачко вздрогнуло.

- Кажется, - сказало оно, - я тоже во что-то превращаюсь из цветка. Только пока еще неизвестно - во что.

- Не надо! - воскликнуло Белое Облачко. - Я уже так привыкло любить цветок, мне будет грустно...

Но Голубое Облачко на глазах превратилось в ленту.

- Теперь Вы напоминаете ленту, - вздохнуло Белое Облачко.

- И Вы не станете больше любить меня вечно, раз я лента...

Белое Облачко задумалось и думало долго.

- Мне бы очень хотелось любить Вас вечно, - наконец ответило оно, - но я уже обещало, что буду вечно любить цветок. Если я теперь начну любить ленту, что же скажет цветок?

И они в слезах посмотрели друг на друга.

- Подождите! - опомнилось наконец Белое Облачко. - Но ведь барашка и цветка больше нет! Есть слоник и лента, а слоник и лента вполне могут любить друг друга вечно.

- Это если слоник не растопчет ленту, - разумно заметило Голубое Облачко.

- Настоящий слоник, - возразило Белое Облачко, - он, конечно, может растоптать настоящую ленту, но напоминающие слоники напоминающих лент не растаптывают.

После этого Белое Облачко и Голубое Облачко успокоились и опять стали любить друг друга вечно. Белое облачко превращалось еще в аиста, в горную вершину, в знамя, а Голубое Облачко - в бант, в принцессу и просто даже в какое-то видение, но они все равно продолжали любить друг друга вечно, потому что

самое главное - не кого ты напоминаешь, а кто ты есть!

Светлана
07.11.2010, 20:13
Повезло облачкам....У них это было взаимно....

Анаэль
02.12.2010, 00:42
Обед с Богом

Когда-то жил маленький мальчик, которому хотелось встретить Бога. Он знал, что дорога к жилищу Бога неблизкая и потому упаковал в свой чемодан печенье и 6 бутылочек напитка, после чего отправился в путь.
Через несколько кварталов от дома, он встретил старика. Тот сидел в парке возле пруда и, не отрываясь, наблюдал за птицами.
Мальчик присел рядом и открыл свой чемодан. Он собрался выпить немного напитка, но заметил, что старик выглядит голодным, и потому решил предложить ему печенья.
Старик с благодарностью взял печенье и улыбнулся. Его улыбка была столь потрясающей, что мальчику захотелось снова ее увидеть, и он предложил старику свой напиток.
Тот в ответ снова улыбнулся. Мальчик был просто счастлив! Так они просидели весь день, кушая и улыбаясь друг другу, не говоря ни слова.
Стемнело, и мальчик понял, что очень устал. Он поднялся, чтобы уйти, но, не сделав и двух шагов, повернулся, подбежал к старику и обнял его. Лицо старика расплылось в широчайшей улыбке.
Когда мальчик вернулся домой, мама удивилась радостному выражению его лица. Она спросила сына: “Ты просто светишься от счастья. Чем это ты сегодня занимался?”
Мальчуган ответил: “Я обедал с Богом”. Прежде чем она смогла что-то ответить, тот добавил: “Знаешь что? У него самая красивая улыбка на свете!”
Тем временем старик, лицо которого светилось радостью, вернулся к себе домой. Сын был потрясен выражением полного покоя на лице своего отца и потому спросил: “Отец, ты выглядишь счастливым. Что ты сегодня делал?”
На это старик ответил: “Я был в парке и кушал печенье с Богом ”. Прежде чем сын смог что-то сказать, отец добавил: “Знаешь, Он намного младше, чем я думал”.
Слишком часто мы недооцениваем силу прикосновения, улыбки, доброго слова, желания выслушать, искреннего комплимента или самого незначительного проявления заботы - каждое из которых может сделать чей-то день особенным или даже полностью изменить чью-то жизнь.
Автор неизвестен

Анаэль
02.12.2010, 00:43
Любовь, рожденная на небесах

Немецкий ученый и философ Moзес Мендельсон (1729 - 1786) родился горбатым. Несмотря на увечье способное любого повергнуть в депрессию на всю жизнь, Мендельсон достиг мудрости и зрелости.
В молодости, во время своего путешествия в Гамбург, Мендельсон повстречался с богатым торговцем, у которого была прекрасная дочь - Фрумтье. Молодой человек безнадежно влюбился. Она, в свою очередь тоже, была мудра не по годам и, несмотря на его увечье, была очарована его нежностью, харизмой и выдающимся умом.
В Гамбурге Мендельсон провел несколько недель. Все это время он провел в обществе этой очаровательной девушки, в которую влюбился с первого взгляда. Когда же настало время прощаться, он набрался смелости и решил поговорить с ее отцом. Другого выбора не было, иначе он потерял бы ее навсегда.
Долгое время богатый торговец не давал ответа. Наконец, Мендельсон попросил его говорить начистоту.
- Что ж, - сказал торговец, - во всей Германии ты слывешь одним из самых выдающихся молодых людей. Но все же... я должен сказать, что моя дочь была весьма напугана, увидев тебя в первый раз.
- Из-за моего горба?
Торговец с грустью покачал головой.
Удрученный, но не сдавшийся, Мендельсон попросил оказать ему последнюю услугу - перед отъездом еще раз увидеть девушку. Вошедши в комнату, он застал ее за вышиванием. Сначала разговор шел о мелочах, но медленно и осторожно он сменил тему на ту, что была близка его сердцу.
- Веришь ли ты, что браки заключаются на Небесах? - спросил он.
- Конечно, ведь этому учит наша религия - ответила девушка.
- Это правда, - тихо произнес он. - Тогда позволь мне рассказать о довольно странном событии, которое произошло, когда я родился. Как тебе уже известно, при рождении ребенка, в соответствии с нашей традицией, на Небесах объявляют, что родился ребенок. Если это мальчик, то объявляют, что тот-то и тот-то мальчик получит ту или иную девушку в жены.
- Итак, при моем рождении я услышал имя своей будущей избранницы. В то же время кто-то произнес: "К сожалению, у малышки Фрумтье на спине будет ужасный горб".
- В тот момент я взмолился: "Господи, если у девочки будет горб, она вырастет с сердцем полным горечи. Пожалуйста, отдай ее горб мне и позволь ей вырасти красивой, милой и обворожительной девушкой".
Мендельсон ждал ее реакции. Медленно Фрумтье подняла глаза, вышивка выпала у нее из рук. Потом она встала и подошла к молодому человеку с распростертыми объятьями.
Торговец дал согласие на их брак, и скоро они сыграли свадьбу. Жили они долго и счастливо.

Битс энд Писес

Маруся
04.12.2010, 19:59
ИСТОРИЯ ПРО ОДНО ДОБРОЕ УТРО

Одно Доброе Утро появилось на свет точно так же, как и все остальные добрые утра появляются: кто-то – теперь уж и не вспомнишь кто! – взял да сказал:

– Доброе Утро!

И пошло оно летать по свету, Доброе это Утро. От одного к другому – по эстафете! И каждый, к кому прилетало Доброе Утро, с радостью принимал его, а после передавал кому-нибудь:

– Доброе Утро!

Ах, до чего же все это было замечательно и приветливо! У Доброго Утра даже голова закружилась от того, сколько раз его передавали из уст в уста. Не сильно, конечно, закружилась, а… как на празднике бывает. Его даже, случалось, по нескольку раз одним и тем же людям передавали… но, когда эти люди снова принимали Доброе Утро, они не сердились, а ещё сильнее, чем прежде, радовались: кому же не радостно получить целых два Добрых Утра за одно и то же утро? А то и больше! Некоторым удалось по двадцать раз Доброе Утро принять и передать… так что уже часам к десяти Доброе Утро испытывало приятную усталость – такая бывает, когда множество подарков развёртываешь… всё развёртываешь и развёртываешь, а подаркам конца нет. Того и гляди, скажешь себе: «Ох, и надоело же мне эти подарки развёртывать!» А самому-то, конечно, нисколечко не надоело: так бы, наоборот, всю жизнь развёртывал и развёртывал…

Вот и наше Доброе Утро, хоть и испытывало приятную усталость, а всё равно и подумать не могло о том, чтобы прекратить с одних уст на другие перелетать… тем более что все уста улыбались! Да оно и понятно: кто же произнесёт «доброе утро» без улыбки? Даже самые сердитые люди, и те хоть немножко, да улыбнутся – хоть самую капельку.

– Не устали Вы, Доброе Утро? – в половине двенадцатого спросил Доброе Утро один Водитель Троллейбуса, который едва ли не в сотый раз за сегодня получил Доброе Утро и передал его другим.

– Да есть немножко… – призналось Доброе Утро и порозовело.

– Потерпите, осталось совсем чуть-чуть, – ласково сказал Водитель Троллейбуса. – Еще полчаса – и Вас сменят.

– Сменят? – испугалось Доброе Утро. – Как же это так… «сменят»-то?

– Как обычно, – объяснил Водитель Троллейбуса. – Кончится утро и начнётся день. Он всегда в двенадцать часов начинается.

Доброе Утро задумалось. Ему не хотелось кончаться! Конечно, оно немножко устало, но усталость-то эта была приятная… Что же теперь: только полчаса – и всё? Куда ему тогда деваться, интересное дело? Оно так и спросило Водителя Троллейбуса:

– И куда мне тогда деваться, интересное дело?

– Ну-у-у… – протянул Водитель Троллейбуса, – этого я не знаю. На моей памяти все добрые утра куда-то девались, только я не спрашивал, куда именно… Разве Вам ничего не сказали заранее?

– Нет… – растерялось Доброе Утро. – Заранее мне никто ничего не говорил. Я просто само по себе пошло летать по свету: от одного к другому – по эстафете!

– Вот странные люди! – тоже растерялся Водитель Троллейбуса: ему было жалко Доброе Утро. – Отправят в мир такое вот Доброе Утро – и совсем не говорят ему, что делать! – Тут он подумал и сказал: – Мне кажется, скорее всего, Вам надо будет прекратиться.

– Как это – «прекратиться»? – спросило Доброе Утро.

– Так… как-нибудь! – туманно ответил Водитель Троллейбуса.

– Ничего себе! – чуть ли не рассердилось Доброе Утро. – Вот если бы Вам кто-нибудь сказал: «Прекратитесь!» – Вы бы в ответ на это как себя повели?

– Прекратился бы, наверное… – задумался Водитель Троллейбуса.

– И как бы именно Вы прекратились? – полюбопытствовало Доброе Утро.

Водитель Троллейбуса не знал, что сказать… От растерянности он даже одну остановку пропустил – и пришлось ему возвращаться, и все, кто ждал на остановке, были так этим возмущены, что, входя, даже не сказали водителю троллейбуса: «Доброе утро!»

– Ну, вот, – вздохнуло Доброе Утро, – начинается. То есть – кончается… До чего же это грустно-то – прекращаться… прямо хоть плачь!

Тут оно присело на краешек сиденья в троллейбусе и стало смотреть в окно. А за окном шла размеренная жизнь, нисколько не напоминавшая утреннюю: никто больше никуда не спешил, город вел себя деловито, спокойно…

Водитель Троллейбуса поочередно поглядывал то на совсем опечалившееся Доброе Утро в смотровое зеркальце – очень уж ему Доброе Утро жалко было, то на стрелки часов… Но вот стрелки часов остановились на двенадцати – как раз тогда, когда Водитель Троллейбуса подъехал к следующей остановке и открыл двери.

– Добрый День! – радостно поприветствовал его первый же из вошедших, улыбаясь во весь рот.

Водитель Троллейбуса решил лучше совсем не отвечать и бросил осторожный взгляд в зеркальце. Никакого Доброго Утра на краешке сиденья уже не было…

– Добрый День! – посыпалось на водителя троллейбуса со всех сторон – а он не отвечал и не отвечал, так что пассажиры замирали в дверях, удивляясь, почему же он не отвечает ни на чьи приветствия.

– Не узнали меня? – раздалось вдруг около его кабины. – Я же Доброе Утро! Доброе Утро, которое перешло в Добрый День. Так, оказывается, всегда бывает: если утро доброе, то и день добрый будет!

– Вы, стало быть, не прекратились? – осторожно спросил Водитель Троллейбуса.

– Какое там! – рассмеялся Добрый День. – Я только начинаюсь… и у меня ещё знаете сколько работы!

Тогда Водитель Троллейбуса облегчённо вздохнул и, извинившись перед пассажирами, всё ещё ждавшими от него ответа, поприветствовал каждого в отдельности, с удовольствием произнеся раз десять:

– Добрый День!

А потом закрыл двери и отправился дальше, весело поглядывая по сторонам и размышляя при этом так: «Значит, если утро доброе, то и день добрый. Ну, а если день добрый, то и вечер, конечно, добрым будет– иначе и быть не может! А что… здорово ведь тут, на нашей планете, всё устроено!»

Е. В. КЛЮЕВ

Маруся
12.12.2010, 13:37
МЕЧТЫ СБЫВАЮТСЯ

Мечты сбываются, это каждому понятно. Пусть и не сразу сбываются, пусть даже сначала подолгу не сбываются, зато потом всё равно обязательно сбываются. Иногда про какую-нибудь мечту кажется: эта-то уж точно не сбудется никогда, а посмотришь через некоторое время – сбылась! И ничто так хорошо не умеет сбываться, как мечты, хотя... чего ж тут удивляться: мечты – они на то мечты и есть, чтобы сбываться. Иначе никак.

Иначе это у нас не мечта получится, а просто заблуждение одно – и всё. А заблуждениям сбываться совсем не обязательно.

Правда, очень трудно предугадать, когда именно та или иная мечта сбудется, но это уже не наше дело. Это мечты дело, когда ей сбываться. Когда захочет – тогда и сбывается.

И вот одна Светлая Мечта решила наконец сбыться. Она целых много лет не сбывалась и уже устала. Да и время ей подошло: тихий морозный вечер. Такие вечера нарочно придумали, чтобы мечты сбывались.

Светлая Мечта как следует приготовилась начинать сбываться. Она даже придумала себе специальное такое платье – белое, с маленькими золотыми цветками, и до полу – с особенным длинным шлейфом, только шлейф уже был без цветков, а с одними веточками из чистого золота. И вот она надела это платье со шлейфом и пошла выходить на дорогу.

– Вы куда это собрались, вся такая необыкновенно нарядная? – спросила её Другая Мечта: она тоже пока не сбылась, но, похоже, вообще не собиралась сбываться.

– Я вся такая необыкновенно нарядная собралась идти сбываться, – без утайки ответила Светлая Мечта и светло, как ей и положено, улыбнулась.

– Вы что, с ума сошли, сбываться в такое время? – сразу же закричала Другая Мечта. – Никто в это время не сбывается, да и не та совсем обстановка, чтобы сбываться.

– А я думаю, пора. И обстановка самая что ни на есть подходящая: тихий морозный вечер! Вполне можно пойти сбыться. – И Светлая Мечта, опять улыбнувшись (конечно же, светло!), осторожно приподняла пальчиками длинный шлейф...

– Да где ж тут подходящая обстановка, когда никому ни до чего? Сейчас как раз ничего сбываться не должно: никто даже и не ждет, что найдётся какая-нибудь одна сумасшедшая мечта, которой именно теперь приспичит сбываться!

– Что значит «приспичит сбываться»? – чуть было не обиделась Светлая Мечта. – Всё-таки было бы очень неплохо, если бы Вы выбирали выражения.

– Ах, да не в выражениях дело! – отмахнулась Другая Мечта. – Вы вот сколько уже не сбываетесь?

– Очень долго! – горячо раскаялась Светлая Мечта. – Много лет уже не сбываюсь, прямо измучилась вся... И так ужасно хочется сбыться!

– Вы просто безрассудная какая-то мечта! – Другая Мечта даже пальчиком покрутила у виска. – Придёт же такое в голову – сбываться... Вы хоть отдаёте себе отчет в том, что это значит?

– Я не в таких с собой отношениях. чтобы требовать у себя отчета...

– Но ведь Вы же погибнете! – ужаснулась Другая Мечта. – Сбыться – это значит исчезнуть: пока Вы мечта, Вы есть, а сбылись – и нет Вас, кончено! Не приятнее ли танцевать с другими мечтами в хороводе при сиянии луны и никогда не сбываться? Я вот уже всю жизнь не сбываюсь и сбываться не намерена!

– Значит, – очень хорошо подумав, сказала Светлая Мечта, – Вы не настоящая мечта, а просто заблуждение. Или иллюзия. Потому что мечты – они сбываются.

– Не иллюзия, никакая не иллюзия! – завозмущалась Другая Мечта. – Я, может быть, даже побольше мечта, чем Вы. А только я всё равно не сбудусь, потому что нечего там! Хоть ты меня режь!

Светлая Мечта не совсем поняла, как можно резать мечту, но ничего не сказала, а только ещё чуть подобрала шлейф и сделала шаг вперёд.

– Вы погибнете! – прокричала вслед Другая Мечта, или просто Иллюзия. – Останьтесь с нами, Вы такая красивая – и нам, честное слово, будет не хватать Вас в нашем хороводе при сиянии луны... Не сбывайтесь!

– Прощайте!

И только маленькие золотые цветки да веточки из чистого золота прочертили по снегу ослепительные полосы...

В тот же самый момент два очень пожилых человека чуть не столкнулись на полутёмной улице. Они едва узнали друг друга, а когда узнали, долго стояли молча и не верили глазам своим. Потом сказали чуть слышно:

– Быть этого не может!

...вокруг них, со всех сторон, плясали по снегу маленькие золотые искры и длинные лучи из чистого золота, в которых даже очень внимательный наблюдатель ни за что не узнал бы ни цветков, ни веточек, а увидел бы только искры и лучи – только искры и лучи от стоявшего поблизости уличного фонаря. Но ведь искры и лучи – это тоже совсем не так мало.

Евгений КЛЮЕВ

Маруся
16.01.2011, 17:51
Котенок и дракон. Добрая новогодняя сказка.

Тёмной ночью Дракон опустился на лугу недалеко от стен дворца. Здесь по утрам выгуливали принцесс, и он намеревался завтра раздобыть себе новое домашнее животное. Найдя место, где трава была повыше и погуще, Дракон распластался на земле, подобрал крылья и приготовился ждать.
«Это хорошо, что я зелёный и плоский, - подумал он, - пока не нападу, никто меня и не заметит. Сами принцессы-то не кусаются, но у самцов, которые их сопровождают, очень неприятные жала.»

И в этот момент кто-то ударил Дракона по морде. Совсем слабо, но весьма решительно. Дракон скосил глаза, пригляделся и увидел у себя под носом котёнка. Котёнок стоял, растопырив тощие лапки, выгнув спину горбом и распушив хвост; от этого он казался вдвое больше. И это хорошо, потому что иначе Дракон бы его даже не увидел.

- Ты чего? - удивился Дракон.
- Ничего, - ответил Котенок. - Я охочусь.
- На кого?
- На тебя.
Дракон моргнул, а Котёнок важно объяснил:
- От вон той березы и до забора - мои охотничьи угодья. Раз ты сюда залетел - ты моя добыча.
- Да неужели? - усомнился Дракон.
- Точно-точно! - Котёнок прыгнул вперёд и накрыл лапками палец Дракона. - Я тебя поймал, теперь ты мой!
- И что ты будешь со мной делать? - Дракон заинтересованно склонил голову набок. - Съешь?
Котенок задумался.
- Нет. Не хочу я тебя есть. Ты красивый.
- А что хочешь? - спросил польщенный Дракон.
- Играть хочу. В кошки-мышки. Я буду кошкой, а ты - мышкой.
Дракон сел на хвост и озадаченно почесал лапой за ухом.
- Малыш, ты какой-то ненормальный. Я же Дракон! Ты меня должен бояться!
- Я никому ничего не должен! - вскинул мордочку Котенок. - Мы, кошки, делаем только то, что хотим. А я хочу играть.
- А больше ты ничего не хочешь? - прищурился Дракон.
- Хочу, конечно! - отозвался Котенок. - Я ещё хочу, чтобы мне почесывали брюшко, поили меня молоком и катали на спине.
Дракон покосился в ту сторону, где громоздились в темноте башни королевского замка.
«Да ну её нафиг, эту принцессу!» - подумал он
- Ладно, - кивнул Дракон Котенку, который уже пристроился тереться мордочкой о драконью лапу, и бережно подхватил его когтем под брюшко. - Хочешь жить у меня?
- А ты будешь со мной играть?
- Буду. И молоком поить, и брюшко почесывать.
- Я согласен, - важно кивнул Котенок и вскарабкался Дракону на спину. - Всё таки хорошо, что я тебя не съел! --------------------------------------------- А принцесса даже не узнала, какой прекрасной участи ей удалось избежать.

Бормор П.

Маруся
18.01.2011, 17:11
- В чёрном-чёрном лесу ...

Наташка поджала ноги, втянула голову в плечи, её чуть раскосые глаза округлились. Нет, она не трусиха, просто – а вдруг это всё взаправду? В приметы она тоже, конечно, верит, но для них ведь есть противодействие, причем для каждой – своё специальное, не просто постучать по дереву или плюнуть через левое плечо.
Ну вот к примеру, если ты уже спустилась, вышла из подъезда и вдруг заметила, что в тапочках? Кто ж не знает, что вернёшься – дороги не будет. Да тут и без примет понятно: пока поднимешься, переобуешься – считай, в школу уже опоздала. Чтоб дорога была, надо дома в зеркало посмотреться. Но не просто так глянуть и обратно, а задержаться и вглядеться.
Ну, заодно уж и воротничок можно поправить, всё равно теперь не успеть. Но никто не знает, что надо ещё при этом сказать: «Какая я красивая, кому же я достануся», – это ей Юлька Брябрина открыла по большому секрету.

Или, например, если дохлую птицу на дороге увидела. Это просто, – скажете вы, – надо прошептать: «Тьфу-тьфу-тьфу три раза не моя зараза!» Ага! Как же! А если потом у кого-то в семье что-то случится, а? А вот Наташка может не беспокоиться, потому что после слов «не моя зараза» перечисляет всех-всех, никого не забыв: «Не мамина, не папина, не родных, не знакомых...» И кошек чёрных тоже нечего бояться, но это...«... стоит чёрный-чёрный дом...»


Димка понизил голос. Вообще-то, конечно, Наташка Селифанова приходила не страшилки слушать, а объяснять эту чёртову геометрию. «Множество точек, равноудаленных...» – зачитывала она, и в Димкином воображении огромное множество этих самых точек строилось ровным клином и равноудалялось на определенное расстояние... совершенно не складываясь при этом в окружность. «Четырехугольник, в котором все углы прямые, называется...» Елки! Так углы или прямые?! Чем глубже он вникал в эту странную науку, тем больше ему казалось, что ещё немного, и он, выйдя во двор, зафигачит со всей дури ногой по кирпичу, приняв его за мяч. Когда же прямые углы, широко махая чёрными крыльями, равноудалялись вслед за точками, Димка захлопывал учебник: «Слышь, Селифанова, давай лучше я тебе расскажу!»

«...в этом чёрном-чёрном доме есть чёрная-чёрная комната...»
Наташка почти перестала дышать. Димка выдержал устрашающую паузу. Было слышно, как шумит вода в батарее. Наташка, не отрываясь, смотрела на Димкино круглое, как луна, лицо, усыпанное рыжими конопушками. Так оно, наверное, и выглядит – это множество точек...
«...в этой чёрной-чёрной комнате стоит чёрное-чёрное кресло...»
Наташка прикрыла рукой сердце, чтобы Димка не услышал, как оно стучит.
«...в этом чёрном-чёрном кресле сидит чёрный-чёрный человек...»
Димка почти перешёл на шёпот. Начиная рассказывать, он никогда не знал, чем новая страшилка закончится, она текла как будто сама по себе. Вроде как даже и не Димка её придумывает, а она сама рождается где-то в глубине чёрных, испуганных Наташкиных глаз.
«...этот чёрный-чёрный человек держит чёрную-чёрную коробочку…»
– Знаю! – вдруг ни с того ни с сего заорал Димка. – Надо идти в лес! Сейчас! Ты идёшь со мной?

– Сейчас? В темноте? – Наташка было подумала, что он шутит.
– Трусиха ты, Селифанова! Ну, тогда я один.
Наташке ничего не оставалось, как надеть пальто и вслед за Димкой выйти в темноту.
«Однажды мальчик и девочка пошли в тёмный лес. Шли они, шли, вдруг видят: стоит чёрный-чёрный дом. Зашли они, а там, в чёрной-чёрной комнате, в чёрном-чёрном кресле сидит чёрный-чёрный человек, и в руках у него чёрная-чёрная коробочка. И говорит чёрный-чёрный человек: «Раз вы меня сами нашли, я исполню одно ваше желание». «Хочу, чтобы у меня была пятёрка по геометрии!» – сказал мальчик. «И чтобы мне не надо было больше ему геометрию объяснять», – сказала девочка. Чёрный-чёрный человек дал мальчику чёрную-чёрную коробочку и сказал: «Здесь лежит красная кнопка. Её надо положить на стул учительнице по геометрии. Как только она сядет на кнопку, станешь ты по геометрии отличником из отличников. Но помните: тот из вас, кто не вытерпит и расскажет учительнице про кнопку, навсегда останется двоечником!» Взяли мальчик и девочка чёрную коробочку с красной кнопкой и пошли домой...»

Утром все приметы складывались хуже некуда: Наташка споткнулась левой ногой, у пальто левый рукав был вывернут наизнанку, у левого ботинка порвался шнурок, а главное, ну конечно, вы и сами догадались – чёрная кошка. И хоть Наташка где нужно – постучала по дереву, где нужно – трижды плюнула через левое плечо, а где нужно – сказала специальные охранные слова, на душе было неспокойно.

Димка пришёл в школу на десять минут раньше, достал из коробочки заветную кнопку и пристроил её на учительский стул колючкой кверху.
Начался урок, и Наташка почувствовала, как сердце провалилось куда-то в живот и забубухало оттуда, заглушая привычное «Здравствуйте, садитесь». Училка ходила взад-вперед между рядами, Наташка провожала каждый её шаг. Слова почти не долетали до её сознания. «Точки... Прямые... Определение...» Вот уже почти дошла до стула... развернулась и пошла обратно. «Окружность – это множество точек...» Перед глазами встало круглое, веснушчатое Димкино лицо. Наташка обернулась.

В чёрных Наташкиных глазах стояли слёзы. Димка приложил палец к губам. Наташка кивнула, и слеза скатилась по щеке. «А вдруг всё-таки не вытерпит?» – подумал Димка.
Училка подошла к доске: «Записываем: страница 21, задача 15, страница 22, задача 19...»
Сейчас допишет – и сядет. Наверняка. Димка затаил дыхание. Две чёрные косички вздрагивали впереди. Наташка неуверенно подняла руку. «Нельзя ей двоечницей! Никак нельзя!»
– Марина Станиславовна!
Все обернулись.
– Чего тебе, Власов?
– У Вас там это... ну... кнопка на стуле! Красная! Я видел, когда проходил...
«Да ладно, фигня! Я уж привык», – ответили голубые Димкины глаза мокрым чёрным Наташкиным.

Рабинович Юлия

Маруся
21.01.2011, 17:56
Голубая сказка



Небо было голубым. Просто голубым.

— Вы неплохо выглядите. Вам к лицу голубой цвет,— обронило ослепительно золотое солнце.

— Благодарю.— Небо расправило складки своего голубого наряда и замерло в ожидании новых похвал.

Но их не последовало. Солнце уже беседовало с какой-то далекой звездой.

— Вот как...— Небо растерялось.— Может быть, мои голубые одежды кажутся роскошному солнцу чересчур скромными? И солнце, похвалив меня, просто посмеялось? Напрасно... Ведь я все-таки небо!

Небо гордо расправило свою голубизну и велело явиться портному. Ветер, он с давних пор служил небу портным, прилетел тотчас.

— Мне бы хотелось выглядеть несколько... ну... знаете ли... уважаемый портной...— небо подбирало нужное слово,— несколько интересней.

— Интересней...— повторил ветер.— Не очень ясное пожелание, но попробую что-нибудь придумать.

Ветер взял охапку белоснежных маленьких пушинок-облачков и невидимой нитью сплел их в нежную, почти прозрачную накидку. Укрыв заказчика чудесной облачной шалью, ветер отлетел, посмотрел на свою работу со стороны, поправил два-три облачка и слегка подул.

— Что же, о небо, вы довольны?— почтительно спросил ветер.

— Да, спасибо, думаю, это подойдет. Небо снова взмахнуло шалью, пушинки-облачка побежали быстро-быстро. Небо само себе понравилось! Но солнце молчало.

— Придется,— нахмурилось небо,— снова позвать портного. Прилетел ветер.

— Новый наряд не понравился?— удивился он.— Слишком воздушно? Легко? Даже, может быть, легкомысленно?

— Возможно.— Небо недовольно сбросило облачную шаль.

— Не волнуйтесь,— заторопился ветер,— попробуем другой вариант" элегантно-строгий.

Ветер взмахнул одноцветным густо-серым полотнищем плотной облачности, набросил его на небесный свод, затем достал множество серебряных нитей дождя и, резко дунув, пустил их наискось. Получилось строго и нарядно.

Небо тряхнуло нитями дождя и украдкой взглянуло на солнце.

С надеждой взглянуло. Но золотое солнце то ли потускнело, то ли погрустнело. Так и эдак встряхивало небо блестящими дождевыми нитями, но печальное солнце молчало.

— Странно,— небо недовольно сбросило серебряные украшения,— неужели нельзя придумать что-нибудь необыкновенное?!

— Минуту, еще минуту,— заволновался ветер-портной,— я придумал для вас, о небо, великолепно эффектный наряд.

Ветер задул изо всех сил, пригнал тяжелые лиловые тучи, скроил из них величественное одеяние с золотыми пряжками-молниями.'

Рассерженное небо осталось довольно работой портного. «Теперь солнце, конечно же, восхитится моим нарядом»,— решило оно. Но солнце закрыло глаза, лучи его задрожали и поникли. Казалось, ему отчего-то больно.

— Не знаю, в чем дело,— удивилось, почти возмутилось грозовое небо,— этому золотому зазнайке ничем не угодить! Я так стараюсь, так стараюсь ему понравиться, а от него ни слова доброго.

Разгневанное небо сбросило чудесный с золотыми молниями наряд и осталось в своих обычных голубых одеждах.

«Пусть так,— думало небо.— Не буду больше наряжаться. Так и останусь просто голубым. Все! Хватит!»— сердилось оно.

Сердилось, сердилось, сердилось и вдруг слышит:

— Вы прекрасно выглядите. Вам к лицу голубой цвет.

Маруся
29.01.2011, 20:13
Сказка о душистом горошке и сорняке

Жили-были на свете грядки. На одной из них появились маленькие усики, зеленые и нежные. Они быстро росли, тянулись к солнцу и превратились в душистый горошек с сиреневыми цветочками. Он был чудаком и мечтателем. Кланяясь теплому ветру, он говорил: "Динь-динь, динь-динь-динь. Здравствуйте, разноцветные солнечные лучики и росинки, доброе утро, ветерок и жители сада. У меня сегодня прекрасное настроение, чего и всем желаю. Динь-динь-динь".

Старая яблоня любила весельчака горошка и накрывала его своими ветками от палящего солнца. Добродушно принимая утренние приветствия, она внимательно слушала его рассказы и делилась своей мудростью. Душистый горошек часто смешил морковку, и она, смеясь до слез, становилась оранжевой, и ее рыжие бока выскакивали из земли.

Он любил со всеми общаться. Благородные ирисы, синие колокольчики и другие цветы, слушая удивительные его сны, трепетали своими лепестками и источали тонкие ароматы. От бурного полета фантазии горошка малина наливалась соком и пунцовела. А огурцы-болтуны зеленели от злости, что не могут придумать такие же забавные истории, как болтливый горошек. На грядках жили дружной и интересной жизнью.

Каждый день приносил что-то интересное и важное. Наш герой это подмечал и делился новостями с обитателями сада.

Однажды начался очень сильный ветер. Он гнул к земле душистый горошек и рвал все вокруг, а когда улетел, то не успел горошек выпрямиться, как увидел рядом с собой зернышко и сказал ему: "Здравствуй, динь-динь-динь". Но оно молчало, как будто и не слышало приветствия.

Шли дни. Горошек тихо шелестел цветочками, а зерно, упавшее рядом с ним, проросло и превратилось в сорняк с колючками. Вначале он был маленьким и незаметным, но потом стал тянуться к солнцу, корни его крепли с каждым часом, и, наконец, он стал огромным, и стало ему тесно.

Сорняк не любил горошек, он нашел друга по себе – колючий репейник. Они смеялись над горошком и пытались настроить против него других жителей грядок. Эти два товарища очень гордились своими колючками и величиной и надеялись посеять как можно больше семян, чтобы вытеснить его и другие растения.

"Здравствуй, динь-динь-динь, – бодро приветствовал утром своего соседа горошек. – Не правда ли, сегодня чудесный день? Мне часто снятся цветные сны, я слышу таинственные шепоты и звуки, а когда просыпаюсь ночью, то смотрю на звезды, они такие разные, передают друг другу послания о том, чтобы ночное небо было красивым и радовало этим всех живущих на земле.
Они водят хороводы и кружатся, рассыпая фейерверки огоньков. У меня есть друзья среди них, и с ними интересно разговаривать, – бурно делился горошек своими впечатлениями с сорняком. – Больше всего мне нравится та звездочка, которая светит рядом с трубой, она такая выдумщица и шутница. Когда ее нет, мне грустно и не хочется говорить "динь-динь"."Замолчи, иначе я тебя уколю, – вдруг не вытерпел и разбушевался сорняк. – Надоели твои глупости и твои бесконечные "динь-динь".
Зачем такие растут – ни пользы, ни цвета? Посмотри на меня – стебель сильный, колючки острые, в нужный момент всегда их распущу и постою за себя, а ты даже защитить себя не можешь. И никому не позволю спорить со мной. И цыц ты!" – прошипел он.

Ему заискивающе поддакивал репейник. От злости на сорняке выделялась желтая липкая жидкость, и пахла она так сильно, что некоторые пчелы, стрекозы и бабочки падали в траву без чувств.

Но горошек не унывал, ведя непринужденные беседы со своими друзьями и, не жалуясь на присутствие своего соседа, продолжал весело шелестеть и раскланиваться всем на грядках, по-прежнему мечтая и тихо-тихо напевая песенки. Ему вскружила голову бабочка-шоколадница, которая прилетала к нему каждый день, и он очень подружился с толстым мохнатым шмелем.
Друзья горошка поддерживали и защищали его, кто как мог. Старая яблоня вразумляла сорняк и репейник, чтобы они оставили его в покое и научились жить в мире с разными жителями грядок, но они не желали ничего слушать. Даже не очень дружески настроенные огурцы становились на защиту горошка.
Бабочка со шмелем вступались за своего любимца, но и они никак не могли утихомирить злую парочку.

Однажды, проснувшись теплым утром, горошек вдруг почувствовал, что ему тяжело, что стебелек его слабеет, цветочки не могут полностью раскрыться. "Что это случилось со мной? – подумал он. – Почему мне так трудно говорить "динь-динь"? Тяжело дышать и грустно, почему пересохли края лепестков и из сердца цветочков льются мелкие слезинки?"

А сорняк продолжал расти ввысь, отнимая влагу и солнышко у бедного горошка. Теперь пахло не душистыми цветами, а липким ядовитым стеблем с горькими листьями. "Ты слишком слаб, – сказал сорняк ему. – И какой толк от тебя, что это за бредни про звезды, звуки и шорохи? Я их не вижу и не слышу. Ты все лжешь". – И сильно уколол его.

Что-то сжалось внутри у горошка, сильно забилось, потом остановилось, и он, согнувшись, тихо стал падать на землю. "Милая шоколадница, я люблю тебя!" – прошептал он пролетающей мимо бабочке. "Как жаль, что я уже никогда не смогу сказать звездочке "динь-динь" и послушать ее очередное приключение или сказку", – подумал горошек.

"Замолчи, глупец!" – бушевал сорняк и колол, колол его. "Эта грядка моя, и другая будет моей, – задыхаясь от злости, кричал сорняк. – Я сильный… Я! Мне надоели твои бестолковые сны и мысли, ты…" А горошек лежал на земле, распластав свои цветочки.

Приехала хозяйка сада. Она вышла полоть грядки, увидела толстый колючий сорняк и вырвала с корнем его и злобный репейник.

Тут ее руки вздрогнули, и пальцы нежно подобрали душистый горошек. "Динь, д-и-н-ь", – еле слышно прошелестел он. Хозяйка полила горошек теплой водой и сказала ему, как она дорожит им и как он украшает сад. Такая сила любви исходила от этой доброй женщины, что горошек поднял свои цветочки и еле заметно кивнул. Он радовался жизни, и все друзья, хозяйка, бабочка и шмель вместе с ним.

Автор сказки Ирина Костикова

Маруся
04.02.2011, 01:46
"Магазин счастья"

Если начали читать - не поленитесь, дочитайте до конца


"Понедельник – день тяжёлый, и слава Богу, что он когда-нибудь заканчивается. Я тащилась с работы, на душе было примерно так же, как и на небе – хмуро, пасмурно и слякотно. Моросил нудный мелкий дождик, который логично довершал безрадостный день. В довершение всего, когда я свернула на улицу, ведущую к родному дому, оказалось, что пройти невозможно – улица была перекрыта, там вовсю кипели ремонтные работы. Дорожники заботливо натянули цветную ленту и повесили табличку: «Выхода нет». Хотя, собственно, и входа тоже не наблюдалось. Это было жестоко: слева – длиннющий забор школы, справа – забор поликлиники. Оставалось только выбрать – налево или направо.

Я мысленно чертыхнулась и поплелась вокруг школы. Никогда я не ходила такой кривой дорожкой. И поэтому никогда не видела этого магазинчика. Он был расположен в торце обычного жилого дома, а название его сразу поразило моё воображение: он назывался Магазин Счастья.

«Интересно, что может продаваться в таком магазине?», – зачарованно подумала я. В это время дождик брызнул с удвоенной силой, поэтому я с облегчением нырнула в магазинчик. Дверь мягко закрылась за мной, и мелодичный звон колокольчика вызвал вибрацию где-то во мне, в самой глубине. Словно кто-то там засмеялся. И от этого родилось какое-то радостное волнение, будто вот-вот должно было случиться что-то приятное.

Войдя, я невольно остановилась. Честно говоря, я оказалась в некотором замешательстве. Магазинчик был какой-то странный и больше всего напоминал запущенный склад, полный разного хлама. Между стеллажами и прилавками, трогая и рассматривая разный товар, бродили покупатели. И царило какое-то радостное оживление. К выходу спешила старушка, сияющая, как праздничный фонарик. Поравнявшись, она улыбнулась и подмигнула мне. - Простите, а что здесь продают? – спросила я. - Как что? – удивилась старушка. – Что написано, то и продают. Счастье, детка! Счастье! - А… в каком виде? - А в каком выберешь, дорогая! Метрами счастье, килограммами счастье, ну и счастье поштучно! – наверное, я выглядела глуповато, потому что старушка засмеялась. – Да ты не сомневайся, девочка, товар качественный! Я здесь постоянный покупатель. Тебе понравится! И старушка под звон колокольчика выскользнула из магазина.

А ко мне уже спешил продавец в синей форменной одежде и с бейджиком на груди. На бейджике было написано: «Михаил, Продавец Счастья».


- Прошу простить за небольшую заминку, столько покупателей, море работы! – извинился продавец счастья Михаил. – Вы у нас, я смотрю, впервые?
- А вы помните всех покупателей в лицо? – удивилась я.
- Разумеется! Ведь решив однажды быть счастливым, человек обычно становится нашим Постоянным Покупателем Счастья, – объяснил Михаил.
- А что в ваших товарах такого… особо счастливого? – с некоторым сомнением спросила я.
- Ах, я совсем вас заговорил! – спохватился Михаил. – Разрешите мне провести для вас небольшую экскурсию и показать, так сказать, товар лицом.
Он подхватил меня под локоть и повлёк к прилавкам. - Обратите внимание! Волшебные калейдоскопы! Придают яркость жизни! Постоянная смена впечатлений, феерия красок, множество разнообразных комбинаций!

- Но это же просто игрушка! – запротестовала я.
- А вы, разумеется, полагаете, что жизнь – серьёзная штука? – спросил Михаил.
- Ещё какая серьёзная! – подтвердила я.
- Если бы взрослым можно было играть, как детям…
- Так играйте! – предложил Михаил. – Кто же вам, взрослому человеку, может запретить?
- Ну, у меня обязанности… работа. И всё такое, – уныло возразила я.
- А вы в это играйте! Для начала – положите в сумочку калейдоскоп. И когда скучно, грустно или совсем заработались – уделите ему минутку времени. И увидите, как жизнь заиграет яркими красками.
- Я подумаю, – дипломатично сказала я.

- Тогда продолжим! – предложил Михаил. – Я продемонстрирую вам в действии устройство для запуска мыльных пузырей. Посмотрите! Посмотрите! Какие они разные! И как они лопаются!
- Ну и что? – не поняла я.
- Да как же «ну и что»? – ликующе вскричал Михаил. – Все ваши проблемы лопаются как мыльные пузыри. Легко! Красиво! Радостно! Разве не счастье?
- Если бы в жизни они так легко лопались, – вздохнула я. - Большинство наших проблем сильно раздуты. Прямо как эти пузыри. Научитесь относиться к проблеме, как к мыльному пузырю – посмотрите на неё, полюбуйтесь её переливами, формой, размером – и позвольте ей лопнуть! Вот так! – и он выпустил ещё серию радужных пузырей.

Нет, этот Михаил говорил странные вещи. Но почему-то мне хотелось ему верить! Было в нём что-то такое…убедительное.
- Ну хорошо, возможно, в этом что-то есть, – согласилась я. – Но поверить в то, что калейдоскоп и мыльные пузыри – и есть счастье, я не могу. Вы уж извините.
- Тогда пойдёмте в отдел тканей! У нас замечательный отдел тканей, – ничуть не огорчился Продавец Счастья. – Вперёд, навстречу счастью!
Я поспешила за ним к следующему прилавку. Там действительно наблюдалось немыслимое разнообразие тканей самых невероятных расцветок. Продавец отдела как раз обслуживал даму средних лет.
- У вас есть какой-нибудь весёленький ситчик? – спрашивала она.
- Разумеется, мадам! Вот, взгляните! – радостно сообщил продавец, раскидывая перед ней нежно-зелёный ситец, на котором были изображены смешные танцующие зайчики. Исключительно весёленький! Давайте вместе посмеёмся! И засмеялся первым, а за ним – дама. Они заливались весёлым смехом, явно довольные друг другом и жизнью. Я тоже невольно заулыбалась.
- Я сошью себе весёленький фартучек и кухонные рукавички! И когда буду готовить обед, смешинки будут попадать в пищу. И вся моя семья будет веселиться! – решила дама.
Я невольно залюбовалась её лицом – оно было словно бы подсвечено изнутри, а в глазах в уголках губ всё ещё плясали смешинки.

- Иногда достаточно окружить себя приятными вещами, чтобы жизнь стала такой же приятной, – пояснил Михаил.
- Вот так просто? – не поверила я. – Но это же такие мелочи?
- Ну, собственно, жизнь и состоит из мелочей, – доверительно сказал Михаил. – И счастье строится тоже из мелочей. Мы же говорим: «Мелочь, а приятно!». А представляете, что будет, когда приятных мелочей станет много?
- Ну да, представляю! – заулыбалась я. – Это будет счастье!
- Вы уже поняли суть нашего товара! – восхитился Продавец Счастья Михаил. – Но это ещё не всё! Идём те же, идёмте! Я хочу показать вам нашу новинку! Большая Книга Счастья! Только что поступила!

В книжном отделе было много всего, но Михаил не дал мне хорошенько рассмотреть книги. Он сразу сунул мне в руки симпатичный томик в яркой обложке. Я раскрыла его наугад – и очень удивилась. Там ничего не было! То есть почти ничего: наверху страницы было написано: «Сегодня был самый счастливый день в моей жизни!!!», а внизу страницы – «А завтра будет ещё лучше!». А сама страница была чистой – просто разлинована, как тетрадь для первоклассника. Я листала страницу за страницей – вся книга была такой.

- Ну как вам? – горделиво спросил Михаил.
- Но здесь же ничего не написано! – возмутилась я.
- Ну конечно! – подтвердил Михаил. – В этом и суть! Вы будете писать её сами.
- Как сама? – опешила я. – Но я же не умею!
- Сегодня это так. Завтра всё может измениться, – загадочно сказал Михаил. – Вы разрешите прочитать вам небольшую лекцию?
- Да, конечно, – я была совершенно заинтригована.
- Каждый наш день наполнен разными событиями, и одни нам нравятся, а другие – нет. Как ни странно, мы почему-то запоминаем именно «плохие» события, а хорошие нет, потому что они нам кажутся в порядке вещей. В результате наше счастье очень омрачено! Вы со мной согласны?
- Да, правда, – созналась я. – Иногда какая-нибудь мелочь может испортить целый день.

- Большая Книга Счастья предлагает пойти прямо противоположным путём! Записывать в неё только счастливые события. Не менее пяти за день! Больше – можно, меньше – нет.
- Да где же я наберу столько счастливых событий за день? – запротестовала я.
- А вот позвольте не согласиться, на самом деле это легко, вы просто ещё не пробовали, – возразил Продавец Счастья. – Конечно, в первые дни придётся перестраивать своё мышление на новую волну. Но вы быстро войдёте во вкус, это ведь так приятно! Вы попробуйте, попробуйте прямо сейчас! Что сегодня у вас было счастливого?

- Я не знаю, – сникла я. – Какой-то тяжёлый был день.
- Вы сегодня получали травмы?
- Нет, что вы, – испугалась я.
- Ну вот, уже счастье! Так и запишем, – обрадовался Михаил. – Вы сегодня что-нибудь теряли?
- Да, потеряла важный документ, но потом нашла среди бумаг, – подтвердила я.
- О, но это же счастье! Ведь правда? – продолжал обучение Михаил.
- Правда, – согласилась я. – Счастье, что он нашёлся.
- Ну, теперь сами, у вас уже получается, – подбодрил меня Михаил.

- Ну…сегодня собачку смешную видела. Такая лохматая-лохматая, и в пальтишке! Как в цирке. И хозяйка у неё такая же! Тоже лохматая! Они похожи!
- Ну вот! Замечательно! У вас прекрасно получается! – похвалил Михаил.
- А ещё я сегодня наконец-то доделала отчёт. Устала – но закончила! – похвасталась я.
- Это – четыре, – сосчитал Михаил. – Остался пятый эпизод. Итак?
- Так, что же было потом? – соображала я. – Потом был дождь. И я шла домой, а там дорогу ремонтируют. И я пошла в обход… Да! Потом я зашла в ваш чудесный магазинчик! – воскликнула я. – Запишите!
- Охотно, – застрочил Продавец Счастья. – Польщён тем, что вы сочли возможным включить это в список счастливых событий. Итак, пять эпизодов записаны! Ваша Большая Книга Счастья уже пишется!
- И так каждый день? – спросила я. – А когда закончатся страницы?

- К тому времени ваш разум уже привыкнет фиксировать счастливые события автоматически, и не по пять событий за день, а гораздо больше, – пообещал Михаил. – И ваша жизнь будет просто-таки наполнена счастьем!
- Большое спасибо, – поблагодарила я. – Пожалуй, я возьму эту Книгу Счастья.
- Примите её в дар от нашего магазина, – изящно наклонил голову Михаил. – Мы всегда дарим что-нибудь новому покупателю.
- Какое счастье! – обрадовалась я. – Спасибо вам!
- Ну, вот уже и шестой пункт в вашем сегодняшнем Счастье, – улыбнулся Михаил.
- Да, разумеется! И ещё я приобрету устройство для лопанья проблем и калейдоскоп для увеличения яркости жизни! Это счастье семь и восемь! – выпалила я.
- Я очень рад! Вам упаковать в фирменный пакет?
- Да, пожалуйста, – попросила я, всё ещё улыбаясь.

Пакет был тоже очень симпатичный – оранжевый, в крупный белый горох. На нём было написано: «Мы обречены быть счастливыми!». Надпись мне понравилась. Михаил провожал меня до выхода.
На двери была большая красивая табличка: «Выход есть!». И табличка мне тоже понравилась.
- У нас такие таблички на всех дверях, – сообщил Михаил. – Чтобы не забывать, что выход есть всегда! Спасибо за покупки. Заходите к нам ещё.
- Я обязательно зайду, – пообещала я. – Я хочу покопаться и в других товарах.

- О, мы всегда рады постоянным покупателям! – восхитился Михаил.
- К вам, наверное, ходит весь наш город? – поинтересовалась я.
- К сожалению, нет! – огорчённо сказал Продавец Счастья. – Как ни странно, все говорят, что хотят быть счастливыми, но далеко не каждый стремится хоть что-то для этого сделать. Но мы работаем над этим! Совершенствуем ассортимент, упаковку, рекламу. Так что вы всегда найдёте для себя что-то новое и интересное. До свидания! И счастья вам!

Мелодично звякнул колокольчик, и я вышла на улицу. Душа моя пела. Я шла домой, и люди задерживали на мне взгляды. Наверное, из-за моего оранжевого пакета. А может быть, потому, что я никак не могла расстаться с улыбкой. А может, я сейчас сияла, как та старушка, что встретилась мне у входа. И это тоже было счастье. - Девять, – машинально отметила я. – Надо не забыть записать в мою Большую Книгу Счастья".

Каждый дочитавший до конца сделает для себя выводы самостоятельно .

Маруся
10.02.2011, 20:53
Проклятье .

Принцесса! Прин-цес-саааа! - заорали под окнами. - Прекрасная принцесса здесь живет?
Она раздраженно вздохнула и высунулась из окна:
- Чего тебе?!
Внизу стоял принц. Обыкновенный прекрасный принц, конь в комплекте.
Принц задрал голову:
- Принцесса, говорю, здесь живет?
Она поморщилась и заорала в ответ:
- Нет ее! Гуляет во полях, да во лесах, цветы собирает. Завтра приходи!

Принц внимательно посмотрел наверх, потом вытащил кусок пергамента и сравнил рисунок с белобрысой головой, которая сейчас торчала из окна:
- Я тебя узнал! Ты же принцесса, зачем обманываешь?!
Принцесса сняла платок, устало потерла лоб:
- Не уйдешь, значит?
Принц упрямо мотнул головой:
- Я жениться приехал! Открывай!
- Ну, раз жениться - то поднимайся. Щеколду чуть на себя потяни, и только потом только вверх- заедает она. - объяснила принцесса и скрылась в окне.

Принц спешился, аккуратно привязал коня, несколько мгновений поборолся с непокорной щеколдой - и в конце концов оказался в светлой, просторной комнате.
У окна сидела принцесса и что-то мастерила из полена.
Как только принц появился, девушка подняла на него глаза и задумчиво спросила:
- У тебя стамески нет? -Принц немного опешил, потому что у него были с собой каменья драгоценные, ткани бархатные и нити жемчужные.
А стамески не было.

- Ну нет, так нет. - кивнула принцесса. - Жениться, значит?
Принц откашлялся:
- Прекрасная принцесса, вести о вашей красоте и доброте дошли до нашего королевства. И решил я, что вы должны быть моей женой!
- Прекрасный принц, я тебя вижу первый раз в жизни и вести о тебе никак не дошли до моего королевства! - съязвила принцесса. - Я не могу сейчас замуж! У меня скоро сплав по высокогорной реке- мне надо готовиться! И поход на байдарках! И, вот - конкурс резьбы по дереву еще, а стамеску папенька с собой увез!

Принц совсем растерялся. Он представлял себе все это несколько иначе.
Совсем по-другому, если быть откровенным.
В его мечтах, прекрасная принцесса бросалась к нему в объятья и, сияя улыбкой, благодарила его за каменья, ткани и нити, которые он привез ей в подарок!
А вовсе не требовала стамеску, и уж точно не перечисляла какие-то дикие способы времяпрепровождения!
Принц был в ужасе и думал, как теперь объяснить отцу, почему он вернулся без невесты.
Ну не говорить же правду, в самом деле!

Принцесса смотрела на все эти мытарства и думала, что ей опять попадет от папеньки.
Потому что папенька каждый раз ругался и сетовал, что ей надо было родиться мальчиком, а то и вовсе в какой-нибудь другой королевской семье!
- Может быть, скажем, что я влюблена в кого-то другого? - неуверенно предложила она.
Принц пожал плечами:
- Глупости какие! Влюблена, скажи пожалуйста! Нет, когда дело касается политики двух королевств - тут не до любви! Да и батюшка не поверит. В меня все всегда влюбляются с первого взгляда, понимаешь?

Принцесса окинула его внимательным взглядом и кивнула:
- Ну да, ты симпатичный. Но у меня сплав! И байдарки!
- И резьба по дереву! - развеселился принц. - Ты драконов, случайно, не укрощаешь в свободное время?
Принцесса радостно подпрыгнула и хлопнула в ладоши:
- Ну точно, ты умница! - воскликнула она. Принц непонимающе улыбнулся. - Скажешь, что меня похитил дракон! Трехглавый! И что освободившему меня принцу - полкоролевства и несметные сокровища. С драконом я договорюсь - он мне в карты проиграл и за ним долг. У него пересижу пока, а там уж и зима настанет, дорогу к нам заметет, можно будет до лета не волноваться.

Принц закивал, думая о том, что с такими вестями домой воротиться не стыдно.
Перепрыгивая через ступеньки, спустился во двор, вскочил на коня и обернулся.
Принцесса махала ему из окна рукой.
- И скажи, что на дракона лучше со стамеской ходить! - прокричала принцесса, сложив руки рупором.
Принц махнул на прощанье рукой и поскакал прочь.

Принцесса села у окна, спрятала под стол полено и подперла подбородок рукой:
- Все принцы одинаковые! Хоть один бы кулаком по столу стукнул, сказал бы "Никаких больше байдарок, ты принцесса или кто?!". Нет же, все верят, уезжают, а я сиди тут, вырезай по дереву! Чертова колдунья, чтоб ей провалиться сквозь землю! Всего-то раз к ней в брюках вышла, а в результате - "Прокляну- прокляну, будешь всю жизнь сидеть и ждать, пока настоящий мужик приедет! А до этого - сиди с поленом ". И хоть бы стамеску оставила!

Маруся
12.02.2011, 23:14
Легенда о правде.
Жил был на свете человек. И было у него всё в порядке: бизнес, который приносил хорошую прибыль, жена - красавица и хорошая хозяйка, дети - неглупые и воспитанные. Понемногу сбылось все о чем он когда-то мечтал. И мысли о смысле жизни все чаще посещали его...
- Чего я еще в жизни не видел? - спросил он себя.
- Правды... - пришел ответ сам собой.
И начал он ее искать, но нигде не мог не только найти, - никто ее даже не видел...

Этот вопрос не давал ему покоя, но ответ ускользал, не давая ему ни одной зацепки. Посетив самые древние библиотеки в разных странах, добившись аудиенции у самых известных мудрецов, потратив много лет и почти все сбережения, пошел по земле простым паломником.

Он шел день за днем, встречал простых и не очень простых людей. Везде задавал вопрос, который не давал ему покоя: "Видели ли вы Правду?" - люди пожимали плечами и разводили руками, некоторые посмеивались, но все, выслушав путника, просили: "Увидишь ее - расскажешь нам, на обратном пути, какая она Правда".

И вот однажды, набрел усталый старик на дивный храм. Постучался. Дверь открыл монах.
- Я ищу правду,- сказал путник.
- Ты пришел в нужное тебе место. Она здесь - к своему удивлению услышал он ответ.

Тогда он рассказал свою историю и попросил побыстрее его отвести к ней.
Но монах сказал:
- Хорошо подумай, перед тем как увидеть ее.
- Я думал все эти годы. И другого желания у меня нет, - был решительный ответ паломника.

Его провели в огромный зал, посредине которого стояла накрытая фигура.
- Последний раз даю тебе одуматься и не следовать своей цели. Пойми, когда ты ее увидишь - это изменит всю твою жизнь и назад пути не будет, - сказал монах старцу.
Но тот стоял на своем. Тогда монах снял покрывало...

Перед ними стояло Нечто...
Зловонное, грязное, отвратительно-ужасное...

- Ты - Правда?.. - спросил человек,
- Да, я - Правда...
- Но, как такое может быть? Нет, это невозможно... - растерявшись, бормотал старик, - Что я скажу людям, которым обещал рассказать о тебе?..
- А ты... соври, - тихо сказала Правда...

Маруся
27.02.2011, 19:26
Листик

В одном прекрасном старинном парке росло могучее высокое дерево. У него был ствол огромной толщины. Ему было лет четыреста или пятьсот, точно никто не помнил. Многие семьи со своими детьми любили гулять в парке и отдыхать под кроной этого дерева. Оно любило слушать детский гомон, смех, наблюдать за их безобидными забавами, а после наслаждалось тишиной, когда парк пустел. От него исходили сила, доброта и мудрость, накопленные веками, и оно щедро делилось всем этим с людьми.


Дерево было вечнозеленым, и на нем росло множество листиков. Один из них был ужасно любопытным. Листик, как и дерево, любил наблюдать за происходящим внизу и любоваться лазурным небом, причудливыми облаками, восходами и закатами солнца. Он бурно обсуждал с прилетающим ветерком и другими листиками то, что произошло днем.

Ночью, когда отдыхало дерево и набиралось сил, листик погружался в размышления. Его все время удивляло, что на него никто не обращает никакого внимания, хотя он весело приветствовал всех приходящих. Его расстраивало, что все взоры обращены только к дереву, а он, сколько бы ни прикладывал усилий, оставался незамеченным.

Однажды ночью листику пришла мысль, что хорошо было бы оторваться от дерева и посмотреть на парк, может, даже и на весь мир. Листик без устали крутился и вертелся. Надломилось основание его ножки, соки хуже стали поступать к нему, и он пожелтел. Налетел сильный ветерок и оторвал листик от ветки. И он, подхваченный потоком воздуха, принялся парить и кружиться, зачарованный увиденным.
6528
"Как хорошо быть свободным от дерева и лететь куда хочешь!" – думал листик. "Какой большой и красивый парк, сколько интересного вокруг", – продолжал размышлять он. А ветерок носил и кружил его то, поднимая высоко вверх то, опуская на землю, и вновь подхватывал и нес уже над городом и улицами.

Его манили разноцветные огни и музыка, зазывала река в свои объятия. Он пролетал мимо влюбленных, и они говорили: "Смотри, смотри какой красивый листик, ох, как жалко – улетел, а то бы я его поставила в воду". Как же это нравилось ему, и он, кружась по спирали, играя своими красками, причудливо изгибаясь, улетал все дальше. "Вот это настоящая жизнь, полная и яркая, как много я увидел за одну ночь", – радовался листик.

Под утро ветер стих, и листик упал на тротуар. Люди, спешившие на работу, не замечали ничего вокруг и наступали на него ногами. От этого соков и сил в нем становилось все меньше, и он совершенно не мог подняться с асфальта, чтобы лететь дальше и познавать мир. Пришел дворник и начал подметать мостовую.

Листик поднялся от движения метлы и бессильно упал в мусорную кучу, в которой находилось множество других листиков. "Что же я наделал? – подумал он. – Зачем покинул родное дерево, которое давало мне соки и силы для жизни, защищало и питало меня? Зачем я променял долгую и счастливую жизнь на сладкий миг, как же вернуться обратно?!"
6527
А дворник тщательно вымел всю улицу и радовался ее чистоте.

Костикова И.

Маруся
19.04.2011, 23:50
Не стоит судить сразу.

Пожилой мужчина с 25-летним сыном вошли в вагон поезда и заняли свои места. Молодой человек сел у окна.

Как только поезд тронулся, он высунул руку в окно, чтобы почувствовать поток воздуха и вдруг восхищённо закричал:

— Папа, видишь, все деревья идут назад!

Пожилой мужчина улыбнулся в ответ.

Рядом с молодым человеком сидела супружеская пара. Они были немного сконфужены тем, что 25 летний мужчина ведёт себя, как маленький ребёнок.

Внезапно молодой человек снова закричал в восторге:

-" Папа, видишь, озеро и животные… Облака едут вместе с поездом!»

Пара смущённо наблюдала за странным поведением молодого человека, в котором его отец, казалось, не находил ничего странного.

Пошёл дождь, и капли дождя коснулись руки молодого человека. Он снова переполнился радостью и закрыл глаза. А потом закричал:

— Папа, идёт дождь, вода трогает меня! Видишь, папа?

Желая хоть чем-то помочь, пара, сидящая рядом, спросила пожилого мужчину:

— Почему Вы не отведёте сына в какую-нибудь клинику на консультацию?

Пожилой мужчина ответил:

— Мы только что из клиники. Сегодня мой сын первый раз в жизни обрёл зрение…


Невозможно объективно судить о делах и поступках других людей, не обладая при этом всей полнотой знаний.

Маруся
15.05.2011, 11:39
По вечерам Ежик ходил к Медвежонку в гости.
Сергей Козлов.

По вечерам Ежик ходил к Медвежонку в гости. Они усаживались на бревнышке и, прихлебывая чай, смотрели на звездное небо. Оно висело над крышей - прямо за печной трубой. Справа от трубы были звезды Медвежонка, а слева - Ежика...


- Ты когда-нибудь слушал тишину, Ежик?
- Слушал.

- И что?
- А ничего. Тихо.

- А я люблю, когда в тишине что-нибудь шевелится.
- Приведи пример,- попросил Ежик.

- Ну, например, гром,- сказал Медвежонок.

После долгой разлуки они сели на крыльце и, по обыкновению, заговорили.

- Как хорошо, что ты нашелся, - сказал Медвежонок.
- Я пришел.

- Ты представляешь, если бы тебя совсем не было?
- Вот я и пришел.

- Где же ты был?
- А меня не было, - сказал Ежик.

- А вот и ты! - сказал Медвежонок, однажды проснувшись и увидев на своем крыльце Ежика.

- Я.
- Где же ты был?

- Меня очень долго не было, - сказал Ежик.
- Когда пропадаешь, надо заранее предупреждать своих друзей.



- А когда тебя не было, ты где-нибудь был?
- Угу.

- Где?
- Там,- сказал Ежик и махнул лапой.

- Далеко?

Ежик съежился и закрыл глаза.

- Вот мы с тобой говорим, говорим, дни летят, а мы с тобой все говорим.
- Говорим,- согласился Ежик.

- Месяца проходят, облака летят, деревья голенькие, а мы все, беседуем.
- Беседуем.

- А потом все совсем пройдет, а мы с тобой вдвоем только и останемся.
- Если бы!

- А что ж с нами станет?
- Мы тоже можем пролететь.

- Как птицы?
- Ага.

- А куда?
- К югу,- сказал Ежик.

Я обязательно, ты слышишь? Я обязательно... - сказал Медвежонок.

Ежик кивнул.

- Я обязательно приду к тебе, что бы ни случилось. Я буду возле тебя всегда.

Ежик глядел на Медвежонка тихими глазами и молчал.

- Ну что ты молчишь?
- Я верю, - сказал Ежик.

Маруся
29.05.2011, 14:21
Актуальная сказка про овощи.

Мальчик детсадовского возраста ерзает на лавке в электричке и отчаянно болтает ногами. Все выдает его крайне возбужденное негодование: и сжатые маленькие кулачки, и распахнутые для слез большие глаза, и нетерпеливые короткие реплики, которыми он прерывает свою старшую спутницу. Молодая женщина, очевидно мама мальчика, с выражением читает ему мрачную сцену из сказки: «Чиполлино, Чиполлино, сынок! - звал, растерянно оглядываясь по сторонам, бедный старик, когда его уводили солдаты…».

- Все, хватит! – негодование мальчика, вероятно, достигло предела. – Почему же они терпят?!

- Ну, у принца Лимона большая охрана, армия… - мама рассудительно разглаживает страницу.

- Но ведь остальных больше! Их же много! – мальчик в отчаянии ударяет маленьким кулачком по книжке, и она захлопывается. – Чего ж они?!

Мама, слегка напуганная такой бурной реакцией сына, пытается подобрать успокаивающую реплику, когда мужчина напротив отрывается от своей газеты и, взглянув поверх очков на революционно настроенного мальчика, громко и отчетливо проговаривает:

- Потому что они овощи. Это про овощи сказка.

Маруся
04.06.2011, 00:40
Однажды в одной новенькой квартире появился телефон. Он стоял на тумбочке и всё думал: «И зачем меня тут поставили в коридоре и прицепили этот провод? Лучше бы на окошко поставили к цветам, там и улицу видно… Или на кухонном столе пристроили бы — там пахнет вкусно и телевизор в открытую дверь видно. Эх…» Грустил телефон часто, но когда к нему подходила хозяйка и протирала его мягкой тряпочкой, он просто «трепетал» от восторга — такие нежные у неё были руки.

Как-то женщина взяла трубку и приложила её к своему розовому ушку — она слушала. И телефон, радуясь случаю, погудел «Туууууууу» (что означало «Привет»), но она не ответила и положила трубку. Ещё несколько раз она прислушивалась к гудку телефона, но быстро клала её на рычажки. И он не успевал пропеть ей все комплименты и признания…
Но однажды, телефон почувствовал какое-то новое нахлынувшее чувство. Оно охватило его всего, и он сам не знал, от чего зазвонил! Женщина подняла трубку и услышала в ней: «Я люблю тебя…» И пока телефон осознавал, что же это было, она что-то пролепетала в ответ и выбежала из квартиры.

Оставшись один, телефон понял всё! Он лишь проводник чьих-то чувств и эмоций! Как же он сильно расстроился, когда понял, что его роль ограничивается только тем, чтобы принять чей-то импульс, зазвонить, подзывая хозяйку и имитируя чужой голос рассказать о чём-то, спросить и всякое такое.
Но, поразмыслив, он понял, что кое-что он будет говорить как бы от себя. Ту, самую первую фразу из трёх слов...

Как хорошо, когда мы умеем правильно воспринять свою роль, правильно передать то, что приходит в нас извне и при этом быть счастливыми.

Маруся
18.06.2011, 18:20
ЗАБЕЙ НА ВСЕ!

(хроническая усталость)

Эльфика

Как-то раз Степанову все достало. Достало прямо до печенок – аж во рту горько. Оглянулась она вокруг – кругом одни заморочки. Муж вечно перед телевизором сидит, пультом щелкает, а розетки починить не допросишься, так и висят на соплях. Мама только и делает, что критикует: то борщ пересолен, то полы плохо вымыты, то внимания ей мало уделяют. Сынишка учиться не хочет, одни двойки в дневнике, да еще и врет на каждом шагу, и от компьютера не оторвешь. На работе тоже не сахар: круг обязанностей все шире, а денежный ручеек все уже, и пойди вякни – сразу скажут «не нравится – увольняйся».

Чувствует Степанова – сил у нее все меньше становится, делать ничего не хочется, апатия навалилась и тоска. Ходит она, как автомат: дом-работа, работа-дом, по дороге в магазины заскочит, в выходные стирка-уборка, а там опять на работу.

И вышел у Степановой нервный срыв. Прямо на работе и случился.

Чувствует – ну все, сейчас ее порвет. Выскочила она из кабинета, чтобы коллег не напугать, забилась под лестницу, где черный выход, и ну рыдать!!! Вот льет она слезы, скулит-подвывает, и так ей себя жалко! Хоть вешайся. Только вдруг дверь открывается, и кто-то строго так говорит:

- А ну, кто тут у меня порядок нарушает, пожарные выходы загромождает? Быстро выходи на свет божий, а то тревогу подниму!

Испугалась Степанова, вылезла из-под лестницы, смотрит – а это плотник их Федотыч, душевный такой дедок и на все руки мастер.

- О! Вот тут кто сырость разводит, народ пугает! – удивился Федотыч. – А я уж думал, никак, привидение у нас завелось. Давай-ка, девушка, быстро ко мне в плотницкую. У меня там умывальник есть, в порядок себя приведешь, а то всю красоту слезами смыла.

Взял он Степанову под локоток и препроводил в плотницкую. Пока она умывалась-причесывалась, чайку вскипятил, кружечку ей подсунул.

- Давай-ка, – говорит, – рассказывай по порядку: чего ревешь, в чем печаль, кто обидел?

- Да никто меня не обидел, а только достало меня все! – говорит ему Степанова. И рассказала про всех: и про мужа-лодыря, и про сына-двоечника, и про маму- критиканшу, и про работу тоже.

- Вот как же тут не завоешь? – завершила Степанова свой горестный рассказ. – Сил больше нет! Прямо вот так бы легла и умерла.

- Не, умирать тебе рановато, – покачал головой Федотыч. – Ты еще молодая бабочка и вполне цветущая.

- Да какое там «цветущая»? – махнула рукой Степанова. – Так, видимость одна. Я уж выгорела вся, не стало во мне огонька. Живу как жую, медленно и печально. Все достало!

- Это потому что ты близко к сердцу все принимаешь, – авторитетно объяснил Федотыч. – А не надо бы! Но я знаю, чем твоему горю помочь. Есть у меня чудодейственное средство, в таких случаях на раз помогает!

- А что это? Лекарство какое-нибудь? – шмыгнула носом Степанова. – Я пила, мне не помогло.

- Нет, не лекарство. Я химию не уважаю, в ней пользы мало. А вот дам я тебе рецептик один, народный, ты его применишь – и сама увидишь, какие чудеса произойдут. По мере, развеселишься.

- Ой, давайте ваш рецептик, – обрадовалась Степанова. – А то веселья в моей жизни давно не наблюдается. Так что я с удовольствием.

- Тогда слушай. Рецепт простой: ЗАБЕЙ НА ВСЕ!!!

- Что??? – оторопела Степанова. – В каком смысле???

- В самом прямом. Забей на все! Рецепт такой: взять брусочек, молоток, гвоздей с десяток-другой, можешь на бумажках написать все, что достало. И забить!!! Для каждой бумажки – отдельный гвоздик. И лупи по нему от души!!! Пригвоздишь свою беду – она от тебя, глядишь, и отвяжется. Да и как она тебя преследовать станет, если ты на нее забила?

- Ох! Ну и рецептик, – озадачилась Степановна. – Да я в жизни такого… странного метода не слышала!

- Ну, странным болезням – странные методы, – рассудительно сказал Федотыч. – А ты чего, думала болезнь по имени «достали» каким-нибудь «досталином» лечится?
Нееет, не придумали еще такого лекарства. А вот мой брусочек с молоточком – действует!

- Ладно, давайте! – решилась Степанова. – Когда применять-то?

- А как достанет, так и применяй. По мере наступления приступа! – объяснил Федотыч. – Я вот тебе все в пакетик сложу, чтобы нести удобно было. Вот молоток, вот брусок, а вот и гвозди. Бумажки уж сама найдешь, думаю. Ну, с Богом!

… На работе, конечно, Степанова забивать ни на что не стала. Да и дома поначалу стеснялась. А потом чувствует – нехорошо ей, опять раздражает ее все: и муж на диване, и мама с подковырками, и сын за компьютером со стрелялками своими… «Ай, да чего я теряю?», – подумала Степановна – и достала пакет. Бумажек цветных притащила. Разложилась посреди комнаты, прицелилась и как вдарит!

Сначала у нее не очень ловко получалось, все-таки навыка нет. Да и опасалась: а вдруг она близким своим стуком помешает? Но вдруг такую злость она почувствовала – да в конце концов, сколько можно-то? Почему она обо всех заботится, а о ней никто???

А на стук вся семья высунулась.

- Ты чего это, мать? – остолбенел Степанов. – Чего стучишь-то?

- А забила на все! – охотно объяснила жена, с одного удара вколачивая очередной гвоздь.

- Эээээ… – только и сумел выдавить муж, испаряясь из поля зрения.

- Доченька, ты никак мастеришь что-то? – сунулась было мама. – Правильно, мужика-то в доме нет, предупреждала я тебя в свое время…

- Мама, а я на все забила! – радостно сообщила раскрасневшаяся Степанова.

- Где моя валерьянка? – охнула мама и потрусила на кухню.

- Маааам… А ужинать будем? – робко спросил сын.

- Не знаю! У отца спроси. А то я и на ужин забила! – беспечно ответила Степанова, прицеливаясь.

И так она увлеклась Федотычевым рецептиком, что опомнилась только когда гвозди все истратила. Пот со лба отерла, голову подняла – глядь, а у дверей вся семья выстроилась, как на параде: мама с поварешкой, муж с отверткой и сын с тетрадкой. Стоят, смотрят, да преданно так.

- Солнышко, а я розетки починил, – искательно доложил муж. – Давно собирался, да вот руки дошли, наконец!

- А я математику сделал. И географию повторил, – обрадовал сын.

- Ужин готов, ты ручки мой, и к столу, – заворковала мама. – Уработалась, покушай, отдохни.

«Ну, чудеса! – изумилась Степанова. – Вот не соврал Федотыч, и впрямь волшебный рецептик-то! Надо завтра на работу взять».

Только на работе брусочек и доставать не пришлось. Только Степанова в двери – а ее сразу к начальнику вызывают. И говорит он ей всякие приятные слова, из которых выходит, что следует ей премия по итогам и повышение в должности с весомым прибавлением к окладу. Тут Степанова вдруг осознала, что со вчерашнего дня никакого упадка сил у нее не наблюдается, а один только подъем.

Положительные перемены в ней коллеги быстро заметили. Стали спрашивать, выяснять, что такое случилось? Может, витамины какие пила, а может, иглоукалывание? Ну, Степанова зажимать чудодейственный рецептик не стала, брусочек показала и всех забивать научила. И теперь у них в отделе все такие бодрые да равновесные ходят. А когда кто-нибудь ныть да жаловаться начинает, все ему хором говорят:

«Забей на все!». И помогает!

Маруся
04.07.2011, 20:01
Не в тему...этот материал,но просто так (пробовала-у меня не получилось):plach:

А Вам слабо?
Такое выговорить в быстром темпе... ))

В четверг четвертого числа в четыре с четвертью часа лигурийский регулировщик регулировал в Лигурии ну а тридцать три корабля лавировали лавировали да так и не вылавировали, а потом протокол про протокол протоколом запротоколировал, как интервьюер интервьюировал лигурийский регулировщик речисто да чисто рапортавал да не дорапортавал дорапортовывал да так зарапортавался про размокропогодившуюся погоду, что дабы инцедент не став претендентом на судебный прицедент лигурийский регулировщик оклиматизировался в неконституционном Константинополе, где хохлатые хохотушки хохотом хохотали и кричали турки, который начерно обкурен трубкой не кури турка трубку купи лучше кипу пик лучше пик кипу купи, а то придет бомбардир из Бранденбурга бомбами забомбардирует за то, что некто чернорылый у него пол двора рылом изрыл вырыл и подрыл, но на самом деле турка не был в деле да и Клара к Ларе в то время кралась к ларю пока Карл у Клары кораллы крал за что Клара у Карла украла кларнет, а потом на дворе вдовы варвары два этих вора дрова воровали, но грех не смех не уложить в орех, а Кларе с Карлом во мраке все раки шумели в драке вот и не до бомбардира вам было и не до вдовы и не до детей зато рассердившаяся вдова убрала в сарай дрова раз дрова два дрова три дрова не вместились все дрова и два дровосека два дровокола дроворуба для расчувствовавшейся Варвары выдворили дрова в ширь двора обратно на дровяной двор, где цапля чахла цапля сохла цапля здохла цепленок же цапли цепко цеплялся за цепь молодец против овец а против молодца сам овца который носит в сени сено в сани потом везет Сенька Саньку с Сонькой на санках Санки скок Сеньку в бок Соньку в лоб все в сугроб а Сашка только с шапки шишки сшиб затем по шоссе Саша пошел Саша на шоссе Сашу нашел Сонька же Сашкина подружка шла по шоссе и сосала сушку да при том у Соньки вертушки во рту еще три ватрушки аккурат медовик, но ей не до медовика Сонька с ватрушками во рту панамаря перепанамарит перевыпанамарит жужжит как жужжалица жужжит да кружется была у Фрола Фролу на лавры наврала пойдет к лавру на Фрола лавры наврет что вахмистр с вахмистершей ротмистр с ротмистершей что у ужа ужата а у ежа ежата а у него высокопоставленный гость унес трость и вскоре опять пять ребят сьели пять опят с полчетвертью четверяка чечевицы без червоточины и тысяча шестьсот шестьдесят шесть пирогов с творогом из сыворотки из-под простоквашино о всем о том около кола колокола звоном раззванивали да так что даже Константин Зальцбургкий безперспективняк из-под бронитранспортера констатировал как все колокола не переколоковать неперевыколоковать так и всех скороговорок не перескороговорить неперевыскороговорить.

Маруся
15.08.2011, 18:47
Школа Жизни.

Жил-был на свете человек, жизнь которого была наполнена всякого рода трудностями и злоключениями. Одни закончатся, как на их место появляются другие. И спросил он Господа, когда же все эти проблемы и трудности закончатся, когда можно будет спокойно зажить, не опасаясь, что они вновь появятся. В это время подошёл к нему его сын со школьной книжкой и спросил:

"Папа, а когда я выучу эти противные буквы, мне ведь потом не надо будет ими пользоваться".

Отец рассмеялся так, что слёзы выступили у него на глазах, а потом сказал: "Ну и рассмешил же ты меня. Конечно же, надо. Ты же не думаешь, что тебя в школе мучают, заставляя учить, как ты говоришь, эти противные, несносные буквы, и всё для того, чтобы потом не пользоваться ими? После того как ты выучишь буквы, ты научишься писать и читать. Сначала тебе будет трудновато, но потом, то, что было трудным, станет привычным, привычное - лёгким, а лёгкое - приятным и радостным. Через некоторое время ты забудешь, что когда-то тебе было трудно запомнить буквы, и чтение станет твоим любимым занятием, от которого тебя уже не оторвёшь. Благодаря чтению, ты узнаешь много интересного и полезного, и тогда ты будешь благодарить, что тебя научили читать.

Твои наставники знают, что тебе может пригодиться в жизни, и обучают тебя этому, хотя сейчас тебе это может казаться скучным и ненужным занятием.

Нет, сынок, раз уж ты чему-то выучишься, будь добр, используй это, не пропадать же добру, доставшемуся такой ценой…"

Тут отец остановился и замолчал. Казалось он ничего не замечал вокруг, его взгляд был устремлён в никуда. Он почувствовал себя маленьким ребёнком, на руках Матери Жизни, которая объясняет ему точно такими же словами, какие только что он говорил своему сыну, что трудности в его жизни не исчезнут, после того как он научится их преодолевать. Что в высшей степени не целесообразно было бы не использовать силу и опыт, добытые таким тяжёлым трудом, и что со временем то, что доставляло ему трудности, неудобства и даже страдания, перестанет быть таковым, а станет лёгким и радостным, ибо он выучит свои жизненные уроки. А потом он будет с умилением, нежностью и радостью вспоминать времена "обучения", благодаря которым он приобрёл силу любви, мудрости и выносливости, которыми он может служить людям.

На лице отца сияла улыбка. Он всё понял. Его ответ сыну был и ответом ему самому на недавно заданный вопрос. Через минуту он пришёл в себя и радостно взглянул на тормошащего его сына, который был удивлён тем, как застыл его отец. "Что с тобой, папа",- спросил сын? "Всё в порядке,- весело сказал отец, - вот какая странная штука жизнь, ты её спрашиваешь, а потом сам же себе и отвечаешь". Потом он подмигнул сыну, который ничего не понял из этой фразы, посадил его себе на спину и радостно повёз вместе разучивать так не нравившиеся сыну буквы.

Маруся
26.08.2011, 16:14
Жило было на свете Нечто...

Жило было на свете Нечто. Оно тихонько жило в глубине души. И, в общем-то, никому не мешало. Однажды в душу зашло Чувство. Это было давно. Чувство Нечту понравилось. Нечто очень дорожило Чувством, боялось его потерять. Даже дверь на ключ закрывать начало.
Они подолгу бродили по закоулкам души, разговаривали ни о чем, мечтали. По вечерам они вместе разводили костер, чтобы согреть душу. Нечто привыкло к Чувству и ему казалось, что Чувство останется с ним навсегда. Чувство, собственно, так и обещало. Оно было такое романтическое.
Но однажды Чувство пропало. Нечто искало его везде. Долго искало. Но потом в одном из уголков души нашло прорубленную топором дырку. Чувство просто сбежало, оставив огромную дырку. Нечто во всем винило себя. Нечто слишком верило Чувству, чтобы обижаться. В память о Чувстве осталась одна дыра в душе. Она не заделывалась ничем. И ночами через нее залетал Холодный и Злой Ветер. Тогда душа сжималась и леденела. Потом в душу пытались заглянуть еще другие чувства. Но Нечто их не пускало, каждый раз выгоняя веником через дырку. Мало помалу чувства и вовсе перестали заходить.
Но однажды в душу постучалось совсем странное Чувство. Сначала Нечто не открывало. Чувство не полезло в дырку, как это делали предыдущие, а осталось сидеть у дверей. Весь вечер Нечто бродило по душе. Ночью улеглось спать, на всякий случай положив веник рядом с кроватью. Прогонять никого не пришлось. На утро заглянув в замочную скважину Нечто убедилось, что Странное Чувство по-прежнему сидит возле двери. Нечто начало нервничать, понимая, что нельзя прогнать того, кто еще не зашел. Прошел еще день. Смятению Нечто не было предела. Оно поняло, что до смерти хочет пустить Странное Чувство. И до смерти боится это сделать. Нечту было страшно. Оно боялось, что Странное Чувство сбежит, как и первое. Тогда в душе появится вторая дыра. И будет сквозняк. Так проходили дни. Нечто привыкло к Странному Чувству у Двери. И однажды, по хорошему настроению впустило-таки Странное Чувство. Вечером они разожгли костер и впервые за столько лет
отогрели душу по-настоящему.
- Ты уйдешь? - не выдержав спросило Нечто.
- Нет, - ответило Странное Чувство, - я не уйду. Но при условии, что ты не будешь меня удерживать и не будешь запирать дверь на замок.
- Я не буду запирать дверь, - согласилось Нечто, - но ты ведь можешь убежать через старую дырку.
И Нечто рассказало Странному Чувству свою историю.
- Я не бегаю через старые дырки, - улыбнулось Странное Чувство, - я другое чувство. Нечто ему не поверило. Но пригласило на прогулку по душе.
- А где твоя старая дыра? - полюбопытствовало Странное Чувство.
- Ну вот, - горько усмехнулось Нечто. И показало место, где располагалась дырка. Но дыры на месте не было. Нечто услыхало как ругается злой холодный ветер с внешней стороны души. Нечто посмотрело на Странное Чувство и сказало только, что не будет запирать дверь...

Маруся
06.09.2011, 18:43
ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ..
8007
Тем летом я и кот остались вдвоем: наш всегда шумный дом вдруг разом опустел. Появилась масса свободного времени, и по воскресеньям, не спеша копаясь в цветочных грядках или пощипывая с кустов перезрелые ягоды, я с тайным удовольствием думала, что не буду в этом году ни варить варенье, ни делать заготовок на зиму - не для кого.

Наш рыжий кот заметно раздобрел при такой неспешной жизни, а может оттого, что его, уютного и пушистого, стали меньше тискать. Вечерами, если я долго где-то задерживалась, он буквально со всех лап бросался навстречу, лез на руки и, плотно прижавшись ко мне всем своим теплым тельцем, утробно мурлыкал и лизал ухо. А потом бегал за мной по пятам из комнаты в комнату, только бы не потерять из виду любимую хозяйку.

Кот действительно любил меня больше всех - это знала вся семья. Кто бы не держал его на коленях, как только садилась в кресло я, кот тотчас перебирался ко мне. Он прятал голову у меня под мышкой, когда был чем-то напуган, а если я, случалось, уезжала подолгу искал меня, вопросительно поглядывая на остальных членов семьи. Его любили все: он был ласков, смышлен и, как говаривал зять, "распевчив"; рядом с ним можно было оставить любые продукты, он никогда ничего не трогал, да же если был голоден.

Ближе к осени я загрустила... Мне стало не хватать и шума в доме, и вечно толкущейся у нас молодежи, и бесконечных неторопливых чаепитий на кухне. Я стала уговаривать себя: не все же жить для детей, пора и о себе подумать, ну вот хотя бы зубами давно собиралась заняться. Через какое-то время снова и снова мелькнула мысль о походе к стоматологу: ...да-да зубы..., но как это все неприятно, мучительно.

Однажды вечером, долго сидя за письменным столом, я вдруг спохватилась, что не вижу рядом кота, обычно дремлющего здесь же под настольной лампой. Не было его ни в одном из его "тайничков", ни на балконе. Я позвала, он не откликнулся. Присмотревшись с нашего третьего этажа к зарослям лопуха и крапивы под балконом, я увидела лежащего там Тишку. Когда, опрометью выбежав из дома, я взяла его на руки, его мордочка была в крови, но он тихо заурчал, припав к моему плечу. У него оказался разбит подбородок и обломлен один из верхних клыков. Пришлось нести кота к ветеринару, чтобы удалить острый обломок. Ночью мне снилось что-то мучительное, беспокойное, непонятное... и чей-то голос вдруг явственно произнес "Теперь иди к стоматологу!". И я пошла.

Шли дожди и опять было очень грустно без детей. Дочь напоминала в письме, что пора провести профилактический курс против моего "старого друга" - язвы, а я все как-то ленилась, медлила, пока однажды но- чью не проснулась от ноющей боли в желудке. Спавший, как всегда в ногах, кот пришел и осторожно улегся мне на живот. Согревшись, я уснула. Потом каждую ночь сквозь зыбкий сон я слышала, как он тихо распластывался на моем животе, и привычные осенние боли не приходили. Однажды утром кот не подошел к своей миске. Впрочем, вернувшись с работы, я обнаружила, что Тишка так и не притронулся к еде, а в поддоне, служившем ему туалетом, была кровь. На следующий день повторилось то же. И опять был визит к ветеринару с котом на руках. Ночью снился сон: кто-то, склонившись надо мной ясно произнес "О, да тут все отлично зарубцевалось!". Сделанная вскоре гастроскопия свидетельствовала, что моя язва исчезла.

Но Тишка болел долго, я лечила и тщательно выхаживала его, но ему не становилось лучше - он сильно похудел и потускневшая рыжая шерсть лезла с него клочьями. Ни лекарства, ни витамины, ни диета не помогали, и я чувствовала глухое бессилие, не зная, что же еще предпринять. Однажды меня будто осенило: жертвоприношение! Ведь это же кот совершил для меня жертвоприношение - сначала отдал зуб, потом взял на себя мою язву!

И вдруг, абсолютно неожиданно для самой себя, я начала медленно растирать свои ладони. Я терла их друг о друга, пока они не стали горячими и красными и, как бы сконцентрировав тепло к их середине, стала водить рукой над лежащим котом вверх-вниз, над его исхудалой спинкой, мысленно направляя тепловой луч, а потом вдруг попросила Господа помочь этому маленькому, несчастному, изболевшемуся существу. Кот уснул под моими руками, а ночью он подошел к своей мисочке и съел до крошки все, что там лежало. С того дня он пошел на поправку.

Элла Расшивалова

sv430903
06.09.2011, 22:10
Спасибо за рассказ. Моя кошечка тоже взяла на себя мою болезнь. Я очень долго ее лечила, всеми средствами, но к сожалению ее больше нет...

Маруся
22.09.2011, 18:07
Она всегда звонила в одно и тоже время—утром, когда небо ещё было сонным. 7 длинных гудков. Всё так, как всегда. А потом тишина. Такая родная тишина и дыхание. Она слушала его с таким наслаждение, с каким ценители музыки слушают симфонии. 57 секунд обмена вдохами и выдохами. Никогда не больше 59 секунд. Словно намек, что она заберет не больше минуты его времени. Хоть как бы этого не хотелось…

Утренняя улыбка новому дню. Чай с лимоном. И воспоминания. То, как она впервые увидела его объявление на автобусной остановке: «Слова теряют смысл. Помолчим?». Внизу был написан номер телефона. Помнит дрожь в руках, когда она первый раз набирала эти цифры и предательские мысли в голове, что то объявление лишь неудачный розыгрыш какого-то подростка. И всеобъемлющая тишина разговора. Но такая…близкая, что ли. Словно в ней гораздо больше атомов смысла, чем в словах.
Они молчали уже полгода. Это стало такой себе традицией, без которой не обходился каждый день. Но с каждым молчанием приходило какое-то новое знание друг о друге.

Нет, она не была необщительной девушкой. Как раз наоборот. Её смех был настолько искренним и чистым, что остальным хотелось смеяться вместе с ней. Она всегда умела находить общие интересы и темы для разговора и видела в каждом человеке свет. Она словно была наполнена этим ласковым теплом, которое согревало окружающих её людей. Но ей так не хватало тишины. Той тишины, которая позволительна лишь между очень близкими людьми. Тишины, которая не нависает грузом, а говорит о нити, связывающей души.Он до сих пор помнит то, как повесил одно-единственное объявление на автобусной остановке и надежду, щемящую в душе, когда он ожидал звонка. Он помнит, как звонили какие-то школьники и смеялись. И то, как в первый раз на свое молчание услышал такую же тишину. Насколько близкой была эта тишина. Словно за пару секунд он нашел ту родственную душу, которую люди ищут годами.

Он всегда звонил ей в одно и тоже время— вечером, когда солнце рисовало на облаках акварелью. Молчание длилось всегда немного больше 1 минуты. Словно он хотел помолчать больше, но боялся, что отвлекает её. А потом он засыпал с улыбкой на лице, которая растворялась в свете звёзд.

Их телефоны никогда не были выключенными. Хоть каждый и знал, что время звонка не изменится, все равно боялся пропустить невероятно нужное молчание.

Они оба боялись услышать короткие гудки или фразу оператора про недоступность. Что-то было в этом такое жуткое, словно маленькое предательство одной большой верности.

Как-то днем она решила позвонить ему. Так внепланово…И так внепланово не молчать, а сказать ему нечто очень важное. Но в ответ она услышала короткие гудки. В это мгновение он звонил ей. И тоже слышал убийственную мелодию гудков.

Она снова пошла на ту остановку и наклеила объявление: «Мы знаем цену молчания. Поговорим?». А сзади послышался голос:

-Поговорим.

Она узнала его по дыханию.

© Copyright: Стася Харитонова, 2009
Свидетельство о публикации №1906216224

Маруся
09.10.2011, 00:09
ОБЫКНОВЕННОЕ ЧУДО


Зачем ты так, – маленькая девочка посмотрела вверх, – ты же Волшебник!
– Это жизнь, девочка, просто жизнь, – проронил высокий мужчина с усталым лицом.

– Но они живые, им же больно.
– Я знаю, но так нужно. Деревья нужно подрезать, тогда они растут лучше.

– Нет. Ты мог придумать что-нибудь другое. Ты же волшебник. Ты можешь все!
– Да, все, – мужчина пожал плечами, – а может быть и не все…

– Нет, все же ты волшебник! Ты помнишь, что ты волшебник?
– А что это такое, – казалось, мужчина разговаривал сам с собой.

– Волшебник – это тот, который делает чудеса, и все удивляются и радуются. И еще сильно, сильно смеются.
– Зачем?

– Потому что радоваться чудесам хорошо. Чудеса это то, что очень всем нужно, но не все знают, как их делать. А ты знаешь, – не унималась рыжеволосая упрямица.
– Может быть тебе кажется. Я – обыкновенный человек. Такой же, как и все. И чудес никогда не делал.

– Н-е-е-е-е-е-е-т, ты чудесный. Самый, самый чудесный. Ну, вспомни. В прошлом году когда я плакала в саду, потому что потерялась, и мне было темно и холодно, ты подошел, взял меня за руку, и тут же выглянуло солнце. А мне стало тепло.
– Это просто совпадение. Тучи на небе разошлись.

– Нет, не совпадение, – маленькая девочка возмущенно надула губы, – вспомни как ты однажды вытащил из под стекла мертвую бабочку, подул на нее и она полетела. Ну, это же чудо!
– Бабочка просто спала, а я ее разбудил. Ты бы тоже смогла.

– Да. Теперь я знаю, что на бабочку надо дуть и будить. А тогда не знала. Значит, ты показал мне, как делать чудо. Но подрезать деревья, чтобы росли, я не хочу. Им больно – это не чудо, – девочка сильно топнула ножкой. – Сделай чудо. Ну, пожа-а-а-а-а-алуйста
– Какое чудо?

– Не знаю, хочу чудо! Хочу, чтобы все вокруг засмеялись, смотри какие они хмурые. Да, еще в этих лысых деревьях. Она обвела глазами подстриженный сад и людей сидящих на скамейках.

«Чудо…», – мужчина размышлял, – «волшебство, чтобы все удивились и засмеялись», – ему ничего не приходило в голову. Ну, как объяснить нетерпеливому ребенку, что он все же человек, а не волшебник. Ему на ум пришла фраза: «Когда мы перестаем верить в чудеса, в нас засыпают волшебники». «Конечно, засыпают, – ответил он своим мыслям, – то одно, то другое. Я же не ребенок, крутишься как белка в колесе. Не до фантазий мне». Его собственная фантазия его самого часто пугала. И он делал все возможное, чтобы воздерживаться от ее использования. Он гордился не своим умением придумывать невозможное, а тем, что был всегда очень практичен… А тут чудо, да еще и пожа-а-а-а-а-а-алуйста.

Он посмотрел на девочку. Рядом с ней на скамейке лежал альбом для рисования с цветными листками и фломастеры.

– Давай сделаем чудо вместе. Я буду складывать листочки, превращая их в цветы, самолетики, голубей. А ты рисовать на них улыбку и на каждом писать: «Я – твое чудо!». Ну, как?

– Давай! – лицо девочки расцвело улыбкой.

Мужчина начал ловко вырывать листики из альбома, складывал из них фигурки и передавать девочке. Она рисовала на каждом смайлик и писала нелепую фразу: «Я – твое чудо!».

Когда в альбоме кончился последний листок, на скамейке лежала целая груда причудливых фигурок. «А теперь давай показывать чудеса!» – мужчина насыпал девочке в подол платья улыбчивые листочки, посадил ее на плечо и начал по очереди обходить подстриженные деревья. Возле каждого он останавливался, и девочка вешала на обрезанные ветки сложенные фигурки.

Скоро весь безжизненный сад покрылся волшебными плодами. Волшебники так увлеклись, что не сразу заметили, как сидевшие на скамейках люди стали вставать подходить к деревьям и рассматривать появившиеся плоды и улыбаться. Вдруг один мальчик потянулся к оранжевой птичке, снял ее с дерева, прочитал надпись, засмеялся и побежал к скамейке, где сидели его друзья. «У меня есть свое чудо!». Проходившая мимо женщина оглянулась и с недоумением посмотрела на подростка трясущего над своей головой оранжевым голубем. Еще через минуту она бережно сняла с ветки голубую розу и, пробежав по строчкам глазами, прижала ее к груди.

– Я же говорила, ты – волшебник. Просто ты забыл, потому что стал взрослым. А взрослые забывают все, что очень просто, – маленькая проказница произнесла эти слова с важным видом.
Мужчина улыбнулся:
- Да! Взрослеть важно, только не до конца, не навсегда.


Автор Алекс Успенская, написано 26 Сентябрь 2011 г.

Маруся
13.10.2011, 18:59
Сказка для двоих.

Их было двое - Он и Она. Они где-то нашли друг друга и жили теперь одной жизнью, где-то смешной, где-то соленой, в общем, самой обыкновенной жизнью двух самых обыкновенных счастливых.

Они были счастливыми, потому что были Вдвоем, а это гораздо лучше, чем быть по одному.

Он носил Ее на руках, зажигал на небе звезды по ночам, строил дом, чтобы Ей было, где жить. И все говорили: "Еще бы, как его не любить, ведь он идеал! С таким легко быть счастливой!" А они слушали всех и улыбались и не говорили никому, что идеалом Его сделала Она: Он не мог быть другим, ведь был рядом с Ней. Это было их маленькой тайной.

Она ждала Его, встречала и провожала, согревала их дом, чтобы Ему там было тепло и уютно. И все говорили: "Еще бы! Как ее не носить на руках, ведь она создана для семьи. Немудрено, что он такой счастливый!" А они только смеялись и не говорили никому, что Она создана для семьи только с Ним и только ему может быть хорошо в Ее доме. Это был их маленький секрет.

Он шел, спотыкался, падал, разочаровывался и уставал. И все говорили: «Зачем Он Ей, такой побитый и измученный, ведь вокруг столько сильных и уверенных». Но никто не знал, что сильнее Его нет никого на свете, ведь они были Вместе, а значит, и сильнее всех. Это было Ее тайной.

И Она перевязывала Ему раны, не спала по ночам, грустила и плакала. И все говорили: «Что он в ней нашел, ведь у нее морщинки и синяки под глазами. Ведь что ему стоит выбрать молодую и красивую?» Но никто не знал, что Она была самой красивой в мире. Разве может кто-то сравниться по красоте с той, которую любят? Но это было Его тайной.

Они все жили, любили и были счастливыми. И все недоумевали: «Как можно не надоесть друг другу за такой срок? Неужели не хочется чего-нибудь нового?» А они так ничего и не сказали. Просто их было всего лишь Двое, а всех было много, но все были по одному, ведь иначе ни о чем бы не спрашивали. Это не было их тайной, это было то, чего не объяснишь, да и не надо.

Татьяна Ионина

Маруся
24.10.2011, 20:17
Лошадка стояла здесь очень давно. Свидетельством этого, от дождей с нее начала сколупываться оранжевая краска, и под ней обнаружились красные круги на желтом фоне – видимо, просто закрашенные кем-то позже.
Трава вокруг росла густая, и доставала лошадке до колен, скрывая трещины и отломанные колесики. Больше здесь не было ничего – только холм, с которого открывался вид на высотные дома, и деревянная лошадь, которой не мешали ни трава, ни психоделическая раскраска, ни политическая ситуация в мире.

Она была меланхолична, как и еще сорок три процента старых игрушек, напоминающих раскраской мухоморы.

Он приходил сюда каждый день. Садился на лошадку, касался ее шершавой шеи голыми пальцами – даже зимой стаскивая для этого варежки с рук, сжимал бока коленями. Иногда приносил с собой сорванные в соседском саду недозрелые вяжущие груши. Груши вываливались из карманов, а он подбирал их и неловко тыкал в шероховатую лошадиную морду. Лошадь казалась грустной, а он только сжимал зубы, ну, и взгляд чуть-чуть застывал, как только пятки отрывались от земли, а пальцы притрагивались к гриве. Грива кололась, как трехдневная щетина, и оставляла занозы, как и положено дереву.

Мама уже давно не волновалась, что он подолгу пропадает неизвестно где. Она вообще давно перестала волноваться – видимо сообразила, что сыновей в таком возрасте полностью контролировать сложно, и смирилась.
Мама вообще была мирная.

Когда – совсем еще маленький – он зачитывался специально сохраненными в сейфе сборниками семейных преданий, составленными еще его отцом, или с упрямством, достойным лучшего применения, разбирал генеалогическое дерево – а потом долго бредил по ночам: приключениями, которые не забудутся веками; верными друзьями, которые помогут вляпаться в приключения; коварными врагами, которые не дадут уже под конец, уставшему, уйти подальше от приключений… Когда всё это происходило, ей хватало терпения просто переждать.

А в какой-то момент в нём что-то сломалось, и о сказках расхотелось говорить вслух. У него не было друзей ни среди ровесников, ни, тем более, среди старших, чем он. Была лошадка.

Неизвестно, думала ли лошадка о звездах, ежике из другой сказки, и любила ли запах груш, но мысленно он звал её своим другом.
А вслух, очень редко – когда садился на нее, скинув надоевший за день офисный пиджак, отключал мобильный телефон, и вынимал из кармана ключи; когда кастрюля на голове заменяла шлем, а среди высотных зданий мерещились великаны – шептал только одно:

- Я иду, моя Дульсинея, я скоро вернусь…


23.10.2007г.

Маруся
07.12.2011, 18:15
Перед тем, как прочитать нижеследующий рассказ, посмотрите пожалуйста материал "Полуденница и ее тайны" (сообщение №11).
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки]
(этот рассказ мне прислала еще в 2009 году Веда.Поверьте,здесь есть о чем подумать...как мы живем,о чем думаем,как реагируем...только почитайте повнимательней...)
КРИКСА
Криксы-вараксы, идите вы за крутые горы,
За темные лесы от малого младенца!
Заговор

Крикса спешила, очень спешила. Что за мир, что за гнусный мир! Всего только несколько мгновений, несколько ударов человеческого сердца грызлась она с посягнувшей на ее добычу чужачкой - и добычу утащили из-под самого носа. Голод, обычное состояние таких, как она, разросся неимоверно, сжигая все ее существо. Такой голод неведом живым - они умирают гораздо раньше, чем голод доходит до этой ступени - но крикса не была живой и умереть не могла.

Нельзя сказать, чтобы это ее радовало.

Она не стала тратить время на выбегание через двери - в конце концов, стена здания, в котором она находилась, не была очерчена надлежащим образом - а значит, и не составляла преграды для нее и других таких же. Гораздо больше ее взволновало то, что вместе с нею бросилось вдогонку еще несколько ее сродственниц - но она только-только была отлучена от добычи и полна сил, а они пребывали без пищи давно.

Удельницы, пристроившиеся на ветке нарисованного на стене дерева, шарахнулись в стороны и захлопали крыльями, когда крикса - первой! - прошла сквозь штукатурку и кирпичи под ними, вырвавшись наружу.

Навстречу попался человек, нетвердо переставляющий шаткие ноги. Над его головой и туловищем, наполовину уходя в них, сизо-радужными пузырями колыхалось семейство пьяных шишей. Кроме того, на прохожем властной меткой собственниц виднелись следы когтей лихоманок. Крикса, не желая сбавлять скорость, проскочила сквозь него - и человек вдруг чуть не закричал от приступа черной, беспричинной тоски и внезапно осознанного абсолютного одиночества...

К вечеру он либо заткнет эту дыру очередным пьяным шишом - либо набившаяся в нее хищная мелочь, уже хлынувшая к нему со всех сторон, заставит его убить себя. Такие люди достаточно глупы, чтобы воображать, что со смертью проблемы кончаются - так ведь смотря для кого и смотря какой смертью... Да и не видал ты, дурень, настоящих проблем. Ничего, помрешь - увидишь.

Вот здесь тех, кто унес добычу, утащила железная нежить. Мех. Никакой жизни нет от этих мехов! Судя по следам, мех был не голоден - он сожрал с десяток Младших жизней и по крайней мере одну Старшую. Воплотились, блин, и думают, что им все можно! Ничего, крикса не знала, как она отомстит меху, если тот вздумает посягать на ее законную добычу, но что-нибудь да придумает...

Есть! Скорее есть! Добычу мне!!! ЖРРРААААТЬ!!! А то вон меньшие пыхтят-догоняют. Хрен вам! Мое! Не отдам!

Мамочка, правда, мы с тобой здорово погуляли? Какое было солнышко, и листва на вязах вдоль старой улицы, и эти воробьишки - такие смешные, правда, мама? И кошка умывалась на скамейке - так забавно водила по мордочке белой лапкой. А потом мы пошли гулять по бульвару. И там, в витрине, увидели куклу. Такую красивую, в нарядном-нарядном платьице, в шляпке, с золотистыми кудряшками и с голубыми глазами, и с зонтиком... Ты правда мне ее купишь? Мамочка, ты самая-самая замечательная на свете! Я тебя так люблю - очень-очень сильно, вот! А потом, когда пришли с прогулки, ты глядела на себя в зеркало... ты самая-самая красивая, мамочка! Я хочу, когда вырасту, тоже быть такой же красивой. Я хочу быть похожей на тебя.

И еще я очень-очень люблю этот мир. Он такой красивый, такой хороший и добрый, потому что в нем живешь ты, моя милая мамочка. Я жду не дождусь, когда сама, своими, а не твоими глазками посмотрю на него. Они уже есть у меня, эти глазки - такие же голубые, как у тебя. И ручки, и ножки... только я очень маленькая и слабая, а ты защищаешь меня, любишь меня и носишь в своем животике.

Скорее бы родиться! Я так люблю тебя, мама!


Крикса взметнулась на железный череп проносящегося мимо меха. Оп-па, а этот-то голоден! И за колесом впереди сидит облепленный пьяными шишами дурак, а сзади двое, опутанные пульсирующей грибницей сытой - кто-то бывает сыт, как это отвратительно, как это обидно, когда ты вечно голодна, а эта гадина - СЫТАЯ! - сварицы. Мех, не сбавляя вращения своих железных потрохов, принюхался к ней. Ну чего нюхаешь? Нежить я, как и ты, не воплощенная к тому же. Мной ты сыт не будешь. Тебе другое нужно - хряск разрываемых мяса и костей под капотом, хлюпанье под колесами, боль и смерть снизу, ужас и злоба внутри... Нет, боль, ужас и злоба - это сколько угодно, а вот все остальное - этого не держим. И вообще, нам не по пути. Добычу утащили не сюда.

Прыжок. Когти криксы неслышно для плотского уха скрежетнули по черепу другого меха. Этот был просто набит добычей - к сожалению, слишком старой, несъедобной для нее, да и обсиженной так, что не подоткнуться. Ласкотухи, злыдни, сварицы, вестицы, мороки, жмары, гнетке, дъны, лихоманки, ревнецы, пьяные шиши и их сородичи непонятного, незнакомого окраса... огромный сонный мех, похоже, питался крохами от пиршества этой разношерстной компании - если не считать самой питательной для этой породы нелепости самостоятельно движущегося мертвого железа. Но такая тварь, чтоб могла двигаться и существовать за счет одной своей нелепости, пока не воплотилась - хотя люди старались. Называли это вечным двигателем. Нужна подпитка - вытяжкой из крови Земли, откачанной людьми, покорными рабами мехов, людскими мыслями, людскими чувствами - обычной едой всякой нежити...

Еды! Едыыыы!!! ЖРРАААТЬ!!!

Продолжение...

Маруся
07.12.2011, 18:21
Продолжение:

Навь словно услышала мольбу одной из самых маленьких и безобидных тварей своих.

Где-то за горизонтом огромный старый крылатый мех рванулся к земле - и по Нави волнами пошли судороги истошного предсмертного ужаса десятков людей. Потом - нескончаемо сладкое и безжалостно краткое мгновение БОЛИ - и смерть. Нежданная, наглая, животная смерть, пополнившая полчища Нави несколькими десятками новобранцев. Но это было еще не все - вестицы и мороки, воплощенные и невоплощенные, разнесут по миру известие об этом, старательно выклевывая, выедая ростки сострадания, сочувствия, горя и страха. Им же будет потом голодней с начисто выеденными с малолетства людьми - но голод сильнее предусмотрительности. Сытость - мгновение. Голод - вечность, невероятный, постоянный, высасывающий, испепеляющий голод Нави. И, пережив мгновение сытости, маленькая крикса вновь устремилась в погоню.

Прыжок! Люди называли это место двором - но явно для красного словца. Не опаханный, не огороженный оберегами хотя бы раз, с точки зрения криксы и всех ее сородичей этот двор, как и большая часть того пространства, которое люди называли город, был обычной пустошью. Где-то по оврагам еще доживали свое старые, слепые и запаршивленные лешие и водяные. Немели в железобетонной броне ичетики впадающих в городской пруд родников. Исходили неумолкающим воплем боли древяницы ежегодно четвертуемых искалеченных тополей вдоль дорог. Кое-где по запечкам не снесенного частного сектора голодали позабытые домовые, тщетно пытаясь докричаться до оглохших душ праправнуков их прежних питомцев. Взирали по ночам с высоты колокольные маны - это племя даже прибавляться начало, когда люди вздумали поиграть в христианство и церковное возрождение. Но в основном пир правила пустошь и ее законные насельники - голодные твари Нави.

Люди поставили на пустоши коробку из железобетона и назвали ее дом. Плоская кровля дома не переглядывалась с небесами резными солнышками и звездами причелин и полотенец, солнечным скакуном князька. Его подпол, в который вместо еды и прочих припасов были спиханы уродливые железные потроха, по которым люди сливали свои нечистоты, был врыт в неоткупленную землю без жертвы и договора. Его стены не породнились со сторонами света, материал, пошедший на них, был взят у прежних Хозяев без спроса. Короче, если добыча по глупости своей была склонна считать это нагромождение железа, стекла и бетона жильем и защитой, то маленькая крикса не собиралась быть лекарем ее явно нездоровой голове. Она собиралась нагнать добычу, пока та не ушла окончательно, не попала в чужие когти - много их, до чужого охотников! Бетон так же слабо препятствовал ее движениям, как кирпич, только железо чуть задерживало. В отнорках-квартирах шипели, подымая шерсть дыбом и махая когтями в пустоту, кошки, трескались зеркала и бокалы, падала со столов посуда, с полок - книги, картины - с гвоздей, люди хватались за сердце или за голову, охали, пронзенные мгновенной ледяной болью. Криксе было не до церемоний. Она хотела есть!

Отнорок, в который притащили ее добычу, был столь же открыт ветрам пустоши, как и остальные. Ни одного оберега, разве что подкова над дверью - так это для тех, кто имеет дурацкую привычку входить через дверь. Шатнуло было от двух источавших Силу досок на стене - с одной смотрела женщина с малышом на руках, с другой сурово взирал старик с высоким залысым лбом, круглой седой бородою, мечом в правой руке и маленькой церковкой в левой. Но в следующее мгновенье крикса успокоилась - то есть перестала думать о досках и стала вновь думать о добыче. Обитатели отнорка просто повесили эти доски на стену - как будто кто-то решил украсить стену дверью в дом друга. Просто так, для виду или моды ради. И доски были такими закрытыми дверьми - никто из обитателей отнорка никогда не стучался в них с просьбой о помощи или с благодарностью. А Те, кто жили за этими дверьми, открывали их только на стук и редко приходили незваными.

Ну и сами дураки. Сытые, видно - в этом мире все сытые, кроме нее и тех уродов, что висят на хвосте! Нам легче. Крикса припала к полу. Вон колыбель с добычей - ффу, успела, никто не перехватил. Нельзя сказать, что крикса испытала по этому поводу какую-то радость, это чувство было ей вообще недоступно - просто вместо голода, тревоги и страха, ее теперь снедал только голод. Вон огромный квадратный мех в углу с угнездившимся в нем мороком и гнездом вестиц. Вон раскинувшая по полу тенета, все в шевелящейся ворсине бесчисленных хоботков, постоянно разевающих и закрывающих жадные ротики, отеть, почти полностью залившая диван и мягкие кресла. По стенам и потолку пульсирующая грибница молодой, но уже славно раскормленной (гниды! все, все сытые!) сварицы. На стенах, полу и потолке многочисленные метки завидов, ревнеца, ласкотух, в углах копошатся мелкие злыдни.

У меня своя еда, у вас - своя. Не троньте меня.

За спиной зашебуршало. Крикса глянула туда - сквозь растительный орнамент обоев уже протискивалось рыло конкурентки.

Хрен вам! Мое! Я первая!

ЖРРАААТЬ!!!

Одним прыжком крикса оказалась на колыбели, ухватилась за свешивающийся край одеяла. Лапы не обожгло пламенем оберегов, переступая с клюва диснеевских утят на уши дебильно улыбающихся мышей, она устремилась вверх. Глянула - добыча дремала внизу, розовый, сонный комочек. Завозилась, сжала морковного цвета кулачки, приоткрыла, зевая, беззубый ротик...

Пора!

Рядом уже вцепились в колпак мультяшного гнома острые когти конкурентки - и крикса прыгнула в открытый детский рот.

Первой.

Успела.

ЖРРААТЬ!!!

Мама, не плачь... ну пожалуйста, не плачь. Папа не взаправду ушел, он, наверно, так шутит. Он тебя очень любит. И меня тоже - ведь он же мой папа! Он большой, и красивый и смелый, вот. Я его люблю. А даже если не шутит - он просто не подумал. Вот я рожусь, он увидит, какая я у тебя замечательная, как я люблю и тебя, мамочка, и его - он сразу же вернется. И, может быть, купит ту самую куклу, и мы будем жить все вместе, счастливо-счастливо. Ведь по другому просто не может быть, мама, ведь ты же такая хорошая, я тебя люблю и папа тоже тебя любит. Вот увидишь, он вернется, мама.

Вернется и женится на тебе.

Продолжение...

Маруся
07.12.2011, 18:30
Продолжение:

-Таня! Я не могу работать в таких условиях! - Алексей треснул кулаком по столу, едва не попав по клаве компьютера. - Заткни его чем-нибудь!

-Заткни? Ты сказал заткни?! Это ты теперь так говоришь о нашем сыне? О твоем, между прочем, ребенке? - Таня ворвалась в комнату, шипя и искрясь, как праздничная шутиха - впрочем, ни к шуткам, ни к праздничному настроению, ее голос и слова не располагали. - В дом приходишь поесть и поспать, в выходные из компа своего идиотского не вылазишь, нет, чтоб с Олежкой посидеть - все я, я его носи, я его корми, я готовь, папмерсы меняй - все я!

Волокна сварицы, тянущиеся за ней, полыхнули таким жутким светом, что даже не видевший ни вспышки, ни самой сварицы Алексей сморгнул. Отеть на ее пути боязливо втягивала ворсинки тенет и даже чуть расступалась.

-Я, между прочим, работаю! Я нас кормлю! А ты дома сидишь и еще претензии выставляешь! Танька, ну пойми - этот обзор мой шанс! Если я его успешно сдам, меня назначат старшим менеджером отдела, а это, между прочим, десяток баксов к зарплате! Если сдам, потому что Егоров, гнида, из кожи вон лезет, чтоб меня обойти!

Завид, шевеля десятками крошечных ножек, выполз из глаза Алексея, перевалил скулу, челюсть - и устремился по шее вниз, под воротник. Таня, конечно, завида не видела - она лишь испытала отвращение от его даже по невзыскательным меркам Нави малоприглядной внешности.

-Работает он! - завизжала она, заставляя свисающее с потолка студенистое главное тело сварицы ходить ходуном, переливаясь от наслаждения. - Господи, какие ж вы все козлы и самолюбы! Он работает! Перекладывать бумажки с места на места и на секретуток облизываться - это работа, да? Вот - работа! - Таня ткнула пальцем в стену, за которой захлебывался криком маленький Олег. - Всю жизнь главная работа на нас! Даже с ними - мы вынашиваем, мучаемся, рожаем, а эти козлы сунули, вынули и скачут, еще и выпендриваются!

-Да как ты не понимаешь, Таня! - заорал и Алексей. - Я же русским языком тебе объяснил, у нас на носу квартальное отчетное собрание фирмы! И я обязан предоставить обзор по проделанной работе! О-бя-зан! А в такой обстановке я работать не могу! И мы - и ты, и он тоже - все мы лишаемся верных лишних десяти баксов в месяц! Фархад уходит, будет вакансия, шеф назначит или меня, или Егорова - ты можешь это понять?!

Таня всхлипнула.

-Ты все врешь, Степанов... - внезапно севшим горьким голосом произнесла она, опускаясь на диван - тенета отети тут же присосались к ее бессильно свешенным между колен рукам. - Ты все врешь. Мне Томка рассказывала - ты к Фариде клинья подбиваешь, к этой крашеной лахудре.

-О черт! - бессильно воздел руки Алексей. Тенета отети и волокна сварицы опасливо колыхнулись, пара злыдней, оседлавших его шевелюру, припала к волосам. - Я так и знал, что ты это так воспримешь...

-А как? Как я должна это воспринять?

-Танька, ну пойми - Фаридка племянница шефа. Кому, как не ей знать, какие у него требования? И как, по-твоему, я должен был у нее это узнать? Вот так подойти и спросить: Фарида Джамадовна, а какие запросы у Вашего уважаемого дяди в отношении квартальных обзоров? Понятно, надо контакт навести...конфеты там... но у нас с ней ничего не было. Не было и никогда не будет, слышишь?!

Перистые щупальца ласкотухи вынырнули на мгновение из произносившего эти слова рта и скрылись в нем снова.

Крикса за стеной вновь напряглась, насыщая свой голод, проявляясь в плотском мире тем единственным способом, какой был ей доступен - в истошном детском вопле. Сегодняшние запасы любви, тепла, просто терпения родителей добычи она уже выела, и теперь ничего не оставалось, кроме тоски и беззащитности маленького комка плоти - ее добычи.

-Ты все врешь, Степанов... - проговорила прежним голосом Татьяна, не глядя на мужа. - Просто я после роддома уже не такая - вот ты и смотришь на сторону. А я теперь тебе не нужна...

Алексей закусил губу. Нечестно было б сказать, что только с досады - жалость к жене он тоже испытывал, и хотел не только успокоить жену, но и утешить - обильно заселившая отнорок нежить выела еще не всю его любовь к Тане. Он протянул руку к плечу жены - но выползший из-за золотистых прядей большой студенистый ревнец злобно сверкнул на него многочисленными зелеными глазками, а двое мелких завидов поспешно бросились к протянутой руке - и он, не видя их, все же отдернул пальцы.

Запищал крохотный мех, окутываясь стайкой мелких, как мошка, вестиц. Татьяна, всхлипывая, полезла в карман блузки, достала мобильник, раскрыла, прижала к мокрой щеке:

-Ой, бабуль, это ты? Нет, я рада, рада... нет-нет, у нас все в порядке, просто я простыла, вот, носом хлюпаю. И у Олежика все в порядке... Ой... ой, бабуль, как здорово... нет-нет, что ты, совсем не помешаешь... Да, конечно... тебя встретить? А то Леша бы подъехал... Ну, как хочешь... Хорошо... Целую!

-Что она сказала? - тихо спросил Алексей, направляя палец на мобильник.

-Бабушка сегодня приедет. - заявила Татьяна.

-Нет, я не могу! У меня вообще нет времени даже дышать толком, ребенок орет, а еще явится эта сумасшедшая старуха!

--Что?! Это бабушка Оля сумасшедшая? Может, тебе и мама моя не нравится?! Ты что, забыл, кто нам купил квартиру? А бабушка Оля хоть с Олежкой сможет посидеть, пока я передохну, до Тамарки с Иринкой сбегаю. И вообще, она моя любимая бабушка и попробуй только пискнуть что-нибудь, понял?!

-О господи! - Алексей кинулся к компьютеру, ударил пальцем в клавишу пуск, нетерпеливо сунул курсором в строчку завершение работы. - Все! я ухожу... - дискета с шипением выпрыгнула ему в руку. - ... в интернет-кафе. Буду работать там.

-Работать?! - закричала Таня уже в коридор. - Знаю я, где ты и с кем будешь работать! Козел! Можешь жениться хоть на Фаридке, хоть на шефе своем дорогом, ты...

Хлопнувшая дверь прервала ее монолог. Сварица раскачивалась, испытывая настолько близкое к сытости чувство, насколько могла.

Крикса ела. Малыш кричал...

Продолжение..

Маруся
07.12.2011, 18:36
Продолжение:

Мама, не грусти... не расстраивайся так, пожалуйста... я еще маленькая, я не знаю, почему дедушка обиделся. Ведь он же не мог обидеться просто на то, что я есть? Или на тебя - ты ведь такая замечательная, мама! Не расстраивайся, мамочка, я тебя так люблю, правда-правда. У нас все будет хорошо, вот увидишь. Я рожусь, стану большая и умная и уговорю дедушку на тебя не сердиться. И мы будем жить вместе - я, ты, папа, дедушка, бабушка... Помнишь бабочек на огороде? Так хочется побегать за ними по травке. Обязательно побегаю. И куклу привезем на огород. А то она сидит в витрине, как я - в твоем животике, мама.

Я всех вас так люблю!

Мама, ты только не плачь - а бабушка ведь не это хотела сказать? Я, наверно, маленькая и глупая, я совсем маленькая, я только третий месяц живу у тебя в животике. Она, конечно, не могла так сказать - она ведь твоя мама, она вот так носила тебя в животике, как ты меня?

Как я ее люблю, мама - сильно-сильно! Почти как тебя, мамочка.

Мама... не молчи, пожалуйста... ты же говорила со мной... и, знаешь, не прячь так свои мысли. Ты прости, я маленькая и глупая - мне от этого немножко страшно. Я глупая, я знаю - ведь мы же вместе и будем вместе, правда, мама? И ничего-ничего плохого не случится. Ты меня всегда защитишь, мама.

Я очень люблю тебя.

Когда в дверь позвонили, Таня уже в тысячный раз, наверное, с какой-то мертвой интонацией повторяла, встряхивая непрерывно вопящего малыша:

-Бай-бай, бай-бай, поскорее засыпай... Люли-люли-люленьки, прилетели гуленьки... баю-баюшки-баю, не ложися на краю... бай-бай, баю-бай, поскорее засыпай... Люли-люли-люленьки...

От круга постоянно повторявшихся колыбельных, ни одну из которых она не знала не то что до конца - хотя бы до второго куплета - на нее саму накатила сонная одурь. Отеть повисла шубой на ее ногах и руках, волочась вслед за молодой матерью туда и сюда.

-Баю-бай, баю-бааа... - Таня широко зевнула. - Ну чего ты не спишь, паразит такой? А? чего тебе не хватает? Кормили тебя, сухой ты, какого черта еще надо? Паршивец...

Дверь зашлась переливчатым тонким повизгиванием. Татьяна вздрогнула.

-А, уже наш папочка, наверно, приперся, козлина такой, - пробормотала она. - Нагулялся он у нас, Олежек. Кормилец, блин.

Но в мутном кружке глазка обозначились очертания совсем иной, непохожей на Алексееву, фигуры.

-Ой, бабуля! - радостно воскликнула Таня, одной рукой открывая замок, а другой прижимая к себе посиневшего от криков Олежку. - бабулечка приехала! Смотри, Олежек, это бабушка!

Крикса вздрогнула. От вошедшей пахло Силой - а любая сила могла быть только угрозой. Что сильные делают со слабыми?

Жрут, понятное дело, что ж еще - смотреть на них, что ли?!

Хуже того, похожая по очертаниям на добычу, пришедшая таковой не была.

Или все-таки была? За ней и над ней колыхалось - не студенисто, как ревнецы или сварицы, а так, как колышется пламя свечи - что-то огромное, обжигающее крохотные глазки криксы, и, несомненно, очень опасное.

У нее собирались отобрать законную добычу, отобрать и сожрать! А если не поостережется - глядишь и самое ее сожрут за одним, и не подавятся, гниды!

Крикса зашлась от злобы и ужаса: Не подходи! Я сильная! Я страшная! Я могу сделать больно! Так! И вот так! И еще вот так!.

Крик младенца сорвался на хрип.

Рука пришедшей поднялась, то, что стояло за нею, взмахнуло в лад этому движению не то огненным языком, не то крылом - и маленькую криксу откинуло вглубь, стиснуло в кулачки когти...

-Ай, Олежек, ай да парень, батьке радость, мамке сладость, бабушке утеха... - проговорила старуха, опуская на пол чемоданы и принимая на руки малыша. Тот умолк, водя вокруг сизоватыми невыразительными глазками, зачмокал, прижимая к щеке тыльную сторону пухлой морковной ладошки.

-Уж и сладость... ой, баб Оль, успокоился! Ты у меня волшебница просто! Ты знаешь, Олежек уже в роддоме беспокойный был, хныкал все, пищал. Потом из роддома повезли - тихий стал, глазками лупал, как совенок. Дома поспал - а потом вот началось: кричит и кричит, кричит и кричит, и никакого сладу с ним нету. Мы уже врачам показывали, говорят, здоров, видимо, нервы не в порядке.

-Да какой уж порядок. - старуха вернула сосущего палец Олежку на мамины руки, сняла платок, старые разношенные туфли, повесила на вешалку плащ. Прошла в комнату, повернулась к доскам, так встревожившим когда-то маленькую криксу. Сухонькие пальцы, сложившись в двуперстие, неторопливо прочертили в воздухе - ото лба к груди, от плеча к плечу...

Продолжение...

Маруся
07.12.2011, 18:41
Продолжение:

ГРОМОВОЙ МОЛОТ!

Отеть шарахнулась по углам, подбирая опаленные незримым пламенем тенета, сварица расплескалась по потолку тонким слоем, втягивая волокна. Злыдни сыпанули прочь - иные в окно, иные и сквозь стены.

И доски отозвались - дальним грозовым раскатом из-за них донесся Отклик. Нежить будто присохла к своим местам, не смея шевельнуться...

Олежек хныкнул.

-Дай-кось, внученька... - старуха протянула сухие, в бурых пятнах, ладони. Приняла в них беспокойный комочек плоти. Завела тихим, низким голосом:

-Котик беленький,
хвостик серенький!
Ходит котик по сенюшкам,
А Дрема его спрашивает:
-Где Олежек спит,
где деточка лежит?
Баюшки, баю,
Баю детку мою

Крикса сжалась в угловатый, колючий комок. Ей было плохо - даже от голода так плохо не было. Слова этой неправильной, несъедобной, опасной добычи обволакивали ее серым плотным туманом, который не брали ни когти, ни остренькие клычки-жвальца. Плохо! Очень плохо! Больно! Неправильно!

-Он и спит, и лежит,
на высоком столбу,
на высоком столбу,
на точеном брусу,
на серебряном крюку,
на шелковых поводах;
шиты браны полога,
подушечка высока.
Баюшки, баю,
Баю детку мою...

-Ну, баб Оль, ты просто колдунья какая-то! - счастливо улыбнулась Татьяна, глядя на тихо посапывающего в прабабкиных руках Олежку.

-Кышь на тя, пигалица! - шикнула бабка, сдувая с лица седую прядь, выбившуюся из уложенной на затылке в колесо косы. - Колдунья, скажет ведь... Не видала, а говоришь.

-Не видала. - сразу же согласилась Таня. - Баб Оль, слушай, он кормленый уже, если чего - вон памперсы. Ко мне сегодня девчонки из нашей группы звонили, на встречу звали. Посиди с Олежкой, а? а я быстро - ну, часам к девяти дома буду.

-Беги, беги, пошаренка... - усмехнулась бабка. - Кака была егоза, така и осталася.

Мамушки, нянюшки,
Сходитесь ночевать,
Мое дитятко качать,
А вы, сенные девушки,
Прибаюкивать.
Баюшки, баю,
Баю детку мою.

С лестничной площадки под шипение подползающего лифта раздалось попискивание кнопок на кургузом тельце мобильника и голос Татьяны: Тамар, слушай, все в поряде, я еду... да бабка из деревни подвалила, ей сплавила... ага, класс... а кто будет? Вау! И он тоже?.

Лифт протяжно зевнул огромными челюстями и проглотил окончание таниной фразы.

-Вырастешь большой,
будешь счастливой,
будешь в золоте ходить,
золоты кольца носить,
золоты кольца носить,
камку волочить,
а обносочки дарить
мамушкам, нянюшкам!
Баюшки, баю,
Баю деточку мою.

Крикса глядела на старуху из-под прикрытых век добычи, не сомневаясь, что та тоже видит ее. Плохо. Очень плохо. Поймав на себе строгий взгляд выгоревших светло-серых глаз, крикса ощерила клычки-жвальца, вскинула лапки с острыми когтями:

Не тронь! Я страшная, страшная!.

Больше ей ничего не оставалось.

Надо только вовремя спрыгнуть, когда эта, страшная, начнет жрать - как все же обидно! - ее, криксы, добычу.

Седая и страшная нахмурилась, покачала головой.

-Нянюшкам - на ленточки,
сенным девушкам - на поневушки,
молодым молодкам - на кокошнички,
красным девкам - на повойнички,
а старым старушкам - на повязочки.
Баюшки, баю,
Баю детку мою.

Со стороны кроватки донесся клекот. Крикса оглянулась - там, на перильцах, восседала странная птица с девичьей головкой на пернатых плечах, глядя на нее - и эта видит! - строгими синими глазами.

Сожрут!

Старуха вновь покачала головой:

-Экая ты, Дремушка, строгая, все б тебе гнать. Малая-то виновата, что ль? В такой поганый век живем - деток нерожоных по тьме в день изводят и за грех не чтут...

С этими словами она, аккуратно положив спящего Олежку в кроватку, вытащила из чемодана белый платок и принялась скручивать и связывать его, приговаривая:

-Крикса-варакса, вот те забавка, с нею играй, а младенца Олеженьку не май....

На перильцах повисла свернутая из белого платка кукла - с головой-узлом, с руками, с длинным подолом.

Продолжение...

Маруся
07.12.2011, 18:45
Окончание

Что-то шевельнулось в памяти маленькой криксы. Она, вдруг позабыв всякую опаску, выползла, изогнув членистый зазубренный хребетик, из приоткрытого ротика спящего Олежки, подобралась к перильцам.

Кукла.

...в нарядном-нарядном платьице, и в шляпке...

Когда-то были другие желания.

...с золотыми кудряшками и с голубыми глазами...

Кроме голода.

...и с зонтиком...

Крикса поднялась на задние лапки, ухватившись средними за балясины кроватки, а коготком одной из передних попыталась подцепить подол куклы.

...а то сидит в витрине, как я у тебя в животике...

Ее клыки-жвальца безуспешно пытались сложиться в робкую улыбку.

Мама, мамочка, зачем мы сюда пришли? Уйдем отсюда, мама, я боюсь! Здесь страшно! Я боюсь этих белых блестящих стен, и блестящих желтых тазиков, и кривых железок на стеклянных столах. И этот дядька в белом халате - он же плохой мамочка, он страшный - ты разве не видишь? Мама! Почему ты молчишь, мамочка, мне же страшно! Пойдем домой, мама, пожалуйста, мама, любимая, я очень-очень тебя прошу!

Зачем ты садишься в это странное, плохое кресло? Так некрасиво... и мне неудобно... мама, этот дядька идет к нам, мама, прогони его, я боюсь его, и этой кривой железки! Прогони его, мама, ма!!!...

Мама! Он сделал мне больно, больно, мамочка, прогони его! Моя ручка, моя правая ручка! Мама, почему ты молчишь, прогони его, мне больно и страшно!

Мама, он опять!

Мама, мамочка, мне очень больно! Мама, прогони же его! Спаси меня, мама!

Мама, мамулечка, я тебя люблю, не отдавай меня ему, уйдем, бежим скорей, я тебя и так буду любить, МА-А-АМААААА!!!

...

...голова крохотной девочки падает в наполненный кровью таз, к уже плавающим там же ручке и ножке. Ротик еще шевелится, вкладывая всю душу, всю боль и обиду, всю тоску по непрожитой жизни, по отнятому счастью и теплу, в беззвучный страшный крик. Крик, впечатывающийся в серый туман Нави, обретающий подобие матово-черной шипастой, ощетинившейся острыми углами плоти. Крик, обзаводящийся подобием жизни - взамен настоящей, отнятой у нее. Крик...

Уже не крик.
Крикса.

Птица - Дрема простирала свои крылья над изголовьем постели тихонько посапывающего, стиснувшего пухлые кулачки Олега. Пушистый Угомон мерно мурлыкал в ногах. Нежить таилась в стенах, не смея высунуть жгутика или ворсинки. А седая старуха в кофте и юбке, подперев щеку рукой, наблюдала, как, подталкивая тряпичную куколку когтистыми лапками, пытается лепетать и смеяться клыкастым ртом душа нерожденной девочки, преданной и убитой самыми любимыми и близкими людьми.

Крикса.

Мама, ты знаешь, я тебя все равно жду. Мы будем вместе, мама, пусть здесь, но будем. Я тебя сильно-сильно жду, мама. Я немножко изменилась, но ты меня все равно узнаешь, правда? Ты ведь моя мама. Я ни за что-ни за что не хотела бы с тобой разминуться. Мне очень-очень надо тебя встретить. Мне же надо спросить тебя...

Зачем ты сделала это, мама?

За что ты убила меня?

P.S. От автора. Тринадцать тысяч нерожденных младенцев в день убивают в России на законных основаниях. Искромсанным гранями спиралей зародышам вообще никто не ведет подсчета. Одно несомненно - не то что жертвы алтарей карфагенян и ацтеков, этих образцовых изуверов древности, но и жертвы двух мировых боен ХХ века сгинули бы бесследно в потоках убитых младенцев. Жертв самой страшной из войн, ведущейся Россией - победоносной войны с собственным будущим.

Маруся
04.01.2012, 17:25
Аплодисменты, аплодисменты...


Артист Бровкин прочел надпись: "Ded Moroz and Snegurochka Corporation" и постучал в дверь.
- Открыто! - послышался изнутри зычный мужской голос.
Бровкин толкнул дверь и вошел. За столом перед компьютером сидел Дед Мороз и стучал по клавишам, одновременно что-то записывая к себе в блокнот. На мониторе была открыта страничка почты, куда все прибывали и прибывали новые письма с желаниями.
- Добрый день, - улыбнулся сидящий, оторвав взгляд от компьютера. - Чем могу быть вам полезен?
- Здравствуйте, - кивнул Бровкин. - Претензия у меня к вам. Прошлогоднее мое желание толком так и не выполнили. Вот, пришел лично, загадать его вновь. Надеюсь, хоть в этот раз справитесь?

- А что за желание? Напомните.
- Так писал я вам на e-mail . Чтобы каждое мое выступление вызывало бурю оваций, чтобы я стал самым знаменитым артистом, чтобы мое имя было у всех на устах. А что же вышло?
- И что же вышло? - заинтересованно переспросил Дед Мороз.
- А вышло то, что моему коллеге Подковкину в этом деле везет гораздо больше! - капризно выпятил губу Бровкин. - Где справедливость? Он, конечно, тоже вам писал. И вы к его просьбе отнеслись куда более серьезно, чем к моей! Те аплодисменты, что достаются мне, всего лишь жиденькие хлопки по сравнению с приемом, который зрители оказывают ему!

Дед Мороз сдвинул брови и повернулся к монитору. Стал открывать одну за другой архивные папки и, наконец, нашел то, что искал. Застрекотал принтер. Распечатанные листы были тотчас переданы Бровкину.
- Что это? - удивился тот.
- Ваши письма мне. Прочитайте. Может, поймете.
Бровкин развернул первое.
"В следующем году я хочу стать настоящей звездой!" - прочел он и сразу узнал свое послание. - "Хочу, чтобы после каждого выступления зрители не отпускали меня со сцены, вновь и вновь вызывая на бис. Чтобы поняли наконец, насколько я талантлив, гениален и достоин восхищения. Ведь именно для этого я каждый вечер выхожу на сцену."
"Интересно, что написал Подковкин?" - подумал Бровкин, разворачивая второе письмо.
"В следующем году хочу стать еще более полезным моим зрителям," - писал Подковкин. - "Хочу в своих выступлениях затрагивать самые волнующие вопросы и вместе со зрителем искать ответы на них. Хочу приносить пользу, делать жизнь других увлекательнее и интереснее. Ведь именно для этого я каждый вечер выхожу на сцену".

© Copyright: Анжела Шинкарь, 2011
Свидетельство о публикации №21112231503

Давайте же будем НУЖНЫМИ и ПОЛЕЗНЫМИ людям!!!:roze:

Элеша
14.01.2012, 06:50
:vo::vo::vo:ПРЕКРАСНАЯ ИСТОРИЯ...Благо-дарю!

Маруся
15.01.2012, 10:42
А всё же придётся открывать глаза
Сергей Козлов

Заяц глядел на глубокий снег за окном, на деревья, осыпанные снегом, и думал, как бы ему занырнуть в сказку.
Зайцу хотелось занырнуть поглубже-поглубже, чтобы стало весело и легко.

Он закрыл глаза и нырнул

— и сразу увидел очень красивый дом, и цветущие вишни,

и Собаку с длинными ушами, сидящую на крыльце.

Собака пила чай и, улыбаясь, глядела на Зайца.

— Я, кажется, не туда попал, — сказал Заяц.

— Почему же?

— Нет-нет, мне здесь очень нравится, но...

— Вы меня боитесь?

— Ну... — замялся Заяц.

— Не бойтесь. — Собака ещё приветливее улыбнулась. — Садитесь, я вам налью чаю.

Заяц робко, бочком поднялся на крыльцо, сел в кресло.

— Вам покрепче?

Заяц кивнул.

— У меня прекрасный чай с брусничным листом, — говорила Собака. — Позвольте медку?

Кругом была весна, пели птицы.

Длинноухая собака большими печальными глазами смотрела на Зайца.

«Бедный Заяц! — думала Собака. — Но кто знает, что у него на уме?»

«Отчего это она такая ласковая?» — думал Заяц.

— Позвольте предложить вам к чаю морковку, — сказала Собака.

Заяц ничего не ответил.

Он глядел на цветущие вишни, на ровный травяной ковёр вокруг дома и думал, почему же у него там, наверху, снег и снег, а если не снег — лужи и грязь, а если не грязь — духота и пыль, а в конце духоты — пожар?

Он отхлебнул чаю и поглядел на Собаку.

— Вы ведь меня не боитесь?

— Нет, — сказал Заяц.

— Вот и чудесно!

Собака, извинившись, ушла в дом и расчесала перед зеркалом свои длинные уши.

— Вот морковка, — вернулась к столу Собака. — А это — возьмите с собой, ведь у вас — зима!

Заяц посмотрел на мешочек с морковкой:

— Спасибо! — Но есть не стал.

Он глядел на пушистые Собачьи уши, на ровный травяной ковёр вокруг дома и думал, что, как здесь ни хорошо, а всё же придётся открывать глаза.

— Спасибо! — ещё раз сказал Заяц.

И, не открывая глаз, улыбнулся Собаке и сошёл с крыльца.

Маруся
19.02.2012, 19:43
Сказка про Искорку...

Маленькая искорка не заметила, как оторвалась от языков пламени. Самостоятельный полёт стряхнул с неё сонливость и безразличие. Налетевший порыв ветра подхватил и понёс за собой.
«Помни, огонь огня не боится, но, согревая, не…» – догнал искорку затихающий голос костра-отца. Последние слова утонули в шуме ветра, в шелесте трав. Ветер не позволил искорке дослушать наставление до конца. Видно, он посчитал, что слова эти не очень-то и важны для искорки, что остальное она усвоит сама, на своём опыте.

Увлекаемая воздушным потоком, искорка, словно маленькая звёздочка, взметнулась ввысь. Она летела в необозримо огромное тёмное небо. Она летела туда, где ещё не было ни тепла, ни света.
Очень скоро искорка поняла, что мало хотеть оказаться там, куда тебя тянет. Нужно ещё суметь сделать это. Нужно суметь воспользоваться помощью ветра, суметь так опереться на него, чтобы не стать легковесной игрушкой его воли. Ещё искорка поняла, что только те её начинания, которые поддержаны окружающим миром позволяют ей жить в полёте.

Горки на земле, направляли на неё потоки воздуха, и те гнали её вверх. Лощинки словно тянули вниз, к земле.
Долго летела маленькая искорка, а может быть, ей это только показалось. В начале полёт окрылял. Потом стал утомлять. Постепенно усталость сказывалась всё больше и больше: очертания окрестностей стали расплываться, а вскоре и вовсе потеряли чёткость. Сил лететь дальше не было. Вместе с силами растворились и слова костра-отца, которые искорка хранила в себе во время полёта. Куда-то улетучились и мечты-картинки, которые манили её некогда в самостоятельный полёт. Сейчас внутри искорки теплилась только надежда. Это была надежда выжить. Ей не нужно было ничего большего, только жить. Жить любой ценой.

Угасающим взглядом искорка поглядела вокруг. Что-то подсказывало ей, что не всё потеряно, пока она жива. Пока жива в ней надежда. Надежда же жила в искорке. Искорка чувствовала это: надежда согревала её, не давала угаснуть окончательно.

Искорка опустилась на первую, попавшую на её пути, травинку.
Лёгкое дуновение ветерка качнуло травинку. Ветерок коснулся и надежды, сдул с неё пепел утрат. Вспыхнула надежда с новой силой. Она разогнала туман обречённости, который готов был поглотить искорку.
Новым, ясным взглядом посмотрела искорка на травинку, на которой сидела. Её вид вызвал в искорке жалость: иссохшая, без признаков жизни, она, похоже, не выдержала невзгод, выпавших на её долю. Следом за жалостью к искорке пришла радость. Это была радость внезапного озарения, посетившего её.

«Вот оно спасение», – промелькнуло в посветлевшем сознании. – «Оно рядом».
Искорка засияла с новой силой. Жар, наполнивший её, воспламенил травинку.

Травинка распрямилась, словно показывая искорке, что она не винит её за столь необдуманное поведение. Травинка словно понимала, что сгореть сейчас – её судьба. С достоинством отдавала травинка искорке остатки сил. Сейчас она делилась ими со слабым. Всем своим видом травинка показывала, что делает это добровольно, без принуждения. Внутренне она даже гордилась своей участью. Раз она нужна сейчас, такая сухая и невзрачная, значит, она не зря жила на белом свете, не зря нежилась и страдала в лучах то ласкового, то палящего солнца.

Сейчас травинка прекрасно понимала, что её жизнь была нужна не только ей. Она жила не только ради себя, но и ради этого мгновения, ради этой бестолковой искорки. Жила ради того, чтобы помочь ей, уставшей, теряющей интерес к жизни. Сейчас травинка понимала, что их случайная встреча вовсе не была случайной. Она была предопределена заранее, предопределена ещё тогда, когда не было ни маленькой искорки, да и самой травинки, вероятно, тоже ещё не было. Их встреча готовилась кем-то свыше. Она готовилась тем, кому всё видно. Настоящее мгновение было лишь точкой пересечения их судеб в огромном сотканном из подобных событий пространстве.

Только сейчас, в этот, казалось бы, страшный миг своей жизни, травинка до конца осознала смысл своего существования. Сейчас она понимала, что исполнение чьей-то высшей воли, делало такое завершение её жизни логичным и даже прекрасным. Ещё бы, ведь она оставляла после себя не тлен и зловоние, а свет и тепло. Понимание миссии, выпавшей на её долю, скрашивало травинке последние мгновения её жизни. Она тянулась вверх, стараясь запомнить мир таким, каким он был сейчас: тёплым, лучезарным, заполненным светом.
Незаметно в травинке выросло чувство благодарности за то знание, которое мир сумел дать ей на прощание, наполнив последние мгновения её жизни, тем смыслом, который ей, молодой и зелёной, познать было не дано.

Искорка разгоралась. Она не понимала стойкости травинки, да она особо и не задумывалась над её причинами. Искорку больше волновала собственная участь.
«Зачем упираться из последних сил?» – думала искорка, поглядывая на травинку.
Тем не менее, знаменательность происходящего не обошла и её стороной.

Искорка осознавала, что перемены в ней не были простым возрождением к жизни, возрождением маленькой искорки. Нет! Конечно, нет! С ней происходило что-то большее. Она чувствовала в себе новое рождение. Она чувствовала, что внутри разрастается нечто новое. Это новое заполняет её. Искорка была благодарна травинке за эти ощущения. Они приносили ей такую радость, которой она никогда ранее не испытывала.
В знак благодарности искорка направила на травинку весь пыл своей души.

В тот момент она не понимала, что этим только сокращает и без того короткий срок жизни, оставшийся у травинки. Травинка же понимала искорку и прощала ей невнимание к себе. Она понимала, что искорка переживает новое рождение, и сейчас она просто радуется большой жизни, ожидающей её впереди. Эта радость и стала последним впечатлением в её жизни.

Что стало дальше с маленькой искоркой, уже отдельная история. Тем более что через мгновение искорки в прежнем её обличье уже не было: в траве суетился маленький любопытный огонёк. Уже не искорка, а он бегал от одной сухой травинки к другой. Для него всё вокруг было в новинку.

Маруся
23.04.2012, 12:46
Вечерняя сказка про ежика.Ни слова.
Сергей Козлов

— Давай с тобой договоримся вот как, — сказал Ёжик. — Давай говорить только дело, а просто так — не говорить.

— Как это? — спросил Медвежонок.
— Ну, мы говорим и говорим, — сказал Ёжик. — Болтаем. А ты лучше молчи, а уж если сказал — то в самую точку.

Была зима. Ёжик с Медвежонком шли по глубокому снегу на лыжах, и Медвежонок теперь думал, как бы так изловчиться, что бы такое сказать, чтобы не просто так, а в самую точку.

«Скажу: смотри, как красиво! — думал Медвежонок. — Скажет: сам вижу. Скажу: а здорово, Ёжик, что мы с тобой идём через лес! Скажет: угу. Нет, это не в самую точку. Но что же такое сказать?..»

И Медвежонок сжал зубы и нахмурился.

— Смотри, как красиво! — сказал Ёжик.

Медвежонок молчал.

— А здорово, Медвежонок, что мы с тобой идём через лес!

Медвежонок не ответил.

— Да что ж ты молчишь?

Медвежонок даже не посмотрел на Ёжика: он дал себе слово не болтать, и теперь молчал.

А Ёжик уже всё забыл и болтал без умолку. Пришли к Поросёнку.

Поросёнок был очень гостеприимный: он сразу пригласил всех к столу.

— Я очень рад видеть вас у себя в гостях, — сказал Поросёнок.
— Мы тоже очень рады, — сказал Ёжик.

Медвежонок молчал.

— Мне так приятно, что вы пришли, — сказал Поросёнок.
— Мы давно хотели, — сказал Ёжик, — но никак не могли собраться.

Медвежонок молчал.

— Очень вкусно, — сказал Ёжик.
— А вам, Медвежонок?

Медвежонок молчал.

— Медвежонок плохо слышит? — тихо спросил Поросёнок у Ёжика.

Ёжик толкнул Медвежонка под столом лапой.

Медвежонок ел, сжав зубы.
Поросёнку стало как-то не по себе, что вот гость сидит, ест и не говорит ни слова, и он погромче, в самое ухо, сказал Медвежонку:

— Вам нравится мёд? Это — липовый! Прямо от пчёл!

Медвежонку очень хотелось сказать, что — да, мёд замечательный, что он давно уже не ел такого мёда, что, если сказать по правде, такого мёда не бывает, но он не был уверен, что это — в самую точку, и поэтому не сказал ни слова.
10365

Давайте не жалеть приятных слов..и пусть даже не всегда они будут в точку...:roze:

Маруся
25.04.2012, 17:16
Мотылек и камушек.

У меня есть дружок, один знакомый – Мотылек с большими глазами. Для посторонних он ничем не отличался ото всех, как и другие, со своими ошибками и со своими странностями.

Когда-то давным-давно жил Мотылек самой обычной жизнью: где-то летал, а где-то бежал ножками, падал, потирал ушибленные коленочки и опять бежал или летел. В общем жил, как все: над чем-то смеялся, чему-то удивлялся, на что-то обижался – одним словом, жил, не жаловался. Да и жаловаться не на что, да и некому. Вот как-то раз он бежал так (или летел) да споткнулся о камешек, и...

На первый взгляд камень был совсем обычный – серенький, кругленький, величиной с ладошку – но было написано на нем одно волшебное слово, поэтому и камешек был волшебным. Самое удивительное, что слышали об этой находке Мотылька многие, даже все. Одни верили, что он где-то есть, другие искали его изо всех сил, но часто принимали за волшебный камешек какие-то другие, более яркие и красивые камни. А Мотылек об него споткнулся, может, случайно, а может, и нет, ведь это неважно. Важно, что камешек был волшебным, а кто кого нашел – он Мотылька или Мотылек его – это уже пустяки. Взял Мотылек волшебный камешек с собой, повесил его на шейку как талисман и полетел дальше.

Но с талисманом все уже было совсем не так, как раньше. Много-много разных тайн нашептал камешек Мотыльку, много секретов ему открыл, каких не знал Мотылек раньше. Но было у него и еще одно свойство: летать с этим камешком было уже гораздо тяжелее (хотя сначала Мотылек об этом не знал), но и без него уже совсем невозможно. Мотыльку очень хотелось лететь, а не бежать ножками после того, как он нашел свое чудо. Вот он и летел.

Кто-то говорил: "Глупый, брось, ведь это просто булыжник, чудес не бывает, а ты найдешь себе другой, полегче!" Но волшебный камешек нельзя бросить, его можно только потерять. А кто-то делал ставки: упадет – не упадет. А ведь ты знаешь, падать – это больно.

Если ты встретишь Мотылька, не спрашивай его об одном: о том слове, что было написано на чудесной находке. Только споткнувшись о СВОЙ камешек, это слово станет для тебя волшебным. И эта волшебная история будет рассказываться другому и, может быть, она будет о тебе..

Маруся
04.05.2012, 22:29
ЗАКОН ОТРАЖЕНИЯ.

Лялькину все обижали. Может, потому что внешность была невнушительная, может, потому что не умела адекватно ответить, а может, просто слишком нежная натура – кто его знает? Но вот ведь какая штука: если где какая агрессия в воздухе витает – обязательно высмотрит Лялькину и тресь ее по голове! Ну, не по-настоящему, а так, морально… Но все равно – больно же!!!

И начальство ее все время в жертвы выбирало, и подруги предавали, и коллеги подставляли, и даже трамвайные хамы безошибочно выделяли ее из толпы и отрывались по полной. Лялькина же обычно губу закусит, обиду проглотит и только подумает: «Ай, чтоб тебя…». Но вслух – ни-ни!
Сама Лялькина искренне считала себя существом безобидным, белым и пушистым, старалась ко всем относиться доброжелательно и злом на зло не отвечать – неприлично это и не к лицу воспитанной даме.

Но ядовитые стрелы агрессии, которые в нее метали, попадали в цель и застревали в ее нежной душе, и вот накопилось их столько, что стала Лялькина болеть. Видимо, концентрация яда превысила все предельно допустимые нормы. Так что к 36 годам нажила себе Лялькина болезнь сердца, гипертонию и даже легкий инсульт перенесла.

И погибла бы Лялькина в самом расцвете своей жизни, если бы не случай.

Ехала она однажды с работы и попала, как обычно, в переплет. Толстая тетка мало того что ей на ногу наступила, колготки сумкой порвала, так еще на нее же и вызверилась:

- Растеклась тут на весь салон, думаешь, одна едешь, что ли??? Совсем обнаглели! Посторонись, пропусти пенсионера союзного значения!

Лялькина, как обычно, вспыхнула и промолчала. Хотя это было очень даже обидно и несправедливо.

- Садись, деточка, тут место есть, — дернула ее за рукав другая бабуся. – Давай, я подвинусь!

Лялькина не стала протестовать, села – это потому что у нее от переживания голова закружилась.

- А зря ты так подумала, деточка, — доверительно шепнула ей бабуся. – Твое к тебе же и вернется, разве не знаешь?
- Что подумала? – не поняла Лялькина.

- «Чтоб ты треснула», — хихикнула старушка. – Оно, конечно, может, и весело, но зачем тебе такое счастье?
- Что вы такое говорите? – пролепетала Лялькина, густо краснея: дело в том, что именно это она и подумала в адрес противной тетки. Но не вслух же? Откуда старушка тогда узнала?

- А я мысли читать умею, — с удовольствием сообщила старушка.
- Мысли? Это вы ясновидящая, да? – в полном смятении забормотала Лялькина.

– Да ну, скажешь тоже! Никакая я не ясновидящая, а просто наблюдательная. Поживешь с мое, опыта наберешься – тоже научишься. Это же просто! Вот сейчас: ты вспомнила, как сегодня про начальницу подумала: «Чтобы тебе морду перекосило». Она у тебя, конечно, форменная жаба – не спорю, но ведь все равно, себе дороже выйдет, если тебе самой лицо перекосит?
- Да почему же мне перекосит? – не выдержала Лялькина. – Я же не себе такого желаю?

- Разницы нет, — уверила ее странная бабуля. – Это ж Закон Отражения, нешто не слышала никогда?
- Не слышала, — призналась Лялькина. – А что за закон такой? Нам в институте этого не преподавали!

- Ох, молодежь, молодежь, — покачала головой бабка. – Образование у вас, может, и высшее, а вот понимания никакого, ей-богу! Самого простого не знаете. И про Зеркало Мира небось не слышала?
- Нет, — еще больше усовестилась Лялькина. – Откуда же мне?

- Ну, так и быть, расскажу! Слушай сюда.
- Да, пожалуйста, — обрадовалась Лялькина.

- Значит, так. Ты существо доброе, безответное, ко всем с добром и открытой душой, но почему-то все, кому не лень, на тебя нападают, только успеваешь агрессию отражать? Верно угадала?
- Ну, не все, — смутилась Лялькина. – Хотя, в принципе, много кому не лень. Только и успевай отражать, это вы правду говорите.

- Не думала, почему так?
- Ну, думала… Только так и не поняла. Почему с другими такого не происходит? Почему я агрессию притягиваю, как громоотвод молнии?

- Да потому что в тебе этой агрессии полным-полно, под самую завязку, — торжествующе объявила бабуся.
- Во мне? Но я никого… никогда… ни за что… — Лялькина аж задохнулась от такой несправедливости.

- Тихо, тихо! Не надо так бурно реагировать, детка. Вот в тебя злые недруги стрелы черные мечут – как думаешь, попадают они в цель?
- Еще как попадают, — всхлипнула Лялькина. – Все сердце изранено!

- Ай-ай, такая молоденькая, а сердечко, гляжу, уже насквозь больное, — посочувствовала прозорливая бабка. – Так я и говорю: вся агрессия в тебя попадает и в тебе застревает, а выпускать ты ее не знаешь как, все в себе держишь. А все потому, что мечом ты махать не умеешь, а щита у тебя достойного нет. Никаких у тебя доспехов! Нечем тебе агрессию отражать!
- Меча? Щита? Бабушка, да вы о чем? – удивилась Лялькина. – 21 век на дворе! Какие доспехи?

- Невидимые, — гнула свою линию бабуся. – Такие доспехи завсегда у человека иметься должны, они наследные, по роду передаются, из поколение в поколение, да времена теперь такие наступили – растеряли мудрость веков, деткам в наследство теперь все больше завещают квартиры да машины, а о самом главном-то и позабыли!
- Какое наследство? О чем позабыли?

- Как ты думаешь, почему им всем удается тебя обидеть, а им хоть бы хны?
- Потому что я не могу себе позволить опускаться до их уровня! – с достоинством ответила Лялькина. – Я же человек интеллигентный, цивилизованный. А они… дикари какие-то!

- Вот пока ты интеллигентно пыхтишь, дикарь уже в тебя стрелу выпустил! У него-то и щит есть, и меч, и колчан со стрелами – он же агрессивный, да и опыт у него! Потому и попадает в тебя точнехонько, без промаха! А если бы у тебя щит был, тогда что?
- Ну, отскочила бы стрела от щита, — подумав, предположила Лялькина.

- Верно говоришь! Так вот, я тебе сейчас такой щит подарю.
- А удобно? – засомневалась Лялькина. – Может, я его у вас куплю?

- Я не продаю. Я просто так, задаром отдам. Мне не жалко!
- Ну, давайте, спасибо большое, - согласилась Лялькина, раскрывая сумку.

- Да не в сумку клади, а в голову! Говорю же, незримый он!
- А, ну ладно! Я вся внимание.

- Так вот, все очень просто. Сначала надо тебе поведать легенду про Зеркало Мира. А история такая: когда-то, в незапамятные времена, Боги создали волшебное зеркало, чтобы весь мир в нем отражался. И каждый человек, посмотревшись в это зеркало, мог увидеть, что он подобен Богам, и познать все тайны мироздания, все взаимосвязи и механизмы. Боги завещали это зеркало людям, и долгое время оно хранилось на земле и помогало людям быть чище, лучше, добрее, и помнить, что все они – частички Единого Целого. Не было тогда ни войн, ни раздоров, ни противостояния – разве станут части Целого против друг друга выступать? Нет, как и левая рука против правой не станет бороться. Люди тогда желали друг другу только добра, потому что это сразу на всех отражалось, и на тебе тоже. «здравствуйте», «спасибо», «будьте здоровы», «всего хорошего» — это же еще с тех пор традиция идет…

Но однажды зеркало разбилось. Никто не помнит, почему так произошло. Может, небрежно хранили, может, бес попутал, а может, катастрофа какая приключилась – нам о том неведомо. А только разлетелось Зеркало Мира на миллионы мелки осколков, и каждый из них теперь уже не мог отражать Единого Целого, а отражал только маленькую часть. И растерялись люди: перестали они целостность ощущать. Стали они мнить о себе разное – то, что одни лучше, а другие хуже, и то, что надо бы у других осколки отобрать – тогда свое зеркало больше получится. Так и додумались до ссор и распрей, до войн за место под солнцем. А потом одни объявили себя наследниками Богов, а других стали считать низшими, недостойными. И стали они желать друг другу зла: «чтоб тебя приподняло и шлепнуло», «да провались ты», «будь ты проклят»… Но не понимали они, что хоть зеркало и разбилось – а Закон Отражений по-прежнему действует. И гласит он, что если ты другому что-то послал, оно к тебе и вернется, на тебе и отразится.

Хорошо еще, что не буквально такие пожелания сбываются, а то бы человечество себя за неделю извело! Но все одно – содержится в таких словах жгучий яд, и добра от него не жди. Отравленные стрелы летят во все стороны и разят всех, кто под них попадает. Вот такая легенда…
- Ну, замечательно, — в замешательстве проговорила Лялькина. – Но я-то при чем? Почему кто-то эти стрелы ядовитые мечет, а я как мишень?

- А ты не поняла? – удивилась бабуся. – Да проще простого! Ты ж, детка, такие же мечешь, только молча! Думаешь, если воспитанность соблюдаешь, вслух не говоришь, так и все, белая и пушистая? Как бы не так! Ты тоже целостности не ощущаешь, противопоставляешь себя другим. Ты хорошая – они плохие, да? А они то же самое про тебя думают. Вот так и отражаете друг друга. Замкнутый круг!
- И что же мне делать, я никак не пойму? – прохныкала Лялькина. – Вслух, что ли, говорить все, что я о них думаю? Такой же хамкой заделаться? Не хочу я так!

- И не надо. Есть способ!
- Какой? Какой? – заинтересовалась Лялькина.

- Тот самый щит, о котором я тебе битый час толкую. Все просто: тебе гадость какую скажут или сделают, а ты, вместо того, чтобы ядом наливаться, мысленно пожелай себе чего-нибудь хорошего и добавь: «и вам того же». Вот и все!
- Это как? – напрягла мозги Лялькина. – Что-то не пойму я…

- Да очень просто! Вот хочется тебе сказать «чтоб ты провалилась», а ты подумай «чтоб тебе жениха хорошего найти!». Да с сердцем так подумай, энергично! Сама хочешь, небось, жениха-то?
- Это к делу не относится, — смутилась Лялькина, которая действительно числилась в незамужних и жениха ой как хотела. – А вы лучше скажите, раз мы части Единого Целого, почему одни люди хорошие, а другие… не очень? Ну, просто даже злые?
- Потому что каждый в своем осколке видит малую толику Целого. А в Едином Целом – в нем ведь всего понемногу есть. Это как в хлебе. Если дрожжи, вода, соль и мука по отдельности – невкусно, и есть не станешь. А если все смешать да выпечь – вкуснятина, за уши не оттащишь.

- А мой дедушка то же самое про бражку говорил, — заулыбалась Лялькина.
- Ну вот видишь, значит не одна я мудрость тебе передаю, — засмеялась и бабулька. – Ты попробуй, попробуй! Все быстро меняться начнет, вот увидишь!

- Ага, а если я пожелаю хорошего, а человек еще больше обозлится? – вдруг обеспокоилась Лялькина. – Вдруг он ни во что хорошее и вовсе не верит?
- Ну и пусть не верит. Ты же не для него стараешься, а для себя. Говорю тебе – желай хорошего, оно к тебе и вернется, по Закону Отражения. Это самый лучший в мире щит, ты уж мне поверь. А то сидишь, думаешь: «Вот старая, из ума выжила, сказки какие-то рассказывает».
- Я… Я не… — залепетала Лялькина, которая действительно что-то такое подумывала.

- Да ладно, я не обижаюсь, — добродушно махнула рукой бабуся. — Если б я мысли чужие слышала да еще и обижалась, давно бы рассыпалась от горя. Иногда люди такое думают, что хоть святых выноси!
- Трудно, наверное, вам, если вы все мысли слышите?

- Ничего, я привыкшая. Главное – добра желать, вот и вся наука. Так и живу.
Тут бабушке пришло время выходить, а Лялькина на следующей вышла.

Шла домой и думала: что это вообще было? И что тут ложь, что правда? А может, бабуська и впрямь вовсе из ума выжила по старости лет? Но тут она спохватилась и выбросила из головы эту мысль: а что если по Закону Отражений к ней вернется, что же ей, из ума теперь выживать? Нет уж, спасибочки!

И, как назло, у подъезда столкнулась с Егоровной, местной скандалисткой, которую все соседи боялись и недолюбливали, а уж связываться с ней и вовсе избегали. Поговаривали даже, что она – энергетический вампир и живет за счет высасывания чужой энергии, и Лялькина с этим была горячо согласна. Ее – так каждый раз высасывала.
- Ага, тебя-то мне и надо! – трубно провозгласила Егоровна. – Это твоя кошка мои цветочки перекопала? Я ее на живодерню сдам! А тебя к ответственности привлеку!

Прежде Лялькина обычно замирала перед Егоровной, как кролик перед удавом, позволяла выжать себя как лимон, а потом бежала домой плакать, но тут она вспомнила науку своей старенькой попутчицы, закон отражений, и…
- Будьте здоровы, Егоровна, — внятно сказала Лялькина, не сбавляя скорости.

Егоровна сначала замерла, а потом уперла руки в боки и возвысила голос:
- Здорова, говоришь? Да ты издеваешься, что ли? С вами тут вообще рехнешься, какое здоровье???

«Чтоб ты облезла, — привычно хотела подумать Лялькина, и тут же, спохватившись, переиграла. – Чтоб ты расцвела и заколосилась!».
Мысль показалась ей такой забавной, что она даже хихикнула. Егоровна продолжала голосить, уже за спиной, а Лялькина спокойно вошла в подъезд и поднялась к себе в квартиру.

- Надо же, не пробила! – в полном изумлении проговорила она, пялясь на себя в зеркало в прихожей. – Слышь, Егоровна! Не пробила ты меня! Действует щит, действует!
На следующий день Лялькина испробовала щит на работе – и там все получилось! Начальнице Лялькина пожелала счастливого отдыха на Багамах, коллеге-змеище – хорошо оплачиваемой работы, вредному клиенту – крупный выигрыш в лотерею. К концу рабочего дня Лялькина пребывала в замечательном расположении духа. Стрелы, истекающие ядом, до нее просто не долетали!!!

А в скором времени ехала посвежевшая и помолодевшая Лялькина в автобусе, и на какой-то остановке вошла та самая бабища с сумкой, которая когда-то нанесла урон лялькинским колготкам (о боже, как давно это было!!!), зато принесла судьбоносную встречу с волшебной бабулькой. Теперь бабища прицепилась к мужчине интеллигентного вида, который попался ей под горячую руку. Мужчина бледнел, краснел и, по всему, с трудом сдерживался, чтобы не вступить в перепалку.
«Чтоб у тебя твой поганый язык отсох, старая ведьма», — Лялькина вдруг поняла, о чем думает мужчина. Э, нет, это было не дело! — «Чтоб у тебя оказался рот, полный рахат-лукума, божий одуванчик», — наспех придумала за него Лялькина и оглянулась.

- Молодой человек, идите сюда! – позвала она. – Тут место есть. А мне нужна ваша помощь. Пожалуйста!
Мужчина глянул на нее с благодарностью, как на спасительницу, и резво двинулся к Лялькиной.

- Садитесь, — пригласила она. – Зацепило?
- Еще как, — признался мужчина. – Как я не люблю таких скандальных ситуаций! Но почему-то все время в них попадаю. Прямо проклятие какое-то!

- Точно. Проклятие! Но я знаю, как его снять, — загадочно сказала Лялькина. – Вы что-нибудь слышали про Зеркало Мира? А про Закон Отражения? Как, и щита у вас до сих пор нет?
Мужчина ничего такого, разумеется, не слышал, но очень заинтересовался. И Лялькиной пришлось пригласить его на чашечку чая, поскольку уже была ее остановка. Они встретились еще раз, и еще… А что было потом – вы уж и сами догадались. Потому что Лялькина к тому времени нажелала частичкам Единого Целого столько хорошего, что это просто не могло к ней не вернуться. По Закону Отражения!

Аня
05.05.2012, 10:10
Благодарю за чудесную историю Столько вроде знаешь и читаешь и думаешь и каждый раз, читая добрые истории, словно читаешь в первый раз. И как все меняется в мыслях. Да, как светлеет в мыслях и наливаются красками добра чувства:hi:

Аня
10.05.2012, 10:18
Прошли дни, маячки на форуме, что свежая тема блекнут, а ИСТОРИЯ ЧУДЕСНАЯ. Путь еще светит маячок "СВЕЖАЯ ТЕМА" на этой истории:vo:

Маруся
13.05.2012, 21:34
Аркадий Аверченко - знаменитый мастер юмористической прозы, человек - сатирикон, писатель, чье имя уже вызывает улыбку, а между тем его рассказы очень серьезны - стоит только приподнять завесу их беспробудного веселья. Любовь бывает разной... В том числе бесшабашно смешной, страстной до нелепости и невероятно веселой!

Аркадий Аверченко.
Ниночка

I

Начальник службы тяги, старик Мишкин, пригласил в кабинет ремингтонистку Ниночку Ряднову, и, протянувши ей два черновика, попросил ее переписать их начисто.

Когда Мишкин передавал эти бумаги, то внимательно посмотрел на Ниночку и, благодаря солнечному свету, впервые разглядел ее как следует.

Перед ним стояла полненькая, с высокой грудью девушка среднего роста. Красивое белое лицо ее было спокойно, и только в глазах время от времени пробегали искорки голубого света.

Мишкин подошел к ней ближе и сказал:

- Так вы, это самое... перепишите бумаги. Я вас не затрудняю?

- Почему же? - удивилась Нинока. - Я за это жалованье получаю.

- Так, так... жалованье. Это верно, что жалованье. У вас грудь не болит от машинки? Было бы печально, если бы такая красивая грудь да вдруг бы болела...

- Грудь не болит.

- Я очень рад. Вам не холодно?

- Отчего же мне может быть холодно?

- Кофточка у вас такая тоненькая, прозрачная... Ишь, вон у вас руки просвечивают. Красивые руки. У вас есть мускулы на руках?

- Оставьте мои руки в покое!

- Милая... Одну минутку... Постойте... Зачем вырываться? Я, это самое... рукав, который просвечив...

- Пустите руку! Как вы смеете! Мне больно! Негодяй!

Ниночка Ряднова вырвалась из жилистых дрожащих рук старого Мишкина и выбежала в общую комнату, где занимались другие служащие службы тяги.

Волосы у нее сбились в сторону и левая рука, выше локтя, немилосердно ныла.

- Мерзавец, - прошептала Ниночка. - Я тебе этого так не прощу.

Она надела на пишущую машину колпак, оделась сама и, выйдя из управления, остановилась на тротуаре. Задумалась:

"К кому же мне идти? Пойду к адвокату".

II

Адвокат Язычников принял Ниночку немедленно и выслушал ее внимательно.

- Какой негодяй! А еще старик! Чего же вы теперь хотите? - ласково спросил адвокат Язычников.

- Нельзя ли его сослать в Сибирь? - попросила Ниночка.

- В Сибирь нельзя... А притянуть его вообще к ответственности можно.

- Ну притяните.

- У вас есть свидетели?

- Я - свидетельнца, - сказала Ниночка.

- Нет, вы - потерпевшая. Но, если не было свидетелей, то, может быть, есть у вас следы насилия?

- Конечно, есть. Он произвел надо мной гнусное насилие. Схватил за руку. Наверное, там теперь синяк.

Адвокат Язычников задумчиво посмотрел на пышную Ниночкину грудь, на красивые губы и розовые щеки, по одной из которых катилась слезинка.

- Покажите руку,- сказал адвокат.

- Вот тут, под кофточкой.

- Вам придется снять кофточку.

- Но ведь вы же не доктор, а адвокат,- удивилась Ниночка.

- Это ничего не значит. Функции доктора и адвоката так родственны друг другу, что часто смешиваются между собой. Вы знаете, что такое алиби?

- Нет, не знаю.

- Вот то-то и оно-то. Для того чтобы установить наличность преступления, я должен прежде всего установить ваше алиби. Снимите кофточку.

Ниночка густо покраснела и, вздохнув, стала неловко расстегивать крючки и спускать с одного плеча кофточку.

Адвокат ей помогал. Когда обнажилась розовая, упругая Ниночкина рука с ямочкой на локте, адвокат дотронулся пальцами до красного места на белорозовом фоне плеча и вежливо сказал:

- Простите, я должен освидетельствовать. Поднимите руки. А это что такое? Грудь?

- Не трогайте меня! - вскричала Ниночка. - Как вы смеете?

Дрожа всем телом, она схватила кофточку и стала поспешно натягивать ее.

- Чего вы обиделись? Я должен был еще удостовериться в отстутствии кассационных поводов...

- Вы - нахал! - перебила его Ниночка и, хлопнув дверью, ушла.

Идя по улице, она говорила себе:

"Зачем я пошла к адвокату? Мне нужно было пойти прямо к доктору, пусть он даст свидетельство о гнусном насилии".

III

Доктор Дубяго был солидный пожилой человек.

Он принял в Ниночке горячее участие, выслушал ее, выругал начальника тяги, адвоката и потом сказал:

- Разденьтесь.

Ниночка сняла кофточку, но доктор Дубяго потер профессиональным жестом руки и попросил:

- Вы уж, пожалуйста, совсем разденьтесь...

- Зачем же совсем? - вспыхнула Ниночка. - Он меня хватал за руку. Я вам руку и покажу.

Доктор осмотрел фигуру Ниночки, ее молочно-белые плечи и развел руками.

- Все-таки вам нужно раздеться... Я должен бросить на вас ретроспективный взгляд. Позвольте, я вам помогу.

Он наклонился к Ниночке, осматривая ее близорукими глазами, но через минуту Ниночка взмахом руки сбила с его носа очки, так что доктор Дубяго был лишен на некоторое время возможности бросать не только ретроспективные взгляды, но и обыкновенные.

- Оставьте меня!.. Боже! Какие все мужчины мерзавцы!

IV

Выйдя от доктора Дубяго, Ниночка вся дрожала от негодования и злости.

"Вот вам - друзья человечества! Интелигентные люди... Нет, надо вскрыть, вывести наружу, разоблачить всех этих фарисеев, прикрывающихся маской добродетели".

Ниночка прошлась несколько раз по тротуару и, немного успокоившись, решила отправиться к журналисту Громову, который пользовался большой популярностью, славился, как человек порядочный и неподкупно честный, обличая неправду от двух до трех раз в неделю.

Журналист Громов встретил Ниночку сначала неприветливо, но потом, выслушав Ниночкин рассказ, был тронут ее злоключениями.

- Ха-ха! - горько засмеялся он. - Вот вам лучшие люди, призванные врачевать раны и облегчать страданья страждущего человечества! Вот вам носители правды и защитники угнетенных и оскорбленных, взявшие на себя девиз - справедливость! Люди, с которых пелена культуры спадает при самом пустяковом столкновении с жизнью. Дикари, до сих пор живущие плотью... Ха-ха. Узнаю я вас!

- Прикажете снять кофточку? - робко спросила Ниночка.

- Кофточку? Зачем кофточку?.. А впрочем, можно снять и кофточку. Любопытно посмотреть на эти следы... гм... культуры.

Увидев голую руку и плечо Ниночки, Громов зажмурился и покачал головой.

- Однако, руки же у вас... разве можно выставлять подобные аппараты на соблазн человечеству. Уберите их. Или нет... постойте... чем это они пахнут? Что, если бы я поцеловал эту руку вот тут... в сгибе... А... Гм... согласитесь, что вам никакого ущерба от этого не будет, а мне доставит новое любопытное ощущение, которое...

Громову не пришлось изведать подобного ощущения. Ниночка категорически отказалась от поцелуя, оделась и ушла.

Идя домой, она улыбалась сквозь слезы:

"Боже, какие все мужчины негодяи и дураки!"

V

Вечеро Ниночка сидела дома и плакала.

Потом, так как ее тянуло рассказать кому-нибудь свое горе, она переоделась и пошла к соседу по меблированным комнатам студенту-естественнику Ихневмонову.

Ихневмонов день и ночь возился с книгами, и всегда его видели низко склонившимся красивым, бледным лицом над печатными страницами, за что Ниночка шутя прозвала студента профессором.

Когда Ниночка вошла, Ихневмонов поднял от книги голову, тряхнул волосами и сказал:

- Привет Ниночке! Если она хочет чаю, то чай и ветчина там. А Ихневмонов дочитает пока главу.

- Меня сегодня обидели, Ихневмонов, - садясь, скорбно сообщила Ниночка.

- Ну!.. Кто?

- Адвокат, доктор, старик один... Такие негодяи!

- Чем же они вас обидели?

- Один схватил руку до синяка, а другие осматривали и все приставали...

- Так...- перелистывя страницу, сказал Ихневмонов, - это нехорошо.

- У меня рука болит, болит, - жалобно протянула Ниночка.

- Экие негодяи! Пейте чай.

- Наверное, - печально улыбнулась Ниночка, - и вы тоже захотите осмотреть руку, как те.

- Зачем же ее осматривать? - улыбнулся студент. - Есть синяк - я вам и так верю.

Ниночка стала пить чай. Ихневмонов перелистывал страницы книги.

- До сих пор рука горит, - пожаловалась Ниночка. - Может, примочку какую надо?

- Не знаю.

- Может, показать вам руку? Я знаю, вы не такой, как другие, - я вам верю.

Ихневмонов пожал плечами.

- Зачем же вас затруднять.. Будь я медик - я бы помог. А то я - естественник.

Ниночка закусила губу и, встав, упрямо сказала:

- А вы все-таки посмотрите.

- Пожалуй, показывайте вашу руку... Не беспокойтесь... вы только спустите с плеча кофточку... Так... Это?.. Гм... Действительно синяк. Экие эти мужчины. Он, впрочем, скоро пройдет.

Ихневмонов качнул соболезнующе головой и снова сел за книгу.

Ниночка сидела молча и ее матовое плечо блестело при свете убогой лампы.

- Вы бы одели в рукав, - посоветовал Ихневмонов. - Тут чертовски холодно.

Сердце Ниночки сжалось.

- Он мне еще ногу ниже колена ущипнул, - сказала Ниночка неожиданно после долгого молчания.

- Экий негодяй! - мотнул головой студент.

- Показать?

Ниночка закусила губу и хотела приподнять юбку, но студент ласково сказал:

- Да зачем же? Ведь вам придется снимать чулок, а здесь из дверей, пожалуй, дует. Простудитесь - что хорошего? Ей же богу, я в этой медицине ни уха, ни рыла

не смыслю, как говорит наш добрый русский народ. Пейте чай.

Он погрузился в чтение. Ниночка посидела еще немного, вздохнула и покачала головой.

- Пойду уж. А то мои разговоры отвлекают вас от работы.

- Отчего же, помилуйте, - сказал Ихневмонов, энергично тряся на прощанье руку Ниночки.

Войдя в свою комнату, Ниночка опустилась на кровать и, потупив глаза, еще раз повторила:

- Какие все мужчины негодяи!

Аня
16.05.2012, 11:38
Обычный человек
В кафе бизнес-ланч! Офисный планктон со всей округи спешит воспользоваться гарантированным правом на обеденный перерыв. В зале шумно. Разговоры, смех, мелодии рингтонов из мобильников, гремит посуда, неразличимо играет какая-то музыка.
Два неприметных человека мирно беседуют за столиком у окна. Окно, в связи с теплой погодой, приоткрыто. Шум улицы вплетается в общий шум.
- Я слышал, что ты когда-то был волшебником?
- Я? Хм… Это было очень когда-то, уже успел забыть.
- Как такое можно забыть? И что? Ты перестал быть волшебником?
- Я им и не был. Просто убедительно делал вид. Большинство тех, кого считают волшебниками только этим и занимаются – делают вид, что они волшебники. Этого достаточно. Большего от тебя никто не требует.
- А чудеса? Волшебник, вроде как должен уметь творить чудеса?
- Что такое чудо, с точки зрения человека ожидающего чудо? Это что-то такое, что не укладывается в привычную картинку мира. Любой фокус (внешне) – настоящее чудо.
Хотя все прекрасно понимают, что фокус это немного другое.
- А что такое чудо с точки зрения волшебника?
- Это то, что незаметно в привычной картине мира. Вот смотри – в руке бывшего волшебника, из ниоткуда, возникает монета. Движение рукой, монета исчезает. Это повторяется несколько раз – Это фокус. Основанный на тренированности рук и умении отвлечь внимание. Но выглядит он как чудо. Такого в привычном мире быть не должно.
Монета ведь появляется и исчезает непонятно откуда и куда. Так это выглядит для того, кто наблюдает со стороны. С точки зрения исполнителя фокуса – все выглядит иначе и вполне объяснимо.
- А чудо?
- Что ты сейчас слышишь?
- Разговоры, шум, звон посуды, сигналы машин с улицы и еще много разных звуков.
- А тишину ты слышишь?
- Как можно услышать тишину в таком шумном месте?
- А ты попытайся. Поищи способ расслышать тишину среди этого шума. Прямо сейчас. Не торопись. Я подожду…
- Ух! Это чудесно! И почему-то стало гораздо тише.
- Вот ты сам и ответил. Тишина незаметна среди шума, но она всегда присутствует. Ты её расслышал и понял насколько это чудесно.
- Как-то это не волшебно.
- Конечно. Поэтому я и перестал делать вид, что я волшебник. И стал обычным человеком.
- Но ведь обычных людей вокруг много, их большинство!
- Нет. Встретить обычного человека большая удача. Люди изо всех сил стараются стать «необычными», или хотя бы сделать вид (это, то же самое) что они необычные. Обычный человек – это просто человек. Такой, какой он есть. Как тишина, которую ты теперь сможешь расслышать среди любого шума.
- Но ведь тогда получается, что обычный человек – настоящее чудо? Ведь он незаметен в привычной картине мира?
- Нам пора. Перерыв уже заканчивается – улыбнулся обычный человек.

Маруся
18.05.2012, 21:13
"ПРОДАЁТСЯ ВИЛЛА 3 ЭТАЖА,
БАССЕЙН И САД НА БЕРЕГУ МОРЯ.
СТОИМОСТЬ 1 ДОЛЛАР"

''Бред!"- подумал БОМЖ и выбросил газету.
Прогуливаясь по дворам в поисках пищи он
увидел на стене большое объявление: "ПРОДАЁТСЯ ВИЛЛА 3 ЭТАЖА, БАССЕЙН И САД
НА БЕРЕГУ МОРЯ.
СТОИМОСТЬ 1 ДОЛЛАР" "Опечатка что ли?"- подумал БОМЖ и пошел,
ворча дальше.

Выйдя на широкую улицу, он
обратил внимание на огромного размера
баннер, на котором гласило: "ПРОДАЁТСЯ ВИЛЛА 3 ЭТАЖА, БАССЕЙН И САД
НА БЕРЕГУ МОРЯ.
СТОИМОСТЬ 1 ДОЛЛАР" Призадумался БОМЖ. И стало ему любопытно,
какой безумец мог написать такое и решил
проверить. Терять то ему было нечего, кроме
последнего доллара в кармане.

Придя по адресу, он увидел ту самую виллу.
Робко позвонил. Дверь ему открыла красивая женщина. - Извините! Я по объявлению. То что там
написано розыгрыш?
- Да да! Всё правильно.
- Я по поводу стоимости. 1 доллар? Это так?
- Да.1 доллар. Если вы заинтересовались,
можете оглядеть дом. Конечно же Бомжу всё понравилось и он
отдав свой последний доллар стал
обладателем шикарной виллы.

Но всё же
решил узнать, почему столь малая цена? На
что женщина, улыбнувшись, сказала: "Мой
муж перед смертью указал в завещании, что бы я продала нашу виллу и вырученные
деньги перевела на счёт его любовницы. Что я
и сделала! Объявление провисело полгода, и
вы единственный кто на него откликнулся.
Всего Вам хорошего". И женщина ушла.
Всем нам даётся шанс!
Нужно только ПОВЕРИТЬ в то, что невозможное возможно!

Аня
24.05.2012, 09:29
ЧУДО

Медвежонок проснулся, увидел нежных солнечных зайцев на утреннем снегу и понял, что сегодня должно произойти чудо.
Он умылся и сел завтракать. Но это было ещё не чудо.

Пробежался по лесу — что ж тут чудесного?
Встретил Белку.
— Как хорошо! — сказала Белка. — Весна!
«Нет-нет, — бормотал Медвежонок. — Это ещё не чудо!»
Перед обедом колол дрова.
Щепки разлетались, как птицы, но успевали спеть Медвежонку картавую песенку.
А одна села на крышу и прямо защебетала. Слетелись синицы.
— Подумаешь! — сказал Медвежонок. — Тоже мне чудо!
Обедали с Ёжиком.
Обед был вкусный, а на сладкое — клюковка.
«Может это, — думал Медвежонок, — и есть — чудо?»
После обеда долго ходили, заложив лапы за спину, и Ёжик что-то говорил, а Медвежонок слушал и ждал чуда.
А когда стало заходить солнце, и тени от ёлок подплыли к крыльцу, они с Ёжиком уселись в креслица и долго глядели в затухающий лес.
«Где же чудо?» — бормотал Медвежонок.
И только, когда совсем стемнело, вдруг понял, что весь этот солнечный день и был самым настоящим мгновенным чудом вспыхнувшего и погасшего весеннего дня.

Маруся
30.05.2012, 16:12
Стареть приятно~...

Стареть приятно. Люди, за которыми раньше гнался, стареют тоже. Ты на них смотришь в телевизор – а у них уже два подбородка и пузо еле влезает в пиджак.
За молодыми гнаться не тянет, молодые - не наша школа. Новодел, кому он вообще интересен. А ровесники вот они, поседели. Уже не хозяева жизни, а если еще и да, сколько им там уже осталось. Столько же, сколько тебе. Вот и догнал.

10618

Стареть приятно. Чего в жизни не сделал, того и не сможешь. Не «лодырь», не «сам себе виноват», не «если бы ты постарался» и даже не «бездарь». Просто уже не можешь, состарился, отыграл. Хоть подпрыгни – не сможешь уже. Свободен, значит.
Одно раздражает: на кухне капает кран. Кричу туда: «Грета! Грета, кран!», а она мне из кухни – «Я не кран!». И смеется. Лень ей, что ли? Я тоже смеюсь. «Грета, - кричу, - вода!» А она мне – «Я не вода!». «Грета, - кричу, - подойди ко мне». Подходит, смеется. «Чего тебе сделать?». А я и не знаю, чего мне сделать. Целую ей руку. «Кран, - прошу, - закрути покрепче».

Стареть приятно - не нужно ходить в костюме. Вообще не нужно ходить. Был бы я без ног в тридцать лет, какая была бы драма. Все бы жалели. А сейчас говорят: «Он так долго живет при его болезнях, ему чудо как повезло».

Грета тоже считает – стареть приятно. Говорит, не нужно носить колготки и высокие каблуки. Она всю жизнь ненавидит колготки. Я их ей помогал натянуть, пока мог нагибаться. Еще говорит, не нужно следить за фигурой. Ест по четыре пирожных в день. Я ей – «Грета, вес!», а она смеется: «Какой может быть вес у старухи, один объём».

Только вот кран. Капает днем и ночью, никак не может она его закрутить. Бужу ее ночью: «Грета, кран…», а она храпит. Даже не отвечает, храпит и всё. Стареть приятно: когда храпит во сне твоя молодая подруга, это шокирует, это мешает, девушки спят легко и тихо, как бабочки на цветке. А когда во сне храпит моя весомая Грета, я точно знаю: она жива.

Грета смеется. «Ты старый хрыч, доводишь меня из-за крана». Встаёт с утра и ползет на кухню. Мне варит кашу, себе сосиску. Мне нельзя сосисок, а она не ест мою кашу, без соли и сахара – кто бы вообще ее ел. Были бы молодыми, страдали бы смертно: ничего нам нельзя, и ни одно блюдо не можем поесть вдвоем, что за жизнь. А теперь приятно: денег хватает и на кашу, и на сосиски, и сил хватает варить. Что за жизнь.

Но кран этот чертов. Капает, капает, прямо в мозг. Грета не замечает, она плохо слышит, сто раз попросишь – забудет, пока дойдет. Отправишь ее на кухню: «Грета, кран!», вернется с тарелкой: «Я тебе каши сварила». Ну что же, сварила – я поем.
Себе, как обычно, сосиску. Наливает воды на два пальца, кладет сосиску, сосиска в воде по ватерлинию, сверху сохнет. А Грета доварит сосиску до половины, а потом раз! – и перевернет. Сварившейся стороной вверх, сырой – вниз. И дальше варит. Я сначала не понял, потом сообразил. Кастрюлю, где больше воды, она не поднимет, тяжело ей и руки дрожат. Специально самую маленькую берет, и воды почти не наливает. Сосиска и на пару сварится, ей-то что. А я так радовался, что догадался.

Стареть приятно. Не нужно быть успешным, не нужно быть красивым, не нужно быть хорошим. Достаточно быть. Молодым недостаточно, их гонит возраст. Скорее, скорее, успеть побольше, бежать поживее и побыстрее попасть сюда, к нам. А у нас тут тихо, как под шубой. Никто не спешит.
А тут вдруг слышу – кран капать перестал! Ну, просто праздник. «Грета, - кричу, - Грета, кран не капает, Грета, иди сюда!». А она почему-то молчит. Не отвечает.
- Грета!
- Грета!
- Грета…
Полная тишина. Никто не смеется, не слышно тяжелых шагов, не пахнет горелым из кухни. И кран молчит.
- Грета, - голос сорвал, - Грета, мне плохо! Грета, иди сюда!
Так кричал, что заснул. Или сознание потерял? Не помню. Очнулся – темно. И по-прежнему тихо.
- Грета, кран…
Совсем охрип.

Вдруг слышу, хлопнула дверь. И шаги. Стареть удобно: молодых гораздо хуже слышно издалека.
- Грета!!!
Волосы растрепанные седые, еле дышит, смеется. «Я, - говорит, - сантехника хотела позвать. Дозвониться же им невозможно, я и решила – дойду сама. Ты замучил меня своим краном, я хотела в подарок тебе... А сантехника нет, и до нового года не будет. Зря ходила».
Но ведь тихо! Не капает ничего!
«А это они, - говорит, - отключали воду на два часа. Как раз я к ним пришла, тогда и предупредили. Скоро включат».
И точно, слышу. Кап, кап, кап. Знакомая музыка.
- Пойду на кухню, сварю сосиску. А каша еще осталась.

Кап, кап, кап. Она сейчас сварит сосиску, и каша еще осталась. Черт с ним, с краном. Стареть прекрасно. Самому ничего не приходится делать. После нового года придет сантехник и все починит.

Виктория Райхер

Маруся
14.07.2012, 22:41
Сказка про тётеньку и девочку.

Жила-была тётенька. Была она как все тётеньки усталая, серьёзная, замученная жизнью, озабоченная. Как все тётеньки бегала на работу и всё время боялась, боялась, боялась - что зарплату ей понизят, что с работы уволят, что останется она без ничего.
Как и у всех тётенек, у неё был свой дяденька, который говорил ей, что любит её, что хочет всегда быть с нею. Но как и все дяденьки, её дяденька тоже ужасно боялся всего на свете. И что полюбит свою тётеньку слишком сильно, и что не сможет жить без неё, если она вдруг уйдёт, и ответственности боялся - за семью, за детей, за любимую. Бедная тётенька так устала от этой безрадостной жизни, что взмолилась однажды: «Господи, хочу быть девочкой! Озорной, весёлой, нежной, красивой, любящей и любимой!»
И Господь услышал её мольбу. ОНА СНОВА СТАЛА ДЕВОЧКОЙ!

Рано утром девочка просыпалась с улыбкой, потому что ещё один день начался! Оттого что небо ясное, и солнце светит, и облачка лёгкие на сердечки похожи! Она бежала на работу, как на праздник, и от этого у неё всё получалось так здорово, что все её хвалили, и удивлялись, как замечательно она всё делает! А она работала как играла - вдохновенно, радостно, просто творила, а не работала!

И коллеги, и начальство всё больше и больше любили девочку. Как только она появлялась, все улыбались, оживлялись и сами ощущали себя детьми. Всем хотелось сделать девочке что-то приятное, порадовать её, помочь. Ведь детей все любят - ни за что, просто так, оттого что они такие открытые, добрые, оттого что всем доверяют, и людям, и жизни, оттого что в них страхов нет.

Особенно начальник старался - то премию выдаст, то зарплату повысит, то работу интересную даст, то новую должность предложит. В общем, нарадоваться на неё не мог. А она на него. И на свою работу.

И с молодым человеком девочке очень повезло. Как только он понял, что его тётенька совсем не тётенька, а девчонка, сам мальчишкой сразу стал! Влюблённым, нежным, бесстрашным, сильным! То и дело на руках свою девочку носил, подвиги ради неё совершал, на лодке катал, на американских горках! Она в него уткнётся, и не страшно ей с ним! А радостно, весело, чудесно!

Потом у них детки появились - гармоничные, способные, удивительные, любящие, настоящие солнышки!

И девочка просто купалась в счастье - каждый день, каждую минуту, каждое мгновение! О страхах своих даже не вспоминала! Ну какие могут быть страхи, когда жить так радостно, так интересно! Когда каждый день приносит всё новые и новые чудеса! А если по старой памяти она снова в тётеньку превращалась и бояться начинала, стоило ей выйти на улицу, посмотреть на цветок, деревце, звёзды, она тут же становилась девочкой - открытой Миру, доверчивой, сильной.

И снова вспоминала о том, что Жизнь бережёт нас, заботится о нас. Что все, все, все наши "беды" начинаются тогда, когда мы забываем о том, что мы дети, когда мы становимся унылыми и озабоченными дяденьками и тётеньками.
10819

Аня
15.07.2012, 12:13
чудесная история!:vo:. Я тоже иногда вспоминаю, какою была в детстве. Смелой, отчаянной, ну очень решительной. Говорила любые вещи любым людям, не боясь ничего. В школе побила мальчишку, чтобы не лез, да так, что он не встал, пока не ушла.
И даже в юности. Ходила на прием к мэру, сама решила, сама пошла, чтобы выделил мне деньги из городской казны на обучение в аспирантуре, ходила по записи, сама решила, сама пошла на прием к генеральному директору завода с той же просьбой, и еще с просьбой работы на заводе по специальности.
Не боялась ничего, преград никаких, все дороги свободны и открыты. Мысли шли свободно и легко. Могла в любой момент уйти с общей дороги и пойти по своей, не считаясь ни с чем. В лес ходила как к себе домой. По ночам шла домой, словно летела.
Тоже иногда думаю, чего же меня так :eek: Наверное, чтобы сделать новый виток и подняться на туже легкость, но иного качества.
Вперед, от тетеньки к девочке:)

Аня
20.07.2012, 16:20
Как сделать волшебную палочку?

Не знаю чем, но этот лопоухий пацан лет десяти, уныло сидящий на бортике детской песочницы, сразу привлёк моё внимание. Голубая, слегка потёртая безрукавка с улыбающимся черепом и повидавшие лучшие времена защитного цвета шорты только подчёркивали настроение сидящего мальчугана. Ссутулившись и слегка наклонив голову, он глядел в затянутое тяжёлыми тучами небо. Пальцы цепко держались за облупленный край доски, позволяя впавшему в скорбь юнцу, остаться в шатком, неустойчивом равновесии. И только одна деталь выбивалась из общего, равнодушно-постылого зрелища. Правую ногу мальчишки, чуть пониже колена, украшала длинная, чуть поджившая царапина, вызывающе вымазанная ярчайшей зелёнкой. Будь она помазана йодом, я скорее всего прошёл бы мимо, но зелёнка.... Она бросалась в глаза, нагло заявляя о том, что владелец царапины человек боевой и только временные трудности выбили его из седла. Такому парню нельзя было не помочь.
Я остановился неподалёку и дружелюбно спросил:
— Здравствуй. Тебе нужна помощь?
Мальчишка очнулся от тягостных дум и подозрительно воззрился на невесть откуда взявшегося пришельца:
— А Вам какое дело? — с вызовом спросил он.
Что ж, времена нынче смутные, и дети относятся к незнакомцам с опаской и недоверием.
— Я волшебник, помогающий хорошим людям, — заявляю улыбаясь. — И ты кажешься мне хорошим, но только сильно огорчённым человеком. Почему бы не сотворить маленькое чудо?
Видимо прошедший огни и воды сорванец, услышал такое заявление впервые. Он даже несколько растерялся, утратив прежний напор и осторожность.
— Волшебник? — ошарашено переспросил он.
— Ну конечно....
— Добрый волшебник? — уже насмешливо протянул пацан. Карие глаза озорно прищурились, а губы тронула лёгкая тень улыбки.
— Он и есть, — подтвердил я. — А что, разве не похоже?
— Да какой же вы волшебник, — с некоторой обидой на непонятливость незнакомца, пояснил мой молодой собеседник. — С дипломатом, в костюме и при галстуке....
— А каким должен быть добрый волшебник? — поинтересовался я, заранее зная ответ.
— В колпаке, украшенном блестящими звёздами, и с волшебной палочкой в руке, — уверенно заявил знаток.
— И всё?
— Ну..., — неуверенно протянул мальчишка. — Можно ещё халат до пола, тоже со звёздочками. Но это не обязательно, — милостиво разрешил он.
— А без колпака и волшебной палочки, что? Волшебник, уже не волшебник? — постарался я сбить мальчишку с толку.
Но тот упрямо стоял на своём:
— Нет, бёз этих предметов, никак!
— Хорошо, как скажешь, — согласился я с упрямцем и раскрыл дипломат.
Мгновение, и слегка седеющая шевелюра украсилась бархатным колпаком. Серебристые остроконечные звёздочки весело поблёскивали на фиолетовом конусе, завершающимся здоровенным помпоном, напоминающим маленькое солнышко. В руке оказалась волшебная палочка. Она походила на детский флажок, но вместо полотнища торец палочки украшала пятиконечная звезда из фольги. По алой рукоятке струилась змейкой золотистая ленточка.
— А теперь? — спросил я обалдевшего от неожиданности пацана. — Как, похож?
Казалось, что мой собеседник проглотил язык. Такое зрелище он наблюдал впервые, и естественно растерялся:
— Да..., вроде..., похоже..., — промямлил он неуверенно.
— Вот и отлично! — подытожил я улыбнувшись. — Есть волшебник, и есть хороший человек, которому нужно помочь. Почему бы не сотворить маленькое чудо?
— А Вы действительно можете помочь? — недоверие в его глазах боролось с желанием поверить в сказку.
— Конечно. Этим и занимаюсь, — подтвердил я.
— А не обманываете? — не желал сдаваться упрямый собеседник.
— Знаете, молодой человек, — наставительно произнёс я. — Волшебники не обманывают. А добрые, тем более. А кто обманывает, тот не добрый волшебник, а злобный колдун, и вместо волшебной палочки он носит тяжёлый посох. Разве у меня есть посох?
Внимательно осмотрев меня, словно увидел впервые, молодой спорщик был вынужден признать:
— Да вроде нет....
— Так почему же ты мне не веришь? — с лёгкой досадой подытожил я.
— Хорошо, — решился он наконец. — Но это должно остаться между нами.
— Клянусь словом доброго волшебника.
Он снова стал понурым.
— Так уж вышло, что мои родители в разводе. Мы с отцом видимся, но не часто. Мешают его постоянные разъезды и командировки. Но именно сегодня, он обещал свозить меня на речку покупаться и половить рыбу. А тут такая погода..., — и он вскинул руку к небу, словно приглашая полюбоваться низколетящими тучами.
— То есть ты хочешь изменить погоду? — тоном заговорщика поинтересовался я.
— Да! — вдохновился неожиданной перспективой пацан. — Хочу чистое небо и тёплое солнышко.
— Хорошо, сейчас сделаем. Это не сложно, — я коснулся плеча мальчика и направил его руку в нужном направлении. — Смотри туда. Видишь лёгкий просвет между тучами?
— Вижу.
— Он слабый и робкий, как первый подснежник. Но может вырасти могучим, как столетний дуб. Чтобы это случилось, ты должен помочь ему.
— Как?
— Похвали его. Скажи: «Ты маленький, но очень светлый и тёплый. Немного подрасти и раздвинь тучи».
Мальчик послушно повторил.
— И что дальше? — с лёгким недоумением спросил он.
— Продолжай повторять фразу. Можешь это делать про себя.
Положив пакет полиэтилена на доску, я присел рядом.
Минут десять мы молча смотрели на узкий проём в облаках, старательно поощряя его к росту. Наконец тучи дрогнули и стали медленно расползаться.
— Смотрите..., смотрите..., получается, — заворожено шептал мальчик, глядя на расширяющееся солнечное окно.
— Конечно. Я же добрый волшебник. Впрочем, так же, как и ты.
Его глаза прищурились, выразив недоверие:
— И я могу быть добрым волшебником?
— Да. Ты уже волшебник, только не догадываешься об этом. Но я научу тебя творить чудеса.
— А это сложно?
— Нет, совсем просто. Главное, иметь уверенность в своих силах. Ну и разумеется нужна волшебная палочка.
— Такая же, как у Вас?
— Да, — я улыбнулся. — Такая же, как у меня.
— Но у меня нет волшебной палочки, — огорчённо вздохнул мальчишка.
— Не проблема, я подарю тебе свою, — и протянул ему предмет силы. — Держи, маленький чародей.
С некоторой робостью пацан протянул руку. Но взявшись за палочку, ухватился крепко, так что не отнимешь:
— А дальше что?
— Покажи палочкой на просвет в небе. Сначала поблагодари его за работу. Видишь, какой он старательный. Не смотря на малые размеры, он раздвинул тяжёлые тучи, чтобы помочь тебе встретиться с отцом.
Мальчик что-то зашептал, уверенно глядя на расширяющийся кусок чистого неба.
— Молодец! Время от времени восхищайся его упорством и начинай помогать.
— А как?
— Води волшебной палочкой, расширяя просвет и приговаривая вслух волшебную фразу: «Я тот, который разгоняет тучи!»
Мальчишка начал увлечённо размахивать палочкой, без перерыва повторяя заклинание. Глаза его заискрились огнём, и казалось, что в руках вспыхнул пламенный шар.
Спустя полчаса, мы с удовлетворением смотрели на очистившееся небо. Летнее солнышко припекало, изгоняя остатки сырости и хандры.
— Ну что, убедился, насколько это просто? — ласково спросил я юного волшебника.
— Да! — с жаром согласился начинающий чародей. Неожиданно глаза его потускнели, но вскоре снова зажглись надеждой:
— Скажите, а я смогу помирить папу с мамой?
— Конечно! Главное, чтобы волшебство, которое ты задумал осуществить, было добрым. А волшебная фраза: «Я тот, который...», никогда не подведёт тебя. Ну и разумеется, нужно взмахнуть палочкой.
— Спасибо Вам, — поблагодарил мальчишка, вставая с бортика песочницы. — А вот и папа подъехал! — весело выпалил он, показывая на выкатившийся из-за угла и причаливший к тротуару джип.
Мальчик махнул мне рукой и устремился к машине, размахивая палочкой. На всю улицу звучал звонкий голос:
— Я тот, который мирит папу с мамой!
Вы умеете делать волшебные палочки? Я умею, и сейчас научу вас. Это просто.
Нужно взять палочку и оклеить цветной бумагой. Змейкой намотать яркую ленточку. Сверху вставить звёздочку из фольги. Вот и всё, предмет силы готов. Теперь вы можете творить чудеса.
Я сложил охапку готовых палочек в дипломат и непроизвольно улыбнулся. Странные мы люди. Каждый из нас — волшебник. Но, погрязши в быту, в мелких делах и заботах, мы забываем об этом. И чтобы проснуться от будничной спячки и взглянуть на мир глазами доброго чародея, нам нужна такая мелочь, как волшебная палочка.
Сегодня на планете Земля, стало одним волшебником больше. Завтра я опять буду бродить по улицам и искать тех, кто может стать добрым волшебником.

Андрей Рузанкин

Аня
01.09.2012, 16:17
Я иду к своей звезде (Г. Кононенко)

Жил-был на свете Ветерок. Гулял он по свету, летал над полями, лесами и морями. Трава и цветы склонялись от его прикосновения. Иногда, если он очень хотел, он мог свистеть в деревьях и качать их в разные стороны.

Однажды Ветерок гулял над полем. Неожиданно вдалеке он увидел человека, тот шел по дороге куда-то. «Дай-ка я над ним подшучу, — подумал Ветерок. — Посмотрим, как быстро он мне повинуется».

Ветерок подлетел поближе и стал легонько дуть... Казалось, человек не замечает этого. Ветерок подул сильнее, потом еще сильнее и еще сильнее — но человек все шел и шел. «Это уж слишком», — подумал Ветерок. И он собрал все свои силы и стал так дуть, как никогда. Все кругом зашевелилось и пришло в движение. Пшеница тревожно пригнулась к земле — давно Ветер не появлялся в этих местах. А Ветерок все дул и дул, началась настоящая буря, такая, какой сам Ветерок ни разу не видел. Ветерок превратился в ураган, никто бы не смог устоять... Но человек все шел и шел по дороге. Наконец Ветерок устал.

— Да что же это такое? — воскликнул он. — Как такое может быть?

Он подлетел к человеку, приземлился и пошел рядом с ним.

— Э-эй, Человек, почему ты меня не слушаешься?

— Я иду по дороге, — тихо ответил человек.

— Ну и что! Я тоже иду по дороге. Много кто ходил по дорогам, но меня-то они слушались, кто сворачивал, кто останавливался, а кто обратно возвращался.

— Я иду к своей звезде, — сказал в ответ человек.

— Интересно... — Ветерок некоторое время помолчал. — Постой-ка, ведь сейчас день, никаких звезд нет, только солнце светит.

— Да, я знаю, но я иду к своей звезде.

«Что это за звезда такая? — подумал Ветерок. — Он к ней идет и идет, и я сделать с ним ничего не могу».

— Спасибо тебе, — неожиданно сказал человек.

— За что? — удивился Ветерок.

— За то, что ты устроил такую бурю, теперь звезда горит ярче, и она освещает мой путь.

«Ну ничего себе, — подумал Ветерок. — За бурю еще и спасибо!»

— Послушай, Человек, а где эта звезда твоя находится? Ты мне ее покажи.

Человек ничего не ответил, только повернулся к Ветерку и посмотрел ему прямо в глаза. А Ветерок увидел глаза человека, они были такими яркими, что казалось, они светятся.

— Я понял!!! — закричал радостно Ветерок. — Я понял, где твоя звезда! Я все понял!

И от радости он подпрыгнул и полетел к самому небу.

А человек все шел и шел по дороге. Он шел к своей звезде.

Маруся
04.10.2012, 13:19
АНГЕЛЫ СНИМАЮТ КРЫЛЬЯ

-Послушай, ты просто невыносима! - сказал он после некоторой паузы, - у тебя такой тяжёлый характер!

- Это у тебя тяжёлый характер, а у меня самый нормальный! Более того, у меня он пре-крас-ный.

- Скажи ещё, что мне повезло, что у тебя такой характер! - не мог остановиться он.

- Конечно, повезло.

Ночной город мерцал на том берегу водохранилища, и золотые звезды светились на небе, отражая свои огни в едва дрожащей воде.

- Ну, конечно, повезло, ты же у нас вообще ангел! - иронично усмехнулся он.

- Я? Да, я - ангел,- сказала она тише, будто боясь, что это услышит кто-то ещё.

- Ха, ангел. Где же твои крылья, ангел ты мой... - сказал он, не ожидая ответа, а просто так, в пустоту.

- Дома.

- Почему же они дома? - "Она решила поиграть со мной в эту детскую игру", - думал он, засыпая её вопросами.

- Я их снимаю перед тем, как куда-то идти.

- Зачем же?

- Чтобы никто не знал, кто я на самом деле. Чтобы не допытывались.

- Ангелы не снимают крыльев!

- Снимают. И спать с ними неудобно.

- Это бред. У тебя невыносимый характер.

- У тебя тоже не лучший.

Тишина...

- Ха... Ангел... - он покачал головой и, вздохнув, закрыл глаза.

- Ну да, ангел, - тихо повторила она.

В голове его бегали мысли, она едва успевала их читать, но всё же делала это, хотя это было вовсе не нужно. Но так хотелось понять, почему же он никак не увидит перед собой сейчас ангела, его единственного ангела. Она же здесь, она, которая тысячу раз прощала и простит ещё больше, не обманет и не уйдёт, поймёт и пожалеет, поцелует и обнимет... Она выслушает, вытерпит и успокоит. И всегда будет любить. Любить всей душой и своим ангельским сердцем. Она просто не хотела, чтобы это знали другие. Она нежно коснулась губами его носа, затем уголков рта и медленно откинулась на спинку сиденья.

Тишина.

- Ангел мой... Хмх... - его недоверительный вздох прервал молчание.

Она почувствовала, как уголки её губ, словно у ребёнка, тянутся вниз, а глаза наполнились слезами. Она не могла совладать с собой и не хотела, чтобы он видел её такой. Она вытерла глаза и улыбнулась.

...Она лежала в постели и смотрела в окно, там едва виднелся клочок звёздного неба... Всего клочок, а ведь он бесконечен. Фонарь светил в окно, и в этот мягкий свет выделял в темноте комнаты два крыла, что давно уже пылились на верхней полке стеллажа.

Валери Вашест

Маруся
08.12.2012, 22:20
Нечто.

... Жило было на свете Нечто. Оно тихонько жило в глубине души. И, в общем-то, никому не мешало.Однажды в душу зашло Чувство. Это было давно. Чувство Нечту понравилось. Нечто очень дорожило Чувством, боялось его потерять. Даже дверь на ключ закрывать начало. Они подолгу бродили по закоулкам души, разговаривали ни о чем, мечтали.
По вечерам они вместе разводили костер, чтобы согреть душу. Нечто привыкло к Чувству и ему казалось, что Чувство останется с ним навсегда. Чувство, собственно, так и обещало. Оно было такое романтическое.

Но однажды Чувство пропало. Нечто искало его везде. Долго искало. Но потом в одном из уголков души нашло прорубленную топором дырку. Чувство просто сбежало, оставив огромную дырку.
Нечто во всем винило себя. Нечто слишком верило Чувству, чтобы обижаться. В память о Чувстве осталась одна дыра в душе. Она не заделывалась ничем. И ночами через нее залетал Холодный и Злой Ветер. Тогда душа сжималась и леденела.

Потом в душу пытались заглянуть еще другие чувства. Но Нечто их не пускало, каждый раз выгоняя веником через дырку. Мало помалу чувства и вовсе перестали заходить.

Но однажды в душу постучалось совсем странное Чувство. Сначала Нечто не открывало. Чувство не полезло в дырку, как это делали предыдущие, а осталось сидеть у дверей. Весь вечер Нечто бродило по душе. Ночью улеглось спать, на всякий случай положив веник рядом с кроватью. Прогонять никого не пришлось. На утро заглянув в замочную скважину Нечто убедилось, что Странное Чувство по-прежнему сидит возле двери. Нечто начало нервничать, понимая, что нельзя прогнать того, кто еще не зашел.
Прошел еще день. Смятению Нечто не было предела. Оно поняло, что до смерти хочет пустить Странное Чувство. И до смерти боится это сделать. Нечту было страшно. Оно боялось, что Странное Чувство сбежит, как и первое. Тогда в душе появится вторая дыра. И будет сквозняк.

Так проходили дни. Нечто привыкло к Странному Чувству у Двери. И однажды, по хорошему настроению впустило-таки Странное Чувство. Вечером они разожгли костер и впервые за столько лет отогрели душу по-настоящему.
- Ты уйдешь? - не выдержав спросило Нечто.
- Нет, - ответило Странное Чувство, - я не уйду. Но при условии, что ты не будешь меня удерживать и не будешь запирать дверь на замок.
- Я не буду запирать дверь, - согласилось Нечто, - но ты ведь можешь убежать через старую дырку.

И Нечто рассказало Странному Чувству свою историю.
- Я не бегаю через старые дырки, - улыбнулось Странное Чувство, - я другое чувство.
Нечто ему не поверило. Но пригласило на прогулку по душе.
- А где твоя старая дыра? - полюбопытствовало Странное Чувство.
- Ну вот, -горько усмехнулось Нечто.
И показало место, где располагалась дырка. Но дыры на месте не было. Нечто слышалo, как ругается злой холодный ветер с внешней стороны души.

Нечто посмотрело на Странное Чувство, улыбнулось и сказало только, что не будет запирать дверь НИКОГДА…!

galya
09.12.2012, 02:01
"Нечто посмотрело на Странное Чувство, улыбнулось и сказало только, что не будет запирать дверь НИКОГДА…!"
Здорово!Вот добралась и до Чудесных историй со Сказками и подумала, что даже читая этот раздел, сколько же можно приобрести или вспомнить теплых или давно забытых в повседневной суете чувств, так нужных сейчас нам, чтобы оживить и согреть свою Душу!И как мало заходивших в этот раздел!Люди-и-и-и-и, заходите, читайте! Особенно те, кому сейчас не очень комфортно на Душе! Душу согревают и будоражат однозначно! Откройте Сердце для чувства и не запирайте дверь НИКОГДА...!:stena::hi:

obv
09.12.2012, 17:19
Стать Ветром

Эта полянка пользовалась дурной славой. Жители леса обходили ее стороной. Потому что на поляне росли только ядовитые нарциссы, а над ними летали жирные трутни, больше похожие на синих навозных мух.
Нарциссы очень гордились своей красотой и своей полянкой, на которой, кроме них, никого не росло. И у каждого нарцисса был свой трутень, очень хорошо умевший жужжать о любви, при этом думая только о том, как залезть в цветок и поесть пыльцы. Ведь больше на поляне нечем было поживиться, так что трутни приспособились наслаждаться тем, что было: гордой красотой нарциссов, их тычинками-пестиками. Для этого надо было всего лишь немного пожужжать, и любой нарцисс раскрывался, веря во все, о чем жужжали трутни. Ведь ни один нарцисс на поляне не сомневался, что именно он самый прекрасный, самый удивительный и неповторимый. И каждый трутень очень хорошо научился говорить то, что от него хотели слышать, чтобы получить свое. Ведь жужжать о любви очень просто. Намного проще, чем любить…
Но однажды на полянке проклюнулся странный росток. Сначала все нарциссы вокруг подумали, что это родился один из них, и с нетерпением ждали, когда появится цветок, чтобы рассказать ему о себе, о своей удивительной красоте. Каждый нарцисс на поляне только и делал, что без устали говорил о своей красоте и удивительных качествах, и всегда искал тех, кто еще не знал об этом. Но когда новый цветок наконец раскрылся, нарциссы вокруг ахнули.
– Кто это? – почти хором спросили они. А потом также хором воскликнули:
– Какой уродливый цветок! Он совсем не похож на нас!
Такое единодушие среди нарциссов случалось редко, но тут они вместе неодобрительно загалдели:
– Посмотрите на этот цветок! У него нет ни одного гладкого лепестка! А цвет?! Нет, вы посмотрите! Какой вульгарный цвет! Нет даже белого пятнышка!
– Он совсем не такой, как мы… – повторяли нарциссы. И это был приговор. Они отвернулись от только что появившегося на свет цветка. – Он чужой! Ему не место на нашей поляне! И пусть не рассчитывает, что мы примем его в свой круг только потому, что он появился здесь! Таким, как он, не место среди нарциссов!…
Когда Одуванчик раскрыл свою мохнатую желтую головку, то первым делом увидел огромный яркий цветок высоко-высоко в небе.
– Привет! – сказал ему Одуванчик и счастливо улыбнулся. Солнце улыбнулось Одуванчику в ответ, и он спросил: – Я родился! Кто я?…
Одуванчик с восторгом огляделся и увидел, что окружен красивыми цветами, которые смотрели на него.
Одуванчик хотел и им сказать «Привет!», но не успел, потому что цветы дружно загалдели. Сначала Одуванчик не понимал их, а когда наконец понял, то ему стало очень грустно. «Он урод! Он не такой, как мы! Чужак! Зачем он появился на нашей поляне?! Мы никогда не примем в свой круг такой цветок! Посмотрите, как он отличается?! Разве можно жить таким уродом?!»
– Очень грустно родиться и узнать, что ты урод… – прошептал Одуванчик. Но потом подумал и вдруг снова улыбнулся: – Но зато вы все такие красивые! Особенно вон тот большой цветок на небе!
Нарциссы на секунду умолкли, а потом загалдели с новой силой:
– Нет, вы только посмотрите! Он не только уродлив, но еще и глуп!
– Да! Сравнить нас с этим дурацким желтым шаром!…
– Который только и годен на то, чтобы греть нас!
– Да что мы обращаем внимание на слова чужака? Он даже не знает, что такое солнце!
– Уродлив и глуп! – хором сказали нарциссы и окончательно отвернулись.
– Простите… – сказал Одуванчик. Ему было неловко, что он обидел такие красивые цветы. – Наверное, я и в правду глуп и уродлив…
Он еще немножко погрустил, а потом не выдержал молчания и вежливо спросил:
– Дорогие прекрасные цветы, скажите, пожалуйста, где я?
Но ему никто не ответил. Нарциссы говорили друг с другом о своей красоте, слыша только себя.
– Где я?! – громко повторил Одуванчик. Но никто не хотел разговаривать с чужаком. Одуванчик потупился, уже не рассчитывая получить ответ, но тут один из нарциссов гордо ответил:
– Ты на нашей поляне!
– Да? – обрадовался Одуванчик. – А кто вы?
– Мы нарциссы, и мы… Особенно я! Очень прекрасны! Впрочем, ты и сам это видишь!…
– Да, – согласился Одуванчик. – А почему ты отвечаешь мне? Ведь все остальные отвернулись…
– Я говорю с тобой, чтобы все видели мое благородство. Я готов тратить свое драгоценное время на таких, как ты, потому что на этой поляне нет никого возвышенней и благородней меня!
– Наверное, это так! – согласился Одуванчик. – Спасибо! Может, ты тогда ответишь еще на один вопрос?
– Да, – важно согласился добрый нарцисс.
– Кто я? – спросил Одуванчик. – И зачем я родился на этой поляне?
– Вообще-то, это два вопроса… – рассмеялся нарцисс. – Похоже, ты на самом деле непроходимо глуп. Впрочем, чего еще ожидать от такого уродливого цветка?! Кто ты? Не знаю. Могу точно сказать только одно: ты не нарцисс!
– А может, я просто очень-очень некрасивый нарцисс? – с надеждой спросил Одуванчик.
– Нет, ты однозначно не один из нас! – презрительно закачал головкой нарцисс. – Но я должен признать… Хотя, мои коллеги, думаю, со мной не согласятся… Но так как я беспристрастный ученый, я должен признать, что ты – это цветок. Все-таки цветок! Разумеется, уродливый и совсем не похожий на нас, но цветок!
– Здорово! – обрадовался Одуванчик. – А зачем я родился на этой поляне?
– Раз ты цветок, то, по моему мнению, ты и родился для того, для чего рождаются все цветы! Хотя, еще раз повторю, все мои рассуждения базируются на предположении, что ты все-таки цветок!
– Так вы не уверены, что я цветок? – расстроился Одуванчик.
– Уверен. И готов отстаивать свое мнение перед другими учеными нарциссами… Ведь это мое мнение! У тебя есть все признаки цветка, так что я уверен – ты цветок! Такова моя теория, а она не может быть не верной!
– Потому что она ваша? – уточнил Одуванчик. Он потихоньку учился логике, принятой на полянке нарциссов.
– Да, – согласился нарцисс.
– Я очень рад, что познакомился с таким удивительным нарциссом, как вы! – воскликнул Одуванчик.
– Возможно, ты не так и глуп, как показалось вначале… – снисходительно произнес нарцисс. – Поэтому я отвечу тебе на второй, куда более сложный вопрос…
– Да, пожалуйста! – воскликнул Одуванчик. – Зачем цветы рождаются? Зачем цветы живут?
– Цветы живут для любви, – важно ответил нарцисс. – На нашей поляне обитают не только цветы, но и летающие насекомые. Когда насекомое прилетает к тебе и говорит, что ты самый прекрасный нарцисс на поляне, а потом садится и трется о твои тычинки, то это называется любовью!
– Должно быть, это удивительно… – прошептал Одуванчик.
– О да! На нашей поляне нет ничего прекрасней этого. Каждый нарцисс мечтает встретить самого толстого трутня, который лучше всех умеет жужжать!
– Но раз я цветок, как вы сказали… – задумался Одуванчик вслух. – А цветы живут для любви, то ко мне тоже скоро прилетит трутень, чтобы жужжать о любви?
– Какой же трутень посмотрит на такой уродливый цветок?! – рассмеялся нарцисс наивности Одуванчика. – Я потому и удивился твоему появлению на нашей полянке: какой смысл в цветке, на который не сядет ни одно уважающее себя насекомое?! Ведь ты окружен такими прекрасными цветами, как мы! И разве хоть один уважающий себя трутень будет жужжать о любви какому-то уроду, когда вокруг – прекрасные нарциссы?!
– Наверное, вы правы… – печально понурил головку Одуванчик. – А можно тогда я сам буду любить? Любить полянку, солнце, вас и всех насекомых, что летают над поляной?
– Да пожалуйста! Только какой в этом смысл? – пожал листочками нарцисс. – Любовь – это когда любят тебя самого. За то, что ты самый красивый, за то, что самый умный или благородный, за то, что ты лучше всех пахнешь… Но за что любить тебя? Ты уродлив и глуп. Ты чужак. Мне кажется, лучше тебе было не рождаться на этой поляне…
– Не рождаться? – переспросил Одуванчик. – Но…
– Я уже довольно времени потратил на тебя! – вдруг раздраженно сказал благородный нарцисс. – Ко мне летит мой трутень, и я не могу больше болтать с чужаками. Он может неправильно это понять…
– Извините, – испуганно зашелестел Одуванчик. Ему очень не хотелось мешать такому доброму и благородному нарциссу, который один из всех снизошел до разговора с ним, уродливым и глупым Одуванчиком.

* * *

Ветер жил в лесу. Он был везде. Как воздух, он пронизывал всё вокруг. Но как летучий Ветер, он появлялся то здесь, то там. Ветер любил носиться над лесными озерами, играя водной рябью и качая кувшинки. Он любил дуть среди деревьев, раскачивая ветки и проносясь сквозь листву… Но, как и все жители леса, Ветер не любил появляться над полянкой нарциссов. Ветру не нравился их ядовитый аромат. Очень-очень редко воздух над полянкой самовлюбленных нарциссов превращался в Ветер, да и то только для порядку. Ветер быстро проносился над этой нелюбимой частью своих владений и скрывался в лесу.
Но однажды Ветер появился над полянкой и привычно понесся прочь, чтобы побыстрее скрыться среди деревьев, как вдруг, на самой границе поляны и леса, он увидел необычный цветок…

* * *

Одуванчик жил на поляне нарциссов и мечтал о любви. Ведь он был цветком, а значит, рожден для любви. Но добрый разговорчивый нарцисс оказался прав, и ни один трутень не смотрел в сторону Одуванчика. Они, как и нарциссы вокруг, только смеялись над уродливым цветком, над чужаком, посмевшим родиться на поляне нарциссов.
А Одуванчик очень хотел любить. Он знал, что цветок обязательно должен любить кого-то летающего. И Одуванчик уже давно был согласен полюбить любого, кто спустится к нему. Даже самую последнюю муху! Но и мухи не обращали внимания на бедный Одуванчик. И это несмотря на то, что редкий нарцисс соглашался слушать жужжание мух. Ведь все нарциссы мечтали о любви толстых и успешных во всех отношениях трутнях.
Одуванчику было одиноко среди нарциссов. Он мечтал о любви, но ни одно насекомое поляны так и не посмотрело в сторону чужака.
Одуванчик смирился со своей судьбой, он понял, что уродлив, глуп, а самое главное – родился на чужой поляне, где для него нет места. И когда он понял это, то вдруг ощутил, что вокруг кто-то летает!
Одуванчик удивленно огляделся, но никого не обнаружил.
«Как странно… – подумал Одуванчик. – Наверное, я так хочу любви, что мне уже скоро станут являться невидимые насекомые!»
Но тут Одуванчик снова почувствовал, что вокруг кто-то летает. Несомненно летает! Это было так ясно, что Одуванчик не выдержал и громко спросил:
– Кто здесь? Кто ты?!
– Я – Ветер!
– Ты насекомое, да? – удивился и обрадовался Одуванчик. Ведь он думал, что летать умеют только насекомые. Так ему говорили нарциссы.
– Нет, я не насекомое, я – Ветер! – сказал Ветер и тихонько подул вокруг Одуванчика. – А кто ты? Я никогда не видел таких цветов на полянке нарциссов…
– Я – Одуванчик, – грустно представился Одуванчик. – Я тоже цветок, как и нарциссы. Только очень уродливый и глупый…
– Хм?! Кто тебе это сказал? – удивился Ветер.
– Нарциссы. Ведь я и правда совсем не похож на них. А они так прекрасны!
– А мне ты нравишься гораздо больше, чем они! – вдруг сказал Ветер.
– Правда?! – вспыхнул Одуванчик. Он не сразу понял слова Ветра, а когда понял, то не мог поверить тому, что услышал.
– Да, я даже не жалею, что залетел сегодня на эту полянку! – ответил Ветер. – Ну, мне пора…
– Ты прилетишь еще? – вдруг спросил Одуванчик. И сам удивился тому, что смог это сказать и остановить уже уносящийся Ветер.
– Если ты хочешь… – ответил Ветер, легонько пролетев прямо над Одуванчиком, качнув его головку.
– Очень хочу… – прошептал Одуванчик.
– Тогда обязательно прилечу! – Ветер дунул сильнее, а потом исчез среди деревьев леса.

* * *

Весь следующий день Одуванчик ждал Ветер.
«Он сказал, что не насекомое, но ведь он тоже летает, – думал Одуванчик. – Может быть, он невидимое летающее насекомое, и просто сам этого не знает?»
– Благородный нарцисс! – позвал Одуванчик. Ему пришлось кричать несколько раз, чтобы нарцисс соизволил ответить.
– Чего тебе? – высокомерно ответил он. – Если ты думаешь, что если я однажды снизошел до разговора с тобой, то теперь буду отрываться от дел по каждому поводу, то ты сильно ошибаешься!
– Простите, уважаемый нарцисс, но у меня очень важный вопрос, – вежливо сказал Одуванчик. – А я знаю, какой вы великий ученый, и только вы можете мне ответить!
– Что же, я действительно величайший ученый-нарцисс на этой поляне! – спокойно, но с явным удовольствием согласился нарцисс. – Так и быть, спрашивай!
– Кто такой Ветер? – спросил Одуванчик и замер, с волнением ожидая ответа.
– Хм, есть довольно много теорий о том, что собой представляет Ветер, – начал нарцисс. – Одна из версий, которая мне близка, но с которой я не могу полностью согласиться, такова: Ветра не существует. Потому что его никто никогда не видел. Ветер выдуман для того, чтобы объяснить некоторые явления, которые происходят на нашей поляне, и которые сложно или невозможно объяснить научно, без привлечения некой абстрактной силы…
– А по вашему мнению, кто такой Ветер? – спросил Одуванчик. Он не слишком понимал рассуждения ученого нарцисса. Тем более что сам Одуванчик нисколько не сомневался в существовании Ветра. Ведь вчера они разговаривали друг с другом! И Одуванчику было странно слышать о мнении каких-то нарциссов, утверждавших, что Ветра не существует только потому, что они его не видели. «Я тоже не видел, – подумал цветок. – И что? Зато я его чувствовал!»
– Во-первых, не «кто такой», а «что такое»! – поправил нарцисс собеседника. – Ветер – это сила, которая, как я предполагаю, невидимо пронизывает всё вокруг! Иногда он проявляется, и тогда происходят очень странные вещи. Но мы, нарциссы, не любим, когда Ветер появляется на нашей поляне! Лучше бы его совсем не было!
– Почему? – удивленно спросил Одуванчик.
– Во-первых, когда он дует, то разгоняет всех насекомых, и мы не слышим их жужжания, – начал нарцисс. – Во-вторых…
– Значит, Ветер – это не насекомое? – взволнованно спросил Одуванчик.
– Конечно, нет! Что за глупость? – возмутился ученый нарцисс. Он не любил, когда его перебивали. – Как может быть насекомым нечто невидимое, непонятное и, вполне возможно, несуществующее?
– Но ведь он тоже летает… – робко возразил Одуванчик. Его не оставляла слабая надежда на то, что Ветер – это какое-то необычное насекомое, которое можно будет любить, как это принято у цветов.
– Нет, Ветер – это не насекомое! – уверенно сказал нарцисс. – Если Ветер и существует, то он – это могущественная непонятная сила, причем чуждая нам, нарциссам!
– Чуждая? Почему?
– Потому что ты не дослушиваешь и постоянно меня перебиваешь! – раздраженно сказал нарцисс. – Ветер – это наш враг. Иногда он так дует, что обрывает наши прекрасные лепестки, уносит трутней, которые нас любят, а иногда прижимает нас к земле, гордясь своей силой. Но самое страшное… – нарцисс перешел на шепот, – говорят, иногда он вырывает нас из земли и уносит прочь. Это называется смертью…
– Спасибо вам за ответ! – сказал Одуванчик, а про себя подумал: «Наверное, он говорит о ком-то другом, а не о моем Ветре. Мой Ветер совсем не такой. Он нежный, ласковый. И он сказал, что я ему нравлюсь…»
– Привет, Одуванчик! – Ветер появился неожиданно, словно в ответ на мысли цветка. – Я вдруг вспомнил о тебе и решил заглянуть на вашу полянку.
– А я все время думаю о нашей первой встрече, – признался Одуванчик. – А ты совсем-совсем не насекомое?
– Нет, – ответил Ветер.
– Жалко! – вздохнул Одуванчик. – А то бы я тебя любил!
– Тебе нужны насекомые? – удивился Ветер. – Хочешь, я принесу тебе десяток? Или даже всех!
Одуванчик задумался, а потом отрицательно закачал головкой:
– Нет, зачем? Пускай они кружатся над своими нарциссами. Ведь они любят их, а не меня…
Ветер пожал невидимыми плечами и стал тихонько дуть вокруг Одуванчика.
– Мне никогда не было так хорошо, как с тобой, – признался Одуванчик. – Когда ты рядом, кажется, что я вовсе и не зря родился на этой поляне.
– Ты мне тоже нравишься! – ответил Ветер. – Хочешь, я завтра снова прилечу?
– Да! – радостно закивал Одуванчик. – Я буду ждать тебя…

* * *

На следующий день, как только взошло солнце, Одуванчик раскрыл цветок и огляделся.
– Ветер, ты где? – спросил он.
Но Ветра еще не было, и Одуванчик стал ждать. Он не мог ни о чем думать, кроме Ветра. Он не мог ни о чем мечтать…
Одуванчик стоял среди нарциссов и улыбался солнцу, думая, как Ветер скоро снова прилетит и будет ласково дуть рядом.
Нарциссы смотрели на счастливого Одуванчика и раздраженно переговаривались.
– Нет, вы только посмотрите на этого чужака! Вместо того, чтобы плакать, сокрушаясь о своем уродстве, он радуется чему-то! Все-таки хорошо быть полным дураком!
– Да, просто тошнит смотреть на его уродливую счастливую рожу!
– Он улыбается, словно на свете нет никого прекрасней!
– Это сколько же гордости и самомнения надо иметь!
– Да нет, он просто идиот!
– Надо бы проучить этого чужака, чтобы не портил счастливой физиономией нашу поляну!
Сами нарциссы улыбались редко, разве что в насмешку над кем-то или слыша о несчастьях других. А в жизни случалось всякое. Бывало, любимый трутень улетал к другому цветку и уже ему жужжал о любви. Бывало, облетали лепестки, а другие сморщивались и становились некрасивыми… Очень много разнообразных неприятностей было в жизни нарциссов, и от этих неприятностей совсем не хотелось улыбаться.
– Надо проучить его! – единодушно решили нарциссы. Они задумали вволю посмеяться над глупым Одуванчиком, для чего подговорили самого толстого и знаменитого трутня поляны «влюбиться» в уродливый цветок…
– Что же, я не против такого развлечения! – важно ответил трутень. – Передо мной еще не устоял ни один нарцисс, так что не пройдет и минуты, как этот ваш Одуванчик будет без ума от меня!
Трутень почистил прозрачные, переливающиеся всеми цветами радуги крылышки, и поднялся в воздух…
Одуванчик думал о Ветре, который где-то задержался. «Вчера он в это время уже был рядом, – с тревогой думал Одуванчик. – Лишь бы ничего не случилось…» Минута сменялась минутой, и ожидание становилось все напряженней. Одуванчик ждал Ветер каждой своей прожилкой, каждым листочком и каждой тычинкой. Он весь превратился в ожидание.
Вдруг воздух вокруг цветка заколебался, и Одуванчик с облегчением перевел дух, думая, что это Ветер наконец прилетел.
– Ты здесь? – радостно спросил Одуванчик. Но тут откуда-то сверху раздалось жужжание, и Одуванчик недоуменно поднял головку. Прямо на него спускался красивый трутень. Это его крылья подняли ветерок, который Одуванчик принял за Ветер. Трутень спустился совсем низко и завис в над Одуванчиком.
– Какой прекрасный цветок! – прожужжал трутень, восхищенно всплеснув всеми шестью лапками. – Я никогда не видел ничего подобного! Я облетел всю поляну, и уже потерял надежду найти цветок своей мечты… Я совсем потерял надежду, но тут увидел вас! Кто вы, прекрасная незнакомка? Вы покорили мое сердце!
– Но ведь я не нарцисс… – удивленно ответил Одуванчик. – Все говорят, что я очень уродлив и глуп, что я чужой на этой поляне…
– Они просто завидуют! – воскликнул трутень. – По сравнению с вашей неполяночной красотой, все нарциссы – просто жалкие нераскрывшиеся бутоны! Я покорен вами! Окончательно и бесповоротно. Я не смогу больше жить без вас! Я люблю вас! Пожалуйста, станьте моим цветком!
Одуванчик слушал жужжание трутня и не мог поверить, что это происходит на самом деле. Его мечта исполнилась! Его заметили, его полюбили! И полюбила не какая-та муха, а самый лучший трутень поляны!
«Как странно… – подумал Одуванчик. – Случилось то, о чем я так долго мечтал, но я совсем не чувствую радости! Наоборот, мне грустно… Почему? Ведь произошло то, о чем говорил нарцисс: меня полюбило летающее насекомое. А ведь именно для такой любви живут цветы… Почему же я не радуюсь? Почему же не кричу в ответ этому прекрасному трутню: „Да, я твой цветок, лети ко мне! Садись на меня, и я покрою тебя своей пыльцой!“ Почему мне так грустно от его искреннего жужжания? Ведь он говорит о любви! Говорит о том, ради чего живут цветы…»
Одуванчик с тревогой заглянул в себя, ища ответ на этот непростой вопрос. И вдруг он понял!
«Я не люблю его! Нарциссы говорят, что это не важно, главное, чтобы любили тебя, но это не правда. Для меня это не правда. Я тоже хочу любить. Я не смогу только принимать любовь, я хочу ее давать! Как тот большой цветок на небе… – Одуванчик посмотрел, как беззаботно играют солнечные лучи на крыльях трутня, делая их удивительно красивыми. – Но почему я не смогу полюбить такое прекрасное насекомое? Ведь еще недавно я готов был полюбить самую последнюю муху, если бы она обратила на меня внимания и согласилась прилететь ко мне! Что же случилось?! Почему я не могу полюбить такого удивительного трутня, замечательного во всех отношениях?…»
– Что же вы так глубоко задумались, о прекрасный цветок? – зажужжал трутень, устав ждать ответа. – Неужели вы не верите моим словам?
– Верю, но… – нерешительно произнес Одуванчик.
– Тогда станьте моим цветком! – в нетерпении выкрикнул трутень.
– Я не могу… – тихо сказал Одуванчик. И вдруг, помимо своей воли, добавил:
– Я люблю другого…
И тут же самому Одуванчику все стало ясно!
«Да, вот почему я не смогу полюбить этого удивительного, прекрасного трутня! Потому что я уже люблю…»
– Но как же так?! – трутень раздраженно огляделся, словно говоря нарциссам: «Что за безобразие! Почему вы меня не предупредили!» Нарциссы недоуменно качали головками. Они сами были поражены не меньше трутня.
– Но как же так?! – повторил трутень. – Кто он?! Скажи мне его имя! Я буду сражаться за свою любовь! Ты поймешь, что я лучше! На этой поляне нет никого лучше, чем я!… Неужели ты этого не видишь?!!
– Конечно, это очевидно… – грустно согласился Одуванчик. – Но я уже полюбил… Пожалуйста, не расстраивайтесь, я уверен, что вы еще найдете цветок своей мечты!
– Но я люблю тебя! – возмутился трутень. – Ты самый прекрасный, удивительный и не похожий на других цветок этой поляны. Да, самый красивый, прекрасный, удивительный, неповторимый… Ну и так далее! Так что ты должен быть моим! Назови имя того, кого ты любишь, и я вызову его на бой! Я хочу знать имя моего соперника! Скажи, как его зовут! Кого ты любишь?!
– Я люблю Ветер… – сказал Одуванчик. Еще мгновение назад Одуванчик не мог признаться себе в этом. Он чувствовал, понимал, но не мог даже подумать этих слов: «Я люблю Ветер». Теперь же, произнеся их вслух, Одуванчик ощутил, что они не выражают и малой доли того, что за ними стояло.
После слов Одуванчика над поляной повисла небывалая тишина.
И в этой тишине Одуванчик повторил, словно для самого себя:
– Да, я люблю Ветер…
И тут же поднялся шум. Убедившись, что им не послышалось в первый раз, нарциссы вокруг Одуванчика стали хохотать.
– Комедия! Глупый Одуванчик влюбился в Ветер!
– Да, только таким уродам и любить то, чего не существует!
– У него просто крыша поехала от одиночества!
– Конечно, нелегко быть уродливым чужаком на поляне прекрасных нарциссов!
– Нет, вы только подумайте – влюбиться в Ветер! Это же уму непостижимо!
– Сумасшедший!
– Неудачник!
– Чужак!…
Услышав ответ Одуванчика, трутень разозлился. Он почувствовал себя уязвленным и боялся насмешек: «И это самый лучший трутень поляны?! Не смог соблазнить даже самый уродливый цветок!» Это был небывалый удар по репутации трутня. Когда он услышал смех нарциссов, то захотел немедленно исчезнуть, провалиться сквозь землю. Но вскоре понял, что смеются не над ним, и тогда трутень тоже принужденно рассмеялся:
– Какой глупый цветок! Было не совсем удачной шуткой направлять меня к сумасшедшему!
– Мы знали, что этот цветок глуп, но не знали, что настолько! – оправдывались нарциссы.
– Но я вас прощаю за эту не совсем удачную шутку! – сказал трутень. Он снова обрел почву под ногами. – Потому что она меня тоже очень рассмешила! Надо же – цветок влюбленный в Ветер! Как глупо! Будет о чем рассказать моим прекрасным подружкам!…
Одуванчик не слышал смех нарциссов и трутня, не понимал их разговоров. Он был ошарашен своим открытием.
«Я люблю Ветер… – думал он. – Но как это возможно?! Разве может маленький цветок любить всемогущий Ветер, который пронизывает всё, как рассказывал ученый нарцисс? Цветок должен любить насекомых, а не Ветер!»
Вокруг заколебался воздух, и Одуванчик замер. Он был уверен, что на этот раз крылья трутня здесь ни при чем.
– Привет! – сказал Ветер и ласково качнул Одуванчик, обнимая его невидимыми потоками. – Я по тебе соскучился!
– Я тоже! – радостно улыбнулся Одуванчик. Все сомнения немедленно исчезли, стоило появиться Ветру.
– Мне так хорошо, когда ты рядом… – сказал Одуванчик. Он хотел немедленно признаться в своей любви, но не смог.
– Мне тоже очень нравится прилетать на эту полянку! – ответил Ветер. – Раньше я старался без нужды на нее не заглядывать, но теперь… Я прилетаю сюда только ради тебя.
– Правда? – счастливо улыбнулся Одуванчик.
– Да…
Они были вместе целый день. Цветок и Ветер. Но Одуванчик так и не смог признаться в своей любви.
– Мне пора… – наконец сказал Ветер, когда солнце почти село за горизонт.
– Да… – кивнул Одуванчик. Он даже не спросил, прилетит ли Ветер завтра. Одуванчик был уверен, что по-другому просто не может быть.
И только когда Ветер исчез, Одуванчик забеспокоился и засомневался, ругая себя: «Надо было обязательно спросить, прилетит ли он снова! Попросить прилетать каждый день! Вдруг, он ждал от меня этой просьбы? Вдруг он больше не прилетит?! И почему я не признался ему в любви?»
Одуванчик не мог заснуть всю ночь. Сомнения и страх не давали покоя:
«Кто я такой, чтобы любить Ветер?! Наверное, поэтому я и не смог признаться? Глупый уродливый цветок влюбился в вездесущий Ветер! Разве это не смешно? Он мог бы рассмеяться в ответ на мои признания! И был бы прав… Но что я могу с собой поделать? Я цветок, полюбивший Ветер! Это может быть смешно, глупо, это может быть сумасшествием, но это так!… Завтра я признаюсь ему, что люблю! Обязательно! И будь что будет! – Одуванчик решительно вздернул головку. Но тут его накрыли другие сомнения: – А вдруг он больше не прилетит? Почему я не попросил его? Почему он сам не спросил, как раньше? Не спросил: „Хочешь, я прилечу еще?“ Я не попросил, потому что люблю, и не сомневался, что он прилетит еще. Когда любишь, не сомневаешься в очевидном. По крайней мере до тех пор, пока любимый рядом… Но почему он не сказал: „Я прилечу снова!“? – Одуванчик спросил себя и остолбенел. Его вдруг пронзила мысль: – А может, по той же причине, что и я?!! Быть может, он тоже полюбил?!»
Влюбленный цветок простоял без сна всю ночь, а утром, едва забрезжил рассвет, на поляне появился Ветер.
– Уже не спишь? – спросил он Одуванчик, крепко обняв его воздушными потоками.
– Я не спал всю ночь! – признался Одуванчик. – Я смотрел на удивительный небесный цветок, небесную пыльцу и думал о тебе…
– А я носился по всему лесу и тоже думал о тебе! – засмеялся Ветер.
– Я люблю тебя, Ветер! – вдруг сказал Одуванчик и замер, боясь услышать ответ.
– Я тоже тебя люблю! – легко откликнулся Ветер. – Иначе, зачем бы я прилетал на эту полянку каждый день!
– Но как ты можешь любить простой цветок?! – задохнулся от счастья Одуванчик. – Ведь ты – Ветер! Ты… Ты…
– Не знаю! – весело подул Ветер в ответ. – Я просто люблю! Я Ветер, который полюбил Одуванчик! Что здесь такого?!
– А я Одуванчик, который полюбил Ветер…
Они долго молчали, просто ощущая друг друга.
– Полетели со мной в лес! – вдруг сказал Ветер. – Зачем тебе оставаться на этой поляне? Ты никогда не станешь своим для ядовитых нарциссов. Ты не такой, как они! Полетели со мной в лес! И мы всегда будем вместе!
– Лететь в лес? – изумился Одуванчик. – Но ведь я цветок! Я не умею летать!
– Я понесу тебя!
– Но как?! – Одуванчик растеряно огляделся, словно надеясь увидеть Ветер. – Ведь я живу на этой поляне! Я родился на ней, и у меня очень длинный корень, уходящий глубоко в землю!
– Я сильный! – ответил Ветер. – Я подую с такой силой, что вырву тебя из земли, и мы полетим в лес!
– Вырвешь из земли?! – испугался Одуванчик. – Нет! Нет! Значит, правду говорил ученый нарцисс про страшный Ветер?! Я не могу! Я люблю тебя, но я не могу лететь с тобой! Я ошибся! Цветы рождены для совсем другой любви! Они должны любить насекомых, которые умеют жужжать!
– Я понимаю… – грустно подул Ветер. – Мне так хочется, чтобы ты полетел со мной! Ведь я так люблю тебя! В моем лесу очень хорошо. Правда! И там совсем не растет ядовитых нарциссов… Почему ты не хочешь лететь со мной?!
– Нет! Нет! – кричал Одуванчик. – Я не могу! Я цветок! И мой корень слишком глубоко уходит в землю этой поляны! Я чужак, но я здесь родился! Уходи! Улетай! Я полюблю какого-нибудь трутня! Цветок не должен любить Ветер! Так не бывает! Я ошибся! Уходи…
– Я понимаю… – совсем грустно прошептал Ветер. И улетел.

* * *

Одуванчик остался один. Он пытался найти утешение в беседе с нарциссами, но они совсем отвернулись от цветка, которого считали сумасшедшим. Даже добрый ученый нарцисс больше не разговаривал с цветком-полюбившим-ветер, боясь за свою репутацию.
Одуванчик отчаянно пытался забыть о Ветре, но думал только о нем. Ничего не помогало.
– Может, он не принял мои слова всерьез и прилетит снова? – гооворил Одуванчик. И надежда на мгновение облегчала страдания бедного цветка. Но тут же до того незнакомая боль охватывала все его существо.
– Что это за боль?! – кричал Одуванчик в пустоту, которая образовалась вокруг него. – Почему я не могу быть счастлив тем, чем счастливы другие цветы?!
День шел за днем, и Одуванчик потерял надежду снова ощутить прикосновение Ветра. И Одуванчик узнал, как называется боль, разрывающая его.
– Разлука… Нет ничего больнее разлуки с любимым, особенно когда нет надежды на встречу… – говорил он, словно в бреду. Он стал меняться. Исчезла беззаботная солнечная улыбка, и желтая головка Одуванчика вдруг стала белой…
– Что это с нашим сумасшедшим? – с отвращением спрашивали нарциссы, глядя на новый облик Одуванчика. – Если раньше он хоть чем-то напоминал цветок, то посмотрите сейчас!…
И даже ученый нарцисс нехотя признал:
– Да, наверное, я ошибся, и это не цветок!… Теперь это слишком очевидно! Пожалуй, для уродства нет границ! Раньше мы думали, что Одуванчик – просто на редкость уродливый, непохожий на нас, цветок! Но посмотрите на него сейчас! В его облике не осталось ничего цветочного! Просто что-то белое и непонятное!
Одуванчик не слышал ничего. Он плакал от разлуки, и его пушистая белая головка становилась все легче и тоньше, словно стремясь стать невидимой.
Как Ветер…

* * *

Он появился неожиданно. Ветер сразу узнал Одуванчик, который любил. Несмотря на то, что тот сильно изменился.
– Какой ты удивительный… – прошептал Ветер. – Я знаю, что не должен был возвращаться. Но я не смог! Я люблю тебя. И прилетел, чтобы еще раз увидеть, пусть и в последний раз…
Ветер едва-едва подул вокруг Одуванчика, словно извиняясь.
– Я хочу лететь с тобой! – без лишних слов начал Одуванчик. – Я не могу без тебя! Вырви меня и унеси!
– Но как я могу?! – возразил Ветер. – Ведь твой корень очень глубоко в земле этой поляны. Я не могу причинить боль, насильно забирая тебя…
– Пожалуйста, возьми меня с собой! – взмолился Одуванчик. – Не может быть боли, сильнее боли разлуки! Мой корень высох от разлуки с тобой!
– Но цветок не может быть с Ветром! Я размышлял над этим. И ты был прав! Чтобы по-настоящему любить, надо стать тем, кого любишь. Я не могу стать цветком, а ты не можешь стать ветром…
– Я смогу… – сказал Одуванчик. – Просто возьми меня с собой!
И ветер подул… Не сильно, чтобы не сделать Одуванчику больно, чтобы не вырвать его с корнем.
И произошло чудо! На земле, на ядовитой поляне осталось мертвое сухое тело, а сам одуванчик превратился в прекрасные белые пушинки и понесся по небу, став Ветром!
Ведь когда по-настоящему любишь, можно стать тем, кого любишь, при этом оставаясь самим собой…

obv
16.12.2012, 00:09
Колючая невеста

Пришла весна. Ежик ее почувствовал. Он проснулся и даже не успел как следует потянуться, как понял, – весна!
А еще ему совсем не хотелось кушать, как обычно. Зато хотелось выбраться из домика и понюхать подснежники.
– Какие глупости! – пробурчал Ежик. – Нюхать то, что нельзя потом съесть – непрактично!
И он вместо того, чтобы поддаться желанию выбежать на улицу, направился в кладовые, сосредоточенно сопя по дороге.
Заглянув в кладовые, Ежик еще раз убедился, что наступила весна, потому что припасов почти не осталось.
«Вот и славно! – удовлетворенно решил он. – Вот и еще одну зиму пережили. Можно, пожалуй, и выйти, глядишь, уже молодая травка появилась. Витаминчиков мне не помешает, а то на одной сухомятке уже который месяц сижу!…»
Он посчитал, сколько у него осталось грибов да ягод, почему-то вспомнил доброго Зайчика, которого всю зиму приходилось подкармливать, пока тот искал, кому бы добро сделать.
Кушать всухомятку не хотелось, и Ежик, найдя разумный повод выбраться из домика (за свежей травкой), весело покатился к выходу.
Выбрался на улицу и радостно вдохнул весенний воздух леса. Снег еще кое-где держался, но видно было, что из последних сил. Тут и там пробивались подснежники, начинала зеленеть трава, на лиственных деревьях лопались почки…
– Весна… – прошептал Ежик и даже на миг забыл обо всем на свете, глядя на счастливое солнце, которое, пережив зимнюю старость, словно заново родилось.
– Привет, Ежик! – сказала Белочка, выглянув из дупла, которое располагалось чуть выше ежикиного домика.
– Привет! – ответил Ежик и посмотрел на Белочку. Она ему очень нравилась. И хотя об этом, наверное, все уже давно знают, я все равно повторяю в каждой сказке, потому что, может, не все читают мои сказки по порядку. В общем, Ежику нравилась Белочка, а Белочке – Ежик. Хоть это и не правильно, потому что Ежик был очень практичный, а Белочка – она и есть Белочка!…
– А ты видел уже, какое солнце счастливое сегодня? – спросила Белочка.
– Ага! Весна пришла! – кивнул Ежик. – Ты уже свежую травку кушала?
– Не-а, – замотала головой Белочка. – Весной столько всего интересного! Я не успела.
– Что же может быть интереснее свежей травки? – удивился Ежик. – Мы же целую зиму ничего свежего не кушали!
– Ну, сегодня, например, я смотрела, как распускаются подснежники, а завтра сбегаю в березовую рощу, чтобы посмотреть, как маленькие листочки выбираются из коричневых куколок-почек… Так здорово!
– А я вот, как проснулся и почувствовал весну, то первым делом подумал, что надо подснежники понюхать! – признался Ежик. – Представляешь?! Это, наверное, потому что я с тобой уже почти год дружу…
– А я тебе немного свежей травки насобирала! – рассмеялась Белочка. – Сама не успела покушать, а тебе приготовила, потому что знаю – ты ее первым делом захочешь, когда из домика выберешься!…
– Правда?! – удивился Ежик. – Тогда пойдем цветы нюхать! – вдруг предложил он и даже удивленно чихнул, не поверив, что сам предложил такую непрактичную глупость.
– Пойдем! – Белочка радостно запрыгала на ветке. – Я тут недалеко знаю замечательную полянку…
Она спрыгнула к Ежику, и они вместе пошли нюхать подснежники.
– Раз уж ты мне травки насобирала, то можно и прогуляться без дела… – оправдывался по дороге Ежик. – А потом можно будет и чем-то полезным заняться.
Они долго бродили вдвоем по полянке, разыскивая самые красивые подснежники.
– А я по тебе очень скучала зимой! – вдруг сказала Белочка. – Ты так редко показывался…
– Ага, я по тебе тоже скучал, – ответил Ежик. – Как проснусь, так и скучаю. И долго так скучаю, не переставая, пока не поем как следует.
– Ой, чуть не забыла! – спохватилась Белочка и принесла целую охапку свежей зелени.
– Ух, ты! Даже молодая крапива есть! – обрадовался Ежик. – А откуда ты знаешь, что я ее люблю?
– Ну, я ведь тоже с тобой почти год дружу! – рассмеялась Белочка.
Они покушали и долго смотрели на то, как солнце играет само с собой маленькими светящимися «зайчиками».
– Пойдем, послушаем, как моя подружка Синичка поет? – сказала Белочка. – Она весной все время поет. Так красиво!
– Нет, пожалуй, пора и делом заняться! – заторопился Ежик, услышав о непоседливой и болтливой белочкиной подружке. – Синичку как-нибудь в следующий раз пойдем слушать, ладно?
– Ладно, – расстроилась Белочка. – Только тогда я сегодня одна не пойду. Я с тобой хочу. Давай завтра?
– Завтра и решим, – пробурчал Ежик. – Если занят не буду, то сходим…
– А чем ты собираешься заниматься? – спросила Белочка.
– Ну, домик надо починить. После зимы он протекает кое-где. Потом кладовые в порядок привести. Дел полно!
– Понятно…
Ежик пополз домой, раздумывая, чем бы полезным заняться в первую очередь.
В домике он побродил по комнатам, но так и не нашел, чего бы такого сделать.
– Ранней весной всегда так! – вслух размышлял Ежик. – Делать особенно нечего, а спать уже не хочется. Вот и слоняешься без дела… А! – Он вдруг воодушевился. – Надо навестить родителей!
Ежик каждую весну отправлялся в гости к папе и маме, которые жили в соседнем лесу.
– Дни сейчас стали длинные, так что к вечеру доберусь! – решил он, сходил поел как следует на дорожку, поддел иголками несколько самых лучших грибов на подарок и пошел к выходу.
Ежик хотел попрощаться с Белочкой, потому что не знал, сколько пробудет в гостях, но не стал ее будить. Ежик знал, что в это время Белочка спит у себя в дупле, прикрывшись пушистым хвостиком.
Ежик вытащил из домика кусочек бересты и написал: «Белочка, я ушел к родителям. Если что, прискакивай, если помнишь где. Твой Ежик». Он положил записку недалеко от двери и засеменил по дорожке, ведущей в соседний лес, не заметив, что записку почти сразу перевернуло ветром…
Солнце еще во всю светило, когда Ежик добрался до старого дома, в котором родился и вырос.
– Мама, папа! Это я! – закричал Ежик, стуча в дверь. Вскоре она открылась, и показались две остренькие заспанные мордочки.
– Что, уже опять весна? – спросил папа-Еж.
– О, сыночек, давно тебя не видела! – сказала мама-Ежиха. – Хорошо, что нас разбудил. Проходи…
– Да, сынок, проходи. Рассказывай, как дела… – Еж посторонился и пропустил сына в дом.
– Да так, потихоньку, – ответил Ежик. – Я вам грибочков принес…
Они все втроем прошли в гостиную и стали ужинать, рассказывая о том, что произошло за год. Важных новостей почти не было. Все как обычно: многочисленные родственники, ожидаемый неурожай земляники, слухи, сплетни…
Ежик немного рассказал о своей жизни.
– Не женился еще? – строго спросила мама-Ежиха. – Ты смотри, тебе уже три года! Давно пора!
– Да ладно, мама! – отмахнулся Ежик. – Было бы на ком!
– Хочешь, познакомлю с одной замечательной девушкой? – воодушевилась мама. – Нет, правда! Ты же у нас погостишь несколько дней? Вот и познакомишься…
– Да знаю я твоих девушек! – поморщился Ежик. – Одна страшнее другой!
– Эта симпатичная, – уверила мама. – И очень деловитая, хозяйственная. Тебе понравится!
Ежик понял, что сопротивляться бесполезно. Они еще немного поболтали о пустяках, а потом пошли спать.
На утро мама-Ежиха засуетилась, а потом убежала куда-то, вернувшись только к вечеру. Да к тому же не одна…
– Это Колючка, – представила мама девушку-ежиху. – А это мой сын Ежик.
Ежик и Колючка смущенно обнюхались. Девушка Ежику сразу понравилась. Она и правда была симпатичная.
– Ну, ладно, вы пока знакомьтесь, принюхивайтесь, а я пойду чего-нибудь приготовлю вкусненького! – сказала мама-Ежиха. – Пожалуй, суп сварю из тех замечательных грибов, что сынок вчера принес…
– Ты красивая, – сказал Ежик.
– Ты тоже ничего! – ответила Колючка. – Если у тебя еще и домик хороший, то я, пожалуй, выйду за тебя замуж!
– Нормальный домик… – буркнул Ежик. Ему вдруг не понравилась прямота Колючки. Конечно, понятно, что ей жить не только с ним, но еще и в его домике, но все равно… «Как-то уж слишком практично…» – неожиданно подумал Ежик.
– Посмотрим! – пообещала Колючка. – А то сватаются всякие, у которых ни кола ни двора. Или выгонят какую-нибудь землеройку, и думают, что я буду в таком доме жить!
– Нет, я сам свой домик строил! – с гордостью сказал Ежик.
– Это хорошо. Это надо поглядеть! – Колючка принюхалась. С кухни вкусно запахло свежим супом. – А как у тебя обстоят дела с запасами? На двоих-то хватит?
– Я много всего запасаю, – серьезно ответил Ежик. – Знаю хорошие поляны, где есть и земляника, и черника, и много всего еще. Если постараться, то можно и на троих насобирать. Этой зимой ко мне Крот заползал, так я прикинул, что мог бы и его прокормить…
– Что еще за Крот? – подозрительно спросила Колючка. – А случайно не Кротиха?…
– Нет-нет! – ответил Ежик.
– И что, этот Крот до сих пор у тебя живет? – немного успокоившись спросила Колючка. – Мне чужих в доме не надо!
– Да нет, я его выгнал, потому что не люблю жестоких зверушек. А он был очень жестокий и хотел меня съесть.
– Так у тебя дома не безопасно?
– Нет, домик очень надежный, просто надо пол укрепить. Этим летом займусь…
– Ладно, поглядим еще, – решила Колючка. – Когда уже обед?
Они пообедали. Ежик пошел отдыхать, а Колючка с мамой еще долго разговаривали, обсуждая свои женские дела и планы.
На следующее утро мама подошла к Ежику и спросила:
– Как тебе Колючка? Понравилась?
– Да вроде ничего, – спросонья ответил Ежик. – Симпатичная.
– Тогда я объявляю вашу помолвку! – радостно сказала Ежиха.
– Она еще мой домик хочет посмотреть! – слабо протестовал Ежик.
– У тебя один из самых лучших домиков в лесу! – махнула лапкой мама. – Я-то знаю! Так что скоро поженитесь. Сегодня вас и отправлю, чтобы время не терять. А как ежата появятся, приходите, буду нянчить!
Днем Ежик с молодой невестой Колючкой отправился восвояси, а к вечеру они были на месте.
Колючка первым делом бросилась смотреть ежикин домик. Она тщательно обошла все комнаты, забралась в кладовые и пересчитала запасы. Осмотрела спальню и кухню.
– Неплохо, – одобрительно хмыкнула она. – Только в одной комнате я заметила течь, видимо, после зимы. Надо бы заделать. Да и в кладовых не мешает прибраться… Пожалуй, я выйду за тебя замуж!
Ежик смотрел, как хозяйничает Колючка. Она уже стала что-то прибирать и переставлять. «Какая хорошая жена из нее получится! – с удовольствием подумал Ежик. – Домовитая и, судя по всему, очень практичная!» Ему вдруг захотелось сделать невесте что-нибудь приятное.
– Дорогая Колючка, давай сходим, понюхаем подснежники! – сказал он.
– Это еще зачем? – спросила Колючка. Она замерла и удивленно посмотрела на Ежика.
– Ну, как же? – смутился он. – Мы же совсем недавно познакомились. Надо гулять вместе, нюхать цветы, смотреть закат… Романтика!
– Вот еще! – буркнула Колючка. – У нас столько дел! Зачем тратить время на всякую ерунду?
Ежик понурился.
– Впрочем, давай, сходим, раз тебе так хочется! – вдруг согласилась Колючка.
Они вышли из домика, и Ежик повел невесту на полянку, где пару дней назад они с Белочкой нюхали замечательные подснежники.
– Вот! – сказал Ежик, выбрав самый прекрасный цветок.
Колючка понюхала.
– Хм! – сказала она. – По-моему, это очень непрактично и глупо – нюхать то, что потом нельзя съесть!
– Тогда давай пойдем послушаем Синичку! – неожиданно для самого себя предложил Ежик.
– Что еще за Синичка? – насторожилась Колючка.
– Ну, одна моя знакомая птичка. Она хорошо поет. Говорят.
– Никаких Синичек! – решительно сказала Колючка. – Пора домой! Надо заняться делом!
По дороге домой Колючка бурчала, что Ежик теперь должен заботиться о ней, о доме и будущих детях, а не о каких-то бесполезных подснежниках и глупых птицах…
– Смотри, у тебя даже вокруг домика не прибрано! Валяется всякий мусор! – она пнула лапкой кусочек бересты. Он перевернулся, и Колючка с удивлением уставилась на корявые строчки: «Белочка, я ушел к родителям. Если что… Твой Ежик».
– А это что еще такое?! – закричала Колючка. – Какая-такая Белочка?!!
– Успокойся, успокойся! – испугался Ежик. – Это моя подруга. Она мне очень нравится, и мы просто живем вместе…
– Что?!! – Из Колючки чуть не полетели иголки во все стороны, так она зашипела.
– Ну, в смысле, я в корнях сосны, а она в дупле на той же сосне, – поправился Ежик. – Вон там!
Колючка красными от гнева глазами уставилась на дупло.
– Никаких Белочек! – закричала она. – Сегодня же! В лесу полно свободного места! Пускай убирается!
– Но милая, почему? – защищался Ежик. – Она очень хорошая, вы обязательно подружитесь! Пожалуйста, давай жить мирно, все вместе…
– Никаких Белочек! – грозно повторила Колючка. – Или я, или она! Выбирай!
Колючка забралась в домик и хлопнула за собой дверью.
Ежик потоптался снаружи, чувствуя себя очень странно. Словно он собирается войти в чужой дом. Наконец решился открыть дверь и поплелся следом за Колючкой.
Она лежала в спальне и делала вид, что спит. Ежик посмотрел на невесту. Она и правда была очень красивая, и от нее так соблазнительно пахло! Он пристроился рядом и заснул, радуясь, что удалось замять тяжелый разговор.
«Как я без Белочки? – размышлял он. – Нет, я без нее не могу. Ничего, они познакомятся, подружатся и все будет хорошо…»
Утром, едва забрезжил рассвет, Колючка разбудила Ежика:
– Ну что, ты решил?
– Чего? – не понял Ежик.
– Про эту свою Белочку! Немедленно прогони ее!
– Я не могу, – расстроился Ежик. – Милая, ну пожалуйста! Она хорошая. Правда! Давай, я вас познакомлю!…
– Послушай, мой дорогой Ежик! – жестко сказала Колючка. – Ты, видно, не понял, что я вчера сказала. Или она сегодня уйдет с нашей сосны и найдет себе другое дупло, или уйду я! Выбирай!…
Ежик долго сопел, а Колючка терпеливо ждала, уверенная в себе.
– Ну, уходи, если так хочешь… – наконец вздохнул Ежик.
– Что?!! – Колючка не могла поверить услышанному. – Ах ты, негодяй! А я-то думаю, что это он все каких-то Синичек, да Зайчиков поминает! Да ты, видно, ни одной зверушки в лесу не пропускаешь! Подозреваю, что и Крот, про которого ты рассказывал, никакой не крот, а Кротиха!
Колючка долго кричала на Ежика, а потом стала кусать его за лапы и царапать мордочку своими иголками. Наконец, раздосадованная тем, что Ежик свернулся в клубок и не сопротивляется, выскочила из домика и побежала в свой лес.
Бедный Ежик развернулся и осмотрелся. На нем живого места не было.
– Вот и женись после этого… – мрачно сказал он, зализывая раны. – Пойти, что ли, Белочке пожаловаться? Нет, не пойду! Я с ней вообще все лето не буду разговаривать, вот!
Ежик умылся, смазал укусы соком подорожника, который на всякий случай припасал каждую осень.
«Хотя нет, все лето – это слишком! – продолжал размышлять Ежик. – Но весну точно не буду! Буду вместо этого обижаться, вот! Ведь я из-за нее без жены остался! А Колючка была красивая, домовитая, хозяйственная и очень-очень практичная! Самая настоящая ежиха! Пусть и колючая…»
Ежик еще немного погрустил, а потом подумал, что, может, оно и к лучшему, и собрался как следует поспать после всех этих переживаний. «А на Белочку все равно обижаться буду!» – решил он перед тем, как совсем заснуть.

obv
16.12.2012, 00:10
Две жестокости

– Чего расчирикалась?! – сказал Ежик, недовольно высунув мордочку из своего домика.
– Грач прилетел! Грач прилетел! – радостно повторила Синичка во всю силу своего звонкого горлышка.
– Маленькая ты птичка, а шуму от тебя… – пробурчал Ежик. – Ну и прилетел, дальше-то что? Зачем об этом на весь лес кричать?
– А я не на весь. Я только моей подруге Белочке прилетела сказать! Правда, Белочка?
– Ага. Привет, Ежик, как дела? – сказала Белочка, сумев наконец вставить слово в перепалку Синички и Ежика.
– Вот ей бы и говорила на ушко, а то раскричалась тут… – Ежик даже не посмотрел в сторону Белочки, старательно сопя. – А Белке своей передай, что я с ней не разговариваю!
– Подруга, спроси у Ежика, за что он на меня дуется уже целую неделю? – грустно попросила Белочка Синичку.
– Ты за что на Белочку обижаешься, колючий?! – послушно прочирикала Синичка.
– Было б за что, вообще б убил! – мрачно повторил Ежик любимую шутку Лисы. – Не обижаюсь я. Понятно?! Я с ней просто не разговариваю, вот! И вообще, я домой спать пошел, не чирикайте тут громко!
– Подожди, Ежик, я еще не всю новость сказала! – остановила его Синичка. Она, конечно, не знала, почему Ежик обижается на Белочку, потому что не читала мою предыдущую сказку под названием «Колючая невеста», что не удивительно, – моих книжек в лес до сих пор не завезли. – Грач не просто прилетел, он сегодня будет рассказывать о своих странствиях!
– Знаем мы его рассказы! – сказал Ежик. – Каждую весну слушаем. А потом еще до самой осени раз в неделю собирает зверушек, которым делать нечего, и басни им всякие рассказывает!… Послушать, правда, интересно. Грач он птица мудрая, не чета некоторым. Он иногда очень хорошие сказки рассказывает, полезные… – Ежик задумался. – Только я не пойду!
– Почему? – глаза у Белочки сделались совсем грустные. Она спрыгнула с ветки и подбежала к Ежику. – Ежик, ну давай сходим, я очень хочу Грача послушать. Он такие хорошие истории рассказывает!
– Скажи ей, что пусть идет, если хочет! – сказал Ежик Синичке.
– Он говорит… – хотела было повторить Синичка, но Белочка не дослушала.
– Нет, я без тебя не пойду! Ну Ежик! Ну давай пойдем! – Белочка бегала перед носом Ежика, чтобы поймать его взгляд, но Ежик упорно отворачивался.
– Передай ей, что я с ней не разговариваю! – снова сказал Ежик Синичке.
– Он говорит, что с тобой не разговаривает, поэтому и не пойдет к Грачу, потому что, если он пойдет, то ему придется с тобой разговаривать! – сказала Синичка.
– Ты давай без своих пояснений! – возмутился Ежик.
– Ну, можно же просто сходить, не разговаривая… – ответила Белочка Синичке.
– Белочка говорит, что можно просто сходить к Грачу, послушать его истории, – повторила Синичка. – А разговаривать при этом не обязательно.
– Хм… – Ежик задумался. – Да, пожалуй! Ладно, пойдем, а то интересно же! Как говорится, не грибами едиными живы зверушки!
– Ура! – обрадовалась Белочка, и они все вместе пошли на полянку, где Грач собирал лесных жителей. Ежик семенил по тропинке, Белочка прыгала рядом, а Синичка летела над ними, непрестанно щебеча:
– Это хорошо, что вы пошли! Давайте быстрее! Сейчас послушаем чего-нибудь интересное! Да и вы, может, помиритесь, пока вместе ходите! Белочка будет метлешить туда-сюда перед ежикиным носом, хвостиком махать, вот Ежик и перестанет дуться!
– Фигушки! – пробурчал Ежик.
– Ты чего тайные планы выдаешь?! – засмеялась Белочка.
Они добрались до полянки. Там было полно зверей. В центре, на большом дубе-одиночке сидел Грач и что-то говорил. На раскидистых ветках дуба сидели птицы, а вокруг дерева рядами сидели зверушки.
– Тихо, тихо! – зашептала Синичка.
– По-моему, кроме тебя никто и не шумит… – сказал Ежик и осторожно подсел в последний ряд, к Зайчику. Белочка пристроилась за ними.
– Привет, Ежик! Привет, Белочка! Вы чего опаздываете? – прошептал Зайчик. – Уже пол-лекции прошло!
– Тихо! Тихо! – снова чирикнула Синичка и полетела устраиваться на ветке дуба.
– …А теперь, в конце нашей встречи я расскажу вам одну притчу, – говорил между тем Грач. – Надеюсь, когда вы разойдетесь по домам, то будете думать над ее смыслом. И я совершенно точно знаю, что для кого-то эта притча станет ответом на очень важные вопросы. Но и для остальных не помешает подумать над ее содержанием. Так что слушайте очень внимательно…
Грач откашлялся, и Синичка тут же спорхнула с ветки. Не прошло и минуты, как она вернулась с листочком, свернутым в чашечку.
– Спасибо. – Грач выпил принесенную в листочке воду и снова покашлял, пробуя горло.
– Итак, в одном лесу, вполне возможно, что в точно таком же, как наш с вами, родился Цветок, – начал свой рассказ Грач. – Он появился на ни чем не примечательной поляне, но тут же стал ее украшением. В лесу, конечно, были и другие цветы, но в этой части леса раньше ничего, кроме маленьких подснежников, не росло. Цветы – всегда редкость. И чем прекраснее цветок, тем он реже. Это всегда и во всем так, не только в ботанике… – Грач улыбнулся, показывая, что это была шутка. В первых рядах кто-то засмеялся, разбудив при этом нескольких притомившихся зверушек и птиц. – Так вот, Цветок расцвел и стал распространять вокруг себя аромат, который вскоре заполнил всю поляну. И этот аромат обладал чудесным свойством: любой, кто вдыхал его, тут же становился немного лучше. Пусть в основном не надолго, но все же. Цветок и сам не понимал, как это у него получается. Ведь он просто жил на своей поляне, питался водой из земли, грелся на солнышке… «Как же это у меня так получается, – удивлялся Цветок, – превращать самую обычную воду в аромат, который помогает другим?» И Цветок очень гордился, что он такой хороший. На полянку с каждым днем прилетало все больше пчел и шмелей, бабочек и мотыльков, и даже мух с навозными жуками! И со всеми Цветок щедро делился своим ароматом, вдохнув который и мухи вдруг начинали думать о том, чтобы стать пчелами. И совсем не для того, чтобы научиться жалить, а чтобы собирать мед для других! Конечно, как только они покидали полянку, мысли о меде тут же пропадали, и мухи, как и раньше, продолжали искать… ну, то, что обычно ищут мухи… Тем не менее, Цветок очень радовался, видя, как действует его аромат. А однажды он на самом деле, своими глазами видел, как навозная муха превратилась в добрую пчелку! После этого случая Цветок захотел стать большим-большим, чтобы его аромат могли вдыхать во всем лесу, а не только на одной полянке…
А недалеко от поляны Цветка жил… жила… – Грач вдруг прервал свой рассказ и задумался. – Ну, пускай будет белочка! – наконец решил он. – В принципе, для истории не важно, кто именно, но раз наша Белочка опоздала… – При этих словах все зверушки на секунду обернулись назад. – То пусть и в истории тоже будет белочка, хотя, конечно, никакого отношения к нашей она не имеет. Просто мне нужен еще один персонаж…
Так вот, недалеко от полянки жила белочка. В отличие от нашей Белочки, у нее не было Ежика. Она была совсем одна. Поэтому ей было очень плохо. Она не знала, зачем живет в лесу. Он казался ей темным, сырым и очень жестоким. Она жила в дупле старого дерева, которое медленно превращалось в труху. Вокруг дерева скопился толстый слой опавшей листвы… Белочка задыхалась от запаха гнили и разложения. И она была уверена, что весь лес такой. Что в нем лишь опавшая листва, умирающие деревья и колючие кустарники…
И в каком-то смысле она была права, потому что… Но эту тему мы оставим на следующий раз.
Так вот, белочка задыхалась в мертвом лесу. И одна у нее была отрада. Иногда, по весне, у самых корней ее дерева расцветали подснежники… Да, они были вялыми и почти совсем не пахли, но по сравнению с опавшими листьями, медленно превращающимися в ничто, даже эти маленькие цветочки казались чудом. Но подснежники быстро исчезали, и белочка снова начинала задыхаться…
Однажды она собирала шишки рядом с полянкой, где рос Цветок. Она почувствовала необычный аромат и замерла, выронив все, что успела собрать.
– Что это? – сказала она и пошла на запах. С каждым шагом дышать становилось все легче, а когда она вышла на полянку, то впервые в своей жизни вдохнула полной грудью!
А потом она увидела Цветок.
– Какой удивительный аромат… – сказала она ему.
– Я знаю, – гордо сказал Цветок. Вообще-то он был не таким уж и гордецом, просто смутился от похвалы незнакомой белочки. – Моя мечта – вырасти большим-большим, чтобы мой аромат распространился за пределы этой поляны и охватил весь лес!
– Правда?! – Белочка широко раскрыла глаза. – Это было бы так здорово! В лесу очень не хватает цветочного аромата!
– Тогда мне обязательно надо стать большим! – сказал Цветок. – Надо вырасти выше деревьев и тогда… Только мне кажется, что сам я не смогу. Вот если бы мне кто-нибудь помог…
– Хочешь, я буду тебе помогать? – сказала белочка. – Мне совсем не хочется возвращаться в свое дупло…
И белочка осталась на поляне. Она носила Цветку воду, когда было сухо, она укрывала его листом лопуха, когда солнце слишком грело. Она выпалывала сорняки и отгоняла слишком назойливых мух…
И Цветок стал действительно расти! Теперь его аромат распространился далеко за пределы одной полянки. Его можно было почувствовать и в лесу, и даже на соседних полянах, которые не могли похвастаться таким прекрасным цветком.
Белочка очень старалась, но вскоре поняла, что мечта Цветка вырасти выше деревьев и заполнить ароматом весь лес, неосуществима. И то, что Цветок постоянно говорил об этом, только причиняло белочке боль. Она думала, что именно из-за нее эта мечта не осуществится. «Наверное, я делаю что-то неправильно, раз он растет так медленно, – думала она. – Наверное, если бы на моем месте был кто-то другой, Цветок бы давно вырос и весь лес давно бы превратился в одну большую цветущую поляну!»
Так белочка размышляла и очень расстраивалась. А видя, что белочка расстраивается, Цветок начинал капризничать. Ведь он думал, что это из-за него белочке плохо. И тогда он говорил, что сегодня вода, которую принесла белочка – слишком холодная, и он застудил корни, а лопух, которым белочка укрывала Цветок, сегодня какой-то дырявый…
А еще у Цветка часто бывало плохое настроение. Просто так. Из-за плохой погоды или жучков, подтачивающих корни. По миллиону причин. И тогда аромат Цветка становился слабее. А белочка думала, что это из-за нее.
А однажды…
Это произошло, когда белочка совершенно точно убедилась, что Цветок никогда не сможет вырасти до неба и заполнить ароматом весь лес. Она убедилась, что мечта Цветка неосуществима. По крайней мере, с ней, с белочкой. И она решила уйти…
«Может быть, тогда найдется кто-то другой, с кем Цветок будет расти быстрее, и его мечта сбудется, – подумала она. – Со мной это невозможно. Я уверена в этом. Лес такой большой! Даже тысячи огромных цветков не смогут прогнать из мертвого леса запах разложения и гнили! Что уж говорить об одном-единственном цветке, тем более у которого такая неумелая белочка, как я?…»
И белочка вернулась в дупло, к своим маленьким подснежникам, чтобы снова задыхаться от запахов мертвого леса и думать о Цветке, утешая себя мыслями, что без нее он будет счастливее…
А Цветок проснулся утром на своей полянке и оглянулся в поисках белочки. Он хотел ей сказать, как соскучился за ночь. Но ее нигде не было видно.
– Наверно, ищет золы, чтобы я быстрее рос, – подумал Цветок. Ему было немного стыдно перед белочкой, потому что в глубине души он понимал, что никогда не станет выше деревьев и никогда не сможет очистить воздух всего леса. Это было просто мечтой, фантазией, которая позволяла Цветку жить и пахнуть. Его чудесный аромат был отголоском этой мечты…
Цветок ждал весь день, но белочка не пришла. Он волновался, и даже когда зашло солнце, не смог закрыть головку, в тоске смотря на луну.
Он ждал ее несколько дней и ночей, а потом стал вянуть. Аромат вдруг исчез. Почти исчез… Его давно невозможно было уловить на других полянка и в лесу. И даже рядом с самим Цветком аромат едва можно было различить.
Потом цветок, конечно, снова расцвел. Ведь его поливал дождь, и солнце по-прежнему светило… А цветок всегда остается цветком, и аромат снова наполнил полянку. Но только ее одну.
Потому что ушла мечта…
И аромат стал другим. Не только слабее! В нем появилась терпкость, и он уже не мог бороться с запахом гнили так, как раньше.
А однажды на полянку заглянула другая белочка. Она тоже почувствовала приятный запах и решила посмотреть, откуда он. Белочка увидела прекрасный Цветок и, не долго думая, сорвала его. Она вплела Цветок в свою прическу и побежала в лес похвастаться перед родными и подругами. Все были в восторге.
– Где ты нашла такой прекрасный цветок?! – говорили они. – Мы тоже хотим такой! А как он пахнет!
И Цветок еще какое-то время распространял аромат, наполняя им дупло белочки и кроны ближайших деревьев. А потом завял. Как это водится… у сорванных… цветов…
Грач замолчал и окинул взглядом своих слушателей. Кто-то плакал, а кто-то просто сидел насупившись, не понимая, зачем им рассказали такую грустную историю.
– Цветочек жалко! – вдруг сказал Медвежонок, который сидел в первом ряду. Ему стыдно было плакать, и он только вытер лапами нос. – Я бы этой белке как дал больно!
И тут все зашумели, крича и чирикая.
– Успокойтесь! – сказал Грач, когда звери немного угомонились. Снова стало тихо. – Теперь я задам вопрос, на который вам не надо будет отвечать. Более того, ни в коем случае не отвечайте на него сейчас! Потому что ответ будет казаться очевидным. Но очевидный ответ не всегда правильный. Сейчас я задам вопрос, но никто ничего не должен говорить. Пусть на полянке останется такая же тишина, как сейчас. Кто меня понял, поднимите, пожалуйста, лапки или крылья.
Поднялся лес перьев и лап.
– Итак, надеюсь, вы внимательно слушали притчу, – продолжал Грач. – Потому что, если вы слушали невнимательно, то вопрос покажется странным, и вы не сможете правильно на него ответить… Готовы?
Звери и птицы дружно закивали.
– Как вы считаете, какая из двух белочек, о которых я рассказал в притче, более жестокая? Первая или вторая? – медленно произнес Грач. После чего он выдержал паузу, поклонился и спрятался в дупле.
Звери стали потихоньку расходиться, памятуя о просьбе Грача не высказываться сразу, а сначала подумать.
– М-да, ну и притча… – пробормотал Ежик. – Ладно, пошли домой, что ли?
– Может, Синичку подождем? – спросила Белочка.
– Да ну ее, она сейчас будет вокруг дупла Грача виться, пока тот ее лично не примет, – махнул лапкой Ежик. – Пошли!
И они пошли домой. Белочка была задумчива.
– Послушай, Ежик! – вдруг сказала она. – Последний вопрос Грача странный. Потому что очень легкий. А вот одну вещь я не поняла. Почему Цветок не смог расти, когда ушла белочка?
– Что ж тут непонятного? – ответил Ежик. – Грач же сказал, что аромат цветка был отголоском мечты. А мечта вырасти выше деревьев ушла вместе с белочкой. Ведь Цветок был не глупый, и сам прекрасно понимал, что ему никогда не наполнить ароматом весь лес. Но сама это мечта и белочка, которая была рядом и верила в нее, позволяла Цветку пахнуть так, как он пах. Понимаешь?
– Не очень. Выходит, Цветок обманывал и себя, и белочку?
– Ты не поняла этого места, – вздохнул Ежик. – Впрочем, оно очень трудное, поэтому Грач и вопрос задал такой легкий, совсем про другое. Кстати, как ты на него ответила?
– А чего тут отвечать?! Конечно, вторая белочка более жестокая! Она ведь пришла и сорвала бедный Цветок!…
– У-у-у, да ты, похоже, вообще ничего не поняла! – сказал Ежик. – Он даже остановился и укоризненно посмотрел на Белочку. – И какой смысл после этого водить тебя на лекции разных мудрых птиц?
– А я с тобой сама больше не пойду! – обиделась Белочка. – Потому что ты только бурчишь, вместо того, чтобы просто объяснить!
– Ладно-ладно! – Они снова пошли по тропинке. – Вторая белочка в притче не жестокая. Вернее, не жестокее остальных жителей того леса. Она самая обычная, как и все. Увидела красивый цветок ну и сорвала. Точно так же поступил бы любой другой житель того гниющего леса, о котором говорил Грач.
По– настоящему жестокая именно первая белочка. Потому что ее жестокость сознательная, а не врожденная, как у остальных жителей леса. Вторая белочка не могла поступить иначе, а первая -могла. Она единственная в том лесу могла защитить Цветок от других зверушек, она единственная, кто могла думать о благе других, и о том, чтобы аромат Цветка мог свободно распространяться по лесу. А не о том, как украсить свою прическу и принести приятный запах в свое собственное дупло. Так что, как это ни странно, по-настоящему эгоистичная и жестокая белочка – первая, а не вторая…
– Ой, и правда… – Белочка задумалась, а потом, словно решив поделиться сутью своих размышлений, сказала: – Я бы не стала дружить с такой белочкой!
– Я тоже! – кивнул Ежик, а потом вдруг спохватился: – Ой, я же с тобой не разговариваю!
После чего припустил по тропинке, добрался до родной сосны и спрятался в домике.

Маруся
15.03.2013, 02:12
Мудрая сказка..

Жили в одном лесу фея с мужем. Хотя они были еще молоды, но уже давно перестали обращать внимание на красоту вокруг, давно перестали порхать с ветки на ветку, петь, играть с бабочками.

Родилась у них дочка, феечка. Резвая, веселая, легкая. Целый день поет, танцует, порхает, всех своей открытостью и жизнелюбием удивляет. Добрая, ласковая. Фея с мужем совсем забыли, что в детстве были такими же. И стало им казаться, что слишком уж она резвая и слишком много порхает, надо серьезнее, спокойнее, потише, скромнее, вдруг что другие феи плохое подумают. Стали они феечке каждый день свой жизненный опыт передавать, уму разуму учить.

Да чтобы получше запоминала, повторяли часто и на камешках записывали, чтоб не стерлось. Сшили они ей красивый рюкзачок, повесили на спинку и все камешки туда складывали.

Много камушков там накопилось. Одни камушки были со словами "Должна": должна была феечка никогда не ошибаться, а если все-таки ошиблась, то должна чувствовать себя очень виноватой. Должна была феечка всегда выполнять все что попросят, даже если ей этого совсем не хотелось, ведь слово « нет», может обидеть кого то. Всех феечка должна понимать, опекать, жалеть. Всем феечка должна нравиться. Всегда феечка должна держать все под контролем.

Должна феечка быть всегда скромной и покладистой, быть как все. Должна чувствовать себя в неоплатном долгу, если для нее кто-то что-то сделал. Должна была феечка делать все отлично, быстро, качественно. Должна делать все, что говорят старшие, они же лучше знают. Должна была сразу исправлять недостатки, на которые указывали другие.

На других камушках было слово "Нельзя". Нельзя было феечке открыто выражать свое мнение, нельзя терять выдержки и самообладания, нельзя ссориться, конфликтовать, просить, злиться, бояться, даже плакать. Нельзя феечке было доверять другим, вдруг обманут. Были еще камушки со словами «плохо» и «хорошо».

Шли годы, летать феечке становилось все тяжелее. Стала она сама тоже складывать камушки в свой рюкзачок. На камушках было написано то, какими должны быть другие люди, особенно много должен был будущий муж.

ДОЛЖЕН он любить, не критиковать, содержать, читать мысли, угадывать желания, быть чутким, благодарным, предупредительным, сексуальным, глаз с феечки не сводить, ни о чем больше, кроме нее не думать, ничего не забывать, никогда не опаздывать, веселить. В скором времени феечка уже совсем не могла летать – настолько тяжелым стал рюкзак. Добавляла она туда еще и камешки с грустными моментами и неудачами.

Прошло время и появился в жизни феечки любимый. И у него за плечами был огромный рюкзак. Он многое тоже был должен и еще больше ему было нельзя. Нельзя плакать, быть добрым, мягким, выражать свои чувства, он же мужчина. Стали они жить вместе. Все вроде хорошо, все должны, все всё стараются выполнять. Никто не замечает тяжелых рюкзаков у себя за спиной, всем кажется, что это жизнь такая тяжелая и люди вокруг такие злые.

И вот у феечки с мужем тоже родилась дочка. Резвая, веселая, легкая. Целый день поет, танцует, порхает, всех своей открытостью и жизнелюбием удивляет. Добрая, ласковая, приветливая. Стала как-то феечка с дочкой играть, а с этим тяжелым рюкзаком очень неудобно. Она его сняла, и стали они резвиться с дочкой, веселиться, играть. Так хорошо феечке на душе стало, так легко, что решила она больше рюкзак не одевать. Стала она думать, а что же ей хочется делать, стала она многое делать не потому что должна, а потому что хочется.

Захотелось ей другим феям напомнить, как они радоваться жизни умели. Муж не одобрил ее сначала, но она лаской, добрыми словами, примером собственным и его надоумила рюкзак свой с камнями снять. Стал он ответственным, ласковым, заботливым, но не потому что должен, а потому что его душе от этого так хорошо было.

Стали жить они совсем другой жизнью. Радость во всем старались искать, другим людям помогать, заниматься тем, что по душе. Грустные моменты, конечно, тоже бывали, но если их в рюкзак не складывать и с собой не носить, то и проходили они гораздо быстрее.

Бабушка с дедушкой осуждали их, говорили, что жизнь сложна, так нельзя, что должны они вести себя как все порядочные феи. Охраняли их огромные рюкзаки, даже внучке сшили, все надеть на нее пытаются. Пытались феечка с мужем помочь родителям свои тяжелые рюкзаки снять, но трудно очень им, срослись уже. От тяжести болезни многие появляться стали. С любовью и пониманием к родителям относятся феечка с мужем. Помогают им, но к их «нельзя, должен, хорошо- плохо» редко прислушиваются.

Свой путь они выбрали, по нему и идут, рука об руку...
12508
(Елена Манина)

Аня
04.04.2013, 06:11
На живца М. Зощенко (может не в ту тему)
В трамвае я всегда езжу в прицепном вагоне.
Народ там более добродушный подбирается.
В переднем вагоне скучно и хмуро, и на ногу никому не наступи. А в
прицепке, не говоря уже о ногах, мне привольней и веселей.
Иногда там пассажиры разговаривают между собой на отвлеченные
философские темы - о честности, например, или о заработной плате. Иногда же
случаются и приключения.
На днях ехал я в четвертом номере.
Вот два гражданина против меня. Один с пилой. Другой с пивной бутылкой.
Бутылка пустая. Держит человек бутылку в руках и пальцами по ней щелкает. А
то к глазу поднесет и глядит на пассажиров через зеленое стекло.
Рядом со мной - гражданка в теплом платке. Сидит она вроде сильно
уставшая или больная. И даже глаза по временам закрывает. А рядом с
гражданкой - пакет. Этакий в газету завернут и бечевкой перевязан.
И лежит этот пакет не совсем рядом с гражданкой, а несколько поодаль.
Гражданка иногда косо на него поглядывает.
- Мамаша! - говорю я гражданке. - Гляди, пакет унесут. Убери на колени.
Гражданка сердито посмотрела на меня, сделала таинственный знак рукой
и, приложив палец к своим губам, снова закрыла глаза.
Потом опять с сильным неудовольствием посмотрела на меня и сказала:
- Сбил ты меня с плану, черт такой...
Я хотел было обидеться, но гражданка язвительно добавила:
- А может, я нарочно пакет этот отложила. Что тогда? Может, я и не
сплю, а все как есть вижу и нарочно глаза прикрываю?..
- То есть как? - удивился я.
- Как, как... - передразнила гражданка. - Может, я вора на этот пакет
хочу поймать...
Пассажиры стали прислушиваться к нашему разговору.
- А чего в пакете-то? - деловито спросил человек с бутылкой.
- Да я же и говорю, - сказала гражданка. - Может, я нарочно туда
костей-тряпок напихала... Потому - вор не разбирается, чего в нем. А берет,
что под руку попадет... Знаю я, не спорьте. Я, может, с неделю так езжу...
- И что же - попадают? - с любопытством спросил кто-то.
- А то как же, - воодушевилась гражданка. - Обязательно попадают...
Давеча дамочка вкапалась... Молоденькая такая, хорошенькая из себя.
Черненькая брунеточка... Гляжу я - вертится эта дамочка. После цоп пакет и
идет... А-а-а, говорю, вкапалась, подлюга...
- С транвая их, воров-то, скидывать надоть! - сказал сердито человек с
пилой.
- Это ни к чему - с трамвая, - вмешался кто-то. - В милицию надо
доставлять.
- Конечно, в милицию, - сказала гражданка. - Обязательно в милицию... А
то еще другой вкапался... Мужчина, славный такой, добродушный... Тоже
вкапался... Взял прежде пакет и держит. Привыкает. Будто свой. А я молчу. И
в сторону будто гляжу. А он после встает себе и идет тихонько... А-а,
говорю, товарищ, вкапался, гадюка...
- На живца, значит, ловишь-то? - усмехнулся человек с бутылкой. - И
многие попадают?
- Да я же и говорю, - сказала гражданка, - попадают.
Она замигала глазами, глянула в окно, засуетилась и пошла к выходу.
И, уходя из вагона, она сердито посмотрела на меня и снова сказала:
- Сбил ты меня с плану, черт такой! Начал каркать на весь вагон.
Теперь, ясно, никто на пакет не позарится. Вот и схожу раньше времени.
Тут кто-то с удивлением произнес, когда она ушла:
- И зачем ей это, братцы мои? Или она хочет воровство искоренить?
Другой пассажир, усмехнувшись, ответил:
- Да нет, ей просто охота, чтоб все люди вокруг воровали.
Человек с пилой сердито сказал:
- Вот какие бывают дьявольские старухи, воспитанные прежним режимом!

Маруся
04.04.2013, 23:53
КАК ДОБРОЕ КРАСИВОЕ СЛОВО ВЫЛЕЧИТЬ МОЖЕТ
Сказка о Красивом Слове.

Жили в одном селении Настасья и Пётр. Пока были детьми малыми, вместе на улице играли, вместе в лес по грибы ягоды ходили, вместе книжки читали, да песенки сочиняли. А как подросли, надумали свадьбу сыграть.
И всё хорошо у них идёт-складывается. Ходят и тихонько друг с другом милуются, перемигиваются, загадочно шепчутся. Одним словом, любовь у них самая настоящая.

Но вдруг не понятно отчего, стала Настенька грустить, частенько слезу пускать, хворать. На жениха своего глаз не поднимает, разговаривать с ним отказывается. Да и другим людям не признаётся, что случилось.
— Тяжко мне, — говорит, — а от чего и не знаю.
Уж и не знает Пётр, чем любимой помочь. И пошёл он тогда к местной знахарке, помощи просить.
— Я не в силах Настасье помочь, — отвечает та. — Только от тебя, Петруша, всё и зависит. Что за чары на невесте твоей я не знаю, но чувствую чью-то злобу. Тебя ж могу научить, что делать надо.
— Скажи скорей, я для Настеньки всё сделаю!

— Ты должен любимую свою каждый день добрыми да красивыми словами одаривать. И каждый новый день 10 новых слов добавлять. Гляди, сейчас схему тебе начерчу:
1-й день — 10 красивых душевных слов даришь невесте.
2-й день — 10 вчерашних слов говоришь + 10 новых добрых слов добавляешь.
3-й день — к первым 20 приносишь ещё 10.
И так далее. Пока не выздоровеет.
Только каждое слово должно девушке приятным быть, должно её натуру и душу описывать. Ну, ступай, Пётр, думай, как это осуществлять будешь.

Поблагодарил Петр знахарку и со всех ног домой кинулся. Схватил листок и писать слова красивые принялся: «Любимая, хорошая, красивая, милая, нежная, единственная, ненаглядная…».
— Что же ещё? Думай, голова, думай! Умная… Разумная… Мудрая! Всё! Побегу к Настеньке.
Зачитал Петр слова добрые своей Настёне, а та только вздохнула глубоко, да слезу рукавом утёрла.
Пошёл Петя домой, следующие 10 слов придумывать. Вспомнил ещё пять красивых слов: прекрасная, весёлая, желанная, обаятельная, обворожительная.
Потом к матушке пристал:
— Подскажи 5 добрых слов для девушки!
— Внимательная, заботливая, аккуратная, приветливая, искренняя.
— Спасибо, ма! Ты у меня умница! Ты мне помогла!
Пётр решил, что завтра он не просто эти слова Насте скажет, он ещё их на большом плакате красиво напишет и в её доме повесит. Так он и сделал.

И теперь, чем бы Петя не занимался: дрова ли рубил иль воду носил, он постоянно думал о Настеньке и о тех добрых словах, что он ей скажет. А когда совсем ничего не придумывалось, то по деревне ходил, у людей добрых красивые слова выспрашивал. Настёне своей не уставал их повторять с любовью и нежностью. У Настасьи иногда уже и улыбка проскальзывает, и щёчки румянее стали.
Пришёл Пётр к невесте на 5-й день. Надо ему ей целых 50 слов сказать. Взял он Настю за руку и говорит:
— Любимая ты моя, ненаглядная! Ты у меня такая красивая! Ты моя единственная, Настёна милая! Ты очень хорошая, нежная! Умница моя разумная! Ты самая мудрая! Солнышко ты моё прекрасное! Ты самая обаятельная, обворожительная! Ты для меня всегда желанная…
Засмущалась Настенька, выдернула руку и убежала в свою комнату.
— Ты иди пока, Пётр, — говорит ему Настина мама. —
Попозже придёшь, скажешь, что не успел сказать. Слова твои силу целебную имеют. Дочка уж веселее стала, улыбается мне, глазки у Настеньки сиять начали.
— Настёна моя лучезарная! Ты самая удивительная! Я скоро вернусь! — крикнул Петруша перед уходом.

Много ещё хороших слов насобирал для Настеньки Пётр. А слова то и правда, исцеляющими оказались. Спали с Настасьи злые чары, растворились, как будто их и не бывало.
И стала она, как и прежде, весёлой, милой, озорной и счастливой. Потому что поженились молодые то. А Пётруша про слова красивые никогда не забывал. Каждый день своёй жёнушке их повторял-приговаривал. А она от этого расцветала только.

Анна Крылышкина.

Маруся
10.04.2013, 08:34
ИСТОРИИ С МОРАЛЬЮ…

Истории всегда интересны, когда в них есть какая-то соль или, более правильно, мораль. И тогда история превращается в притчу…

Вот три истории-притчи…

Однажды мышь увидела, что фермер установил мышеловку. Рассказала мышь об этом овце, курице и корове. Но они спокойно ответили: "Мышеловка - это твоя проблема, твоя забота, к нам она отношения не имеет!"

Через какое-то время в мышеловку угодила змея и укусила жену этого фермера. Фермер, пытаясь вылечить жену, сварил суп из курицы. Следом зарезали овцу, - надо было же накормить всех, приехавших навестить больную. Наконец, закололи и корову, чтобы накормить гостей на похоронах.

Мышь все это время наблюдала через дырочку за происходящим и думала о тех вещах, которые вроде бы никакого отношения ни к кому не имеют!

МОРАЛЬ ТАКОВА: Если Вас и не касается что-то напрямую, это не значит, что это что-то вдруг не ударит Вас по голове. Думайте!..


Орел сидел на дереве, ничего не делал и отдыхал.
Кролик увидел отдыхающего орла и спросил его :
- "А можно и мне тоже сидеть, как Вы, ничего не делая?"
- "Конечно, а почему нет", - ответил тот.
Кролик уселся под деревом, стал отдыхать. Но тут появилась лиса, сцапала кролика и съела его.

МОРАЛЬ ТАКОВА: Чтобы сидеть и просто ничего не делать, нужно сидеть очень и очень высоко. Думайте!


На ферме заболел конь.
Пришел ветеринар:
- Если утром конь не встанет, мы его усыпим.
Конь утром не встал. А рядом лежал баран:
- Вставай или ты сейчас умрёшь!
Поднатужился конь, встал.
Увидел фермер, обрадовался:
- Надо отпраздновать это чудо! По такому поводу барана зарежем!

МОРАЛЬ: Никогда не стоит лезть не в своё дело, но и не забывайте об истории с мышеловкой. Думайте!

obv
14.06.2013, 12:05
Детский сад.

На Небесах есть разные слои. Самый чудесный из них – Седьмое небо. Вообще-то это курортный слой, где Ангелы проводят отпуск и выходные. Там полная нирвана и виды неземной, то есть совершенно небесной красоты. И есть на Седьмом Небе такой особенный уголок, который называют «Детский сад». Это место, где Души, которым предстоит воплотиться на Земле, проходят курс подготовки. Понятно, почему Детский Сад разместили именно в этом слое: Душам предстоят на Земле разные испытания, и им надо набраться сил и хорошенько отдохнуть.

Молодой Ангел, только что закончивший Академию Ангелов, стоял у Врат Детского Сада и ждал, пока его пропустят внутрь. Ангел был совсем свеженький, лучезарный, и оперение его было такими белоснежным, что вызывало умиление. Он стоял возле сторожевого облачка, которое служило входом, и с нетерпением потряхивал крыльями. Наверное, так переминался бы с ноги на ногу земной человек.

Наконец из облачка высунулась физиономия другого Ангела.

- Давай, залетай! Работы невпроворот, а он завис тут! – пригласил его местный.

Ангел аккуратно вошел в облачко и оказался на Той Стороне – в Детском Саду.

- Ну, будем знакомы! Я – Ангел-Завхоз №5, — представился Ангел. – А у тебя, небось, первое назначение? Педагогический факультет заканчивал?

- Да, педагогический. Первое, — слегка смутившись, ответил Ангел. – Но я быстро всему учусь!

- У нас тут все быстро всему учатся, — сообщил №5. – Тебе присвоен номер 123. Это для отметки в Небесной Канцелярии. А так мы все здесь друг друга земными именами называем. Чтобы Души заранее привыкали. Имена чаще всего берем из человеческих мультиков, так прикольнее. Меня зовут Матроскин. Это потому что я хозяйственный. А тебе какое имя нравится?

- Имя? Не знаю, я как-то не думал, — совсем стушевался Ангел.

- Так. Стоп! Начинаем изучать Правила. Первое правило: не смущаться! – строго сказал Матроскин. – У нас тут Души – уже почти как земные дети. Будешь смущаться – не станут уважать. Понятно?

- Понятно, — сказал Ангел. – Можно, я буду Федор Константинович?

- А чего ж. Можно! – разрешил Ангел-Завхоз. – Только отчество длинновато. Давай пока будешь дядя Федор? Не против?

- Да нет, не против, нас в Академии с этим мультиком знакомили, я его тоже люблю, — обрадовался Молодой.

- Ну так вот, дядя Федор, твоя задача – поскорее ознакомиться с нашими реалиями и приступить к непосредственной работе с Душами. Я – твой Наставник на первых порах. Задавай вопросы, буду отвечать.

Над головами тяжело пролетел крупный Ангел, волокущий увесистый сверток.

- Это он куда? – спросил новонареченный дядя Федор, провожая несуна взглядом.

- Это из группы Аистов, Душу на воплощение сопровождает.

- Аистов? – удивился молодой.

- Ну да. У каждой Души есть сопровождающий Ангел. Они выносливые, тренируются все время. Крылья в спортзале качают. Их задача – доставить Душу на Землю. Люди иногда видят Ангелов, но поскольку в мистику не верят, то принимают за таких больших птиц – водятся на Земле, называются аисты. Ну вот и мы их Аистами кличем.

- А я чем заниматься буду? – поинтересовался дядя Федор.

- Ты не торопись, присматривайся пока. Потом сам решишь, к чему душа больше лежит. Ну, полетели.

Детский Сад очень впечатлил молодого Ангела. Здесь было много Душ, которые занимались самыми разными делами. Одни за партами под руководством Наставников занимались изучением каких-то предметов. Другие, разбившись на группки, что-то живо обсуждали. Третьи танцевали странные танцы со сложными замысловатыми фигурами. Четвертые сидели поодиночке и работали на небольших ноутбуках. Пятые просто спали, а над ними парил Ангел.

- Что они делают? – спросил Ангел-Федор, крутя головой направо и налево.

- Как что? Проходят подготовку, — пояснил завхоз Матроскин. – Во-первых, надо хорошенько выучить свой сценарий. Они же при воплощении все забудут, так что надо, чтобы сценарий был накрепко впечатан в подсознание. Вон, видишь тех, которые спят? Над ними Ангел-Наставник сценарий читает, общую схему. Обучение во сне, очень эффективно. Потом детали с каждым индивидуально доработают.

- А вон те, за партами?

- А эти на уроках сидят, основные предметы учат. Ну там, Основы Мироздания, Социальные Отношения, Механизмы Познания, и все такое прочее. Те, которые в группах – дискуссии ведут, научные подходы отрабатывают. С ноутбуками – ну, это понятно, сценарии себе пишут. Которые танцуют – Танец Душ осваивают.

- А сколько времени они тут на подготовке? – продолжал вникать дядя Федор.

- А сколько придется, пока не подберут им подходящий вариант воплощения. Ну, это уже спецы делают. Мы сейчас как раз туда отправляемся.

Завхоз свечкой взмыл вверх, молодой – за ним.

Пока летели, Матроскин продолжал экскурсию.

- Вон, видишь группу – где Души в синем? Это экспериментальная группа, будущие дети Индиго. Наш спецназ, можно сказать! Проект самого Творца – их для спасения цивилизации готовят. Там дальше еще круче спецгруппа есть, но она совсем уж засекречена, когда допуск получишь – сам узнаешь. Про Индиго вас информировали?

- Да, конечно. Дети-взрослые, обладают сверхспособностями, большей частью латентными, в ядро заложены целеустремленность, самоуважение, любовь к родной планете. Часто являются наказанием для родителей, — отрапортовал Федор.

- Ага, правильно, — одобрил Матроскин. – Они призваны восстановить способность землян уважать друг друга и вести конструктивный диалог. Сверхзадача – сохранить планету и человечество. Ну, ты потом с ними на практике познакомишься. Ребята – прелесть, умницы, выдумщики, таланты, с ними не соскучишься.

- А это что? – в ужасе шарахнулся дядя Федор от площадки, где Наставник порол Душу широким солдатским ремнем. Душа дергалась и верещала. Остальные Души тоже не скучали: кто дубасил друг друга почем зря, кто отрывался на неодушевленных предметах.

- Ну, милый мой, ты что же? Это особенная группа. Эти Души выбрали сценарий, где в семьях к ним будут применять насилие разного рода. А они должны сохраниться, не разрушиться, и при этом еще увеличивать в себе Любовь. Сейчас вот у них практические занятия.

- Ничего себе, — пробормотал молодой Ангел. – Да, многое у нас в педагогическом надо менять. Теории выше крыши, а практики вот маловато.

- Да, мобильности и на Небесах не хватает, — согласился завхоз Матроскин. – Кстати, правило №2: ничему не ужасаться. Все, что здесь происходит – часть обучения, им же на Землю скоро, а там мало не покажется. Как говорится, в ученьи трудно – легко в бою!

- Понятно, — ошеломленно выдохнул молодой Ангел.

- Снижаемся! – скомандовал Завхоз. – Прилетели. Это наш офис. Здесь утверждают сценарии и подыскивают оптимальные варианты родителей и воплощения. Ну, я тебя здесь оставляю – сейчас тебе сотрудники пресс-конференцию забабашат в лучшем виде. Они здесь до новичков жадные!

Завхоз сделал ручкой и снова взмыл в небесную высь.

А вокруг уже собирались заинтересованные сотрудники офиса.

- Здравствуйте, я №123. То есть дядя Федор. Будем знакомы.

- Да что ты, старик, мы тут без церемоний, — подбодрил его Ангел с голубоватыми крыльями. – С прибытием! Я №57, по-местному Кай, я здесь старший. Вопросы уже есть?

- Много, — признался Федор. – Не знаю даже, с какого начать.

- Тогда смотри сюда. Вот на эту карту. Видишь желтые точки? Это все возможные варианты помещения Души в мамочку – для вынашивания, пока формируется тело. То есть, собственно, эти точки – все женщины Земли детородного возраста. Зеленые – те, кто уже избран для Материнства и скоро получит ребенка. Красные – те, кто еще не готов, но в принципе матерью быть может после определенной подготовки. Синие – те, кто уже реализовался как мать. Черные – заблокированные. Здесь все понятно?

- Нет, не все. А как вы определяете, кто готов, а кто еще нет? – всматриваясь в карту, спросил Ангел.

- Ну, у нас для этого целый отдел аналитиков сидит, — пояснил Кай. – Они учитывают все параметры, сопоставляют желания мамочки с желаниями Творца. Ну, и со сценариями Душ, которые очереди на воплощение ждут.

- А что значит «заблокированные»? – разглядывая черные точки, спросил дядя Федор.

- Ну вот если женщина активно не хочет иметь ребенка. Или организм нездоров, не годится для вынашивания и родов. Или ее Душа не готова. Ну и по особому списку Творца. Тогда мы детородную функцию блокируем – кому временно, а кому и навсегда.

- А что значит «душа не готова»? – продолжал допытываться дядя Федор. – И что это за особый список Творца?

- Про особый список Творца я расскажу, — предложил скромный Ангел, сидевший в сторонке. – Меня зовут Белоснежка. Так вот, в целом все женщины призваны воспроизводить род человеческий. Но иногда Творцом для женщины запланировано другое Предназначение. Тогда она остается бездетной либо получает Особенного Ребенка, и у нее есть выбор: или всю жизнь грустить и обижаться на Сценарий, или посвятить свою жизнь Великому Служению.

- О, благодарю, Белоснежка! Я понял! Нам в Академии рассказывали про Мать Терезу и ее Великое Служение, — воскликнул дядя Федор.

- Да, ты правильно ухватил суть дела, — подтвердил ангел с красивым именем Белоснежка. Всю силу своей нерастраченной любви такие женщины могут посвятить людям. Например, особенным детям. Или брошенным детям. Или тем взрослым, кто нуждается в заботе. Или животным. Или растениям. И все эти Женщины занесены в особый Список Творца.

- А что значит «душа не готова?», — вспомнил Федор.

- Разрешите представиться, отдел подготовки Материнских Душ, Ангел Кот Леопольд, — изящно представился длинный тощий Ангел со встрепанными крыльями. – Понимаешь, это глобальная проблема. Мы с ней давно бьемся. Ты помнишь, в чем замысел Творца в отношении Родителей?

- Ну конечно, это же основы! – удивился дядя Федор. – Родители предназначены для того, чтобы обеспечить земное воплощение Души в теле ребенка, создать безопасные и комфортные условия для взращивания, способствовать выявлению и развитию природных наклонностей и талантов ребенка, обеспечить пространство дл личностного роста, и в определенное Сценарием время выпустить Дитя в самостоятельную жизнь.

- Ну, теорию ты знаешь на «5», — похвалил Кот Леопольд. – А вот на практике – это же ужас просто! Вот представь: родители еще до рождения ребенка уже распланировали его жизнь: чем он будет заниматься, что читать, куда пойдет учиться, какую профессию получит. Какое там пространство для личностного роста! Какие там природные наклонности! У ребенка задатки Великого Механика, а его с ремнем заставляют играть на скрипке. Или, наоборот, ребенок может стать великим музыкантом, у него Душа поет, а родители с пеленок готовят его к военной карьере, чтоб династия не прервалась.

- Да, проблема! – посочувствовал дядя Федор.

- И еще какая! – подхватил Кот Леопольд. – Вот мы и занимаемся подготовкой Материнских Душ. Чтобы хоть как-то вспомнили истинный замысел Творца. Эти люди так умеют все запутать! Дети просто не хотят, чтобы их собственный Сценарий так беспощадно ломали. И не соглашаются идти к таким родителям.

- А разве Души могут отказаться от воплощения? – удивился дядя Федор.

- Раньше, вообще-то, не разрешалось. Пришло время – изволь, воплощайся. Рождаемость тогда была на высоте. В то время даже лозунг был: «Родителей не выбирают». Но ничего хорошего из этого не вышло. В прошлом веке Творец затребовал статистику – и ахнул. Уровень родительской агрессии зашкаливает. Диаграмма Свободного Развития Природных Наклонностей – хоть плачь. Страхов в детях – намного выше предельно допустимой нормы. В людях иссякает Любовь, никакой Безусловности. Дети должны соответствовать представлениям родителей, а если не соответствуют – детей гнобить начинают, психику ломать. Дети сами вырастают с подсознательной ненавистью к тиранам и мучителям. А Тираны и Мучители у нас кто?

- Родители? — недоверчиво предположил дядя Федор.

- То-то и оно, — вздохнул Кот Леопольд. – Уж мы им внушаем, внушаем: «Ребята, давайте жить дружно!». Но не слышат нас, не слышат! В общем, в прошлом веке Творец увлекся идеей демократии и пересмотрел Инструкцию. Теперь Души имеют право выбирать и могут оставаться здесь, в Детском Саду, пока мы не подготовим Родителей.

- А еще дети не спешат рождаться, если родители могут быть для них опасны, — добавил Ангел с очень печальными глазами. – Я Ангел Умка, тоже из Отдела Подготовки.

- Как это – родители «опасны»? – спросил совершенно загруженный информацией дядя Федор.

- Прием наркотиков, алкоголя, курение – опасно для будущих детей, — стал перечислять Ангел Умка. – Идеализации любого рода – очень опасны для детей. Негативные эмоции: обиды, претензии, страхи, злоба, ненависть, депрессии – смертельно опасны для детей. Если мамочка склонна ко всему этому – есть опасность искажения, тело или разум могут получиться с дефектами. А кому охота тело с дефектами? Вот ждут мамочки очереди там, на Земле, а Души воплощения – здесь, в Детском Саду. И не получается у них Любви, пока мы с родителями хорошенько не поработаем.

- Да, интересно тут у вас! – восхищенно сказал дядя Федор. – Такие сложные задачи решать приходится!

- Это еще что, — довольно улыбнулся явно польщенный Кай. – Ты еще наши спецпроекты не видел. И Книгу Благодарностей не читал. Ну да ладно, не все сразу. А сейчас хочешь на собеседование?

- Хочу! А что за собеседование? – поинтересовался дядя Федор уже на лету.

- По подбору родителей. Интересная штука, знаешь ли! Ну, сам увидишь.

Собеседование на Седьмом Небе происходило в местечке под названием Райский Уголок. Щебетали экзотические птицы, порхали радужные бабочки, в зеленой траве стрекотали цикады. То тут, то там на травке сидели, стояли и лежали Души, ожидающие воплощения на Земле. А под Древом Познания был установлен длинный стол, за которым расположились несколько сотрудников Отдела Воплощения. Вид у них был слегка усталый и даже очумелый. На вновь прибывших никто не обратил внимания. Шла беседа с очередной Душой.

- Ну ты что, уже в третий раз от воплощения отказываешься! Ты что, до пенсии в Детском Саду кантоваться будешь?

- Придется, так и буду, — сердито сказал Душа. – Я что, виновата, что ли? Мне по сценарию надо родиться в России, в семье бывших рокеров, ныне увлекающихся йогой и икебаной. Уже сложности при подборе! Ладно, вроде подобрали семью. Так они хотят только и исключительно мальчика. А я по сценарию девочка, и без вариантов! Мне что потом, в трасвеститы подаваться? Или пусть их как следует готовят, или уже подбирайте мне другую семью.

- Ладно, иди. Передаем в Отдела Подготовки Материнских Душ. С ума они там посходили с этим полом! Какая на фиг разница??? Ребенок же!!! Живая Душа!!! Следующий!

- Я здесь, — подлетела к столу очередная Душа. – Готова к воплощению, родители супер, в Сценарий все вписывается, только они поссорились конкретно и спят теперь в разных комнатах.

- Ну, это не беда, — облегченно вздохнули по ту сторону стола. – Закажем Амурчиков, они свое дело туго знают. Пара стрел – и ты родился. Иди, сдавай ноутбук на склад. Завтра и воплотишься.

- Ураааа! – со свистом сквозанула счастливая Душа. Остальные проводили ее Полет завистливыми взглядами.

- А нам мама рождаться не разрешает! – наябедничала следующая. – В смысле не моя мама, а мама моей мамы. Она вслух ничего не говорит, а внутри боится: что люди скажут? У меня-то по сценарию мамочка молодая, незамужняя, на втором курсе учится. А моя мама боится свою маму расстроить.

- Так, какие будут предложения? – строго спросил главный Ангел за столом?

- Предлагаю обходной маневр, — придумала другая. – Создаем нашему объекту какое-нибудь заболевание. Хоть гастрит, например. Отправляем лечиться на курорт. К морю. А там знакомим с моряком дальнего плавания. Охи, вздохи, бархатные южные ночи, поцелуи при луне… Непреодолимое влечение… Мама далеко… А через 9 месяцев родится ребенок, зачатый в Свободной Любви!

- Предложение принято! Но потребуется время на создание гастрита и мотивации на курорт. Так что, Душа, потерпи еще немного, скоро уже. Следующий!

- Я следующий. Готова воплотиться хоть сейчас. Сил уже нет ожидать, — подлетела следующая Душа.

- Так, у тебя здесь нюансы. Вот смотри: в твоей семье одни женщины: мама, бабушка и тетя. Они тебя будут любить безумно, шагу не дадут ступить. Будут оберегать от всех бед и напастей. Пылинки с тебя будут сдувать! И от такой удушающей любви есть большой риск развития у тебя астмы. Вероятность – 90%. Ты как?

- Я готова, — тихо сказала Душа. – Пусть астма, я приспособлюсь. Но они так нуждаются во мне, так зовут меня… Им нужна моя Безусловная Любовь. Им без меня плохо… И я понимаю: они уже никогда не будут другими. Но они хорошие! Я готова принести в жертву свое здоровье, лишь бы мы поскорее встретились.

- Тогда – сегодня, — принял решение Ангел. – Мы уважаем твое осознанное Решение. Ты воплощаешься.

Душа воспарила ввысь, а остальные с почтением смотрели ей вслед. Выбор Жертвенной Любви – очень непростой, но каждая Душа имеет право на свой Путь.

- Ну, теперь я, — объявилась следующая Душа. – Мне подобрали замечательных родителей. Они меня хотят и ждут. И я в принципе готова.

- Так в чем же дело? – поторопил Ангел.

- Дело в том, что я – Индиго. На очень высоких вибрациях. А они – на гораздо более низких. И если я приду сейчас, я начну их разрушать. А я не хочу, я ведь их уже люблю.

- Самый действенный способ повышения вибраций – молитва, — сообщил Главный Собеседователь. – Пусть молятся, и воздастся им!

- Да у нас папа – бизнесмен-атеист, — извинилась Душа. – Он вообще-то хороший, но уж что поделаешь…

- Запишите: внушить мамочке молиться день и ночь, каждую свободную минутку. Если будет мало – устроить папе шоковую терапию. Аварию там, что ли… или тяжелую болезнь. Чтобы поверил и сам молиться начал.

- Ничего себе! – шепнул дядя Федор. – Жестоко…

- А куда деваться? – пожал плечами Кай. – Вибрации повышаются или осознанно, или насильственно. Как говорится, «не хочешь – заставим, не можешь – научим». Душе-то давно воплощаться пора! А наша задача – сохранить как Душу в Ребенке, так и Родителей. Усекаешь?

- Усекаю, — задумчиво сказал дядя Федор. – А неудачи бывают?

- Да бывают, куда же от них деться, — слегка увял Кай. – Когда дети умирают, знаешь как трудов совместных жалко? Но если у них не получается резонанса, Души покидают Тело, чтобы вернуться в Детский Сад, восстановиться и потом попробовать еще раз. В другое время, в другом месте, с другими родителями.

- А что должны делать Родители, чтобы ребенок захотел к ним прийти? – продолжал допытываться любознательный дядя Федор.

- Да все просто на самом деле. Если родители заранее любят ребенка таким, какой он получится – это Безусловная Любовь. Если они заранее простили ему все недоразумения и сложности в их будущих взаимоотношениях – это Безусловная Любовь. Если родители приняли решение не навязывать ребенку своих взглядов, а давать варианты выбора – это Безусловная Любовь. Если они заранее уважают в ребенке Личность – это Безусловная Любовь. А туда, где живет Безусловная Любовь, дети стремятся сами.

- Так просто? И так сложно… — задумался молодой Ангел.

Откуда ни возьмись материализовался завхоз Детского Сада – ангел Матроскин.

- Ну что, новобранец? Ознакомился?

- В общих чертах, — тряхнул крылом дядя Федор. – Столько всего… В Академии нам об этом не рассказывали.

- Не дрейфь, Ангел! Постигнешь наши премудрости. Не боги горшки обжигают.

- Матроскин, а можно один вопрос? – неуверенно начал дядя Федор.

- Можно, и даже не один! – бодро разрешил Матроскин.

- Я сегодня немного испугался. Столько несостыковок… То родители не готовы, то дети не хотят… А вдруг прервется род человеческий?

- Ну ты даешь, Федя! – оглушительно захохотал Матроскин. – А мы-то с тобой здесь на что? Как раз для того, чтобы этот самый род продолжался. Отныне, и присно, и во веки веков. Аминь!

- Да нет, я так и думал, — обрадовался дядя Федор. – Конечно же, Творец всегда что-нибудь придумает! И воздаст! Я верю!

- Философ ты юный… — с улыбкой глянул на него старый ангел Матроскин. Настолько старый, что еще хорошо помнил сыновей Ноя. – Веришь – это хорошо. Тогда полетели на склад, я воздам тебе личный ноутбук. И нечего тут зависать – работы невпроворот!

Аня
14.06.2013, 17:42
Чудесно! Спасибо:vo:

Маруся
15.09.2013, 16:42
Завтрак Богов.

Я приехала на этот волшебный бело-зелёно-голубой остров одна. Мне было просто необходимо вырваться из привычного мира и посмотреть на него со стороны. Да и на себя в том мире – тоже. Не первый раз применяю этот метод, и он всегда работает отлично.

Я сняла комнату в крошечном отеле, подальше от центральных улиц. Отель стоял на возвышенности, и из окна было видно множество домов – белые стены, увитые зелёным плющом и виноградом, и дальше – полоска моря. Тишина, покой и уединение.

Первое время я уходила к морю и просто бродила по берегу в часы, когда отдыхающие уже или ещё спали, и были только море, небо, крики чаек и я. Я была одна, и мне было хорошо.

Нет, вовсе не зализывать раны приехала я в это чудное местечко. Не было их, ран. Но вот и того, что мне хотелось – тоже почему-то не получалось. И я твёрдо знала, что мне следует сделать всего маленький шажок, понять какую-то простую вещь, чтобы всё сложилось.

По этой причине я и не тащила с собой на остров ничего старого и привычного – только себя. Поэтому бродить по пустынному берегу мне было то, что доктор прописал.

Через неделю я почувствовала, что уже могу интересоваться чем-то другим, кроме тишины и одиночества. Хозяин гостиницы за небольшую плату тут же прислал ко мне гида – молодого человека, неплохо болтавшего на восьми языках.

Я могла связно изъясняться только на двух. К счастью, оба этих языка были вполне освоены моим гидом. Хозяин называл его Мирчо, я сократила имя до Мир. Мне было приятно думать, что сам Мир сопровождает меня в моём путешествии.

Мне не хотелось шоппинга и шумных мест, где толкутся туристы. И я попросила его свозить меня туда, где тихо, красиво и можно подумать о вечном. Мир понимающе кивнул. Мне вообще казалось, что он видит меня не в общем, а как-то вглубь. Такие у него были глаза – мудрые и понимающие.

- Хотите в горы? Там есть женский монастырь и часовня. Она очень старая. К ней приезжают женщины, которые перестали понимать себя.

Оп-па… ну и дела!!! Ведь мой юный гид попал не в точку, а просто в центр этой самой точки. Собственно, с этой целью я и прибыла на остров – разобраться, почему я, такая умная, красивая, успешная, популярная, востребованная, сексуальная – и одна. Добровольно одна, заметьте, по велению сердца! Этого я никак не могла уразуметь…

- Хочу, – тут же сказала я. – Хочу понять себя. Когда выезжаем?

- Рано утром, на рассвете, я за вами заеду, – пообещал Мир. – Добираться далековато, но вы не пожалеете. Это как раз то, что вам надо.

Спала я как убитая, и утром только помнила, что мне снились какие-то замысловатые сны, которые я не могла воспроизвести. Что-то эдакое, космическое. Когда мой Мир заехал за мной, я была вполне бодра и готова к дальним странствиям.

Всю дорогу я любовалась пейзажами. Они впечатляли. Если бы мне надо было выбрать место для Рая на Земле – я бы выбрала этот остров, до того он был красив и покоен.

Мирчо вел машину уверенно, не очень быстро – видимо, чтобы я успела насладиться погодой и природой. Я и наслаждалась. Попутно он мне рассказывал о местах, которые мы проезжали, и это тоже было очень интересно.

Мирчо жизнерадостно объявил, что мы почти у цели, когда вдруг что-то случилось. Машина зачихала, задергалась и заглохла. Мир несказанно удивился.

- Этого не может быть, – пробормотал он, вышел, попинал шины и нырнул под капот.

Какое-то время он возился там, потом снова попробовал завести машину. На этот раз она даже чихнуть не соизволила. Мирчо попробовал ещё какие-то манипуляции, потом удручённо захлопнул капот и обескуражено сказал:

- Я прошу прощения. Я просто не понимаю, в чём тут дело.

- И что теперь? – с любопытством поинтересовалась я.

- Теперь надо идти в деревню за помощью. Там есть механик. Мы недавно проехали поворот туда, километра 2 назад.

- Ну, надо – значит надо, – кротко сказала я. – Пойдёмте.

- Да нет, вам-то зачем идти? – заторопился Мирчо. – Чуть дальше, вон за тем поворотом – часовня, прямо у дороги. Мы немного не доехали. А выше, на горе – монастырь. Но его отсюда не видно. Пойдёмте, я вас провожу к часовне, вы пока можете осмотреть её и помолиться, если хотите. А я быстренько в деревню – туда и обратно.

- Иди уже, – сказала я. – До поворота я и сама доберусь. Буду ждать у часовни.

- Я захватил воду и кое-какую еду, – виновато сказал мой гид. – Возьмите, перекусите там. А то вдруг я долго?

- Давай, – великодушно согласилась я. – Отчего ж не перекусить? С удовольствием.

Всегда надо давать людям возможность откупиться, если они чувствуют себя виноватыми. Это я давно поняла…

Мирчо вручил мне сумку с провизией и потрусил назад, к деревне, а я поднялась в гору ещё метров на 300, и за поворотом правда обнаружила часовню. Она выглядела очень симпатично, уютно как-то, и прекрасно вписывалась в пейзаж.

Я подошла к ней, обернулась – и ахнула. Кто смотрел в погожий ясный день с горы на море – меня поймёт. Это бесполезно описывать словами, это надо видеть и чувствовать. На какое-то время я просто замерла, как жена Лота, и позволила всему этому великолепию хлынуть в меня потоком.

Я всегда стараюсь запомнить на телесном уровне то, что приводит меня в такое восхищение. Потом, долгими зимними вечерами, можно воскрешать эти воспоминания и снова чувствовать, «читать» всем телом свои «путевые заметки».

Через какое-то время я пришла в себя и двинулась к часовне. Она была белая, небольшая, и двери её были закрыты на замок. Странно… Не в обычае тут вот так двери часовен закрывать. Я безуспешно подёргала замок и пошла вдоль стены.

Сбоку часовня тоже выглядела неплохо: дикий виноград, зелёный глянец на белом шершавом камне – красота. Я ещё немного погуляла вокруг и присела на травку. Наверное, самое время было перекусить.

В сумке оказалась простая и полезная пища: листья салата, помидоры, лепёшки, копчёное мясо, сыр, а ещё полотняные салфетки и пара бутылок с водой. Мясо я не ем, я вообще привыкла довольствоваться малым, так что меню вполне меня устраивало. Завтрак богов!

Я расстелила салфетку, художественно разложила сыр и помидоры на листьях салата, отломила кусок лепёшки, и тут услышала шум: кто-то спускался с горы прямо по лесу. Ждать долго не пришлось: из густых зарослей к моему «кафе под открытым небом» вышла женщина. Она увидела меня и улыбнулась, как старой знакомой. Улыбка у неё была хорошая, солнечная.

- Здравствуйте, – на всякий случай сказала я.
- Приветствую тебя, сестра, – кивнула она, внимательно глядя мне в глаза.

Я слегка удивилась: здесь, конечно, многие по-нашему болтают, но чтобы монашка из горного монастыря? Впрочем, чего только жизни не случается… То, что она была монашка, у меня сомнений как-то не вызывало – во-первых, это вот «сестра», во-вторых, синее покрывало (по-моему, этот оттенок называется «индиго»), окутывающее её с головы до ног, а в-третьих – ну и кому ещё здесь быть?

- Не разделите со мной трапезу? – спохватилась я.
- С благодарностью, – легко согласилась она и присела напротив. – Меня зовут Тея.

- Очень приятно, Тея. Я – Ева. Угощайтесь.

Люблю, когда люди говорят то, что чувствуют. Не из приличия, а то, что на самом деле. Она была такая – это сразу ощущалось. Хочется есть – так какой смысл жеманничать: «Ну что вы, что вы, ах, оставьте!»???

- Ждёшь? – спросила она, отламывая кусок лепешки.
- Жду, – подтвердила я, так как это была чистая правда.

- А его все нет и нет… – продолжила она.
- Так он только что ушёл, наверное, надо подождать? – предположила я. – Он в деревню пошёл, у нас что-то с машиной случилось.

- Я не про него, – покачала головой монахиня. – Этот вернётся. Через нужное время. Я тебя про твоего мужчину спрашивала.
- Про моего мужчину? – опешила я. – Это про какого из них?

- Про того, которого ты хочешь, но никак не можешь встретить, – объяснила она.

Я была в замешательстве, но недолго. Конечно, она читала мои мысли, и это было странно. Я ж никому о цели своего путешествия не докладывала. А с другой стороны – если Мир (не Мирчо, а большой Мир!) стремится мне помочь, послав мне собеседницу, то с какой стати я буду отказываться???

- Вы правильно догадались, – ответила я. – Ещё не встретила. Но надеюсь!
- Ведь ты не одинока? – предположила она, коротко глянув на меня.

- Нет, конечно. У меня дети! И друзья. И коллеги. И вообще – много знакомых, с которыми мне здорово и интересно.
- Я о мужчинах. За тобой ухаживают, тебя любят, твоего внимания добиваются. Так?

- Так.
- И в чём же дело?

- Дело в том… – начала я и запнулась.

Мне и себе-то было сложно объяснить, в чём дело. Собственно, я и не знала, почему я принимаю любовь, но отвергаю секс. Вернее, стала отвергать – с некоторых пор. Совсем. Кстати, многие мои подруги считали, что я просто дура – кочевряжусь и цену себе набиваю. Но это было не так. А как вот???

- Я попробую догадаться, – помогла мне Тея. – Ты не будешь возражать?
- Нет, – улыбнулась я. – Интересно даже.

Взгляд со стороны – разве я не этого хотела? Ну вот, будет сейчас такой взгляд. От незнакомой женщины, в незнакомой стране, в незнакомом месте. Такой взгляд должен получиться исключительно непредвзятым!

- В твоей жизни было много любви и много любимых, – медленно начала она. – Это неудивительно: в тебе ощущается Свет Любви, и ты притягиваешь людей этим светом.

Ну да, так оно всё и было, это я и сама могла о себе сказать.

- Ты никогда не обижалась, не зацикливалась на мелочах, не предъявляла претензий миру. Тебе было интересно: а что там, дальше? Верно?
- Верно, – засмеялась я. – Люблю, когда интересно! А чего интересного – старые отношения перетряхивать? Я уж лучше в новые погружусь! Или побуду в благословенном одиночестве!

- Молодец, – одобрила Тея. – Так и надо. Поэтому жизнь свою ты живёшь радостно и азартно. И вам с ней друг с другом не скучно!
- Да уж не скучно! – снова улыбнулась я.

- И многие говорят о тебе: «Ну что ей ещё от жизни надо???» – а иные и завидуют. Это понятно. Талантлива, успешна, привлекательна… Я думаю, и лёгких романов в твоей жизни было предостаточно, и серьёзных отношений.
- Да, всё было, – легко признала я. – Радость встреч, боль потерь… И ни о чём не жалею! Пусть завидуют, если хотят. Что было – то моё.

- Но в последнее время ты стала избегать физической близости, не правда ли? – вдруг спросила Тея.

Ох… Вот и сформулировалась тема моих раздумий. Именно это я и делала в последнее время. Сама удивлялась – но вот избегала я этой самой близости, и всё тут.

- Не скажешь, почему? – спросила она.

Я раздумывала совсем не долго. В самом деле, что мне терять?

- Понимаете… Не то чтобы я не хотела! Нет! С желаниями у меня всё нормально. Гормоны играют, мужчины волнуют, кое-кто даже очень нравится. Но! Каждый раз я чувствую: не то! Не тот случай, не мой мужчина! То есть будет повторение пройденного. А какой смысл раз за разом повторять то, что уже заранее известно? Словно спускаться с небес на землю…
- Никакого смысла, – подтвердила она. – Я тебя понимаю, сестра.

- Не то чтобы я совсем уж в монашки записалась, – вслух размышляла я. – Но и особого желания экспериментировать не испытываю. Хотя знаю, что если встречу того, кого ищу, то меня ничто не остановит, и я окунусь в эти отношения с головой. Вот ведь странно получается, да? Хочу, но не хочу…
- Странно, – улыбнулась она. – Скажи мне, а давно это началось? Когда? Что случилось в твоей жизни? Постарайся вспомнить.

- Да что случилось? – задумалась я. – Ничего такого особенного… Понимаете, был у меня период такой… ну, переосмысления, что ли. Наверное, входила в возраст мудрости. Подводила итоги, ставила цели. Шлифовала свой образ – и внешний, и внутренний. Проводила ревизию и утилизацию. В общем, активно занималась собой.
- Ну и как? Успешно?

- На мой взгляд, да, – честно оценила я. – Если сравнивать «до» и «после»… Мне кажется, что я помолодела лет на 15! И внутри появилось ощущение простора, полёта, восторга! Чистоты какой-то… Понимаете, вроде я – и не я. Всё интересно, всё успеваю, всё получается. Словно крылья за спиной выросли!
- И ты стала жить больше не разумом, а ощущениями? – подбодрила меня она.

- Так оно и есть! Чувства обострились, стали такими чистыми, ясными… Тело – поёт! В общем, вроде, радоваться надо. Да я и радуюсь! Любви в моей жизни – море! Но вот в плане секса…
- Ощущение, что они где-то далеко внизу, да? – спросила она меня. – А ты – в небе, свободная, словно птица.

- Ну, где-то так. Только это не высокомерие, нет!
- А кто говорит о высокомерии? – очень удивилась она и откусила кусочек сыра. – Мы говорим о полёте…

- Полёт! Да! Это ощущение я ни за что не хочу променять! Но я в этом полёте – одна, рядом что-то никакой мужской фигуры не наблюдается. Даже в мыслях. Короче, я не понимаю, что такое со мной случилось???
- Всё просто. Ты перестала быть женщиной.

- Что-о-о-о???? – опешила я.

Возмущение поднялось во мне волной. Да я столько времени потратила на осознание своей женской сущности!!! Можно сказать, только сейчас стала ощущать себя женщиной по-настоящему, а она… Что она вообще говорит???

- Ты перестала быть женщиной и стала Богиней, – спокойно завершила она свою мысль.

И наступили тишина. Я переваривала услышанное.

- Как вы сказали? Я стала Богиней? – на всякий случай уточнила я.
- Богиней, – с удовольствием подтвердила она, расправляя складки своего синего покрывала. – Это так, сестра.

- И…что? – осторожно поинтересовалась я.
- И теперь всегда ею будешь, – тут же отозвалась она. – Ты к этому шла, стремилась, хотела – ну и вот…результат налицо!

- Какой результат? – тупо спросила я.

Мой острый и гибкий ум внезапно перестал быть таковым. «В голове моей опилки, да, да, да!», – вспомнилась мне бессмертная мудрость Винни-Пуха.

- Богине не годится в спутники обычный мужчина, – объяснила Тея. – Богине нужен Бог.
- Бог, – повторила я, пробуя это слово на вкус. – Это как – Бог? В монастырь, что ли?

- Зачем – в монастырь? Вовсе необязательно, – развеселилась Тея. – Видишь ли… Когда женщина достигает состояния Богини, она наполняется совсем другой энергией. Бушующей энергией космических масштабов. У тебя внутри – целая Вселенная! Ты знаешь об этом?
- Кажется, да, – медленно сказала я. – У меня теперь почти всегда… Если я закрываю глаза, сразу возникает звёздное небо. Как в космосе. И я понимаю, что оно – это я. И сны мне снятся тоже такие…вселенских масштабов. Раньше этого не было.

- И часто, глядя на людей, ты испытываешь материнские чувства, – предположила она.
- Испытываю, – согласилась я. – Только при чём тут «Богиня»? Просто мне лет уже…немало. Пора.

- Да ничего подобного! Годы тут ни при чём, – живо отозвалась она. – Богиней можно стать в любом возрасте. Если сумеешь подняться над суетой, мелочами, обыденностью. Если осознаешь себя как Источник Любви. Если освободишь свои крылья! Но не всем удаётся. В каждой женщине спит Богиня, просто не каждая умеет её освободить. Ты вот – смогла.
- Очень хорошо, – в некотором замешательстве сказала я. – Ладно, пусть я Богиня. Я и сама что-то такое подозревала. По крайней мере, я себя так ощущаю. Но при чём тут секс? Вернее, почему я его отвергаю? Тут я совсем как-то запуталась…

- Секс… – протянула она, словно раздумывая.
- Ой, вы извините, если я вас напрягаю, – вдруг опомнилась я. – Может, вам про это и говорить-то не положено?

- Мне? – она даже немного развеселилась. – Да отчего же? Вовсе нет! Скажи, а для тебя секс – это вообще что?
- Для меня? Ну, это предельная близость… взаимопроникновение… слияние… Когда два человека как одно целое. Но не только телом, а и душами, понимаете? В первую очередь – душами!

- Понимаю, – кивнула Тея. – Танец Душ… Ты – Богиня, сестра. Ты постигла истину. Телом могут соединяться и животные, и это естественно и прекрасно. Когда соединяются мужчина и женщина, и от их любви рождаются дети.
- А кто рождается от Богов? – с замиранием сердца спросила я.

- Разумеется, Вселенные, – уверенно ответила Тея. – Кто ещё может родиться от Большого Взрыва?

Я замолчала. Честно говоря, моя голова и так была на грани Большого Взрыва. Всё, что говорила Тея, было совершенно фантастическим – и а то же время невероятно реальным. Как будто я и сама всё это давно знала, но не могла выразить словами.

Тея извлекла из складок своего одеяния спелое яблоко.

- Хочешь? – спросила меня она.
- Хочу, – протянула руку я. Но взяв яблоко, почему-то не спешила откусить от него, а перекатывала с ладони на ладонь, любовалась его румяными бочками.

- Ты прекрасна, сестра, – откровенно любуясь, сказала Тея. – Как та самая, первая Ева, которая сорвала его в райском саду…
- Но ты не похожа на Змия-Искусителя, – засмеялась я.

- Очень даже похожа, – возразила она. – Я скажу тебе очень соблазнительную вещь. Запомни: грех – это человеческое понятие. Боги – безгрешны. Они выше этого.
- Потому что на Олимпе?

- Потому что в полёте. Потому что в Божественной Любви греха нет… Там вообще ничего нет. Только ты, безграничная любовь – и небо.
- А Адам там есть? Как же без него? Ведь вдвоём летать веселее? – усомнилась я.

- Разумеется! Только, знаешь ли, мужчин делают Богами женщины. Богини. Подтягивают до своего уровня. До небес! Ты тоже умеешь. Только пока не пробовала. Научись видеть в мужчине Бога – и он станет им. Не поклоняться ему, не приносить жертвы, а просто – быть рядом, в свободном полёте!
- Тея… А каждый может стать Богом? – вдруг возник у меня вопрос.

- Каждый, кто хочет и не боится.

Кто хочет и не боится… Получается, мне осталось только найти такого, кто хочет и не боится – и сделать его Богом. Трудная задачка, однако… Для человека – точно. Если только для Богинь…

- Тея! Вот ты сказала – Танец Душ. А как это?
- Очень просто, – сказала она, поднимаясь. – Ты закрываешь глаза – и слушаешь Музыку Души. Свою и чужую. И сливаешь эти музыки воедино. Это не только секса касается. Вообще – любых отношений. Потанцуем?

- Потанцуем! – вскочила я.

Как только я закрыла глаза, снова возникло звёздное небо, и ощущение космического пространства, и невероятного расширения – как будто я могла обнять всё это разом и наполнить собой. Своей Любовью.

А потом я и впрямь услышала музыку. Наверное, это была Музыка Сфер. И я, не открывая глаз, отпустила тело, позволила ему кружиться и выгибаться, двигаться, как оно хочет. И уже не я руководила телом, а оно – мной. Оно явно помнило этот самый Танец Душ. Во всяком случае, мозги тут были явно не нужны!

В какой-то момент танец взорвался золотым звездопадом. Бог весть, сколько времени это продолжалось. Наверное, это был экстаз. Не знаю. Во всяком случае, пришла в себя я только тогда, когда услышала голос Мирчо. Да и то, наверное, не сразу. Потому что, открыв глаза, я ещё какое-то время приходила в себя – возвращалась из своего внутреннего космоса в текущую реальность.

- Это было восхитительно, – ошеломленно произнёс мой Мир, не сводя с меня глаз. – Просто… божественно.
- Мы завтракали, а потом нам захотелось потанцевать, – зачем-то объяснила я.

- Мы?.. – Мирчо был явно в непонятках.

Только тут я сообразила, что Теи нигде не видно.

- Ко мне спустилась с горы монахиня. Наверное, из монастыря. Такая, в синем покрывале. И мы разделили трапезу. Её звали Тея.

Мирчо смотрел на меня во все глаза.

- Там никто не живёт, – медленно произнес он. – Это заброшенный монастырь, просто живописные руины.
- Тогда…кто это был? – уставилась на него я. – Может, из деревни?

- Нет… Это не из деревни, – покачал головой Мир. – Я слышал о таком, но никогда не думал, что… Хотя…

- Мир, ты чего? – озадачилась я. – Что случилось-то?

- Есть такая легенда. Иногда с горы спускаются древние Боги. Но их дано увидеть не каждому.

Мирчо умолк.

- Мир! Ну не замирай! – в нетерпении подогнала его я. – А кому дано?
- Тем, кто сам стал Богом, - ответил Мирчо. – Они приходят приветствовать собрата и потанцевать с ним.

«Собрата? Или со-сестру?», – мелькнуло у меня в голове. Странно, но мне ни разу в голову не пришла мысль, что Тея была галлюцинацией, или что я сошла с ума.

- Мирчо, ну почему из тебя клещами всё надо вытягивать? – посетовала я. – Ладно, предположим, приветствуют. А дальше-то что?

- Мне, смертному, не дано знать намерения Богов, – смиренно произнес Мирчо. – Наверное, вы лучше знаете, что дальше.

Так. Хорошо. Видно, Мирчо ещё не готов был летать со мной на одном уровне. Ну и ладно!

- Я полагаю, дальше надо решить вопрос с починкой машины, – подсказала я. – Ты привёл механика?
- Я привёл. Только он оказался не нужен – машина сразу завелась, с пол-оборота, – доложил мой Мир. – Сам не понимаю, что это было!

- Ещё мне хотелось бы попасть в часовню, но там, на дверях – замок, – продолжила я.
- Где – замок? – непонимающе спросил Мирчо, переводя глаза то на меня, то на двери.

Я взглянула – мама моя, двери распахнуты настежь, никаких замков не наблюдается. Мне казалось, что Мирчо вот-вот рухнет в обморок, поэтому я решительно взяла ситуацию в свои руки. Я заставила его рассказать мне историю часовни, монастыря и вообще этих мест. Потом мы сели в машину и проехали выше, к монастырю. И правда, не соврал мне Мир, это были действительно живописные, но необитаемые руины.

Потом мы поехали обратно, и я всё время задавала Мирчо вопросы, чтобы он не впадал в состояние благоговейного восхищения. Мирчо взял себя в руки и выполнял обязанности гида с особенным рвением.

- Мирчо, а где ты учился языкам? – спросила я его.
- Греческий – мой родной, английскому меня учили родители, русскому научился во время учёбы в Москве, остальные – как-то сам выучил. Мне хорошо даются языки.

- У тебя очень хорошее произношение. Просто божественное, – искренне похвалила я.

Мир засиял и расцвёл улыбкой, и бросил на меня такой благодарный взгляд, что я внутренне ахнула: так вот, похоже, как Богини поднимают мужчин в заоблачные выси!!!

- Я люблю русский язык, – застенчиво сказал он. – Часто хожу на русские сайты, общаюсь с людьми, для практики и расширения словарного запаса. Так вот, я недавно прочитал очень необычную русскую молитву, только кто её придумал, не знаю.

- Ну-ка, ну-ка, – заинтересовалась я.

- «Я хочу любить тебя, но не держать тебя. Я хочу ценить тебя без условий и рассуждений. Я хочу присоединиться к тебе, но не вторгаться в тебя. Я хочу помогать тебе, но не упрекать в неумении. Если мы оба будем этого хотеть, мы можем встретиться».

Здорово, правда?

- Здорово, – согласилась я.

Это правда было здорово. Это было Послание. Мир, как всегда, был добр ко мне, и через Мирчо ответил на мой главный вопрос: будет ли рядом со мной в свободном полёте лететь тот, которого я ждала. Мужчина, которого я увижу и почувствую, как Бога. И теперь я знала, как притянуть его к себе, в небо, на высоту птичьего полета.

«Ты есть Бог», – тихонько шепнула я. Слова выговорились легко, как будто я была к ним готова давно-давно.

«Надо будет приобрести себе какой-нибудь сарафанчик цвета индиго», – пришло мне в голову.

- Мир! Вези-ка меня туда, где продают одежду для Богинь! – весело распорядилась я.

- Знаю такое место, – с энтузиазмом отозвался мой добрый Мир.

А я покрепче сжала в руке краснобокий плод – яблоко, которое подарила мне древняя богиня Тея во время нашего завтрака. Завтрака Богов…

Эльфика

ivettalen
15.09.2013, 18:01
"Всегда надо давать людям возможность откупиться, если они чувствуют себя виноватыми. Это я давно поняла…":vo:

Маруся
16.09.2013, 18:31
Круговорот добра в природе.

У одной молодой женщины расцвёл кактус. Ничто этого не предвещало, вот так четыре года торчал себе на подоконнике, похожий на хмурого и небритого похмельного дворника – и на тебе. А некоторые ещё считают её злобной бездушной стервой.
А вот и неправда. У злобных и бездушных кактусы не цветут. И в думах о кактусе она оттоптала ноги мрачному мужчине в метро, но не взвилась оскорблённо (а если вы такой барин, то на такси ездить надо!), а улыбнулась:
– Не сердитесь, ради бога, не могу ни за что ухватиться, хотите – наступите мне на ногу, будем квиты.

И мрачный мужчина проглотил то, что уже собирался было озвучить. А потом вышел на своей станции и вместо того, чтоб обозвать тупой коровой запутавшуюся со сдачей киоскёршу, сказал ей:
– Ничего страшного, пересчитайте ещё раз, я с утра тоже не силен в арифметике.

А киоскёрша отдала за просто так два старых журнала и целый ворох старых газет одному старичку, который, видно, очень любил читать, но каждый день покупал только одну газету, подешевле. Вообще-то, нераспроданное полагалось списывать, но есть методы обхода.
А довольный старичок пошёл домой с охапкой прессы. И, встретив соседку с верхнего этажа, не учинил ей ежедневный скандал (ваш ребёнок топочет по квартире как конь, воспитывать надо!), а посмотрел и удивился:
– Как дочка ваша выросла-то. Вот не пойму, на кого похожа больше – на вас или на мужа. Красавица будет, у меня глаз намётанный.

А соседка отвела ребёнка в сад и примчалась на работу. И не обгавкала бестолковую бабку, записавшуюся к невропатологу на вчера и пришедшую сегодня, а сказала:
– Да ладно вам расстраиваться, и я забываю, вы посидите, а я спрошу у врача, вдруг он сможет вас принять.

А бабка не стала угрожать жалобами во все инстанции вплоть до Страстбургского суда по правам человека, требуя у доктора выписать очень действенное недорогое и ещё не придуманное лекарство, чтоб принял – и всё, как двадцать лет назад, а вздохнула:
– Я ж не совсем из ума выжила, понимаю, что старость не лечится, вы меня, доктор, простите, таскаюсь к вам, как на работу.

А доктор ехал вечером домой, вспомнил бабку и пожалел её, и подумал, что жизнь, черт её подери, летит мимо, мимо, и остановился у супермаркета, купил букет какой-то дурацкий и торт с хищного вида кремовыми цветами. И поехал потом совсем в другую сторону…
– Ну что мы всё как дети, в песочнице куличики делим, вот я тебе торт купил, только я на него портфель положил нечаянно, но это ж ничего, на вкусовые качества не влияет. И цветы купил, правда, их тоже портфелем прижало, помялись, может, отойдут?
– Отойдут, – сказала женщина, – мы их реанимируем. Ты только представь, я сегодня проснулась, смотрю – а у меня кактус расцвёл, видишь?

Вдохновись волшебством других и поделись своими добрыми делами.

Юлия Приятности [Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки]

Аня
16.09.2013, 19:49
С утра читала о Тее, и Еве, весь день думала о них. И эта история такая добрая. :vo: Спасибо. Читаешь и хочется делать добро и быть доброй.:tishe:

Маруся
27.09.2013, 18:38
Рассказ одного шахтера
ЕРЁМА.

Случилось это в Кузбассе в 197* году. Еще молодым специалистом определили его в бригаду к пожилому прожженному шахтеру Митричу. Ничего особенного в его бригаде не было, кроме одного. Как-то во время смены, подрубили они крысиное гнездо. Крысу маму и всех крысенышей сразу поубивало, кроме одного. Митрич его выходил - кормил молоком из блюдца, когда тот по молодости прихварывал, растворял ему антибиотики в молоке.

После такой усиленной заботы на хорошем питании крысенок окреп, вырос и превратился в большего упитанного крыса по имени Ерема. Ерема прижился в бригаде, имел собственный паек, любил сало и свежий хлеб, и обедал по часам со всей бригадой.

Работали они на старой, еще довоенной, шахте, выбирая уголь почти у центра Земли. Однажды случилось во время смены ЧП - рванули пары метана, штольня почти на всем протяжении обвалилась, завалив проход метров на 200 вместе с шахтой подъемника. Нескольких горняков раздавило, как мух, остальные успели отскочить в глубь штольни.

Пришли в себя, стали подсчитывать шансы. Воздух просачивается, но из воды и запасов пищи на шесть человек только полфляги воды и три бутерброда, которые Митричу на обед положила жена. Спасателям для того, чтобы добраться до шахтеров понадобится не меньше месяца. В лучшем случае (не забывайте - 70-е годы, из всей спасательной техники - экскаватор и лопаты с отбойниками).

Все приуныли. Вдруг в темноте показались два крысиных глаза - Ерема. Посветили на него фонариком - крыс лежит на спине и машет лапками в сторону завала. Потом перевернулся, пробежал немного, опять на спину и машет. И так раза три. Зовет, что ли, - предположил один из горняков. Делать-то нечего - пошли за ним.

Крыс, поняв, что люди идут за ним, более не переворачивался, залез на завал и исчез в щели. Шахтеры за ним. Сверху завала осталась щель, размером в аккурат, чтобы протиснуться самому габаритному. Протиснулись. Метров через пять смотрят, взрывом покорежило стену штольни и открылся боковой проход. Залезли туда. В полный рост не встать, но на четвереньках можно. Крыс дождался пока последний шахтер не залезет в проход, и побежал дальше. Шестеро шахтеров на четвереньках - за ним. Проползли какое-то расстояние и уперлись в стену.

Эх, Ерема, в тупик завел - резюмировал Митрич. Кто-то из шахтеров посоветовал переименовать его в Сусанина.

Давай назад, - приказал Митрич, еле перевернулся в штольне и пополз назад. Тут Ерема прыгнул и вцепился в штанину Митрича, прокусив брезентовую материю и икру Митрича до крови. Так и висит на нем, задними лапами упирается. Митрич орет от боли. Но Ерема его не выпускает.

А ведь он нам говорит - долбить надо, - догадался один из горняков, подполз к тупику и стал добить его молотком, оказавшимся при нем. Как только молоток стал вгрызаться в породу, Ерема тут же отпустил Митрича и прилег рядом. Двоих самых худосочных отправили назад за инструментом и уже через час, сменяя друг друга, стали долбить породу. Отколотые пласты оттаскивали к завалу.

Как долго долбили, и сколько метров прошли никто не помнит. Когда сели аккумуляторы - долбили в темноте. Вымотались так, что работали как машины - без эмоций, на автомате. Поэтому, когда молоток, прорубив породу, улетел в пустоту, никто не удивился, ни обрадовался.

Когда их, потрепанных, истощенных, но живых подняли на поверхность из соседней, заброшенной шахты, оказалось, что они продолбили шестьдесят метров за две недели, в то время как спасатели не могли до конца расчистить от обломков обвалившуюся шахту, которая еще два раза обваливалась, вынуждая начинать расчистку по новой.

А Ерему Митрич забрал домой и с тех пор до самой своей крысиной смерти. Ерема жил в индивидуальном доме и каждое утро жена Митрича лично меняла ему воду в поилке, сало и хлеб на все самое свежее. Похоронили Ерему в сделанном специально по этому случаю шахтеров из той бригады ящике из ценной породы дерева, а на могиле поставили крошечный гранитный камень с единственной надписью "Ереме от 25 человек" (именно столько людей проживало на тот момент в семьях спасенной шестерки горняков).

Этот камень стоит там до сих пор.

Маруся
30.11.2013, 10:38
Последний день осени..
14269
- Порой так хочется немного вернуть время вспять. - задумчиво сказал ежик, наблюдая как мимо пролетает одинокий осенний лист. - Через пару месяцев не останется даже осени, и мы сможем лишь вспоминать эти золотые моменты.

Ежик вздохнул. Медвежонок посмотрел на него и задумался. Он понимал когда его другу становилось грустно.

Это был необыкновенный осенний день! Было столько синевы, столько огненных листьев, столько солнца, что к вечеру Медвежонок заплакал.

— Ты чего это? — спросил Ёжик.

— Не знаю, — сказал Медвежонок. — Плакать хочется.

— Да ты посмотри…

— Я видел, — сказал Медвежонок. — Потому и плачу.

— Чего ж здесь плакать? Радоваться надо, — сказал Ёжик.

— Я от радости плачу, — сказал Медвежонок.

— Разве от радости плачут?

— Ещё бы! — И Медвежонок разрыдался.

— Успокойся, что ты! — Ёжик погладил Медвежонка лапой. — Завтра снова будет солнце, и снова будут лететь листья, и улетать птицы.

— Улетать, — всхлипнул Медвежонок. И разревелся ещё пуще.

— Но они прилетят, — сказал Ёжик. — Они вернутся. Пройдёт зима, снег растает, и они вернутся.

— Зима. — Медвежонок горько плакал и весь вздрагивал.

— Ну да, зима. Но она пройдёт, и всё будет снова.

— Не хочу! Не хочу, слышишь?

— Чего ты не хочешь?

— Чтобы всё уходило, улетало! — крикнул Медвежонок.

— Это же ненадолго, — сказал Ёжик. — Ты же сам знаешь. А как красиво зимой!

— Зимой я тоже буду плакать.

— Зимой? Да почему?

— Мне будет её жалко. — И Медвежонок уже так расплакался, что Ёжик понял: словами здесь не поможешь…

***
14270
Вот уже несколько дней не было солнца. Лес стоял пустой, тихий. Даже вороны не летали, — вот какой был пустой лес.

— Ну всё, готовься к зиме, — сказал Медвежонок.

— А где птицы? — спросил Ёжик.

— Готовятся. Утепляют гнёзда.

— А Белка где?

— Дупло сухим махом выкладывает.

— А Заяц?

— Сидит в норе, дышит. Хочет надышать на всю зиму.

— Вот глупый, — улыбнулся Ёжик.

— Я ему сказал: перед зимой не надышишься.

— А он?

— Надышу, говорит. Буду дышать и дышать…

Сергей Козлов

galya
30.11.2013, 12:07
Как я люблю эти истории про Ежика и Мишку! У меня есть и аудио- сказки про них.Я наверное их больше для себя скачала , а не для внуков, с инета.Смысла в них философского и житейского уйма! Спасибо, Марина:vo:

Маруся
29.12.2013, 19:32
:santa:Волшебная сказка от Эльфики про "Новогоднее изгнание бесов"

"Как-то под Новый Год Ларисе при покупке продуктов у праздничному столу сдачи не нашли, а дали взамен лотерейный билетик. Лариса сначала вроде попыталась возмутиться – лишних денег у нее не было, да и нелишние тоже к концу подходили, а впереди праздники… Ах, это вечное безденежье!

— Ну нет у меня мелких денег, нет! – сказала кассирша. – Но вы не расстраивайтесь! Видите, лотерея новогодняя, называется «Время Чудес», так что все к лучшему!

— «БЕСпроигрышная», — прочитала Лариса на билетике. – А это что значит?

— То и значит, что все равно что-то выиграете, — объяснила кассирша. – Давайте, женщина, проходите, не задерживайте очередь!

Так у Ларисы и оказался этот лотерейный билетик. Нет, не то чтобы она лотерею не любила. Вовсе нет! Напротив, она часто мечтала о крупном выигрыше и билетики лотерейные покупала время от времени, только вот никогда ничего не выигрывала. Даже странно как-то было – ну почему кому-то везет, а ей нет??? Это было тем более несправедливо, что Лариса жила небогато, и крупный выигрыш ей совсем бы не помешал. Уж она бы нашла, куда его приспособить и на что потратить! Но даже в этом она была какая-то бесталанная…

На билетике был написан и день розыгрыша. Вот тут Лариса заинтересовалась по-настоящему. А вы бы не заинтересовались, если бы вам сказали, что результаты вам сообщат по телефону 31 декабря, ровно в полночь? Вот и Лариса была прямо заинтригована. Тем более что в новогоднюю ночь никаких особых радостей у нее не намечалось, а тут… «Только вот откуда они могут знать мой телефон? – вдруг сообразила она. – Ой, наверное, шутка какая-то…».

И вот наступила Новогодняя Ночь. Лариса праздник встречала дома, одна. У взрослого сына своя семья, да и живет он далеко. К себе приглашать кого-то она не могла – вот уже который год дома была разруха, то есть ремонт, который начался, да так и застыл без движения. Самой идти куда-то – ни подарка, ни платья приличного. Так что вот уже который год – дома, дома…

Вот она и включила телевизор, накрыла стол, чем Бог послал, уселась и стала встречать Новый Год – как могла. В телевизоре пела и шутила Верка Сердючка, на столе расположились кое-какие деликатесы, которые Лариса себе и позволяла два раза в году, на день рождения да на Новый Год. А потом по телевизору показали часы, стрелки которых сошлись на 12, Лариса подняла бокал с шампанским, даже глоток сделать успела, и… Оглушительно затрезвонил телефон. «Сын, наверное!», — решила Лариса и кинулась снимать трубку.

— Здравствуйте, вы участвовали в лотерее «Время Чудес» и выиграли главный приз – Исполнение Желаний.

— Я? Выиграла?? Главный приз??? – пролепетала изумленная Лариса. – Не может быть!

— Может, может, — уверил голос в трубке. – Так когда желаете получить?

— А прямо сейчас можно? – попросила Лариса. – А как? Надо куда-то ехать? Или вам адрес сказать?

— Не надо вам никуда ехать. И адрес не нужен. Сейчас я вас переключу на Главного Исполнителя, с ним и поговорите.

И в трубке заиграла музыка. Лариса ее сразу узнала: все та же вездесущая Сердючка задорно пела: «Хорошо, все будет хорошо, все будет хорошо, я это знаю, знаю…». А потом солидный мужской голос сказал:
— Главный Исполнитель слушает! Изложите ваше желание!

— Что, вот так вот, сразу? – испугалась Лариса. – Ой, подождите, я подумаю! Так, чего же я хочу??? Я много чего хочу! Только не пойму, что вперед, а что потом…

— Не торопитесь и не волнуйтесь, у вас есть время, — успокоил ее голос. – Давайте вы мне будете просто рассказывать о своей жизни, а по ходу и желания определятся.

— Хорошо, — охотно согласилась Лариса. – Живу я как-то не так, как хочется! Безрадостно живу. Мечтаю об одном, а получается другое. Вот мне хочется быть богатой, путешествовать по миру, есть всякие вкусности, половинку свою встретить…

— А что мешает? – участливо спросил Исполнитель.

— Ну как что? – удивилась Лариса. – Известно что – безденежье!

— А зачем вы с ним живете? – удивился голос.

— Что значит «зачем»? А кто меня спрашивает? – пришла очередь удивляться Ларисе. – Оно как-то бесшумно проникло в мою жизнь и обосновалось тут прямо по-хозяйски. Я его вовсе не звала!

— Ну уж ни за что не поверю, что безденежье само вползло, — не согласился Исполнитель. – Оно же не ко всем приходит, а только к тем, у кого ему уютно. Где условия подходящие!

— А какие условия для него подходят? – озадачилась Лариса.

— Безденежье селится там, где есть много БЕСов.

— Нет у меня никаких бесов! – испугалась Лариса. – У меня только попугайчик, Кеша зовут! А чертей у меня отродясь не водилось!

. - А черти тут ни причем, — ответила Исполнитель. – Я других БЕСов в виду имел. Не будет в доме достатка, если в доме поселились БЕСрадостность, БЕСалаберность. БЕСнадега, БЕСобразие, БЕСсмысленность, БЕСверие и прочие БЕСы. Ну-ка вспомните, есть у вас такие жильцы?

— Нету, нету! – закричала в трубку Лариса. – Хотя… Вот знаете, сын ремонт 5 лет назад начал делать, да так и не закончил. И с тех пор все так в какой-то разрухе и стоит – ни богу свечка, ни черту кочерга… Такое безобразие! А я красоту люблю, уют… Меня это так угнетает!

— Ну вот, а говорите, нет БЕСов! Зачем же вы терпите такое БЕСобразие? Неужели вам это нравится?

— Нет, я же говорю, я порядок и уют люблю! Но что я, сама этот ремонт должна делать?

— А кто вам должен? – поинтересовался Исполнитель. – Ведь вы же в этой квартире живете! Конечно, можно повесить ремонт на попугая Кешу, но вряд ли он с ним справится…

— Но и я не справлюсь, — возмутилась Лариса. – С какой стати я должна уродоваться на этом ремонте?

— А чтобы ликвидировать БЕСобразие, — подсказал голос. – Имейте в виду, если не вы – то кто же???

— Но у меня же безденежье! – нашла новый аргумент Лариса. – На ремонт средства необходимы, а у меня их нет.

— БЕСденежье, говорите? А деньги к вам не идут, потому что вы уж столько лет живете в БЕСалаберности, и вроде как уже привыкли, даже ничего менять не пытаетесь, — посочувствовал невидимый собеседник. – Между прочим, деньги такого не любят! Это их БЕСит! Они любят, чтобы их вкладывали разумно. Скажите, вы пытались как-то поправить положение?

— Ну да, пыталась, — уныло ответила Лариса. – Я самоисполняющиеся сказки пишу. Они и правда сами исполняются, только не для меня, а для других… Получается – Бессмысленно их вообще писать. Ой, это что же, еще один БЕС вылез?

— Да, развели вы БЕСов… И не сосчитать! А вы на заказ их писать не пробовали? За деньги! Пусть за небольшие, но все-таки! Раз сказки исполняются – значит, качественный товар!

— Ну что вы, это было бы БЕСсовестно с моей стороны, — засмущалась Лариса.

— А не БЕСсовестно жить в БЕСобразии, БЕСалаберности и БЕСсмысленности?

— Ну так безденежье же! – воскликнула Лариса. – От этого и жизнь безрадостная, и полная обессиленность наступает. Я от этого на работу устроиться не могу. Устаю быстро.

— Да вы от того и устаете, что для себя ничего не делаете, и вообще, непонятно куда идете и к чему стремитесь. Это вы сами свою жизнь БЕСсмысленной делаете, а потом удивляетесь, чего это она такая БЕСрадостная, а вы такая оБЕСсиленная.

— Я? – опять поразилась Лариса. – Да при чем тут я??? Я-то стараюсь, мечтаю! Визуализации провожу, картинки светлого будущего рисую. Я все делаю!

— А руками вы что-нибудь делаете? Картинку нарисовать мало. Ее еще и в жизнь воплотить было бы здорово. В одной умной книге написано: «У Бога нет других рук, кроме твоих». Так вот – чистая правда, так и есть!

— Это что же получается? Я сама мечтай, сама и делай? Так, что ли?

— А вы как-то по-другому это себе представляли?

— Ну да. Я-то думала, оно само как-нибудь материализуется. Я намечтаю себе счастье, позову, а оно – ррраз! – и свалится сверху. Вот и сижу, жду….

— Ага. Вы сидите и ждете, когда счастье свалится, а оно сидит и ждет, когда вы его ощущать начнете. Замкнутый круг какой-то, не находите?

— Да! Полная безвыходность, — подтвердила Лариса.

— Вот вам и еще вредный жилец – БЕСвыходность. С чего это вы взяли, что выхода нет?

— Я так чувствую, — мрачно ответила Лариса. – Мне вообще картинка такая видится: будто я в каком-то замкнутом пространстве стою в старой коричневой дубленке, которую давно уже подарила подруге. Вокруг меня сплошная стена, только небо надо мною. Я пытаюсь найти выход сама, шарю руками по стене, но выхода не нахожу. Тогда я обращаюсь за помощью к небу, но оттуда идут советы совсем не на мой запрос. И я воспринимаю эти советы как смех надо мной, но помощи нет. И я опять сама шарю руками по стене…И так бесконечно.

— Отличная картинка, могу вам ее смысл растолковать, — обрадовался Исполнитель. – Вы уже давно из своей старой шкурки выросли, а расставаться с нею никак не хотите. Вам Мир специально стены неприступные вокруг возводит, чтобы вы росли, а вы не желаете. Ведь если вы возвыситесь – легко перешагнете через стену и вырветесь из своего тесного и душного БЕСрадостного мирка, но вы не хотите. Вам сверху советы дают – но вы их не слушаете. Вы хотите простора, путешествий, яркости, но не хотите расставаться со своими ограничениями. Вот отсюда и БЕСвыходность. А на самом деле – выход перед вами! Вернее, НАД вами!

— Но я не поняла! – жалобно пролепетала Лариса. – Как расти? Куда смотреть? Кого слушать? К чему стремиться? Кто мне подскажет?

— На самом деле вам уже все подсказали, растолковали и 100 раз повторили. Теперь дело за вами! РАСтите! РАСкрывайте свои таланты, РАСпахивайте окна, РАСставайтесь со всяким старьем. И с затянувшимся ремонтом, и со старыми энергиями, и с прочим хламом, и с вашими БЕСами тоже. Впустите в свою жизнь РАС-СВЕТ! Прогоните навсегда БЕСверие! Поверьте же, наконец, в Чудо! Недаром наша лотерея называется «Время Чудес».

— Да, о лотерее! – спохватилась Лариса. – А когда мне будут вручать главный приз?

— А вам его уже вручили, — радушно проинформировал Главный Исполнитель. – Вашим заветным желанием было получить ответ на вопрос: почему у вас жизнь оБЕСдвижена и БЕСрадостна. Ну, так я вам об этом поведал! А уж дальше сами решайте. Или долбиться в неприступные стены, или скинуть старую шкурку – и ввысь, к Свету! Всего вам хорошего, и Времени Чудес!

— Спасибо, — машинально ответила Лариса. – Только вы мне скажите… А у меня получится?

— Получится, обязательно получится! – уверенно пообещал Исполнитель. – Вы же видели на билете надпись – БЕС-проигрышная? Так вот, БЕСЫ всегда проигрывают, если вы твердо решили с ними расстаться!

В трубке щелкнуло, а потом оттуда опять запела Сердючка: «Хорошо, все будет хорошо…».

— Слышите, БЕСЫ??? Вы проиграли!!! – грозно объявила Лариса куда-то в пространство. И, не выдержав, от всей души запела вместе с Сердючкой: «Ой, чувствую я, девки, загуляааааааю!». Изгнание БЕСов, похоже, уже началось, БЕЗнадега в панике отступила, а в душе, несмотря на то, что Новогодняя Ночь только начиналась, уже занимался розовый РАС-СВЕТ."

(Автор - Эльфика):):):)

Маруся
14.01.2014, 21:10
Старый телефон.

Когда я был еще совсем ребенком, в нашей семье появился первый во всей окрестности самый настоящий телефон. Это был отполированный до блеска дубовый корпус, прикрепленный к стене внизу, на лестничной площадке. Я до сих пор помню номер, с которого начинался любой контакт — 105. Конечно, я был слишком мал, чтобы дотянуться до завораживающего мое внимание устройства, но быстро приобрел привычку с увлечением слушать, когда моя мать говорила в него. А однажды мама подняла меня, чтобы я поговорил с моим отцом, который был в то время в командировке. Это была настоящая магия! Очень быстро я сделал необыкновенное открытие, — я догадался, что где—то внутри этого волшебного устройства живет удивительный человечек — которого зовут «Информация Пожалуйста». Не было ничего, что бы она не знала. Моя мать могла попросить у нее чей угодно номер, если наши часы отставали, «Информация Пожалуйста» немедленно сообщала правильное время.

Вскоре случился и мой первый опыт общения с этим джином—в—приемнике. Я остался один дома, когда моя мать ушла к соседке. Увлекшись игрой с привлекающими всегда мое внимание инструментами в подвале, я, заигравшись, нечаянно ударил себя по пальцу молотком. Боль была невообразимо ужасной. Мне хотелось рыдать во весь голос. Но плакать и жаловаться было некому. А мне очень хотелось, чтобы кто—то меня пожалел. Я ходил вокруг дома, то сжимая, то обсасывая свой пульсирующий от боли палец. Легче не становилось и, забежав в дом, вдруг мой взгляд наткнулся на волшебное устройство, в котором жил маленький всезнающий человечек.

Я стремглав помчался в гостиную и, схватив кушетку, вернулся к заветному корпусу. Едва переведя дух, я аккуратно отцепил трубку от крючка и с волнением поднес ее к уху. Взволнованным голосом, я повторил то, что много раз слышал, как произносила моя мать.

— Информация Пожалуйста…
Один—два коротких зуммера и у меня в ухе заговорил мягкий, спокойный женский голос:
— Информация…
И в этот момент, меня будто прорвало:
— Я повредил свой палец, я ударил себя молотком! — буквально заорал я в трубку. И слезы брызнули из моих глаз, теперь им ничто не препятствовало, — у меня был слушатель.
— Разве Вашей мамы нет дома? — спросила меня Информация.
— Нет, я один, — снова заплакал я и повторил, как все произошло и как мне больно. Мне было очень жалко себя.

— Хорошо, — ответила Информация, — у Вас есть кровь?
— Нет, — ответил я.
— Вы сможете открыть морозилку и достать кусочек льда?
— Да, смогу.
— Отколите небольшой кусочек и приложите его к пальцу на некоторое время. Это успокоит боль и предотвратит его распухание.
— Хорошо, — сказал я, заметно успокоившись.
— Будьте осторожны с ледоколом!
— Да, я знаю.
— И не плачьте. Все будет в порядке, Ваш палец быстро заживет.

После этого я звонил Информации Пожалуйста по любому случаю. Информация Пожалуйста помогала мне делать уроки, если у меня возникали трудности. Помню, как она рассказала мне, где была Филадельфия и что Ориноко — романтичная река, на которой обязательно нужно побывать, когда я вырасту. Она помогала мне с арифметикой и рассказала, чем кормить бурундучка, которого я поймал накануне в парке. И я кормил его орехами и фруктами.

А однажды умерла наша канарейка Пити. И это было настоящее потрясение для меня. Я позвонил Информации Пожалуйста и, горько плача, рассказал свою грустную историю. Она терпеливо выслушала меня, и сказала то, что обычно говорят взрослые. Но я был безутешен.

— Почему так происходит? Эти красивые птички так радуют своим пением и красотой всю семью, приносят столько радости и счастья, а потом падают замертво на самый низ клетки маленькой кучкой в перьях, ножками вверх. — не успокаивался я такой несправедливости.

Она дослушала мои стенания и тихо произнесла:
— Поль, ты должен запомнить, существуют и другие миры, где можно петь.
И мне вдруг стало как—то легче на душе после этой фразы.

На следующий день, как ни в чем не бывало, я снова позвонил Информации Пожалуйста.
— Информация, — услышал я уже привычный голос в ухе.
— А как пишется по буквам слово «fix»? — спросил я.

И в этот момент, моя сестра с душераздирающим и пугающим возгласом банши «Yaaaaaaa!» (ред. — мифологический персонаж, дух, предвещающий смерть в шотландской мифологии) прыгнула с лестницы прямо на меня. Я рухнул с табурета… вместе с трубкой в руке, шнур от которой теперь болтался у моих ног. Мы оба замерли от ужаса. Информации Пожалуйста больше не существовало. И самое ужасное было то, что я не был уверен, что не сделал ей больно, когда с силой нечаянно выдернул шнур трубки из волшебного приемника.

Спустя несколько минут, около нашего крыльца появился человек в рабочей одежде.
— Я — телефонный мастер. Я работал здесь неподалеку, когда оператор сообщил мне, что возникли некоторые проблемы со связью по вашему номеру.
Телефонный мастер перевел взгляд на мою руку и взял трубку, которую я все еще сжимал в руке.
— Что случилось? — спросил он.
Я рассказал.
— Что ж, — сказал мастер, — мы должны это исправить.
Он направился к волшебному боксу и открыл его, обнажив настоящий лабиринт из проводов и катушек. В течение нескольких минут он виртуозно перемещался между всех этих проводов, после чего взял оборванный конец шнура от трубки, сделал несколько движений руками, затянул провода и маленькой отверткой окончательно все закрепил. Затем подергал несколько раз, проверяя на крепость, и заговорил в телефон:

— Привет, это Пит. Все в порядке на 105. Сестра малыша сильно напугала его и он дернул за шнур. Шнур оборвался. Но сейчас все в порядке. Поломка устранена.
Он повесил трубку, погладил меня по голове, улыбнулся и вышел.

Все это происходило в маленьком городке на Тихоокеанском Северо—Западе. Когда мне исполнилось девять лет, наша семья переехала в Бостон и я утратил своего верного наставника. Я тяжело переживал это. Информация Пожалуйста осталась в старом дубовом ящике в старом доме. И по какой—то причине я даже не пытался попробовать высокий и тощий новый телефон, горделиво стоящий на маленьком столике в холле.

Тем не менее, по мере того, как я рос, я никогда не забывал своего доброго, рассудительного, спокойного друга по имени «Информация Пожалуйста», который мог дать ответ на любой вопрос. Я очень скучал по ней. Я часто вспоминал наши разговоры и ее советы и то чувство безопасности, которое я обрел с ее появлением в моей жизни.

Став взрослым, я смог оценить, насколько нужно было быть терпеливым, добрым и понимающим человеком, чтобы посвящать столько своего времени маленькому чужому мальчику.

Спустя много лет, на обратном пути в колледж, мой самолет приземлился в Сиэтле, где у меня было полтора часа до следующего рейса, и я позвонил сестре, которая значительно стала мягче после замужества и рождения ребенка. Мы проговорили около 15—20 минут. Она жила теперь там же, в небольшом городке недалеко от Сиэтла. И после нашего разговора, я совершенно внезапно для самого себя, захотел набрать номер оператора нашего родного городка.

Земля уплыла у меня из—под ног, когда на другом конце провода я услышал такой знакомый, даже родной, спокойный и мягкий голос своей «Информации Пожалуйста»:
— Информация.
Совладав с минутным волнением, я спокойно, без всякой подготовки, неожиданно произнес:
— Вы не могли бы мне подсказать, как пишется по буквам слово «fix»?
Долгая пауза показалась мне вечностью.
— Полагаю, Ваш палец уже зажил? — мягко ответила она через время.
Я засмеялся. Было невообразимо приятно.
— Значит, это действительно, все еще Вы?!
Я слышал улыбку на другом конце провода.
— Скажите, — продолжил я, — Вы когда—нибудь догадывались… Вы когда—нибудь могли себе представить, сколько Вы значили для меня все это время?
Она немного помолчала и также, как и всегда, спокойно и тепло ответила:
— А Вы когда—нибудь догадывались, сколько значили для меня Вы?… У меня никогда не было детей… и я всегда с нетерпением ждала Ваших звонков… Глупо, да?
О, нет, мне не казалось это глупым! Но я ничего не сказал. Вместо этого, я рассказал ей, что помнил о ней всегда, как часто думал о ней и вспоминал наши беседы. А потом спросил, могу ли я позвонить ей снова, когда буду здесь не проездом, а приеду навестить свою сестру, когда закончится семестр.
— Конечно, — ответила она, — Просто спросите Салли.
Это звучало так странно, у «Информации Пожалуйста» было имя.
— Если мне снова попадутся бурундучки, я скажу им, что они должны кушать орехи и фрукты, — сказал я.
— Так и сделайте, — ответила Информация Пожалуйста… Салли. И добавила, — И обязательно посетите Ориноко.
— Обязательно, — улыбнулся я.
— До свидания, Поль.
— До свидания, Информация Пожалуйста.

Через три месяца, я снова приземлился в аэропорту Сиэтла. На этот раз я с нетерпением ожидал только одного, сделать заветный звонок. Я добрался до телеграфа и набрал номер нашего оператора.

Чужой голос ответил:
— Информация.
Наспех поздоровавшись, я тут же спросил Салли.
— Вы ее друг?
— Да, — с радостью ответил я. И тут же добавил, — Старый друг.
Образовалась небольшая пауза и голос ответил:
— Салли работала неполный рабочий день последние несколько лет, потому что очень болела… Мне очень жаль… Пять недель назад она умерла…

Я стоял огорошенный, не зная, что сказать. И вдруг услышал в трубке:
— А Вы случайно не Поль Виллард?
— Да! — почему—то с надеждой, ответил я.
— Салли оставила мне записку, чтобы я кое—что Вам передала. Подождите минутку, я Вам это прочту.
— Да, конечно, — сказал я, почти догадываясь, о чем хотела сказать Салли.
— Да, вот, — через несколько секунд снова ответил женский голос, — Вы здесь?
— Да, конечно.
— «Передай ему, что существуют и другие миры, где можно петь. Он поймет.»

Я поблагодарил и повесил трубку. Я знал, что Салли имела ввиду.

Автор: Пол Виллард
Автор перевода: Tatyana Varukha

(Мне очень понравился ....нежное, трогательное...:))

ivettalen
14.01.2014, 21:40
:plach::plach::plach::heart:

Аня
15.01.2014, 18:08
Утром читала, весь день хожу "Информация, пожалуйста".

Маруся
25.02.2014, 15:45
Талисман

- Где шапка? Я тебя спрашиваю, где твоя шапка?

Малышка Талисман стояла, потупив взор. Глаза предательски наполнились слезами. Она понимала, что сейчас ей «всыпят по первое число», как говорил часто папа о таком воспитательном процессе. И какая-то удушливая, колючая обида сдавила ей горло. И в ушах зазвучал громогласный папин рев: «Всыпь ей по первое число! Чтоб в следующий раз думала!»

- Я с тобой разговариваю?! Или с кем? — не успокаивалась мама. Даже скорее, наоборот, казалось, она сейчас еще больше разозлится и… все равно «всыпет». И сплошным потоком в голову вереницей понеслись мысли: почему именно «всыпать»? А могут ли эти оплеухи рассыпаться и не долететь до уха или затылка? Если их можно всыпать, значит можно и рассыпать? И почему «по первое число»? Почему не по какое другое? Малышка представила себе, как мама замахнулась, чтобы «всыпать по первое число» и вдруг все-все оплеухи рассыпались и не долетели до нее, а мамина рука обмякла, как вата с новогодней елки, и погладила ее по щеке… И ей так понравилась эта картинка, что она, представив себе такое волшебство, заулыбалась, потеряв всякую бдительность, и тут же ощутила на руке цепкую мамину кисть, больно сдавившую худую ручку выше локтя:

- Ты что улыбаешься? Что смешного? Я тебя спрашиваю, где ты шапку посеяла? Сколько это будет продолжаться? Два месяца назад кофточку профуфукала, теперь новую шапку. Ты же мне на мозги месяц капала: «Купи «буратину», мама, купи «буратину». Я спрашиваю, где твоя «буратина»? Месяца не прошло! Больше не проси у меня ничего! Поняла?!

И в этот момент кто-то невидимой рукой вдруг повернул крантик, и из глаз хлынули соленые предательские слезы. И такая горькая, завывающая обида проглотила всю малышку Талисман… И эти мамины страшные слова и огромная-преогромная пропасть между ней и мамой, такая огромная, больше вырытого рядом со двором котлована, такого большого, что зимой можно носиться вниз на фанерах и тазиках долго-долго, и так быстро, что сильный ветер дует в лицо и раздувает щеки во время щенячьего визга от восторга и щекотящей все тело радости…

- Иди на улицу и без шапки не возвращайся! Поняла? Иди туда, где ты ее оставила, и чтоб вернулась с шапкой! Что за ребенок? У всех дети, как дети, а у меня черте-что!

Маленькое зареванное «черте-что» вышла во двор и окуналась в волшебный желто-оранжевый мир поздней осени и глубоко, всем телом вздохнула приятно пахнущий, свежий вкусный осенний воздух. На улице ей быстро стало легче. И она вспомнила об этой маленькой сопливой Маруське, которой отдала свою шапку, потому что ей было очень ее жалко. Она была какая-то очень маленькая и щупленькая, вечно с соплями под носом, и очень бедно одетая, всегда не по сезону, особенно когда холодно. Маруську часто обижали, она была из очень бедной семьи, где таких, как она, еще четверо старших было. Талисман всегда ее защищала, даже если знала, что силы не равные, но несправедливость очень ее обижала и лишала всякой боязни в такие моменты. Еще эта Маруська была глупенькая. Она тоже называла ее Талисман и была уверена, что такое странное и непонятное имя дали ей родители. А однажды Маруська спросила:

- А как тебя короче называют? — это было ну очень смешно, «короче» — это в смысле «сокращенно». — Таля? — и все захохотали…

Талисман ее начали называть во дворе с очень раннего возраста, потому что если ее куда-то с собой взять, то обязательно везло. Толька, из соседнего подъезда, даже как-то брал ее на какие-то экзамены, и она сидела на корточках возле какой-то белой обшарпанной двери, где он сказал быть, и ждала, когда он выйдет. А потом всю дорогу без умолку лепетал, как здорово все получилось, и как здорово было бы взять ее с собой, и наконец-то надавать Витьке тумаков за то, что он все время подтрунивает над ним…

- Талисман! — она обернулась на крик и увидела Лешку, соседа с пятого этажа. Ему было уже 12 лет, но последние 4 года он был прикован к этому креслу на колесиках с потертыми ручками. Его отец каждый день выносил Лешку с пятого этажа гулять, сначала кресло, потом Лешку на руках. У него было неестественно большое левое колено, и он не мог ходить самостоятельно.

Талисман подошла к нему и ущипнула его за худое плечо. Он засмеялся и подался, уворачиваясь, в бок:
- Опять щипаться? — заулыбался он. Сегодня он был какой-то очень бледный, бледнее, чем обычно и сильно осунувшийся.
- А где папа? Ты что сам гуляешь? — изумилась Талисман. Лешка никогда не был один все эти годы.
- Не, папа за «Правдой» пошел, забыл дома, пока со мной вошкался, и плед забыл — и он потер рукой по своей большой ноге, как будто согреваясь от зябкой осенней дрожи.

Представить его отца без газеты «Правда» было почти невозможно. И это, пожалуй, единственное, что осталось неизменным с тех пор, как с Лешкой такое приключилось. Никто во дворе толком не знал, что же случилось, одни говорили, что у него рак колена, другие, что сильно зашиб и что-то там не так пошло, другие еще что-то, но что было на самом деле, спросить было не у кого, а у родителей — никто не решался. Отец Лешин за эти несколько лет из большого, разухабистого весельчака вдруг превратился в маленького, сутулого старичка… с неизменной газетой «Правда» в руках.

Лешка был очень замкнутым и неразговорчивым, и почти неподвижным в этом жутком кресле. На ногах у него всегда был плед, или более легкое покрывало, в зависимости от погоды, и его неестественно большого колена почти никто не видел. Талисман второй раз видела его ногу и, наверное, единственная. И она была единственным ребенком в их дворе, с которым он разговаривал и шел на контакт, но только если никого рядом не было.

- Ты знаешь, — произнес он тихо и тут же оглянулся, чтобы убедиться, что рядом никого нет. — Знаешь… — Лешка замялся и умолк.
- Ну что? Ну, говори, раз начал, — внушительным тоном произнесла Талисман, умирая от любопытства. — Говори, а то ущипну! — и они оба засмеялись.
- Знаешь, было бы здорово, если бы можно было тебя взять на операцию… Папа сказал, что какой-то профессор в Москве меня вылечит, — и он посмотрел на нее такими ожидающими, вопрошающими и, в то же время, неуверенными, полными надежды, глазами, что Талисман почувствовала, как мурашки пробежали у нее по спине и затылку и где-то за ушами все утихло.
- Я поеду! — без тени сомнения, быстро и уверенно отчеканила она. Ей даже показалось в этот момент, что это абсолютно реально и возможно и что как-то, каким-то чудом мама ее отпустит.
- Правда? Поедешь?! — радостно воскликнул Леха, но тут же лицо его скривилось в жуткую гримасу, и она поняла, что это от боли и что эта нога, должно быть, жутко у него болит.
- Что, болит? — нежно спросила она, присев рядом с ним на корточки. Ей было очень его жаль, и она не знала, как ему помочь. — Может, за дядь Мишой сбегать? — спросила Талисман и тут же подскочила, чтоб уже бежать за Лешкиным папой.
- Не, не надо, он уже сейчас спустится. К тому же, мне недавно делали уже укол, а его часто нельзя. Ничего, я привык. Скоро мы поедем в Москву и я вернусь уже на своих ногах, здоровый, снова пойду в школу, а потом опять буду гонять мяч с ребятами.

Лешка весь засиял от счастья, но очень скоро боль вернулась и он, как поверженный маленький зверек, обессилено откинув голову назад, прошептал:
- Скорей бы уже…

Вскоре спустился дядя Миша, и увидев Талисман возле Лешки, очень обрадовался. Он посмотрел на Лешку, и сразу изменился в лице:
- Болит, сынок?

- Не сильно уже. Пап, а плед-то где?

- Тьфу ты леший, — выругался дядя Миша, — Сейчас принесу, — и убежал за пледом, с «Правдой» в руках.

- Слушай, а ты что, плакала? — спросил Лешка, а Талисман уже и забыла, что ее ждет взбучка за «буратину», так как понятно, что вернется она без шапки.
- Да от мамы влетело.
- За что? — для Лешки вообще было трудно представить, что б его за что-то ругали или кричали на него.
- За шапку… «Буратина», ну такая, как у Буратино, помнишь? В красную и белую полосочку, такая длинная с бумбончиком. Такая здоровская! Я о ней столько мечтала… — Талисман печально вздохнула.

- Как это, «за шапку»? — не мог взять в толк Леха, — Ты что, потеряла ее, что ли? Или что? Чего ругалась-то мама?

- Нет, — опять вздохнула Талисман, — я ее Маруське, с соседнего двора, отдала, ну, подарила. Ну знаешь, такая худющая, вечно с соплями… Понимаешь, мне ее жалко, она такая бедная, на улице уже холодно, а у нее только зимняя братова шапка-ушанка, да и ту они делят друг с другом. А меня поругают, ну накажут, может еще что, но у меня есть старая, а у нее никакой… — попыталась хоть кому-то объяснить Талисман.
- Да-а, — протянул Лешка. — Слушай! А давай я попрошу у папы такую шапку мне купить, и отдам тебе, а ты скажешь потом, что нашла! Мне папа не откажет, он наоборот, все время спрашивает, что бы я хотел, что мне купить, а я ничего не хочу.. Он даже обрадуется! Идет? Давай? Тогда все будет хорошо! Я скажу папе, что она мне мала или не понравилась, и попрошу тебе подарить. Или просто попрошу подарить! Папа мне не откажет, он очень добрый. Давай? Правда, здорово?!
- Не, не надо, пусть уже так… все равно «всыпят».

Тут спустился дядя Миша, с пледом и «Правдой», и они непроизвольно замолчали.
- Прогуляешься с нами? — спросил дядя Миша, укутывая Лешку.
Талисман покачала головой и помахала Лешке «пока» и едва слышно, почти губами, сказала: «я поеду». Он улыбнулся и приподняв еле руку, сделал движение, похожее на «пока».

Талисман побрела по дорожке вдоль дома, погрузившись в мысли о том, что, вообще-то, Лешка придумал классный план, но ей было неловко соглашаться… Еще ей очень захотелось, чтобы Лешка выздоровел, и она представила, как они вместе вернуться из Москвы, будут беситься и смеяться, она будет его щипать и щекотать, и вскоре он будет вместе со всеми гулять во дворе, и иногда они будут вспоминать, как он был в этой жуткой коляске со скрипучими колесиками, которые дядя Миша все время смазывал…

Прошло четыре дня. Талисман бежала со школы домой, неся в портфеле заветные две «пятерки».
Все-таки в «нулевом» классе ей нравилось больше, чем в первом. Она почти 2 месяца ходит в первый класс, а до сих пор не чувствует, что ей нравится, и при мысли, что так будет все 10 лет ей совсем становилось грустно.

- Талисман, Талисман! — ее догнали девчонки из «В»- класса, с соседнего двора, — Подожди, мы с тобой! И они всей гурьбой и щебетанием пошли домой. Как всегда, на развилке асфальтовой дорожки они разбежались, договорившись через час идти гулять. Подходя к своему дому, она услышала душераздирающий, почти нечеловеческий крик, похожий на вой и стон одновременно. От неожиданности, она замерла на месте, пытаясь понять, что это было. И в этот момент он опять повторился, с еще большей силой, придавив ей все внутри. Это был надрывный, душераздирающий плач женщины. Все стало еще непонятней. И Талисман, что было силы, побежала по дорожке вдоль дома туда, откуда доносился этот неестественный и пугающий звук. И через секунду ее взору предстало никогда не видимое ею ранее, и пока вообще не понятное, явление.

Большое количество людей возле ее подъезда были плотно собраны в кучу вокруг чего-то, что не было видно. Все они стояли и не шевелились, было много цветов, белых хризантем и гвоздик. Приблизившись на ватных ногах, она увидела некоторых учителей из своей школы, соседей из других подъездов и много незнакомых людей. Все они были к ней спиной. И вдруг все пространство пронзил звук удара чего-то обо что-то, за которым грянула какая-то, наводящая холод и ужас музыка, или что-то похожее на нее, — Талисман совсем ничего не могла сообразить. Что это такое? Сделав еще несколько шагов, она почувствовала, как какая-то неведомая сила буквально вкопала ее в землю по самые коленки, так, что ног уже она не чувствовала. Каким образом она оказалась с другой стороны этой толпы людей, она не поняла, но когда стон-вой-плач-крик повторился, она поняла, что это Лешина мама, которую она не сразу узнала. Она непроизвольно начала искать дядю Мишу и Лешу, и в этот момент ее глаза замерли на чем-то неподвижно лежащем в деревянном ящике, в Лешкиной одежде и чем-то отдаленно похожим на Лешку, но совсем какое-то… не живое. Вокруг и внутри этого ящика было много цветов и жуткая музыка мешала Талисман сконцентрировать мысли, чтобы хоть как-то понять, что происходит, и что это все такое, и почему все такие..

- Талисман, — услышала она чей-то шепот за спиной и почувствовала, как кто-то вытягивает ее из этой гущи людей с окаменевшими лицами, в черных одеждах и повязках. Это была Валька из ее подъезда.
- Что случилось? — спросила Талисман, в голове которой по-прежнему ничего не складывалось.
- Лешка умер, — сказала серьезно Валюха и кивнула в сторону деревянного ящика.

И в этот момент Талисман рванула на пятый этаж, уверенная, что сейчас забежит, а он там, в этой ненавистной ему коляске с потертыми ручками и скрипучими роликами, читает книжку. Увидит ее и обрадуется. Она со всего ходу навалилась на дверь и кубарем вместе с ранцем влетела в коридор Лешкиной квартиры. Она поднялась, обтрусила наспех школьную форму и, едва переведя дыхание, кинулась стремглав в Лешкину комнату. Посреди комнаты лежало на боку пустое кресло. В доме была давящая тишина, все были внизу. Она стояла посреди комнаты, ощущая, как на нее наползает тяжелая, гнетущая пустота. И добравшись через все тело к ее горлу, сдавило его с силой, и из глаз полились, не останавливаясь, слезы.

- Леш, ты где? — не понятно почему, спросила она в эту давящую тишину, захлебываясь слезами. — Леш, Леша, — повторяла она, не понимая, как это «умер», но чувствуя, что это что-то, что нельзя уже изменить…

Она ходила по комнате, разглядывая все, что составляло его мир, полки с книгами, стол, предметы на столе, чернильница, открытая книга с резной деревянной закладкой, какие-то фотографии на стенах и вырезки животных и самолетов из разных журналов, рисунки с домом, деревьями и солнцем, футбольный мяч за дверью и маленькие гантельки…

Совсем изможденная, она села на край дивана, уставившись спасительно на фотографию, где Лешка улыбался на нее, такой веселый. Это еще до этой противной коляски, ему здесь было где-то столько лет, как ей сейчас. Она развела руки по покрывалу дивана, облокачиваясь на спину, пытаясь понять, что же теперь делать. Из окна доносились жуткие все эти звуки, от которых хотелось спрятаться, и ужасный плач Лешиной мамы. И вдруг ее рука задела какой-то полураскрытый бумажный сверток. Талисман придвинула его к себе, отогнула бумагу с одной стороны, и заглянув, почувствовала, как по ее телу побежали миллионы холодных колючек. Она отогнула второй край, — в пакете лежала новая «буратина».. Тельце ее обмякло все, и она заплакала, всхлипывая и тихо подвывая.

- Это тебе подарок… Он хотел сделать… — еле слышно сказал дядя Миша. Он стоял в проеме двери, сжимая стакан с водой в руке. Молча повернулся и ушел вниз. А она, обхватив двумя руками шапку, уткнулась в нее лицом и горько заплакала, повторяя одно и то же: «Ну зачем мне теперь эта шапка? Ну зачем она мне теперь? Ну зачем?»

- Талисман, вот ты где, — позвала из коридора ее Валюха. — Пошли… Слыш?.. Талисман?
Талисман покорно встала, подошла к Валюхе, и тихо произнесла:
- Я больше не Талисман. Не называйте меня так больше, пожалуйста. Больше со мной не везет..
- Талисман, ты чего? Почему?
- Я же попросила… Я больше не Талисман.

И она вышла в открытую настежь дверь, в один день узнав, что такое умереть, похороны, пустота, тишина, воспоминания и… что она не Талисман.

Tatyana Varukha

Маруся
27.02.2014, 22:16
(Это реальная история о том, как маленький ребенок (которого взрослея, мы предаем в себе, почти безвозвратно теряя, а вместе с ним — и частичку себя), буквально вернул этим переживанием к жизни человека. Это рассказ о Любви. О Любви безоговорочной, исцеляющей Любви. О Маме — безусловно любящем и жертвенном Огоньке нашей жизни. О нас, позволивших потерять себя в погоне за призрачными иллюзиями жизни, скупящимися на добрые, теплые слова, боящихся быть детьми, быть собой, Любить.. Зачем ждать горя, чтобы понять такие простые, такие важные вещи, ценность которых есть в каждом нашем дне?.
Tatyana Varukha)
Моя девочка.

Сегодня, почувствовав себя неважно, я вернулась домой пораньше. Ничего не хотелось, я попила чай и измождёно забралась с ногами в самый уголок дивана. Сердце гулко отбивало неровный ритм, проваливаясь и сбивая ровное до недавнего времени дыхание. Я уже начала привыкать к этим перебоям, как будто напоминающим мне о чём-то важном, но безвозвратно утерянном в моём бурном, противофазном потоке жизни. Но где? Когда? Что ускользнуло от меня?

Я запрокинула голову и закрыла глаза, стараясь уловить и выровнять своё неровное, сбившееся дыхание. Главное, ни о чём не думать, как в медитации. Медитация… какое благостное состояние. Когда-то я очень много медитировала, это был такой счастливый, наполненный и насыщенный период моей жизни, когда всё складывалось как-то само собой, каким бы сложным не казался пазл… Мысли, опять мысли… Сердце… Никогда не думала, что с ним может быть что-то не так, с чем угодно, но не с ним, не у меня. Да, так все, наверно, думают… Надо просто дышать, спокойно дышать, сейчас всё успокоится и я смогу вернуться на работу. Я смотрела внутрь себя, глубоко туда, куда мы боимся обычно заглядывать, но где единственно хранятся ответы на все наши нескончаемые вопросы.

И вдруг перед моими глазами, совершенно отчётливо всплыла картинка, похожая на ожившую чёрно-белую фотографию, но которой я никогда не видела раньше. Это была аллея какого-то парка, советских времен, как мне показалось, с лавочками и взрослыми деревьями вдоль аллеи. Аллея была вымощена цементными плитами среднего размерами — частое явление тех времён — между которыми упорно пробивалась трава. И всё это в тёмно-серо-белых тонах старого фото. По аллее шла женщина с маленькой девочкой, любопытно, с неподдельным детским интересом, всё разглядывающей по сторонам. Женщина, одетая в светлую блузу и темную юбку, в туфлях на каблуках, очень ухоженная, с красиво уложенными волосами и сумочкой наперевес, вела неспешно любознательную симпатяшку, с широко распахнутыми глазами, за руку, думая о чём-то своём. И вдруг, ещё ничего не понимая, я бросаюсь к ним навстречу, в необыкновенном порыве любви и нежной радости встречи, выкрикивая: «девочка моя!», подбегаю и подхватываю малышку на руки и начинаю кружить, не переставая произносить одним потоком нежные, ласковые слова в её адрес. А она, в восторге, вцепившись крепко в мою шею, взвизгивая от непередаваемой искренней радости, заливно и по-детски смешно, весело смеялась. Краем глаза я видела рядом улыбающуюся, мне даже показалось, со слезинкой в глазах, женщину. Я обняла девочку, крепко прижав её к себе, подошла к женщине, обняла её, поцеловала и сказала:
- Здравствуй, мама! — Да, в её глазах были слёзы умиления. Она тихо произнесла:
- Здравствуй, доченька, — глядя на меня с таким умилением, такой любовью и какой-то гордостью даже за меня.
- Как ты, доченька? — так же тихо произнесла она, обнимая меня глазами… всей душой.
- Всё хорошо, мама, не волнуйся, — и улыбнулась ей в ответ, легко, беспрепятственно, передавая ей свою любовь, безусловную дочернюю любовь.

Я посмотрела на девочку, нежно обнимающую мою шею, и смотревшую на меня этими удивительными глазёнками, поцеловав её в мягкую, молочную щёчку, улыбаясь всем сердцем, спросила:

- Ты знаешь, что ты самая прекрасная девочка на свете?

Она какое-то время смотрела мне прямо в глаза, перебирая пальчиками мой воротник, а потом робко закачала головой «нет» и продолжала улыбаться. Как улыбаются самым родным, самым любимым большим людям. Я произнесла:

- Это так! И я тебя очень люблю!

Я сняла её с рук, и почувствовала в своей руке её тёплую ладошку, соскользнувшую и оставшуюся упорно держать за два моих пальца левой руки, — указательный и средний. Я подошла к женщине и произнесла:

- Мне пора.

И в этот момент я поняла, что это моя мама, мой самый любимый, самый преданный, самый любящий человечек, — моя мама, такая молодая, такая спокойная, улыбающаяся, моя мама…

- Береги себя, доченька!

- Да, мама, конечно, не волнуйся, — и улыбнувшись им двоим, помахав рукой, я побежала по аллее обратно, почему-то чувствуя, что мне, действительно, пора…

Сердце гулко стукнуло, и показалось, что всё моё тело вздрогнуло. В груди жгло огнём, я подняла руку к лицу и поняла, что по моим щекам текут слёзы… Я плакала. Мне её так не хватает, этой удивительной, тёплой, нежной девочки с широко распахнутыми, добрыми глазами и заливным детским смехом, немного робкой, но мгновенно доверяющей в безопасности. Я продолжала просматривать эту невероятно ожившую «фотографию», которую никогда не видела раньше, и не заметила, как сердце начало спокойно, ровно, но так же гулко биться во всей груди, как будто стало большим и моё маленькое тело его не вмещало.

Я приложила руку к груди, будто успокаивая этот шум внутри грудной клетки, и обнаружила, что у меня совершенно холодные руки и… два пальца левой руки — указательный и средний — абсолютно тёплые…

Tatyana Varukha

Аня
12.04.2014, 16:55
Беда

Беда пришла в мою жизнь без приглашения. Постучалась в двери – а я и открыла.
- Привет, подруга, где тут у тебя кухня? – деловито спросила Беда. – Ну чего стоишь, гости в доме, мечи на стол все, что есть!
Я в полной растерянности поплелась ставить чайник, а Беда тем временем по-хозяйски расположилась на диванчике.
- И варенье не забудь, — распорядилась она. – Подсластить, хе-хе, горькую пилюлю… А то я те щас такую новость скажу – рухнешь!
Я была в полном шоке: от Беды нехорошо пахло, и вид ее мне очень не нравился. Но что поделаешь – гость в доме, значит, надо принимать.
- Эээ… А вы ко мне по какому поводу? – промямлила я.
- А без повода, так, погостить! – бодро пояснила Беда. – Вижу – дверь, отчего не постучаться? Ну, ты и открыла, прямо по пословице: «Пришла беда – открывай ворота». Молодец, что впустила, хвалю!
- А что за новость-то?
- А то, что явилась я к тебе всерьез и надолго, и теперь мы будем вместе проживать – ты и Беда. Привыкай!
На работу я пришла в крайне расстроенных чувствах. На все вопросы отмалчивалась или отмахивалась. В самом деле, ну что я скажу? «Беда у меня»? Так кого это волнует? У людей своих проблем полно… Нет уж, лучше я со своей бедой один на один останусь, авось как-нибудь справлюсь…
А дома Беда уже хозяйкой себя почувствовала. Расположилась на моей кровати так, что мне только узкий краешек остался, в шкафу все вешалки своими унылыми нарядами заняла и вообще меня сильно потеснила.
- Простите, а вы не могли бы на диванчике лечь? – робко предложила я. – Там удобно, и телевизор рядом…
- Телевизор я сюда перенесла, в спальню, — проинформировала Беда. – Я тут буду, с тобой. Я же к тебе пришла, так что мы теперь – закадычные подруги и будем вместе по жизни идти!
Беда общительная оказалась – все время мне пересказывала новости из телевизора, которые днем показывали, а по вечерам мы вместе их смотрели. Программы она выбирала исключительно негативные, из фильмов предпочитала ужастики и боевики, а из каналов – НТВ. И мало того что мы все это смотрели, так потом она еще смачно комментировала, нагнетая обстановку до самого «не хочу».
У меня от такой «закадычной дружбы» энергетика упала до нуля – высасывала меня Беда, как паук неосторожную муху. Да я и похожа-то стала на осеннюю муху – вялая, сонная, понурая, еле лапками шевелю.
А тут как-то прихожу домой – а там гулянка идет, целая толпа гостей собралась, и один другого страшнее.
- Заходи, знакомься! Это все мои сродственники – Лень, Горе, Апатия, Уныние, Страхи, Депресняк, Ступор, Безнадега. Они теперь тоже тут жить будут, – орет Беда.
- А они-то зачем? – огрызнулась я.
- А Беда не приходит одна, ты что, не слышала? – скалит зубы Беда. — Присоединяйся! Тут, правда, сидячих мест не осталось, ну ничего, ты, как хозяйка, в уголке постоишь. Главное – в компании верных друзей!
Выскочила я из дома, ссыпалась по лестнице, плюхнулась на скамейку и сижу, отдышаться пытаюсь. Да что ж это такое??? В моем доме мне уже и места нет? Развелось там всяких гостей непрошеных видимо-невидимо, шныряют, как тараканы, и везде воняют и гадят. А мне от них прямо жить не хочется! И что же мне теперь, в петлю, что ли?
- Вижу, детка, беда у тебя, — говорит кто-то.
Смотрю – а это бабка из соседнего подъезда со своей скамеечки сползла и ко мне подсела, смотрит участливо так, ласково…
- Да нет, нормально все, — говорю я. – Устала просто.
- А чего ж не устанешь, когда ты свою беду на сердце носишь и ни с кем не делишься? Расскажи мне, деточка, облегчи душу!
Ну, тут я уже не выдержала. Разрыдалась и все ей выложила – и про то, как беде дверь отворила, и как она у меня поселилась, и как целую свору родственников за собой приволокла.
- И домой мне теперь идти, бабушка, совершенно не хочется, — в заключение призналась я. – И жить – тоже. И черно кругом, и пасмурно, и на сердце – лед.
- Нет, не так все! Это твои квартиранты жизнь тебе отравили, яду своего напустили. В такой тяжелой атмосфере красивой девушке жить негоже. Надо, милая, действовать!
- А как? Что делать-то?
- Ошибки свои рассмотреть поскорее и начать исправляться.
- Да я-то причем??? Беда сама пришла, я ее не звала.
- Ничего подобного. Беда в дверь стучится, а уж открывать ей или нет – это человек сам решает.
- А если ты с ней на улице нос к носу столкнулся?
- И такое бывает. Но опять же, твое решение – пригласить ее к себе на постоянное жительство или так, мимоходом, встретились – разошлись.
- Но у меня-то она уже давно хозяйкой себя чувствует, и еще этих уродов в на ПМЖ приволокла… У меня от них мысли, как тараканы, разбегаются!
- А кто у тебя в квартире хозяйка – ты или тараканы??? По прописке – ты хозяйка, никакой Беды там не записано. Вот и принеси ей справку из ЖЭКа, что, мол, незаконно жилплощадь занимаете, гражданочка!
- А если она не послушает?
- А ты ее веником! Мокрой тряпкой! Солью! Хлораминчиком! Все углы темные, все полки и закоулки! И проветрить не забудь, чтобы даже запах ее выветрился!
- А поможет?
- Ты меня, старую, послушай… В моей жизни столько бед было, что и не счесть. Если бы я каждой ворота отворяла, меня бы давно на свете и не было. А я вот ничего, живу, хлеб жую, правнуков уму-разуму наставляю, и с тобой опытом жизненным делюсь. Ко мне Беда стучалась и с раскулачиванием, и с коллективизацией, и с похоронками, и со смертью близких, и много еще с чем. Я, бывало, ее выслушаю, а ворота не открою. Поплачу, слезы утру – и дальше жизни радуюсь. Радость-то всегда найти можно, если хочется. Это Беда настырная и настойчивая, она сама приходит. А Радость – скромная, ее звать надо, в дом приглашать и за стол сажать, как дорогую гостью.
И так меня бабка с ее советами воодушевила, что я опрометью домой кинулась, все окна настежь распахнула и завопила что есть мочи:
- Эй, Беда! А ну вон из моего личного пространства! Ты здесь не прописана, слышишь? И родственничков своих забирай, нечего мне тут общежитие нелегалов устраивать!
- Ты чего??? Так же хорошо все было? — изумилась Беда.
- Это тебе хорошо, а мне – плохо! Не хочу я с тобой жить, и вампирить себя не позволю! Прощай, Беда, и больше не приходи и под дверью не стой – все равно не открою!
Помогли бабкины советы – убралась Беда из моей жизни, а скоро и след от нее выветрился. А я теперь умнее стала – когда Беда в двери стучится, я не открываю, а говорю: «Проходи мимо, наши все дома!».
А «наши» – это Радость и я. Мы теперь и правда неразлучные подруги!

Автор: Эльфика

Аня
15.04.2014, 05:43
СКАЗКА ПРО ОПЫТНУЮ АГАШУ

Жила-была на свете Агаша. Родитель у Агаши был суровый, строгий, и часто ей внушал «Только дураки учатся на своих ошибках, умные учатся на ошибках других». Агаша девочкой послушной была, Родителю своему свято верила, вот и решила, что никогда в жизни не будет своих ошибок совершать: зачем, если чужого опыта вокруг полным-полно?
Она только и делала, что пряталась в уголке за печью и собирательством занималась. Только другие грибы и ягоды собирают, а она – чужой опыт. Все случаи жизненные она через Сито Разума просеивала и самые запоминающиеся в Корзинку Памяти складывала. Только почему-то добрые происшествия через это сито как-то легко проскальзывали, а которые пугали – застревали и задерживались, вот они-то в Корзинку Памяти и попадали.
Вот вскоре в голове у нее целое собрание печальных опытов собралось.
«Не подходи к печке, обожжешься»
«Не трогай утюг, уронишь»
«Не носись сломя голову, упадешь»
«Не клади в карман, потеряешь»
И Агаша не подходила, не трогала, не носилась, не клала и вообще из-за печи редко вылезала, Родитель такой беспроблемной дочерью премного доволен был.
Стала подрастать – там другой опыт пошел. Девчонки на вечерки ходят, хороводы затеивают, сарафаны себе новые шьют, а Агаша все их опыт собирает и обобщает:
«Не будь доверчивой – обманут»
«Не гуляй допоздна – ославят»
«Не перечь старшим – осудят»
«Не лезь со своим мнением – обидятся»
Агаша не гуляла, не перечила, не лезла и доверчивой уж никак не была. Сидела-пыхтела, наблюдения вела, коллекцию свою пополняла.
Тут время пришло, когда ее сверстницы влюбляться стали и замуж выходить одна за другой. Кто-то – удачно, кто-то – не очень, и вот это «не очень» Агаше душу тревожило: а вдруг и ей не повезет? Тем более что на эту тему столько негативного опыта женским полом накоплено!
«Не торопись – ошибешься»
«Не суйся – обожжешься»
«Не рискуй – оступишься»
Агаша не торопилась, не совалась и не рисковала – зачем же ей жизнь свою молодую губить, голову в петлю совать? Надо присмотреться, хорошенько все взвесить. А то можно такой опыт получить, что мало не покажется!
А у девчонок выросших уже свои детки пошли. Ну, тут у Агаши в Корзинку Памяти страхи просто градом посыпались. Дети, они же такие – везде лезут, суются, встряпываются и много волнений своим родителям доставляют. Да и поговорки про деток в народе ходят такие красноречивые:
«И от доброго отца родится бешена овца»
«Из одной печи, да неодинаковы калачи»
«Не выросло то яблочко, чтобы черви его не точили»
И сделала Агаша из своих наблюдений да из чужого опыта печальный вывод:
«Маленькие детки – маленькие бедки,
Большие детки – большие бедки».
Так Агаша и состарилась, ни разу не оступившись, ни в чем не ошибившись, а Корзинка Памяти у нее под самый верх чужим опытом наполнена – уже больше и складывать некуда.
И вот пришел тот час, когда Душа ее отлетать собралась. Вышла она из тела, поднялась над Землей, обозрела ее с горних высей, и вдруг увидела, как мир-то хорош, и сколько в нем всяких разностей одновременно происходит. И угол свой за печкой увидела, в котором, считай, всю жизнь просидела. И так ей обидно стало: ведь Мира-то она, почитай, и не видела! Смотрит – люди на Земле все как-то меж собою связаны, все друг другу помогают или мешают, пробуют, порою даже и ошибаются, а потом опытом обмениваются. А ведь она, когда пыталась мудростью из своей корзинки поделиться, всегда непонятой оставалась. Не брали люди ее мудрость, отказывались. И ее недолюбливали, побаивались даже, старались десятой стороной обойти… Почему так?
Вот Агаша перед Господом предстала.
- Ну, с каким багажом прибыла, душа моя? Что в этой жизни узнала, что поняла? – спрашивает Господь.
- Много что узнала, да мало что поняла, — Агаша говорит. – Вот, прими, Господи, от меня корзиночку с мудростью народной – всю жизнь собирала!
Глянул Господь в корзинку – и только головой покачал.
- Что ж у тебя в корзинке одни страхи собраны? Разве жизнь только из них состоит?
- Да и я не знаю, из чего она там состоит. Я, оказывается, толком и не жила-то. Только теперь, сверху, увидела, какой Мир большой…
- А чего ж при жизни не видела?
- Так мне когда было? Я за печкой сидела, опыт собирала!
- Опыта набираться надо, а не собирать его. Что-то, уж прости, не вижу, чтобы ты шибко опытной стала.
- «Только дураки учатся на своих ошибках, умные учатся на чужих» — так мой Родитель говаривал… — отбарабанила Агаша с детства заученную мудрость.
- А ты и поверила… Да если ошибок не совершать, как душе совершенствоваться? Получилось неладно – исправь, сделай лучше! А если каждый сиднем сидеть будет да чужой опыт изучать, так и вся жизнь в мире остановится.
- Так страшно было! – созналась Агаша. – Кругом столько негативного опыта! Туда пойдешь – одни ошибки, сюда – другие. Вот я и старалась поменьше высовываться, от страха-то…
- А чего боялась, если даже не попробовала? Откуда у тебя в корзинке столько страхов-то взялось?
- Так это не мой опыт, чужой! Я его всю жизнь собирала!
- Кому нужен чужой опыт? – Господь говорит. – Люди на Земле рождаются, чтобы свой опыт получить и общую копилку им пополнить. Каждый опыт – уникален, потому что через Призму Души пропущен. А когда только через Сито Разума – это не опыт, это знания. Только такие знания, опытом не подкрепленные, мертвым грузом на душе лежат и жить мешают.
- А я-то думала, что очень опытная! – опечалилась Агаша. – Всю жизнь ведь на свою коллекцию чужой мудрости положила! И что теперь мне со всем этим делать?
- Использовать для самосовершенствования, — советует Господь. – Из всего можно мудрость вынести, и из твоей жизни тоже. Вот посмотри на корзинку и скажи, чего сейчас хочется?
- Вернуться и жизнь заново прожить, — сказала Агаша. – Везде залезть, все попробовать, все руками пощупать, ногами исходить. Ничего не бояться, никого не слушать, свой собственный опыт получить. Стать по-настоящему опытной!
- Ну вот, а говоришь, жизнь зря прожила, — улыбнулся Господь. – Иногда, чтобы такие простые вещи понять, как раз целая жизнь и нужна! Опыт твой выстраданный, осмысленный, прочувствованный, а стало быть, навсегда в душе и останется. Иди с богом, воплощайся!
… И на земле родился ребенок, которому предстояло стать великим путешественником и исследователем, романтиком дальних странствий, который потом напишет много книг, чтобы поделиться с миром своим позитивным опытом.
Автор: Эльфика

Рада
15.04.2014, 09:30
Спасибо, Аня за эту чудесную сказку! Она про меня. Аж до слез довела. Правильно ты говоришь: "Надо жить!!"

Аня
02.05.2014, 20:13
"Я не могу этого изменить. Единственное, что я могу, — это изменить себя, то есть стать неправильным, присоединиться к тому, что здесь происходит. Именно это я и сделал.
Потом я, естественно, работал с собой, возвращая себя обратно в правильное состояние. Но поскольку я был уже един со всем прочим здесь, то и оно вместе со мной, постепенно, с некоторой инерцией, но вернулось на правильный путь. А правильным для этой земли сейчас является ее орошение. Вот поэтому и пошел дождь. А вовсе не потому, что я его «вызвал»…
Спасибо, читала несколько дней назад, а эти слова звучат во мне.

Аня
06.05.2014, 14:55
Волшебное утро

Волшебное утро – вот о чем я мечтаю… Когда я вдруг проснусь и пойму, что я – это вовсе не я, а самая настоящая фея!
Если бы я была феей, я бы просыпалась не по будильнику, а с первыми лучами солнышка. Я бы вскакивала свежая и бодрая, потому что хорошо спала и видела волшебные сны, а не ту жуть, которая снится после просмотра сериалов по ТНТ и новостей по НТВ…
Да, и после пробуждения я бы хваталась первым делом не за кофе и сигарету, а балетной походкой подбегала бы к окну с приветом: «Здравствуй, мир! Здравствуйте, люди! Я – Фея, и я вас люблю!».
А потом я не наспех бы душ принимала, а купалась бы в капельках росы и с удовольствием втирала в атласную кожу ароматные масла.
И завтрак мой состоял бы не из вчерашней гречки и бутерброда с колбасой, а из нектара и пыльцы. Ну, может быть, еще варенье из розовых лепестков. Или хоть капустный салатик? В общем, что-нибудь легкое, фейское такое!
На работу бы я не в маршрутке тряслась, а летела легкой стремительной походкой, раздаривая налево и направо мимолетные улыбки. Я бы всем желала добра и любви, и вокруг меня пахло бы розами… или морозной свежестью? – в общем, приятно!
А работа – о господи, да разве она могла бы меня раздражать? Нет, если бы я была феей, я бы умела видеть во всем хорошее и находить во всем полезное, а на всякие трения, накладки и неприятности я бы просто внимания не обращала. И тогда работа стала бы для меня веселой игрой, праздником, удовольствием! Я бы парила и творила, и все бы мне было в радость, а другим на удивление!
Если бы я была феей, то в обеденный перерыв я бы в «Макдональдс» не ходила и вредную пищу не поглощала, а если бы и ходила, то только для того, чтобы попрактиковаться в сотворении чудес. Вон той толстухе с одышкой я бы наволшебила фигурку 90-60-90, а вон тому мрачному дяденьке – романтическое приключение, а тощему студенту, что мелочь пересчитывает – перевод на бюджетное и повышенную стипендию. Ах, разве жалко было бы мне, фее и волшебнице, повышенной стипендии?
Да, а еще одежда! Если бы я была феей, я бы выбросила все свои джинсы и водолазки, все пуховики и курточки, я бы носила воздушные платья и элегантные пальто, я бы завела себе веер и стильный зонтик, и сменила бы шапочки на шляпки!
А все свои сумки-сумищи гигантских размеров я бы раздарила нуждающимся, а себе приобрела маленькую сумочку, в которой только кошелек и ключи, зеркальце и помада, хотя зачем фее помада, у меня и так губы цвели бы нежным розовым перламутром!
В очередях и в общественном транспорте я бы не злилась на толкотню и шум, а придумывала бы всякие волшебные заклинания для улучшения мироздания и тут же проверяла бы их на практике.
А вечером, когда я возвращалась бы домой, я бы слушала совсем другую музыку! Не «Суженый мой, ряженый» и не «Останусь», не «Кабриолет» и не «Одиночество — сволочь», а что-нибудь такое, такое… Ну, словом, вдохновляющее, бодрое и оптимистичное! От чего хочется жить, а не утопиться в ванной. Я бы делала домашние дела и танцевала, а душа моя подпевала бы в унисон, или даже в терцию.
Если бы я была феей, мне бы на все хватало времени, потому что я бы умела им управлять. Запрягла время – и поехали! Захотела – пришпорила, захотела – приостановила…
И еще бы я решительно реорганизовала свое пространство. Да, я бы поменяла все! Я бы убрала строгие обои в полосочку и покрасила стены в разные цвета. Четыре стены – четыре цвета. А по потолку – радугу, едва заметную, как будто в дымке, но очень, очень красивую! И я бы убрала всю лишнюю мебель, чтобы у меня было много воздуха и света. А вместе с мебелью повыбросила бы все сувениры, которые годами копились, всю старую одежду (зачем она фее?), все то, что будет мешать мне в полете. Нет, не выбрасывать – дарить!!! Пусть эти вещи принесут еще кому-то радость.
А по вечерам я бы не сидела перед телевизором, а придумывала бы свою новую реальность. И, может быть, в ней бы вовсе не было ни работы, ни маршруток, ни «Макдональдса», а была бы она совершенно волшебной. Утром вскочила – и сразу в полет! В иные города, страны, а может быть, миры и галактики – почему нет? Вот сейчас же сижу и придумываю, и очень даже неплохо получается…
А собственно – в чем дело? Что мешает мне сделать это прямо сейчас? Ну и что, что сейчас вечер – я назначаю его самым волшебным утром в мире!
… И я решительно выключила телевизор, распахнула окно и сказала то, что так давно хотелось: «Здравствуй, мир! Здравствуйте, люди! Давайте знакомиться, я – Фея, и я вас люблю!».

Автор: Эльфика

Маруся
13.05.2014, 23:31
СЧАСТЬЕ НЕ ДОЛЖНО СРЫВАТЬСЯ ИЗ-ЗА МЕЛОЧЕЙ!:roze:
14:42
В трамвай забегает парочка. Мужик с пакетом, дамочка у него этот пакет берет:
- Ну вот, йогурт купить забыл! А масло, надо же было брать с зеленой полоской, а не синей, обезжиренное... О! Я ж сто раз тебе говорила, что не ем шоколад со всякими там орехами и изюмами! А ты опять купил! Я схожу с ума!!
Мужик выхватывает шоколадку и в сердцах швыряет ее в окно.

14:41
В трамвай заходит парень. И видит сидящую у окна девушку неописуемой красоты. Лучше, чем в его самых смелых, но пристойных, фантазиях. Его прошибает будто током. Вот она, его судьба и любовь, с первого взгляда и до последнего вздоха. Но надо действовать. А его от чувств и эмоций переклинило. Мозг отказал, мышцы тоже. Но вспыхнувшее чувство уже сильнее его самого. И он, походкой глубоководной каракатицы резко поднятой на поверхность, подходит к своей избраннице. Он хотел опуститься на колено, как рыцарь, но у каракатиц нет колен, поэтому, стоя в естественной для каракатиц позе, но странной для человека, он начал:
- Девушка, вы очень красивы. Можно с вами познакомиться? Меня Сергей зовут.
Девушка обернулась. Парень симпатичный и ей сразу понравился. То, что она тоже произвела на него впечатление, она сразу догадалась, по его странной напряженной позе каракатицы.
Но женщина есть женщина. Она должна убедиться в серьезности намерений претендента. Маленькая, пустячная, почти формальная материальная жертва должна быть. Хотя на языке уже вертелось, и желало как можно быстрее с него слететь, слово: «Да!!!»
Видя, что перед ней нищий студент, она опускает планку до минимума и кокетливо произносит:
- А я без шоколадки не знакомлюсь.

У парня в голове очередной взрыв, почти настоящий.
Он действительно нищий студент и в кармане кроме проездного – ни шиша. Первая идиотская мысль, попытаться подарить ей вместо шоколадки свои почти новые кроссовки 44 размера.
Но даже мозгов каракатицы хватило, чтоб от нее отказаться. Паника. Мысли скачут.
И главная: неужели из-за какой-то шоколадки он лишится любви всей своей жизни и будет обречен на вечные страданья и муки. Он не знает что предпринять.
Он в смятении. Он мысленно кричит:
- Помогите!!! Пожалуйста, помогите!!!

Мимо проносится встречный трамвай и в окно влетает плитка шоколада с орехами и изюмом. Ударившись парню в грудь, она падает девушке на колени.
Оба расплываются в улыбке. Начало их счастью положено. Они даже не задумались, откуда взялась шоколадка. А она обязательно откуда-нибудь бы взялась.:lovers:

Маруся
18.05.2014, 10:31
Засыпать нужно в сказочном настроении.

- … Это читать что ли сказки перед сном?
- Неее, это, когда ты лежишь и, например, представляешь, что лепишь маленьких керамических чудиков. У того, синего, что мечтательно смотрит в окно, например, болит рука, он вчера ее ушиб, когда нес очень тяжелый чемодан полный подарков. Но рука скоро пройдет, потому что оранжевый с зеленой головой чудик, умеет делать целебные повязки. И так далее. И так вот мысленно делаешь керамических чудиков и засыпаешь...

Нет ничего лучше, чем случайно услышанные на улице слова или фразы.

Но Асе, которая, услышала этот разговор в метро, на эскалаторе, именно это не дало уснуть в вагоне, как обычно по пути на работу. Потому что теперь она так хорошо представляла, как кто-то во сне делать керамических чудиков, что, никак не могла выкинуть эту картину из головы. Ей даже самой захотелось попробовать и весь рабочий день, она представляла себе, каких чудиков она наделает прежде, чем уснет.
Мысленно, конечно, потому что к стыду и некоторой задумчивости о смысле жизни и возможном пересмотре жизненных ценностей, Ася обнаружила, что дома у нее нет ни капли пластилина. У нее даже карандашей цветных не было, кроме, пожалуй, одного, зеленого, который она случайно украла из с работы со стойки охраны, он лежал на стойке, а она расписалась им в журнале и машинально сунула в сумку, примерно месяц назад. Так вроде и выкладывала.

Ася полезла в сумку и точно. Зеленый пришелец был на месте.
Девушка внимательно посмотрела на карандаш, надеясь, что он, возможно, подскажет ей идею.
Но множество чудиков, которые весь день появлялись у нее в голове, куда-то исчезли, а карандаш и бумага рождали только смутные ассоциации с работой.
Ася побродила по квартире с карандашом и все же, решила, что надо создать обстановку. А потом уже и чудики нагрянут.
Так бывает, когда какая-нибудь идея плотно занимает не только всю твою голову, но и, кажется, что весь окружающий мир застыл и ждет, когда ты сделаешь то, о чем уже так долго думаешь. Ася включила телевизор – там показывали передачу о детском творчестве, правда, время для нее выбрали несколько странноватое, все-таки на дворе была уже почти ночь, и к тяжелой зависти Аси, у детей получались великолепные чудики.

Девушка сосредоточилась пытаясь вспомнить хоть одного чудика, которых она с упоением представляла в течении дня и тут же память услужливо подкинула ей образ дяди Гены. Вот уж точно был самый что ни на есть «зеленый чудик». Во-первых, дядя Гена пил. Пил практически все, что горит, но при этом был настолько устойчив к алкоголю, что тот самый, который зеленый и который змий, давно махнул на него хвостом и уполз к кому-то другому. Поэтому дядя Гена пару лет был вдохновенно печален, а потом нашел себе дело. Из очень любящего алкоголь дяди Гены он превратился в очень любящего алкоголь дядю Гену-садовника. Когда тому хотелось выпить он брал садовые инструменты и шел во двор, как он сам говорил, тут он хотя бы выдел результат. А результат был потрясающий – их двор даже приезжали снимать откуда-то с телевидения настолько все было ярко, зелено и цветуще. Кажется, что у дяди Гены цвели даже фломастеры, которые он втыкал в землю по весне, чтобы отметить, что и куда он посадил.
Дядя Гена получился не просто зеленым, он был весь покрыт листвой, словно дерево с густой кроной и грустными глазами решило прогуляться по двору.

Потом Ася вспомнила про своего соседа, Старика, у которого был самый рыжий кот в мире. Подумав, девушка решила, что такой кот определенно должен быть самым невероятным котом в мире и поэтому она пририсовала к нему совершенно зеленого ангела. Правда, у Аси получилось так, что Кот был совершенно серьезным рыжим котом, по умолчанию рыжим, на бумаге, он конечно же был зеленым, а рядом с ним стоял очаровательный Ангел весь в зеленых пятнах. Ася не знала болеют ли Ангелы, которые дружат с котами, ветрянкой, но на всякий случай решила, что ее Ангел просто рисовал что-то зеленой краской и изрядно выпачкался.

Соседка сверху, согласно рисунку Аси была самой настоящей русалкой, совершенно зеленой, она плескалась в зеленой ванне…Вот именно эта зеленая вода, зеленая ванна и довольная соседка плескавшаяся в ней и убаюкали Асю и она сама не заметила, как уснула.

И точно не заметила, как через окно в помнату мягко забрался Кот.
- Птаха, я уже слишком стар для того, чтобы лазать по чужим окнам!
- Не ворчи. Ты посмотри, что она тут нарисовала!
Кот приблизился к рисункам разложенным на столе.
- Ого!
- Ну да. Раз в сто лет можно и угадать. Но только почему я зеленый? И в пятнах… Хотя эти пятна, которые она нарисовала у меня на ризе на самом деле от шоколада, а не зеленки, а вот эти…
- Птаха!! У нее был только зеленый карандаш!!
- Ладно. Будем рисунки забирать? – Деловито спросил Ангел.
- Зачем??
- Ну не знаю… я тут так хорошо получился, вот если бы она мне еще крылья раскрасила и вот тут бы подрисовала…
- Птаха!!
- Ладно-ладно, уходим.
Кот и Ангел покинули квартиру спящей Аси, умудрившись даже не разбудить ее, когда кое-кто и этот кое-кто был совсем не Кот, тоже решил вылезти в форточку, не рассчитал размах крыльев и был три раза обозван воробьем-переростком.

Утром Ася проснулась в своей кровати совершенно не помня, как она там оказалась. А еще на столе стояла большая коробка акварели, мелки для рисования на асфальте и две коробки цветных карандашей. Казалось, что все художественные принадлежности, которые были, нашли и свалили на стол.
Но только ничего этого раньше в доме Аси не было.

На столе, лежал рисунок. Тот самый, вчерашний. Только Ангел на нем был чисто умытый, и аккуратно причесанный, (что было практически невозможно, только Ася об этом не знала) его риза даже с рисунка сияла белизной, все пятна за ночь куда-то делись. А Зелено-полосатый Кот с рисунка выглядел так словно вот-вот совершенно человеческим жестом хлопнет себя лапой по лбу и закатит глаза, стараясь не рассмеяться от того, что кое-кто, стоящий рядом явно позирует на фото на паспорт…
И когда она только успела их нарисовать?
Ася еще раз пригляделась к рисунку.
Ну в одном она точно была уверена, Чудики у нее в и в самом деле получились отменные.
15054

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки]

Маруся
09.09.2014, 22:43
"Современный фольклор" , но с глубоким смыслом:15819

«Маленькая серенькая курочка сидела на полянке рядом со своим курятником и очень сильно грустила:

– Я бедная, несчастная. Петухи меня не понимают, куры меня обижают. В курятнике темно, глухо, пусто, грустно.

В общем, сидела она и страдала. И в этот момент мимо пролетала огромная белая птица. Она услышала слова курочки, приземлилась рядом и сказала:

– Не переживай, курочка. Хочешь, я тебе помогу полететь в прекрасную страну, где ты будешь счастлива?

– Нет, – сказала серая курица. – Это невозможно – курицы не могут летать.

– Ну и что? – ответила белая птица. – Я научу тебя.

– Нет, – сказала серая курица. – У меня слишком маленькие крылья для этого.

– Не переживай, – промолвила белая птица. – Хочешь, я посажу тебя себе на спину, и мы полетим вместе?

– Нет, – вздохнула серая курица. – Я прилечу туда, и мне негде будет жить.

– Не переживай, – обнадежила ее белая птица. – Я помогу тебе сделать так, чтобы у тебя было жилье.

– Нет, – сказала серая курица. – Что я буду делать одна? Мне будет грустно.

– Не переживай, – улыбнулась белая птица. – Я помогу тебе найти петушка.

– Нет, – сказала серая курица. – А вдруг этот петушок окажется злой и вредный?

– Не переживай, – вздохнула белая птица. – Я научу тебя жить так, чтобы в твоей жизни встречались только замечательные петухи.

– Нет, – сказала серая курица. – Таких петухов не бывает на свете!»

- ДА ПОШЛА ТЫ В ЖОПУ! – заорала белая птица, распустила огромные крылья и улетела…

ivettalen
10.09.2014, 21:44
:vo::vo::vo:..ВОТ-ВОТ!!!!! СУПЕР!:)

galya
11.09.2014, 13:20
Ну точно, как в жизни. Иной раз так и хочется сказать!:vo::stena:

Маруся
10.01.2015, 22:39
Волшебный носок..
Васин отец – актер неудачник, ушел из семьи когда мальчику не было и трех. Уехал в Болгарию, с тех пор и не объявлялся.
О матери я так и не решился спросить.
Одним словом, с самого глубокого детства всей Васиной семьей был его дедушка.

Дед рвал жилы на двух работах, да только, все накопления поджирала гиперинфляция начала девяностых.
Тяжко приходилось, особенно когда другие дети в детсаде козыряли новыми кроссовками и Сникерсом за щекой, а Вася по бедности ходил в заштопанных дедом колготках.

Приближался новый, тысяча девятьсот затертый год, мальчишка мечтал, что под елкой окажется большая пожарная машина с лестницей, или на худой конец игровая приставка, но утром первого января под елочкой скромно дожидался только старый шерстяной носок. Самое обидное, что это был дедушкин носок.

Мальчик запустил внутрь руку и вынул оттуда одну единственную конфетку - это была обычная шоколадная конфета «Белочка»

У Васи, сами собой, заблестели в глазах и потекли по чекам разбившиеся надежды.
Дедушка со вздохом погладил внука по голове и сказал:
- Успокойся, Васятка, чего ревешь? Перестань. Наоборот, ты радоваться должен, дурачок, ведь тебе очень-очень повезло. Да – это мой носок, ну и что ж такого? Просто Дед Мороз, когда ночью к нам заходил, не нашел другого, не это главное.
Понимаешь - это не просто носок и не просто конфета, теперь – это волшебный носок с волшебной конфетой.
- Волшебной?
- Ну, конечно же.
- Дедушка, а что эта конфета может?
- А вот что: если ты съешь ее и положишь носок вот сюда на полку, то утром, когда проснешься, случится чудо – в носке опять появится точно такая же конфетка. И так каждый - каждый день, хоть сто миллионов лет! Представляешь?

Вася вытер слезы, недоверчиво повертел конфету в руках:
- А можно попробовать?
- Ну, конечно же, она твоя.
- О, а вкусная какая. Вкуснее чем обыкновенная.
- Ну, еще бы…

…Шло время, волшебный носок ни разу не подвел своего владельца и каждое утро исправно выдавал новое маленькое чудо – шоколадную конфетку «Белочка».
Дети в садике совсем обзавидовались, даже не верили по началу, но воспитательница подтвердила: -«Да, ребята, чудеса, редко, но все же случаются, нашему Васе очень повезло с волшебным носком»

Зато дедушке приходилось совсем несладко, уж очень непросто быть ежедневным рабом чудесного носочка. Не всегда удавалось достать именно «Белочку» (просто не было лишних денег), тогда покупались конфетки попроще и оборачивались в специально припасенные фантики от «Белочки». Но дед стойко держался до последнего.

И только когда мальчик уже стал первоклассником, он однажды все-таки сумел не заснуть почти до самого утра и проследить - каким же чудесным образом в носке появляется новая конфета.

…С тех пор прошло много-много лет, мальчик вырос, женился, у него появился свой маленький мальчик. Дедушка еще жив и почти здоров, они живут все вместе большой дружной семьей.
Год назад семья собралась за Новогодним столом, настало время дарить друг другу подарки.
Васина жена подарила деду дорогую электробритву, о которой тот давно мечтал, а правнук преподнес свою картину в рамке. Пришла Васина очередь и он без лишних предисловий вручил деду старый, потрепанный шерстяной носок.
Дед заглянул внутрь, достал из него обычное зеленое яблоко, и к большому удивлению всех присутствующих, неожиданно зарыдал, а потом вдруг как маленький мальчик вскочил из-за стола и радостно запрыгал:
- Ура!!! Волшебный носочек! А яблоки мои любимые – зеленые! Спасибо, Васятка! Но смотри, чтобы всегда были такие же, слышишь?

- Дед, а зачем ты мне это говоришь? Носок волшебный, он наверняка и сам в курсе дела…

…Было нелегко – дела, работа, хлопоты, но вот уже целый год в дедовом волшебном носке каждое утро, как штык, появляется новое зеленое яблочко. Смех-смехом, но бывало, что даже среди ночи в магазин приходилось гонять.

Иногда Вася уезжает в командировки, жена спрашивает: - «Ты надолго?»
И Вася отвечает: - «Да, нет, не особо, через два – три яблока вернусь»…

P.S.
С Новым Годом!
Пусть рядом с вами всегда будет кто-то способный подарить волшебный носок…:santa:

Грубас
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки]

Маруся
12.02.2015, 18:37
ВАГОНОВОЖАТАЯ
16922
Накануне Рождества, перебирая старые мамины письма, я вспомнил одну историю, которую она мне время от времени рассказывала.

Я был у мамы единственным сыном. Она поздно вышла замуж и врачи запретили ей рожать. Врачей мама не послушалась, на свой страх и риск дотянула до 6 месяцев и только потом в первый раз появилась в женской консультации.
Я был желанным ребенком: дедушка с бабушкой, папа и даже сводная сестра не чаяли во мне души, а уж мама просто пылинки сдувала со своего единственного сына!
Мама начинала работать очень рано и перед работой должна была отвозить меня в детский сад "Дубки", расположенный недалеко от Тимирязевской Академии. Чтобы успеть на работу, мама ездила на первых автобусах и трамваях, которыми, как правило, управляли одни и те же водители. Мы выходили с мамой из трамвая, она доводила меня до калитки детского сада, передавала воспитательнице, бежала к остановке и ... ждала следующего трамвая.
После нескольких опозданий ее предупредили об увольнении, а так как жили мы, как и все, очень скромно и на одну папину зарплату прожить не могли, то мама, скрепя сердце, придумала решение: выпускать меня одного, трехлетнего малыша, на остановке в надежде, что я сам дойду от трамвая до калитки детского садика.

У нас все получилось с первого раза, хотя эти секунды были для нее самыми длинными и ужасным в жизни. Она металась по полупустому трамваю, чтобы увидеть вошел ли я в калитку, или еще ползу, замотанный в шубку с шарфиком, валенки и шапку.
Через какое-то время мама вдруг заметила, что трамвай начал отходить от остановки очень медленно и набирать скорость только тогда, когда я скрывался за калиткой садика. Так продолжалось все три года, пока я ходил в детский сад. Мама не могла, да и не пыталась найти объяснение такой странной закономерности. Главное, что ее сердце было спокойно за меня.

Все прояснилось только через несколько лет, когда я начал ходить в школу. Мы с мамой поехали к ней на работу и вдруг вагоновожатая окликнула меня: - Привет, малыш! Ты стал такой взрослый! Помнишь, как мы с твоей мамой провожали тебя до садика...?

Прошло много лет, но каждый раз, проезжая мимо остановки "Дубки", я вспоминаю этот маленький эпизод своей жизни и на сердце становится чуточку теплее от доброты этой женщины, которая ежедневно, абсолютно бескорыстно, совершала одно маленькое доброе дело, просто чуточку задерживая целый трамвай, ради спокойствия совершенно незнакомого ей человека!

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки]

Маруся
17.07.2015, 17:17
О тех, кто проживает не свою жизнь .
18059

Мне хочется верить, что Создатель из всех своих созданий предпочитает тех, кто стал свободным. История о тех, кто проживает не свою жизнь

- Как это – не было? - спросила я внезапно севшим голосом, - Совсем, что ли? Да у вас ошибка тут, в картотеке, посмотрите лучше!

- Никак нет, - пожилой Ангел улыбнулся снисходительно и поправил очки в круглой оправе, - У нас тут все записано, все учтено, опять же, все под строгим оком Сами Знаете Кого. У нас за должностное преступление знаете что? – физиономия Ангела посуровела, - Про Люцифера слыхали? То-то. Моргнуть не успел – скинули. «Оши-и-ибка». Скажете тоже…

- Минуточку, - я попыталась взять себя в руки, - Посмотрите, пожалуйста, сюда.

Ангел благожелательно воззрился на меня поверх очков.

- И? – спросил он после секундного молчания.

- Меня, может, и нет. Но кто-то же есть? – я осторожно пошевелила кисельной субстанцией, которая теперь заменяла мне привычный земной организм. Субстанция заволновалась и пошла радужными пятнами.

- Кто-то, безусловно, есть. Но никак не NN, каковой вы изволили представиться., - Ангел тяжело вздохнул и потер лоб, - Я таких как вы перевидал – не сосчитать. И почему-то в большинстве своем – дамы. Ну, да ладно. Давайте проверять, барышня. По пунктам. С самого начала. Так?

- Давайте, - сказала я, решительно повиснув у него над плечом и изготовясь биться до последнего.

- Нуте-с, вот она, биография мадам N, - Ангел вытащил из-под стола здоровенный талмуд и сдул с него пыль, - Ab ovo, дорогая, что называется, от яйца, - он послюнявил палец и зашуршал тонкими папиросными страницами, - Ну, это все мелочи … подгузники… капризы детские… глупости всякие… личность еще не сформирована… характер не проявлен, все черновики… ну, детство и вовсе опустим, берем сознательную жизнь… а, вот! – он торжествующе поднял палец, - у вас был роман в конце десятого класса!

- Ах, какая странность, - не удержалась я, - Чтоб в шестнадцать лет – и вдруг роман!

- А вы не иронизируйте, фрейляйн, - Ангел сделал строгое лицо, - Роман развивался бурно и довольно счастливо, пока не встряла ваша подруга. И мальчика у вас, будем уж откровенны, прямо из-под носа увела. То есть не у вас, - вдруг спохватился ангел и покраснел, - а у мадмуазель NN…

- Ну, и чего? – спросила я подозрительно, - Со всеми бывает. Это что, какой-то смертный грех, который в Библию забыли записать? Мол, не отдавай ни парня своего, ни осла, ни вола…

При слове «Библия» ангел поморщился.

- При чем тут грех, ради Бога! Достали уже со своими грехами… Следите за мыслью. Как в этой ситуации ведет себя наша N?

- Как дура себя ведет, - мрачно сказала я, смутно припоминая этот несчастный роман «па-де-труа», - Делает вид, что ничего не произошло, шляется с ними везде, мирит их, если поссорятся…

- Вооот, - наставительно протянул Ангел, - А теперь внимательно – на меня смотреть! - как бы поступили вы, если бы жили?

- Убила бы, - слово вылетело из меня раньше, чем я успела сообразить, что говорю.

- Именно! – Ангел даже подпрыгнул на стуле, - именно! Убить бы не убили, конечно, но послали бы на три веселых буквы – это точно. А теперь вспомните – сколько таких «романов» было в жизни у нашей мадмуазель?

- Штук пять, - вспомнила я, и мне вдруг стало паршиво.

- И все с тем же результатом, заметьте. Идем дальше. Мадмуазель попыталась поступить в университет и провалилась. Сколько не добрала?

- Полтора балла, - мне захотелось плакать.

- И зачем-то несет документы в пединститут. Там ее балл – проходной. Она поступает в этот институт. А вы? Чего в этот момент хотели вы?

- Поступать в универ до последнего, пока не поступлю, - уже едва слышно прошептала я, - Но вы и меня поймите тоже, мама так плакала, просила, боялась,
что за этот год я загуляю или еще что, ну, и мне вдруг стало все равно…

- Милая моя, - ангел посмотрел на меня сочувственно, - нам здесь до лампочки, кто там у вас плакал и по какому поводу. Нас факты интересуют, самая упрямая вещь в мире. А факты у нас что-то совсем неприглядны. Зачем вы – нет, вот серьезно! – зачем тогда замуж вышли? В смысле – наша NN? Да еще и венчалась, между прочим! Она, стало быть, венчалась, а вы в это время о чем думали?!

Я молчала. Я прекрасно помнила, о чем тогда думала в душной сусальной церкви, держа в потном кулачке свечу. О том, что любовь любовью, но вся эта бодяга ненадолго, что я, может быть, пару лет протяну, не больше, а там натура моя все равно перевесит, и тогда уж ты прости меня, Господи, если ты есть…

- Вот то-то, - Ангел покачал головой и перевернул страницу, - да тут у вас на каждом шагу сплошные провалы! Девочка, моя, ну, нельзя же так! В тридцать лет так хотели татуировку сделать – почему не сделали?

- Ну-у-у… - озадачилась я, - Не помню уже.

- А я вам подскажу, - Ангел нехорошо усмехнулся, - Тогдашний ваш возлюбленный был против. Примитивные, говорил, племена, да и попа с годами обвиснет. Так?

- Вам виднее, - насупилась я, хотя что-то такое было когда-то, точно же было…

- Мне-то виднее, конечно… Попа-то ваша была, а не любовника?! Хорошо, едем дальше.
Вот тут написано – тридцать пять лет, домохозяйка, проще говоря – безработная, из увлечений – разве что кулинария. Милая такая картинка получается. Вышивания гладью только не хватает. Ну, вспоминайте, вспоминайте, чего на самом деле-то хотели?!

- Вспомнила. Стрелять хотела.

- В кого стрелять?! – изумился ангел и покосился в книгу.

- В бегущую мишень. Ну, или в стационарную, без разницы, - плакать я, как выяснилось, теперь не могла, зато туманное мое тело утратило свою радужность и пошло густыми серыми волнами, - Стендовой стрельбой хотела заниматься. Петь еще хотела. Давно это было…

- Подтверждаю, - Ангел ткнул пальцем в талмуд - Вы, дорогая моя, имели ко всему этому довольно приличные способности. Богом, между прочим, данные. От рождения! Куда дели все это? Где, я вас спрашиваю, дивиденды?!
- Я не знала, что должна… - прошелестела я в ответ.

- Врете, прекрасно знали – Ангел снял очки, устало прищурился и потер переносицу, - Что ж вы все врете-то, вот напасть какая… Ладно, мадам, давайте заканчивать. Приступим к вашему распределению.

Он достал большой бланк, расправил его поверх моей биографии и начал что-то строчить.

- Как вы все не понимаете, - в голосе Ангела слышалось отчаяние, - нельзя, ну, нельзя предавать себя на каждом шагу, эдак и умереть можно раньше смерти! А это, между прочим, и есть тот самый «грех», которого вы все так боитесь!… Всё думаете - и так сойдет… Шутка ли – каждая третья душа не свою жизнь проживает! Ведь это страшная статистика! И у всех какие-то идиотские оправдания – то мама плакала, то папа сердился, то муж был против, то дождь в тот день пошел не вовремя, то – вообще смех! – денег не было. Хомо сапиенсы, называется, эректусы… Ну, все, готово, - Ангел раздраженно откинул перо, - попрошу встать для оглашения приговора. Передо мной встать, в смысле.

Я перелетела через стол и замерла прямо перед ангелом, всем своим видом выражая вину и раскаяние. Черт его знает, может, сработает.

- Неидентифицированная Душа по обвинению в непрожитой жизни признается виновной, - Ангел посмотрел на меня с суровой жалостью, - Смягчающих обстоятельств, таких, как а) не ведала, что творила б) была физически не в состоянии реализовать или в) не верила в существование высшего разума - не выявлено. Назначается наказание в виде проживания одной и той же жизни до обнаружения себя настоящей. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Подсудимая! Вам понятен приговор?

- Нет, - я жалобно заморгала, - Это в ад, что ли?

- Ну, ада вы не заработали, детка, - усмехнулся ангел, - да и вакансий там…, - он безнадежно махнул рукой, - Пойдете в чистилище, будете проживать смоделированные ситуации, пока суд не признает вас прожившей свою жизнь. Ну, а уж будете вы там страдать или нет – это мы, извините, не в курсе, - и Ангел протянул исписанный желтый бланк, - Теперь все ясно?

- Более-менее, - я кивнула растерянно, - И куда мне теперь?

- Момент, - сказал Ангел и щелкнул пальцами. Что-то звякнуло, грохнуло и в глазах у меня потемнело…

- … одну меня не отпустят, а с тобой запросто, - услышала я знакомый голос, - И Сережка говорит – пусть она тебя отмажет на два дня, ну, Олечка, ну, милая, ты ведь поможешь, правда? Мы тебе и палатку отдельную возьмем, и вообще клево будет, представляешь, целых две ночи, костер, речка и мы втроем?

Это был мой школьный двор, май уже и не помню
какого года, пыльный душный вечер. И Ленка, красавица, с кукольным личиком и фигурой от Сандро Ботичелли – моя подружка – как всегда беззаботно щебетала мне в ухо, не замечая, как ненависть и боль медленно скручивают меня винтом, мешая дышать. Такое знакомое, такое родное-привычное ощущение… Я ведь хорошая девочка, я перетерплю все это, я буду вести себя прилично, я хорошая, хорошая, хоро…

- А пошла ты, - сказала я нежно, с садистским удовольствием наблюдая, как округляются ее фарфоровые глазки, и, чувствуя некоторую незавершенность сцены, добавила - Оба пошли куда подальше.

Когда разгневанный стук Ленкиных каблучков затих где-то за поворотом, я прислушалась к звенящей пустоте вокруг, и поняла, что вот прямо сейчас я, наконец, глубоко, неприлично и ненаказуемо счастлива…

По материалам :
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки]

ivettalen
17.07.2015, 19:59
:vo::vo::vo::vo::vo:Господи....как же это верно всё...

Маруся
25.02.2016, 19:00
До слез трогательно.

Странные и прекрасные вещи
Странные и прекрасные вещи происходят с каждым из нас ежедневно, и иногда об этом просто невозможно молчать. Существует даже специальный проект, который помогает людям анонимно делиться своими откровениями.

Истории встречаются разные, но нас вдохновляют рассказы о том, что сделало жизнь их авторов счастливее и веселее. Именно такие откровения собраны в этой статье.

О добре
90-е. Не буду писать, что жили бедно (но так оно и было). Я девочка-подросток. Моя пожилая соседка стала отдавать мне свою одежду и украшения из юности, когда носила тот же размер. Они были на удивление в идеальном состоянии, не выглядели старомодно. Через какое-то время стала замечать похожие вещи на других девушках. Только сейчас поняла, что соседка покупала новые вещи и под видом старых и ненужных отдавала мне, потому что понимала, как важно в этом возрасте выглядеть красиво.

Живет в моем подъезде мужик один, кормит все время то кошечек, то собачек, то голубей... Так вот, возвращаемся мы с сыном (5 лет) как-то с прогулки, и он мне кричит: «Мам, смотри! Белоснежка!» Я смотрю, и таки да! Выходит, значит, этот мужик из дома, а к нему со всех сторон сбегается, слетается и сползается вся живность местная :)

После случившейся автомобильной аварии не могу разговаривать, буквально, поэтому ношу с собой блокнот с ручкой, чтобы как-то вести общение с людьми. Когда лежал в больнице, ко мне приезжал каждый день мой друг детства и дискутировал со мной на разные темы. Начинал он и терпеливо дожидался ответа от меня, пока я напишу его на бумаге, а после принимался оспаривать или поддерживать. Ценю его, ценю этот момент.

О любви
Стоим с дочкой в магазине. Ей тогда три года было. На ней белая шубка, пушистая шапка, унты с бисером. Глаза большие-большие, щечки от мороза горят. Оборачиваюсь на хныканье мальчика лет пяти: «Мам, я такую девочку хочу! Такую красивую надо! Я без нее жить не смогу!» Посмеялись с его мамой, детишки познакомились, выросли. В этом году женятся.

О провалах
Во время детского утренника я пошла забирать своего ребенка из толпы детей. Так как я невысокая, меня начал забирать какой-то мужчина...

Я не очень высокая (всего 156 см), а мой парень — 193 см. Шли с ним вчера по университету. Когда проходили мимо толпы моих однокурсников, я споткнулась и упала. Во время падения из карманов посыпалась мелочь (а ее было ооочень много). В итоге мой придурок вместо того, чтобы помочь или хотя бы заржать, как это сделали все остальные, усугубил ситуацию, заорав: «Я всегда знал, что ты — лепрекон!»

Еду в автобусе. Стало скучно, вспомнил старый прикол. Уставившись на девушку, долго разглядываю ее. Далее беру телефон и говорю: «Шеф, я нашел ее». А эта особа, ничуть не потерявшись, хватает свой телефон и говорит: «Я спалилась, требую срочной эвакуации». Я в шоке. Весь автобус ржет.

Вот сейчас я еду в больницу с лампочкой во рту. Я всю жизнь думала, что только недалекие люди будут запихивать лампочку в рот, и вот я — женщина, 33 года, 2 детей, красный диплом, успешный адвокат, безупречная репутация — еду с гребаной лампочкой во рту. Челюсть болит, слезы от боли и смеха над собой. Муж уже икает от смеха. А все началось с того, что сетовала, что за свою жизнь не сделала ни одного дурацкого поступка, какая я зануда! Муж предложил лампочку, думал, не сделаю. И я собой довольна :)

Однажды летом шла домой злая и уставшая, попала под дождь и промокла до нитки, да так, что светлое платье начало просвечивать, а косметика растеклась. Иду, ловлю настойчивые взгляды прохожих и раздражаюсь. Что, сами что ли никогда не попадали в такую ситуацию?! Нет, идут смотрят еще так, осуждающе. В общем, дошла до подъезда и осознала, что всю дорогу шла, крепко прижимая к груди сумочку и... зонт.

О семье
Сердобольные соседи пожаловались в органы опеки, что у нас в квартире каждый вечер детские крики, стук, звуки падающей мебели. Звонок в дверь, открываю, не включая свет в прихожей, сразу звучит вопрос: «Взрослые дома есть?» Во мне всего-то 48 кг при росте 152 см. За спиной вырастает гора ростом 175 и весом 80, затем вторая такая же. Свет включается, и я — мама двоих 13-летних волейболистов, которые любят вечерком «игрануть» в детской.

Администраторы из фитнес-клуба, который я посещаю, удивляются, что я стабильно хожу к ним шесть раз в неделю. Инструкторы того же клуба интересуются, почему я через день делаю кардинально разные тренировки. А Сатана гадко хихикает над тем, как мы с братом-близнецом занимаемся по одному абонементу на двоих...

Придумала в своей семье Пятиминутку Нежности. Стоит только сказать: «А сейчас Пятиминутка Нежности», как муж и сын бросают свои дела и идут меня обнимать, по дороге прихватив кота (он также участвует в Пятиминутке Нежности).

Люблю петь в ванной, но только тогда, когда родителей нет дома, так как мое пение больше похоже на вой больной собаки. Так вот, стою один раз под душем, пою, забыла, что все родные дома. Когда вышла из ванной комнаты, перед собой в коридоре обнаружила сидящих на стульях родителей и сестру, хлопающих мне. Папа даже искусственный цветок где-то отрыл.

У моей дочки ампутирована нога до колена, мы с мужем относимся к этому с юмором, чтобы у ребенка не было комплексов. Так вот, когда были на море муж выносил дочь на руках и кричал, что акула откусила ей ногу)))) Потом мы все дружно ухахатывались))) А когда ее одноклассники спрашивали, что у нее с ногой, говорила, что служила в горячей точке и наступила на мину))) Дочь растет с хорошим чувством юмора!)

О детстве

В детстве мы жили бедно,
поэтому у родителей не было денег, чтоб отвести меня в парикмахерскую и подрезать кончики волос. Эту функцию выполнял мой папа. В школе я ужасно стеснялась этого, а сейчас понимаю, насколько была глупа, ведь не все дочери могут похвастаться тем, что их отец хорошо строчит на швейной машинке, умеет прошивать обувь, стричь, красить, строить, менять сантехнику, готовить кушать... Горжусь им.

В 90-х, когда мне было лет пять, а брату восемь, родители спокойно оставляли нас дома одних и уходили на работу. Денег не давали, конфет/шоколада/вкусняшек нет. Но мы же дети, без сладкого не можем))) Тогда мой брат доставал мамину кулинарную книгу, мы выбирали простенький рецепт, ходили по соседям, собирали нужные ингредиенты и пекли вкусности сами! А потом опять ходили по соседям и угощали всех, кто поделился. Было круто

Источник: Подслушано
Превью: Павел Лепешев

Маруся
01.04.2016, 18:14
Сказка о привязанности
20215
— Ах, что это вы делаете? Зачем это вы ко мне веревку прицепляете?— Исполнители мы. Из Небесной Канцелярии. Сейчас тут будет реалити-шоу — ваши желания исполнять будем.

— Ну так пожалуйста, исполняйте! Это мне очень приятно! Только веревка при чем?
— Велено ваши желания исполнить в буквальном смысле слова. Вы вот, например, к своему мужу, Петру Николаевичу, привязаны? И мечтаете, чтобы он к вам так же крепко привязан был?
— Ах, конечно, очень даже мечтаю! Это же муж мой, любимый и единственный! В семье все должны быть привязаны друг к другу — не разлей вода!
— Ну вот, значит, привяжем вас сейчас вот этой веревкой, чтобы, стало быть, не разлей вода до гробовой доски…
— Ну ладно, это пусть. Даже хорошо, если до гробовой доски! Мы с ним в жизни так и отражаем всякие напасти, спина к спине.
— Хорошо, спина к спине и привяжем, отражайте на здоровье

— А к запястьям веревки зачем прилаживаете?
— К родителям своим привязанность испытываете?
— Конечно! А как же! Это же родители! Я к ним с самого детства очень привязана!
— Ну, значит, все правильно. Слева мама, справа папа — теперь между вами неразрывная связь.
— Да? Хорошо, и родители пускай со мной будут. Слева и справа — как славно-то! Прямо как в детстве…

— А теперь спереди позвольте, к животу веревку приладить…
— А это для кого?
— Для детишек ваших. Вот сынок, вот дочурка, а веревка — вроде пуповины. Теперь можете прижимать их к груди, сколько захотите. А можете и не прижимать — они и так никуда не денутся.
— К ребятишками своим я привязана — просто слов нет как! Солнышки мои, лапочки! Для них и живота не жалко.

— Дайте-ка вот сюда веревочку накинуть…
— Неудобно на шею-то… Как удавка… Это вы кого мне цепляете?
— А это ваши обязательства. Кредиты, долги и все такое прочее. Вы же связаны разными обязательствами?
— Связана, еще как связана! Только как без этого? Хочется ведь пожить по-человечески, вот и влезаю и в долги, и в кредиты.
— Слишком уж вы к материальным ценностям привязаны… Сами себя душите!
— Да нет, ничего, нормально. Расплатимся как-нибудь. Только вот неудобно, что на шее…
— Не сильно давит?
— Ну, если не двигаться, то не сильно. А при движении, конечно, дыхание перехватывает. Ну ладно, я приспособлюсь как-нибудь.

— Так, дайте-ка вашу ногу, и сюда еще веревочку, на лодыжку…
— А это для кого так низко?
— А это для всяких мелких привязанностей. К собачке вашей, к телевизору, к «Одноклассникам». Привязаны ведь?
— Нуууу… В общем, наверное, да. К собачке так особенно. Она как член семьи! Да и «Одноклассники» тоже. А уж герои сериалов! Переживаешь за них, как за своих.
— Конечно-конечно! Мы понимаем, привычка — вторая натура. Ну вот, готово!
— И что теперь?
— А теперь — наслаждайтесь, двигайтесь, гуляйте, отдыхайте, работайте! В общем, живите!
— Постойте! Но это же неудобно — вот так, с веревками. Как нам двигаться? Мы же запутаемся!

— Запутанные привязанности — не такая уж и редкость. Зато потом распутывать можно, некоторым даже интересно.
— Не уверена, что мне это будет интересно. И потом… Движение очень ограничено. Все время приходится оглядываться, сопоставлять свою скорость с другими…
— Это неизбежно. Придется. Вы же в связке.
— Что в связке, то в связке… Связаны по рукам и ногам!
— Так привязанности как раз этим и отличаются — связывают по рукам и ногам! Придется потерпеть!

— Так, дети, вы куда рванули?! Тише, тише! Вы же меня с ног собьете! Я за вами не поспеваю! Да стойте же, кому говорю!
— Дети не могут стоять, им надо двигаться вперед. И ускоряться! Иначе они никогда не вырастут.
— Петя, Петруша! Ты там как? Я тебя не вижу! И отношения твоего не чувствую!
— Да тут я, тут, никуда не делся. Только вот простора нет. Руки связаны!
— Ладно, потерпишь. Не маленький! Мама, папа, а вы куда это в разные стороны ринулись?
— Доченька, а мы расходимся. Тебя вырастили, долг родительский выполнили, теперь будем жить по отдельности.
— Как? Почему? Погодите, вы же меня сейчас надвое разорвете! Я же к вам обоим одинаково сильно привязана! Не делайте этого!
— Прости нас, дочь, но мы так решили! Ты взрослая, у тебя своя семья есть. У нас своя жизнь, а у тебя своя.

— Ой, мамочки, больно-то как! Петр! А ты куда там рвешься? Ты мне сейчас хребет сломаешь! Ууууу, захребетник!
— Неудобно мне. Руки затекли, и ноги тоже. Вообще света белого не вижу. Не хочу я этой привязанности, ну ее. Свободы охота. Сейчас сорвусь с поводка и пойду налево.
— Дети! Да не спешите же вы так, мамочке больно! И мелкие привязанности мешают, тянутся за мной, как хвост. Как кандалы у каторжника!
— Хоть и мелкие, а много их у вас. Их и правда за собой таскать — каторжный труд. Но придется!
— Что значит «придется»??? Мне детей догонять надо, а они меня назад тянут! И родители не вовремя расходиться надумали. Петя, Петя! Ну ты-то что молчишь??? Неужели тебе все равно???
— Осторожно, так вы можете себе руки-ноги повредить.
— Да что там руки-ноги, я сейчас вообще на части рассыплюсь! Я двигаться не могу — они же тянут каждый в свою сторону! Отвяжитесь вы от меня! Слышите, отвяжитесь от меня все!!!

— Секундочку… Спокойно! Сейчас мы вам поможем. Все, отвязываем.
— Ффуууу, сразу полегчало… Слушайте, вы, исполнители царя небесного! Что это за шоу вы мне тут устроили?
— Реалити-шоу, называется «Мои привязанности». Ну и как впечатления?
— Жуткие впечатления! Я чуть с ума не сошла! Зачем это все?
— Исключительно для того, чтобы наглядно показать вам действие привязанностей. Вам кажется, что быть привязанной — это хорошо и проявление любви, а на самом деле это проявление эгоизма и ограничивает свободу — как вашу, так и ваших близких. Именно поэтому вся ваша система становится неповоротливой и статичной. Каждый испытывает досаду из-за того, что не может двигаться непринужденно, и поэтому стремится вырваться, уйти, отвязаться.
— То-то у меня детки такие отвязные… Выходит, чем больше я к ним привязываюсь, тем сильнее они хотят отвязаться?
— Так и выходит. И если однажды вы услышите от кого-то из них «да отвяжись ты, мама!», не удивляйтесь.
— Знаете что? Забирайте-ка вы все свои веревки. Забирайте, забирайте! Они мне больше не понадобятся.
— Точно?
— Точнее некуда! Будем считать, что я разобралась со своими привязанностями. Так-то посмотришь — вроде тесный круг родных и близких, а приглядишься — все куда-то рвутся, и сердце из-за этого на части рвется. Пусть уж лучше так, по доброй воле будут рядом. Или даже не рядом. Но только без веревок!
— Вы действительно этого хотите?
— Да, да! Теперь-то я на своей шкуре испытала силу привязанностей… Лучше уж без них!
— Ваше желание принято к исполнению. Небесная Канцелярия, реалити-шоу, всегда в эфире! А вы еще не избавились от своих привязанностей? Тогда мы идем к вам!

Ирина Сёмина

Маруся
16.11.2017, 23:37
Доктор Марк, был известным специалистом в области онкологии. Однажды он собирался на очень важную конференцию в другой город, где его должны были наградить премией в области медицинских исследований.

Он очень волновался, так как на этой конференции должны были оценить его многолетние труды. Однако, через два часа после того, как самолет взлетел, произошла аварийная посадка в ближайшем аэропорту из-за какой-то технический неполадки.

Доктор боялся не успеть, поэтому арендовал машину и поехал сам в город, где должна была проходить конференция. Однако, вскоре после того, как он выехал, погода испортилась и начался сильный шторм.

Из-за сильного дождя он не туда свернул и заблудился. После двух часов безрезультатной езды он понял, что пропал. Он чувствовал себя голодным и ужасно уставшим, поэтому решил поискать, где бы остановиться.

Через некоторое время, он, наконец, наткнулся на маленький дряхлый дом. Отчаявшись, он вышел из машины и постучал в дверь. Дверь открыла красивая женщина. Он объяснился и попросил ее воспользоваться телефоном.

Однако, женщина сказала ему, что у нее нет телефона, но он может зайти и подождать, пока погода не улучшится. Голодный, мокрый и уставший врач принял ее любезное предложение и вошел. Дама дала ему горячий чай и поесть.

Леди сказала, что он может присоединиться к ее молитве. Но, Доктор Марк улыбнулся и сказал, что он верит только в трудолюбие и отказался. Сидя за столом и попивая чай, доктор наблюдал за женщиной в тусклом свете свечей, как она молилась рядом с детской кроваткой.

Врач понимал, что женщина нуждается в помощи, поэтому, когда она закончила молиться, спросил ее, чего именно она хочет от Бога и неужели она думает, что он когда-нибудь услышит ее мольбы. А потом он спросил о маленьком ребенке в кроватке, возле которого она молилась.

Леди грустно улыбнулась и сказала, что ребенок в кроватке это ее сын, который страдает от редкого типа рака и есть только один врач, его зовут Марк, который может излечить его, но у нее нет денег, чтобы позволить себе его, кроме того, Доктор Марк живет в другом городе.

Она сказала, что Бог до сих пор не ответил на ее молитву, но она знает, что он поможет ей и ничего не сломит ее веру. Ошарашенный и потерявший дар речи д-р Марк просто расплакался.

Он прошептал, Бог велик и вспомнил все, что с ним сегодня произошло: неисправность в самолете, проливной дождь, из-за которого он сбился с пути.

И все это произошло потому, что силы не просто ответили на ее молитву,
но и дали ему шанс выйти из материального мира и помочь бедным несчастным людям, у которых нет ничего, кроме молитвы.

Маруся
13.12.2017, 11:11
ГУСИ

Жил давным-давно на свете один человек. Звали его Джоном. Или – Иоанном. Или – Иваном, как вам больше нравится. Был он добрым и работящим. Еще он был очень здравомыслящим человеком, и в Бога не верил. Это часто случается с очень здравомыслящими людьми.
— Чушь какая, — говорил он своей жене, — Да разве может могучий и всесильный Бог родиться на свет в грязном хлеву, не иметь пропитания и обогреваться с помощью ослов и волов? Зачем Богу это нужно?! Это же противоречит всякой логике!
А жена его только посмеивалась, и потеплее кутала детишек, собираясь в церковь на праздник.
И вот ушли они на службу, а Джон остался дома один, налил себе винца, да и сел у камина. А за окном в это время поднялась самая настоящая рождественская метель. Снег закружил вокруг их домика, ветер завыл за окнами, и так принялось мести, что света белого не видно.
И вот слышит наш Иоанн, что будто кто-то кричит жалобно сквозь снежную пелену, и бьется в его окно.
Накинул Иван тулупчик, выскочил на крыльцо, и глазам не поверил. Кружит над его лугом в снежной заверти стая белых гусей. Видно, сбила их вьюга с пути, и гибель их ждет неминучая.
«Укрыться им надо на ночь!» — подумал Джон, — «Ведь погибнут, замерзнут!»
А где укрыться? Где спастись?! Конечно, в теплом амбаре!
Выскочил наш Иоанн на луг, машет гусям: «Сюда! Сюда! Скорее!»
А птицы не слышат его, вертит их метель, с крыльев сбивает!
Что же делать?
Схватил Иван палку, на палку женин платок привязал, бегает, машет, кричит!
«Вот тут спасение, вот тут, летите сюда!»
Не понимают бедные птицы, сечет их злая метель, вертит ледяной ветер.
Ну как же им объяснить, как их спасти?! И тут Джона озарило: ГУСЬ! Вот кого они поймут! Гуся!
Подбежал он к амбару, вытащил своего собственного гуся, выскочил на луг и подбросил птицу в воздух. Та в ужасе замахала крыльями и помчалась обратно, в теплый амбар, от метели и погибели. А за нею следом и все дикие гуси. Под кров, к спасению.
Вернулся Иоанн в дом, стряхнул снег с шапки и полушубка, сел у огня и задумался. Много о чем. Например, о том, чему тихонько улыбалась его умная жена. И о логике, которая не всегда работает как надо.

И вспомнил Иван, что он сказал своей жене немного раньше. «С чего вдруг Бог захотел бы стать как мы? Это же смешно!».
И вдруг все стало понятно. Это как раз то, что Бог сделал. Мы были как эти гуси – слепые, заблудившиеся, погибающие. Бог отправил Своего Сына стать как мы, чтобы Он мог показать нам путь и спасти нас.
Когда ветер и слепящий снег стали стихать, душа его тоже затихла и умиротворилась этой прекрасной мыслью. Внезапно он понял, зачем пришел Христос. Годы сомнения и неверия исчезли вместе с прошедшим бураном. Он упал в снег на колени и произнес свою первую в жизни молитву:
«Спасибо Тебе, Господи, за то, что Ты пришел в виде человека, чтобы вывести меня из бури!».

Маруся
25.11.2018, 21:13
Друг по имени ноябрь
24811
В ноябре постоянно хочется домой -даже когда ты дома
Человеческие контакты даются с трудом и временами поскрипывают, как несмазанная телега. Говорить и обмениваться теплом несложно – сложно доехать до места, вытащить себя в вечерний мрак, подвести глаза. Все время норовишь свернуться в привычный калачик, зажав в одной руке толстый русский роман, а в другой – сухарик с цукатами.

У города в это время нет к тебе сочувствия или симпатии, ты ему даже не прекрасная незнакомка – вот тебе ветер в лицо, вот тебе дождь за шиворот, вот тебе красный свет светофоров, ремонт дорог. Как ни старайся ходить аккуратно, а обязательно принесешь домой на джинсах ноябрьскую окрошку из снега и грязи. В прихожей расстилается сезонная половая тряпка для обуви, а из коробочных закромов достаются тяжелые ботинки и сапоги на меху.

Муми-тролли Туве Янссон в ноябре набивали животы сосновыми иголками и залегали в спячку.

А я жарю гренки на молоке к инжирному варенью и вешаю на карниз гирлянду из белых лампочек – верное средство борьбы с утренней темнотой, хитро поджидающей в углах и за холодильником, чтобы цапнуть за пятку.

В ноябре пол настывает быстрее, чем ты успеваешь привыкнуть к смене сезона. В очередной раз услышав, как я гордо и независимо (и, наверное, очень раздражающе) шлепаю голыми ногами по кухонному линолеуму, Саша приходит и натягивает мне шерстяные носки. Кажется, если я когда-нибудь захочу устроить семейный бунт, мне будет достаточно выйти на балкон босиком…

***

В ноябре хорошо ехать за город с пакетом продуктов на все выходные, готовить в глиняных горшочках жирную сытную еду, чистить мандарины, щедро напитывая дом запахом надвигающейся зимы, устраивать себе коньячные вечера и самые сладкие ночи в жизни.

Первый выпавший снег сводит с ума детей. К вечеру двор превращается в полотно беспорядочных земляных мазков – дети радостно катают комы, лепят бабу. Баба получается не белоснежной, а пестрой – в бурых подгнивших листьях и остатках жухлой травы. Но кого это волнует – главное, что она похожа на маму.

А все, что похоже на маму, совершенно по умолчанию

А потом однажды утром ты просыпаешься от того, что в комнате особенно тихо. Я тогда точно знаю – шел снег, шел долго, и теперь он дома. Приоткрываю жалюзи и замираю – внизу расстилается волшебный мир деревьев в бахроме и кружеве, следов и следочков, тропинок и тропочек, а машины кажутся уснувшими до весны.

Мир сужается до меховых краев капюшона, но в привычной дороге до метро важна не картинка, а звук: снег поскрипывает и похрустывает, и я чувствую себя, как в детстве в деревне – маленькие черные валенки, туго повязанный колючий шарф, варежки на резинках.

Навстречу мне идет дедушка, выгуливающий рыжую таксу, – он курит, не вынимая папироски изо рта, и табачный дым, смешиваясь с его дыханием, медленно растворяется в воздухе, теряя тепло.

***

Снег всегда открывает новую страницу, обнуляя и обновляя, помогая забыть, простить и проститься, подготавливая душу к переходу через внутреннее лесное озеро.

Ноябрь – время затихания, сбавления темпа и оборотов, очередной ревизии чувств, пересмотра желаний. Winter is coming, и ты стараешься держаться поближе к теплым людям, нестрашным задачам, бумажным книгам – тому, что понятно и объяснимо, пахнет корицей или ванилью, приятно на ощупь, а главное – дружелюбно к тебе и доверчиво, без претензий на истину, внезапных атак и попыток тебя сожрать.

Сладость ноября в горьком шоколаде его ночей, тягучих, как старые песни. Когда успеваешь приснить три чертовщины за раз, а под утро – что-то нелепое и смешное, красочное, в мельчайших подробностях, и долго еще не мочь вытряхнуть эту сонную чепуху из головы, и до вечера ходить, словно в хмелю, и нет-нет – да улыбнуться сюжету.

У меня для ноября припасены тишина и смирение, слова строго отмерены, чувства все больше внутри, чем вне. У ноября для меня медово-имбирный квас, неожиданные подарки, вафельные трубочки со сгущенкой и теплый кошачий бок.

Все неотправленные письма дошли до адресатов, закладки оказались на нужных страницах.

Мы стали еще на один ноябрь
ближе к себе.

Ольга Примаченко

Маруся
06.01.2019, 15:22
Заклинатель дождя...
— Значит, так, — мальчик поерзал в кресле, усаживаясь поудобнее. — У моего отца есть другая семья. Там моя сестренка, ей года четыре, как я понимаю. Мама делает вид, что об этом как бы не знает. Но та женщина все ждет, что отец уйдет к ней, потому что он, по всей видимости, обещал. И иногда ставит вопрос ребром. Тогда он срывается из дома и едет ее уговаривать. Иногда даже ночью. У нас в семье это называется «ЧП на объекте». Но вообще-то он не уйдет, я так думаю, просто будет ей и дальше голову морочить.
У моего младшего брата ДЦП, они как-то с мамой к вам приходили, но вы, наверное, не помните. С головой у брата все в порядке, он во втором классе учится и в компьютерах уже здорово шарит.
А вот с ногами-руками — не очень. А мама все думает, что где-то есть такое лекарство или еще что, чтобы его совсем вылечить. Она его на лошадях возит, потому что это среди дэцэпэшников считается самый писк, и копит деньги, чтобы поехать в Крым к дельфинам.
А Ленька лошадей боится и падает с них.
А про дельфинов он мне сразу сказал: вот там мне и конец придет — сразу утону.
И еще они к колдунье ездили в Псковскую область, она с Леньки порчу снимала. А у бабушки рак, и она все время от него лечится — иногда в больнице, а иногда народными средствами…

— А ты? — спросила я.

— А я чешусь все время, и в школе двойки, — с готовностью сообщил мальчишка. (Нейродермит между пальцами и на шее я разглядела еще прежде). — Что вы мне посоветуете? Как мне все исправить? И вообще, это возможно?

— Не знаю, — честно призналась я. — Наверное, нельзя. Как нельзя до конца вылечить ДЦП у твоего брата.

— И чего, я тогда пошел? — он привстал в кресле.

— Ага, только я тебе сначала расскажу историю про вызывателя дождя.
— Хорошо. Я люблю истории, — он поскреб шею ногтями и приготовился слушать.

— Случилась она давно, еще когда был СССР. Один мой знакомый китаист был с коллегами в Китае в командировке; изучали местные обычаи. И вот однажды им звонит китайский коллега:
«В одной провинции уже четыре месяца не было дождя. Гибнет урожай, людям грозит голод. Три деревни собрали последние деньги и решили привезти из другой провинции вызывателя дождя. Вам, наверное, будет интересно посмотреть на него. Только учтите: я вам ничего не говорил, потому что коммунистическая партия Китая колдовство решительно не одобряет».

Ученые, конечно, воодушевились, срочно придумали какой-то этнографический повод и отправились по указанному адресу. Приехали в деревню, и в тот же день туда привезли вызывателя дождя — маленького сухонького старичка-китайца. Он запросил себе хижину на отшибе деревни и чашку риса в день. А с нашими учеными разговаривать наотрез отказался. Старшина деревни сказал: сейчас заклинателю нужно сосредоточиться, подождите, пока он выполнит свою работу. Можете пока пожить у меня дома.

На третий день пошел дождь. Старичок взял свои (огромные по местным меркам) деньги и засобирался в обратный (весьма неблизкий) путь. Старшина опять передал ему просьбу ученых. На этот раз заклинатель согласился уделить им немного времени.

— Расскажите, как вы вызвали дождь, — сразу, чтобы не терять времени даром, спросил старичка мой знакомый. — Наверное, существует какой-то специальный обряд? Он передается по наследству?

— Вы с ума сошли?! — изумился старичок. — Я вызвал дождь? Я что, маг? Неужели вы могли подумать, что я, в своем ничтожестве, могу управлять могучими стихиями?!

— Но что же тогда вы сделали? — обескуражено спросили китаисты. — Ведь дождь-то идет…

— Никто не может изменить никого, — назидательно подняв палец, сказал старичок. — Но каждый может управлять собой. Я, скажу без ложной скромности, достиг некоторых вершин в этом искусстве. И вот я приехал сюда, в правильном, гармоничном состоянии, и увидел, что здесь все неправильно. Нарушен порядок вещей, гибнет урожай, люди в отчаянии. Я не могу этого изменить. Единственное, что я могу, — это изменить себя, то есть стать неправильным, присоединиться к тому, что здесь происходит. Именно это я и сделал.

— Ну, а потом? Откуда дождь-то?

— Потом я, естественно, работал с собой, возвращая себя обратно в правильное состояние. Но поскольку я был уже един со всем прочим здесь, то и оно вместе со мной, постепенно, с некоторой инерцией, но вернулось на правильный путь. А правильным для этой земли сейчас является ее орошение. Вот поэтому и пошел дождь. А вовсе не потому, что я его «вызвал»…

— Но если все так просто, почему же вы взяли за это такие большие деньги? — спросил один из ученых. — Крестьянам пришлось буквально продать последнюю рубашку, чтобы заплатить вам…

— Потому что я уже старый и немощный человек, а когда я присоединяюсь к дисгармонии, мне становится так же плохо, как и всему вокруг. Добровольно перейти из правильного состояния в неправильное — стоит очень дорого, — вызыватель дождя знаком показал, что аудиенция окончена.

В тот же день он уехал обратно в свою деревню, а ученые отправились в Пекин.

Мальчишка долго молчал. Потом спросил:

— Но вы ведь не просто так мне?это рассказали? Вы думаете, что я…

— Именно. Причем тебе даже не надо, как старому китайцу, присоединяться и загонять себя в общую дисгармонию. Ты со своими двойками и почесушками уже там. При этом это все не твое лично, так как ты умен — так рассказать о семье в твоем возрасте может далеко не каждый — и, судя по медицинской карточке, которую ты мне принес, в общем совершенно здоров.

— И как же мне самому вернуться в «правильное состояние»?

— Упорно и даже фанатично делать все то, что ты сам внутри себя считаешь правильным, но до сих пор не делал.

Мальчик подумал еще.

— То есть учить до посинения уроки, — нерешительно начал он. — По утрам — гимнастику себе и Леньке, потом обливаться холодной водой и Леньку обливать, не есть чипсы, держать ту диету, которую дерматолог советовал, после школы с Ленькой в парке на велосипеде (он на велике ездит лучше, чем ходит), не считать всех в классе придурками и найти в них достоинства, как мама советует… И вы думаете, это поможет?

— Есть такая простая вещь, как эксперимент, — пожала плечами я. — Попробуй на практике, и все станет ясно. Не догонишь, так согреешься…

— А сколько надо пробовать?

— Ну, если считать, что китаец тренировался лет 50-60, и у него ушло три дня, а ты только начинаешь… Думаю, для начала надо взять три месяца, а потом оценить промежуточные результаты и либо уже забить на все это, либо продолжить… Стало быть, получается, что ты придешь ко мне с отчетом сразу после лета, в начале сентября. Хорошо?

— Ага, — сказал он и ушел.

Я о нем помнила и искренне переживала за его успех. В таком возрасте что-то последовательно делать несколько месяцев подряд без всякого контроля со стороны очень трудно. Сможет ли он?

Он записался на второе сентября.

— Ленька! — сказал он мне с порога. — Мама думает, что это лошади помогли и лекарство из Германии. Но мы-то с ним знаем… Я ему про китайца рассказал. Он понял, он у нас умный.

— Отлично! — воскликнула я, подумав, что закалка, тренировки на велосипеде и внимание старшего брата просто обязаны были заметно улучшить состояние маленького брата. — А еще?

— А еще бабушка: врач сказал, что нее хорошая ремиссия, и он ее как минимум на год отпускает.

— А ты?

— Я год всего с двумя тройками закончил, а папа недавно сказал, что он и не заметил, как я вырос, и, может быть, ему есть чему у меня поучиться. Например, на диете сидеть (руки были чистыми, это я заметила прямо с порога, но летом ведь всегда улучшение)… Так что же, получается, эта китайская штука и вправду работает?!

— Конечно, работает, — твердо сказала я. — Разве ты сам не доказал это?

Маруся
15.01.2019, 23:18
ВОЛШЕБНЫЙ НОСОК
Васин отец – актер-неудачник, ушел из семьи когда мальчику не было и трех. Уехал в Болгарию, с тех пор и не объявлялся.
О матери я так и не решился спросить.
Одним словом, с самого глубокого детства всей Васиной семьей был его дедушка.

Дед рвал жилы на двух работах, да только, все накопления поджирала гиперинфляция начала девяностых.
Тяжко приходилось, особенно когда другие дети в детсаде козыряли новыми кроссовками и Сникерсом за щекой, а Вася по бедности ходил в заштопанных дедом колготках.

Приближался новый, тысяча девятьсот затертый год, мальчишка мечтал, что под елкой окажется большая пожарная машина с лестницей, или на худой конец игровая приставка, но утром первого января под елочкой скромно дожидался только старый шерстяной носок. Самое обидное, что это был дедушкин носок.

Мальчик запустил внутрь руку и вынул оттуда одну единственную конфетку - это была обычная шоколадная конфета «Белочка»

У Васи, сами собой, заблестели в глазах и потекли по Щекам разбившиеся надежды.
Дедушка со вздохом погладил внука по голове и сказал:
- Успокойся, Васятка, чего ревешь? Перестань. Наоборот, ты радоваться должен, дурачок, ведь тебе очень-очень повезло. Да – это мой носок, ну и что ж такого? Просто Дед Мороз, когда ночью к нам заходил, не нашел другого, не это главное.
Понимаешь - это не просто носок и не просто конфета, теперь – это волшебный носок с волшебной конфетой.
- Волшебной?
- Ну, конечно же.
- Дедушка, а что эта конфета может?
- А вот что: если ты съешь ее и положишь носок вот сюда на полку, то утром, когда проснешься, случится чудо – в носке опять появится точно такая же конфетка. И так каждый - каждый день, хоть сто миллионов лет! Представляешь?

Вася вытер слезы, недоверчиво повертел конфету в руках:
- А можно попробовать?
- Ну, конечно же, она твоя.
- О, а вкусная какая. Вкуснее чем обыкновенная.
- Ну, еще бы…

…Шло время, волшебный носок ни разу не подвел своего владельца и каждое утро исправно выдавал новое маленькое чудо – шоколадную конфетку «Белочка».
Дети в садике совсем обзавидовались, даже не верили по началу, но воспитательница подтвердила: -«Да, ребята, чудеса, редко, но все же случаются, нашему Васе очень повезло с волшебным носком»

Зато дедушке приходилось совсем несладко, уж очень непросто быть ежедневным рабом чудесного носочка. Не всегда удавалось достать именно «Белочку» (просто не было лишних денег), тогда покупались конфетки попроще и оборачивались в специально припасенные фантики от «Белочки». Но дед стойко держался до последнего.

И только когда мальчик уже стал первоклассником, он однажды все-таки сумел не заснуть почти до самого утра и проследить - каким же чудесным образом в носке появляется новая конфета.

…С тех пор прошло много-много лет, мальчик вырос, женился, у него появился свой маленький мальчик. Дедушка еще жив и почти здоров, они живут все вместе большой дружной семьей.
Год назад семья собралась за Новогодним столом, настало время дарить друг другу подарки.
Васина жена подарила деду дорогую электробритву, о которой тот давно мечтал, а правнук преподнес свою картину в рамке. Пришла Васина очередь и он без лишних предисловий вручил деду старый, потрепанный шерстяной носок.
Дед заглянул внутрь, достал из него обычное зеленое яблоко, и к большому удивлению всех присутствующих, неожиданно зарыдал, а потом вдруг как маленький мальчик вскочил из-за стола и радостно запрыгал:
- Ура!!! Волшебный носочек! А яблоко мое любимое – зеленое! Спасибо, Васятка! Но смотри, чтобы всегда были такие же, слышишь?

- Дед, а зачем ты мне это говоришь? Носок волшебный, он наверняка и сам в курсе дела…

…Было нелегко – дела, работа, хлопоты, но вот уже целый год в дедовом волшебном носке каждое утро, как штык, появляется новое зеленое яблочко. Смех-смехом, но бывало, что даже среди ночи в магазин приходилось гонять.

Иногда Вася уезжает в командировки, жена спрашивает: - «Ты надолго?»
И Вася отвечает: - «Да, нет, не особо, через два – три яблока вернусь»…

P.S. С Новым Годом!:santa:

Пусть рядом с вами всегда будет кто-то способный подарить волшебный носок…

Маруся
11.06.2019, 23:14
Информация от Натали Л:book:
История о двoрнике.

Человек приходит устраиваться дворником в компанию «Microsoft». В отделе кадров ему задают вопросы, проводят тесты и наконец сообщают:
— Поздравляем, Вы приняты. Оставьте ваш e-mail – мы уведомим вас о графике работы.

— Вообще-то, у меня даже компьютера нет, – признаётся человек, – а e-mail и подавно.

— К сожалению, тогда мы не можем трудоустроить вас. Вас виртуально нет, а оперативная связь со всеми сотрудниками «Microsoft» по e-mail и согласование эффективной командной работы – ключевой вопрос в нашей компании.

Делать нечего, человек уходит и начинает размышлять, как можно заработать деньги на компьютер. В кармане — $30. Он покупает у фермера 10 кг яблок, выходит на оживлённую улицу и продаёт «вкусные и полезные эко-продукты». За несколько часов его стартовый капитал увеличивается вдвое, а через 6 часов — в 10 раз. Тут он понимает, что с такими темпами можно прожить и без работодателя.

Проходит время, человек покупает автомобиль, открывает сначала маленький ларёк, затем магазин, а через 5 лет он — владелец сети супермаркетов. И вот он приходит застраховать свой бизнес, а страховой агент просит его оставить свой e-mail для выгодных предложений. Наш бизнесмен, как и много лет назад, отвечает, что нет у него ни e-mail, ни компьютера.

– Просто поразительно! – удивляется страховщик, – такой огромный бизнес – и даже нет личного компьютера! Чего бы вы добились, если бы он у вас был?!

На что бизнесмен отвечает:
– Тогда я стал бы дворником компании «Microsoft».

Мораль: если у вас чего-то нет, может, вам это и не нужно?

ivettalen
14.06.2019, 09:21
КЛАСС!!!:vo:

Маруся
09.01.2020, 22:02
НОВЫЙ ГОД.
25736
Кот сидел возле подъезда. В этом доме он жил много лет вместе со своей старой бабушкой. Как она его любила. Души не чаяла. Внутри затарахтел маленький трактор, объезжая его сердце. Стало тепло и хорошо. Но ненадолго. Когда умерла его старая хозяйка приехало очень много людей.
Вот только пока она была жива, никто не появлялся. А теперь её похоронили и все разошлись, разъехались, и он остался один. Дверь в квартиру закрыли, и он остался на улице. Большой, старый серый кот сидел прямо у подъезда, где он раньше жил со своей хозяйкой. Зимний холодный ветер трепал густую шерстку, а люди проходили мимо, спеша по своим неотложным делам.
Все куда-то бежали, озабоченные своими срочными проблемами. А кот сидел и смотрел на них. Люди несли домой подарки, ведь сегодня был праздник, Новый год. Живот заурчал, и очень захотелось есть и, одновременно, в туалет. Но разве можно сходить в туалет, если нет лотка с песочком? Разве же коты могут просто пописать на улице? И кот с удивлением посмотрел на проходящих мимо людей, но никому не было дела до него. Некому было ответить на его немой вопрос.
Он прилег на холодную землю и закрыл глаза. Ему некуда было идти. Вечерело и пошел снег. Он быстро таял на теплой шерстке, и скоро кошачья шубка заледенела. Стало жутко холодно. В окнах домов зажегся свет, и оттуда доносились весёлые голоса и вкусный запах. Живот особенно сильно забулькал. Но есть было нечего.

Зимняя пурга закрутила свою вьюжную карусель, и упавший снег мчался вдоль улиц, заметая всё на своём пути. Раздался шум и кот поднял голову вверх. В небе взрывался фейерверк. Город на несколько минут осветился заревом этих праздничных огней, и коту показалось, что наступил день. Но вслед за светом праздника пришла кромешная тьма и холод. Улицы были пустынны, все праздновали в своих теплых квартирах. Кот закрыл глаза и приготовился к своей последней ночи.
"Ничего, - ничего думал он, - помучаюсь сейчас, а потом станет тепло, и я обязательно увижу бабушку.
Кто – то подошел. Кот открыл глаза и посмотрел. Прямо напротив него были ботинки огромного размера. Вот так даже лучше, решил он, просто один удар и всё. Но тут чьи-то руки подхватили его и подняли вверх.

- Вот ты где!!! - раздался неожиданно мягкий голос.
Кот открыл глаза и увидел большущего мужчину, который был среди приехавших на похороны его бабушки.
- А мы тебя уже обыскались. Весь Новый год всей семьёй по двору бегали. Это я виноват. Думал, что жена тебя возьмет, а она думала, что я. Вот так и получилось, ты уж не сердись, - и огромный человек вдруг бросился бежать куда-то, неся кота под мышкой.
Кот смотрел по сторонам и дома пролетали мимо. Они остановились возле машины и открыв дверь, большой человек положил кота на соседнее сидение и, достав ворох свои футболок, стал вытирать его холодную, мокрую шерстку.
- Вот только вытру тебя, чтобы не простыл и поедем, - бубнил он себе под нос.
Потом положил на сиденье теплое полотенце и закутал им кота. Машина завелась, и они помчались по заснеженным праздничным улицам. А здоровый мужик, крутя руль одной рукой, держал в другой телефон и кричал в него своим удивительно мягким голосом, полным нескрываемой радости:
- Ласточка, рыбочка, я нашел его! Да, нашел!! Н-А-Ш-Е-Л!!! Где был? Да прямо у подъезда и лежал. Да не волнуйся, всё с ним в порядке. Будем через пару минут, и все вместе встретим Новый год! - торопливо говорил мужчина, неловко прижимая плечом к уху сотовый телефон.

Он обернулся на кота, чтобы сказать ему что-то, но увидел, что тот уснул. Кот спал и улыбался во сне. И не смейте мне говорить, что коты не умеют улыбаться. А где-то внутри по маленькому кошачьему сердечку ездил трактор и тихонько тарахтел.
Так что, не говорите мне что в новогоднюю ночь не случаются чудеса. Конечно, случаются. Ещё и как случаются. Надо только немножко помочь им случиться, и их будет очень много...

Автор: Олег Бондаренко.

Маруся
21.05.2020, 22:17
В кафе при отеле за угловым столиком...
сидел мужчина с рыжей бородой, как у Барбароссы. Два дня он мирно пил кофе за угловым столиком. Это стало его местом. Хотя свободных мест полно, но в углу уютно. И столик сервирован на одного.
Потом приехал полный мужчина-брюнет. Он почему-то ходит по отелю в халате. Ну, мало ли. Может, ему одежда давит и стесняет движения. Вот он и надел просторный халат, как платье Хемуля. И на завтраке сел за угловой столик; на место Барбароссы.
Тот огорчился, видимо. Покружил вокруг бывшего своего столика с чашкой кофе, а потом сел неподалёку и недружелюбно стал смотреть на мужчину в халате.

Это же повторилось за обедом и за ужином. Мужчина в халате приходил самым первым. Первее всех. И перед ужином он даже специально быстро-быстро пошёл к столику, проворно обогнав Барбароссу. Обошёл его спортивной ходьбой. И победно сел. Барбаросса что-то буркнул себе под нос и сел за другой столик. И смотрит, недобро так.
Потому что принесли вкусную жареную индейку, повар от неё отрезает ломтики и раздаёт желающим. В центре зала. А мужчина в халате боится встать, потому что рыжебородый мужчина сидит напряжённо, сгруппировавшись, чтобы занять место.
Официант ещё не принял у них заказы, столики пустые, не доказать, кому столик принадлежал.
И полный брюнет растерянно озирался. Ему и индейки хочется, и столик не хочется терять. А Барбаросса смотрит, как тигр! Хочет прыгнуть и занять своё место, когда брюнет в халате встанет. И за индейкой не идёт, чтобы не упустить момент.

… На этом интригующем моменте я допила чай и вышла из зала, унеся в кармане завёрнутые в салфетку кусочки. Там щенок живет рядом с отелем, я ему отношу еду, то, что можно взять. Тефтельку или сосиску из своей порции.

А сегодня я видела этих двоих: Барбароссу и мужчину в халате. Они оба сидели в углу, просто второй стул придвинули к столику. И пили напитки. И рыжебородый что-то громко рассказывал по-немецки, а мужчина в халате хохотал до слез и вставлял одобрительные итальянские слова. Им было очень весело. И места вполне хватило.

Места на свете очень много, вот, что я вам скажу. Всем хватит места под солнцем: и мужчинам, и женщинам, и детям, и котам, и щенкам. Мы всю эту толкотню и ненужную конкуренцию устраиваем сами. Можно обойтись без войны иногда. Можно просто придвинуть второй стул и отнести щенку сосиску. Это нетрудно. А настроение сразу становится лучше…

Анна Кирьянова.

Маруся
22.05.2020, 21:20
Ёжик. Истoрия о нaпрасной суeте
Рaсскaз Григoрия Гoрина, кoтoрый стoит прoчитать кaждoму взрoслому человеку.
25990
Папе было сорок лет, Славику — десять, ёжику — и того меньше.

Славик притащил ёжика в шапке, побежал к дивану, на котором лежал папа с раскрытой газетой, и, задыхаясь от счастья, закричал:

— Пап, смотри!
Папа отложил газету и осмотрел ёжика. Ёжик был курносый и симпатичный. Кроме того, папа поощрял любовь сына к животным. Кроме того, папа сам любил животных.
— Хороший ёж! — сказал папа. — Симпатяга! Где достал?
— Мне мальчик во дворе дал, — сказал Славик.
— Подарил, значит? — уточнил папа.
— Нет, мы обменялись, — сказал Славик. — Он мне дал ёжика, а я ему билетик.
— Какой еще билетик?
— Лотерейный, — сказал Славик и выпустил ёжика на пол. — Папа, ему надо молока дать…
— Погоди с молоком! — строго сказал папа. — Откуда у тебя лотерейный билет?
— Я его купил, — сказал Славик.
— У кого?
— У дяденьки на улице... Он много таких билетов продавал. По тридцать копеек... Ой, папа, ёжик под диван полез...
— Погоди ты со своим ёжиком! — нервно сказал папа и посадил Славика рядом с собой. — Как же ты отдал мальчику свой лотерейный билет?.. А вдруг этот билет что-нибудь выиграл?
— Он выиграл, — сказал Славик, не переставая наблюдать за ёжиком.
— То есть как это — выиграл? — тихо спросил папа, и его нос покрылся капельками пота. — Что выиграл?
— Холодильник! — сказал Славик и улыбнулся.
— Что такое?! — Папа как-то странно задрожал. — Холодильник?!.. Что ты мелешь?.. Откуда ты это знаешь?!
— Как — откуда? — обиделся Славик. — Я его проверил по газете... Там первые три циферки совпали... и остальные... И серия та же!.. Я уже умею проверять, папа! Я же взрослый!
— Взрослый?! — Папа так зашипел, что ежик, который вылез из-под дивана, от страха свернулся в клубок. — Взрослый?!.. Меняешь холодильник на ёжика?
— Но я подумал, — испуганно сказал Славик, — я подумал, что холодильник у нас уже есть, а ёжика — нет...
— Замолчи! — закричал папа и вскочил с дивана. — Кто?! Кто этот мальчик?! Где он?!
— Он в соседнем доме живет, — сказал Славик и заплакал. — Его Сеня зовут...
— Идём! — снова закричал папа и схватил ёжика голыми руками. — Идем быстро!
— Не пойду, — всхлипывая, сказал Славик. — Не хочу холодильник, хочу ёжика!
— Да пойдем же, оболтус, — захрипел папа. — Только бы вернуть билет, я тебе сотню ёжиков куплю...
— Нет... — ревел Славик. — Не купишь... Сенька и так не хотел меняться, я его еле уговорил...
— Тоже, видно, мыслитель! — ехидно сказал папа. — Ну, быстро!..

Сене было лет восемь. Он стоял посреди двора и со страхом глядел на грозного папу, который в одной руке нес Славика, а в другой — ежа.
— Где? — спросил папа, надвигаясь на Сеню. — Где билет? Уголовник, возьми свою колючку и отдай билет!
— У меня нет билета! — сказал Сеня и задрожал.
— А где он?! — закричал папа. — Что ты с ним сделал, ростовщик? Продал?
— Я из него голубя сделал, — прошептал Сеня и захныкал.
— Не плачь! — сказал папа, стараясь быть спокойным. — Не плачь, мальчик... Значит, ты сделал из него голубя. А где этот голубок?.. Где он?..
— Он на карнизе засел... — сказал Сеня.
— На каком карнизе?
— Вон на том! — и Сеня показал на карниз второго этажа.

Папа снял пальто и полез по водосточной трубе.
Дети снизу с восторгом наблюдали за ним.
Два раза папа срывался, но потом все-таки дополз до карниза и снял маленького желтенького бумажного голубя, который уже слегка размок от воды.
Спустившись на землю и тяжело дыша, папа развернул билетик и увидел, что он выпущен два года тому назад.

— Ты его когда купил? — спросил папа у Славика.
— Еще во втором классе, — сказал Славик.
— А когда проверял?
— Вчера.
— Это не тот тираж... — устало сказал папа.
— Ну и что же? — сказал Славик. — Зато все циферки сходятся...

Папа молча отошел в сторонку и сел на лавочку.
Сердце бешено стучало у него в груди, перед глазами плыли оранжевые круги... Он тяжело опустил голову.
— Папа, — тихо сказал Славик, подходя к отцу. — Ты не расстраивайся! Сенька говорит, что он все равно отдает нам ежика...
— Спасибо! — сказал папа. — Спасибо, Сеня...

Он встал и пошел к дому.
Ему вдруг стало очень грустно. Он понял, что никогда уж не вернуть того счастливого времени, когда с легким сердцем меняют холодильник на ежа.

Маруся
15.06.2020, 21:13
Каждое лето мы ездили к бабушке. Она жила не далеко, но и не близко: два часа на автобусе, три – на электричке, еще час на пазике, напоминающем гиппопотама.
В деревне всегда пахло песочными коржиками и дрожжевыми оладьями, продающимися в бумажных, чисто семечковых кульках.
Стояло три круглых, словно башкирская пиала, озера, алели горошины земляники и грелись на солнце яблоневые сады.
В каждом дворе – кинжалы-гладиолусы и зеленый, с виду недозрелый, но совершенно медовый крыжовник.

Как-то раз мы сели в вагон и отъехали на несколько станций.
Неожиданно моя младшая сестра, которой на тот момент исполнился год, завела рев.
Сперва плакала вяло, затем окрепла и виртуозно исполнила арию Лючии из оперы Доницетти.
Угомонить ее не представлялось никакой возможности. Не помогала ни мамина грудь, ни проплывающие станционные березки, ни папино любимое «кую-кую чобіток».
Она продолжала визжать, и стали подтягиваться сердобольные пассажиры. Кто-то принес святую воду, кто-то исполнил на губной гармошке марсельезу. Через полчаса было принято решение возвращаться домой, и мы со своими колясками, чемоданами и баулами выгрузились на перрон.
Тут же подошла запыхавшаяся, следующая обратно электричка, мама с Юлькой вскочили на подножку, а у меня рассыпался чайный сервиз.
Блюдца, розетки, пирожковые завертелись в сумасшедшем танце, и пока их догоняли, электричка отряхнулась от пыли и покатила себе дальше.
Я с папой и сеткой кукольных чашек остались, а они без денег, билетов и паспортов, уехали в большой город.
Мобильных телефонов еще не придумали. До следующего поезда – два часа. Дальше помню размыто, лишь слегка розовеющий вечер, угомонившуюся сестру и жарко обнимающихся родителей…

Второй эпизод пятнадцатилетней давности.
Мама была единственной из школы учительницей, путешествующей с детьми в Брест, Львов, Санкт-Петербург. Все возила школьников по музеям, крепостям и армянским соборам. Однажды, возвращаясь с Каменец-Подольского, пожелала ученикам спокойной ночи и проследив, чтобы все заняли свои полки, задремала.
Через час ее разбудила испуганная староста и рассказала, что три полураздетых «хулигана» вышли в Дунаевцах за лимонадом, и не успели вернуться. (Парни не знали, что остановка длится две минуты). Ночь оказалась жаркой. Мама побежала к начальнику поезда.
Тот, кряхтя натянул штаны, рубашку и связался с начальником дунаевецкой станции с просьбой пристроить шалопаев.
Затем навел резкость на объятую страхом учительницу и выдал: «Запомните: чтобы не произошло, всегда будет следующий поезд», - и предложил рюмочку коньяку.

Так что поезда бывают разные: фирменные, пригородные, дальние. Голубые и зеленые. Направляющиеся на север и юг. Следующие из Лондона в Парижа и из Претории в Кейптаун. Главное, чтобы, как говорилось в каком-то фильме «даже случайный поезд мог привести нас к нужной станции».

© Ирина Говоруха

Маруся
18.08.2020, 07:19
Я на почте стою в очереди. Жду, когда на электронном табло зажжётся мой номер, и я смогу в указанном окошечке отправить свои книги с автографом человеку, который их очень ждёт. Атмосфера на почте - ругачая, тяжелая. В каждом окне локальные мини-конфликты.

У кого-то потерялась посылка, кто-то грубит сотруднице, и она пытается выстроить границы, но получается, что только подкидывает дров в пекло недовольства, кто-то собирает пазл картонной посылки, она распадается, человек психует и матерится.

Повсеместный стресс ощущается физически, он замешан в воздухе и делает этот воздух тягучим, как кисель, и сложным для беспечного дыхания.

Был февраль 2020, уже случился в мире эпидемиологический коллапс, страны одна за другой закрывали границы, объявляли карантин, люди понимали, что надвигается беда, которая срикошетит своими последствиями в каждый дом, в каждую семью. Страх прорывался в эфир повышенной концентрацией злости и раздражения.

- Где? Где она, я вас спрашиваю??? Месяц жду посылку из соседнего города!!!!

- Кто придумал эту бюрократическую дрянь? Как это заполнять?

- Как ваша фамилия? Я напишу жалобу!

В каждом окошечке бунт. А на самом деле бунт не в окошечках, а внутри. Внутри каждого человека. Просто он не виден невооруженным взглядом, только всполохи его рвутся наружу вот такими вот колючими монологами.

Мне хотелось быстрее отправить посылку и уйти. Невыносимо в этом эпицентре полыхающей злости находиться.

Я понимаю, что люди такие раздраженные не от счастья и спокойствия за завтрашний день, а от того, что они бьются-бьются за это счастье, а оно так и не наступает. А потом приходит кризис и обнуляет даже тот путь, что уже пройден, как бы возвращает человека на старт. Какая уж тут радость.

Вдруг на почту вбегает плачущая девушка и бросается к третьему окошку. Там занято, какой-то мужчина получает посылку, но девушка его будто не замечает:

- Вы продали мне пустую коробку! - рыдает она. - Там нет вертолета!!! Я ребенку купила, мы дома открыли, а там пусто! Ребенок рыдает, еле успокоила. Вот он заснул, а я сюда... Поменяйте быстрее, а то он один дома остался, соседка присматривает...

У нее в руках коробка из-под игрушечного вертолета. С недавних пор на почте продаются игрушки, на стеллажах прямо в зале стоят грузовички, самолеты, корабли в пластмассовых коробках.

Они легкие по весу, видимо, девушка купила вертолет, решив, что он очень легкий, и не осознав, что его в коробке просто нет.

Сотрудница в окошечке расстроенно поясняет:

- Я не могу просто поменять, простите. У каждой коробки свой штрихкод. Если я поменяю, это я как бы за свой счет куплю вам новый, и вычтут из моей зарплаты, а она и так крошечная... Можно написать заявление...

- Какое заявление??? Я за 700 рублей купила у вас пустую коробку, расстроила ребенка, довела до слез, прошу вас вернуть мне игрушку! - девушку трясет от негодования.

- Наверное, кто-то из посетителей просто взял и украл игрушку, - сочувственно говорит сотрудница почты. - Стеллажи стоят в зале, в зоне доступа. Надо смотреть камеры... Мне очень жаль, но давайте оформим...

- У меня ребенок дома один! Что мы оформим??? - рыдает девушка. - Отдайте вертолет...

- Простите, - женщина в окошечке готова помочь, но в рамках своих компетенций. - Мне жаль, что так случилось, что кто-то украл...

- Да мне плевать, кто украл! Что мне ребенку сказать??? Получается, что вы не можете обеспечить безопасность, а виноват мой сын? Я одна его ращу, я эти деньги месяц копила, а теперь он остался без игрушки...

Девушка - воплощенное отчаяние. Плачет так искренне, будто это она осталась без вертолета. Я чувствую ее материнскую боль каждой клеточкой.

Я видела ее пару раз на детских площадках с сыном. Он у нее шаловливый, вихрастый мальчуган, непоседа, как любой мальчишка в 4 годика. Её смысл жизни, ее радость. Она на многое готова ради его улыбки.

И вот на деньги, которых, в принципе, нет, на последние, она покупает вертолет. Не просто вертолет, а порцию радости для сына, растянутую во времени. Он будет "летать" с этим вертолетом по квартире и ликовать своим детским восторгом, а она будет греться об его радость и зажигаться об неё, не жалея ни об одном рубле.

Но вместо вертолета ее сын получает пустую коробку. Это не честно. Ему четыре года, он пока должен быть защищен от таких жизненных подстав.

Ее брак оказался пустой коробкой из-под счастья. На коробке была нарисована счастливая семья и дом - полная чаша. А на деле - внутри пусто.

И теперь она одна тянет сына, без помощи и без поддержки, и нет того места, где можно написать заявление на возврат. На возврат потерянного времени и выплаканных слёз.

Но сама она взрослая женщина, и взрослым людям такие ситуации посланы для опыта. А малышам? Вот ее сыну за что пустая коробка?

Я выхожу из очереди и иду к стеллажу. Туда, где стоят игрушки, машинки. Я ищу вертолет. Такой же, как у нее в руках.

- А есть такой же вертолет? - спрашиваю я у женщины в окошечке. - Мне очень надо купить.

- Нет, только то, что на витрине...

- Девушка, - я обращаюсь к плачущей маме. - А кроме вертолета, что вашему пареньку нравится? Я хочу ему подарить. Вот паровоз. Самолет. Грузовик. Лодка. Что?

- Нет, что Вы! - пугается девушка. - Вы здесь причем?

- Я не причём. Просто хочу подарить ребенку подарок. Не вам, а вашему сыну. Не отказывайте мне в этом удовольствии. Ну же, смелее, что берем? А то проснется, а мамы нет...

- Наверно, самолет, - девушка вытирает слёзы тыльной стороной ладони.

- Отлично, можно я без очереди куплю самолёт? - спрашиваю я и мне уступают место у всех (всех!) окошечек!

Мужчина с посылкой в третьем окне вдруг спохватился:

- А мне тогда грузовик! Давно хотел такой грузовик! Как зовут вашего сына?

- Славик.

- Я давно хотел вот такой грузовик Славику.

- Да что вы, я не могу так...- заплаканная мама недоверчиво крутит головой.

- Можете. Как компенсация за то, что вертолет стал самолетом - грузовик в нагрузку.

- А мы возьмем тогда поезд, - мама с двумя подростками решительно берет с полки поезд.

- А с меня лодка! - говорит женщина в ярком шарфе.

- А мне дорого игрушки, я крекеры для Славика возьму, - говорит милая, улыбчивая бабушка...

В третье окошечко очередь. Целая очередь людей, которые остаются людьми даже в кризис. В кризис это сложнее. Потому что страшнее за свое завтра. И неизвестно, можешь ли ты позволить себе щедрость. Но смысл щедрости не в кошельке, а в том, что это встроенная функция души. Она не гаснет в беде, а разгорается еще ярче.

Через пять минут мама Славика опять рыдает. У нее в руках все виды игрушечного транспорта, крекеры и варенье. Это другие слёзы, какие-то нежные, недоверчивые... Она похожа на маленькую девочку, которой только что вернули счастье.

Я представляю, как проснется маленький Славик и увидит это богатство. И ненадолго станет самым счастливым человеком на свете. А, может, надолго. А, может, навсегда. И его мама тоже научится быть счастливой. И поймет, что ее коробка семьи полна любовью до краев!

Люди придумали измерять богатство денежными знаками, и очень боятся потерять свои кошельки. Но богатство - оно же так многогранно! Если вам есть кого любить, если вы для кого-то душевный витамин, если сердце ваше полно добротой, если семья рядом, если есть хоть один адресат, кто ждет от вас весточки - вы очень-очень богатый человек, и ни один кризис вам не страшен.

Мы проводили заплаканную счастьем маму Славика и снова рассредоточились по залу ждать своей очереди. Но в атмосфере зала что-то неуловимо изменилось. В каждом окошечке люди улыбались друг другу.

- Вот и нашлась ваша посылка!

- Там внутри конфеты, я сейчас вас угощу...

- Спасибо за оперативность...

Я стою и улыбаюсь. И не тороплюсь уходить. Я будто купаюсь в человечности, и мне нравится это море. Море, которое живет в каждом из нас, и очень волнуется, когда мы об этом забываем...

Ольга Савельева

Параскева
19.08.2020, 11:26
Марина, как я люблю эти твои чудесные истории, сердце купается в нежности и слезах счастья. Благодарю тебя!

Маруся
24.08.2020, 07:23
Агата обожала проводить каникулы у дедушки с бабушкой.
Они жили на берегу сонной речки, полной водяного ореха, и по утрам дед удил рыбу.
Стоял в задумчивой позе, напоминающей знак фунта, а потом резко исполнял подсечку, танцуя с усатым пескарем страстный контемп.
Всякий раз возвращался с букетом лютиков, осторожно подкрадывался, закрывал бабушке глаза и уточнял: «Кто?»
Бабушка улыбалась и мурлыкала: «Любовь всей моей жизни».

Кроме того, бабуля мастерски жонглировали блинами: бросала прямо со сковородки через спину, а дед ловил тарелкой.
Вечерами сооружали на веранде чай. Доставали из серванта чашки с полуодетыми «мадоннами», баранки с приклеенными семенами мака и варенье.
Наблюдали, как ныряют утки, ползет моложавый туман и опускаются слегка позолоченные сумерки. При этом, увлеченно общались, словно встретились только вчера в клубе на танцах.
Дед был старше бабки на одиннадцать лет, и внучка сделала вывод, что это идеальная разница в возрасте и залог крепкого союза.

Затем ее старшая сестра вышла замуж и тоже за взрослого парня.
Жила, как у Бога за пазухой, и хвасталась, что супруг чрезвычайно забоится о ее здоровье и покупает витамины.
Агата слушала и мысленно добавляла в список еще один пункт.
Оказывается, для счастливой семейной жизни глава семьи обязан кормить жену аскорбинкой.

Поэтому, когда первого сентября девочка пошла в школу, с интересом поглядывала не на сверстников, а на выпускников, понимая, где-то среди них ее судьба.

В тот день Агата праздновала окончание института и потягивала «Венок Дуная». Во рту собиралась сладость винограда «Изабелла» вперемешку с «вольным степным духом», и от этого микса немел язык. Неожиданно подсел мужчина и затеял бестолковый разговор.
Девушка не могла понять почему он к ней прицепился, во-первых, старше на целых одиннадцать лет, а во-вторых – разводной.
Тот не унимался и все рассказывал о ЗОЖ и о вреде алкоголя. О пользе речной рыбы и оливковом масле. Она, разморенная безумием виноградного вина, только кивала, покуда парень не попросил ее номер телефона. Нехотя черкнула на просроченном талоне к терапевту комбинацию из цифр и пририсовала цветок с пятью лепестками.

На следующий день в ее дверь решительно позвонили. Агата открыла и опешила. На пороге стоял очень даже симпатичный мужчина со скромным букетиком лютиков и гламурной корзинкой витаминов и биодобавок. Девушка растеряно кивнула в сторону кухни, пригласив на чай. К чаю, как назло, ничего не оказалось кроме сдобных баранок.

С тех пор прошло двадцать пять лет. Агате – 47, мужу – 58.
Каждое лето к ним привозят маленькую внучку, которая с открытым ртом наблюдает, как бабушка жонглирует блинами, а дед дарит букетики, но с обязательно с вопросом: «Кто?»
Агата для порядка размышляет, поднимая попеременно, то левую, то правую бровь, а потом отвечает с придыханием: "Любовь всей моей жизни!"
:roze:

© Ирина Говоруха

Маруся
27.08.2020, 16:56
Третий закон Волшебства.
Последнего Чародея я видел, когда мне было шестнадцать лет. Мы встретились с ним совершенно случайно. В тот воскресный день я прогуливался по парку. Несмотря на выходной, в парке было немноголюдно. Скорее всего из-за черного неба, сильного ветра и срывающегося дождика, каждую секунду грозившего превратиться в ливень. Чародей сидел на скамейке и развлекал себя тем, что заставлял опавшие листья снова подниматься с земли к своим веткам. Он был настолько увлечен своим занятием, что заметил меня уже тогда, когда я подошел к нему почти вплотную.

- Добрый день, - сказал я и слегка кивнул головой.
Чародей, заметив меня, немного смутился.
- Просто было скучно, - виновато произнес он и незаметно сделал характерный жест. Только что вернувшиеся к своим ветвям листья, как по команде, посыпались вниз. В моей голове роился целый миллион вопросов, от самых банальных, типа: "Как вы это делаете?", до таких же банальных, вроде: "А сколько листьев вы можете за один раз сорвать?". Но я не успел задать ни одного, потому что Чародей меня опередил.

- Когда вы в последний раз пользовались волшебством? - спросил он и посмотрел на меня каким-то грустным и обреченным взглядом.
- Я... Честно говоря...
- Не помните? - не дослушав меня, закивал он, - да, да... Я понимаю и совершенно с вами согласен. Наше время уходит. Еще немного и люди начнут говорить, что нас никогда и не существовало. Помните, как это случилось с драконами?
- Угу, - кивнул я и только сейчас понял, что Чародей принял меня за своего. Он подумал, что я тоже Волшебник. Я решил пока что не выдавать себя - не каждый день выдается возможность поговорить с настоящим Чародеем.
- После того, как исчез последний др